Альманах Егора Фенекова
Оглавление:
Игра
В небольшой кофейне “Fatum” царил приятный полумрак. Бариста уже начинал готовиться к закрытию, но мог ещё сварить один-два латте для припозднившихся гостей.
К слову, посетителей в этот час было немного - лишь шестеро приятелей до сих пор ожесточëнно играли в “Монополию” за дальним столиком, да кошка черепахового окраса лениво дремала на кресле. Приятели… так могло показаться на первый взгляд. Опытный же наблюдатель сразу бы заподозрил неладное, если не во внешнем виде (кого нынче только не встретишь), то в беседе этих игроков…
– Покупаю Щусева! – воскликнул грузный мужчина в зелëном бархатном жилете. Его запросто можно было принять за преуспевающего бизнесмена. Если бы не одно но…
– Покупаю, покупаю, покупаю…достал уже. Богатство! Если бы я пол-игры не провëл в тюрьме, все зелëные улицы были бы моими! – вспылил мужчина неопределëнного возраста, что сидел напротив. Именно таким без бороды не продают даже энергетик, а с бородой предлагают самый лучший виски.
– Можно подумать, Время, ты здесь самый главный! – хмыкнул Богатство.
– Вообще-то, я вас всех и собрал сегодня. Счастье, вон, вообще со мной вместе пришëл! Скажи?
– Да, да…только прошу, потише, – робко отозвался светловолосый юноша и неуверенно пробормотал, – кстати, Богатство, ты… не хочешь поменяться улицами?
– Нет, братец, нам с тобою не по пути. Вон, предложи Надежде, – отмахнулся толстяк и принялся пересчитывать банкноты. Счастье повернул голову и тут же покраснел. Рядом с ним сидела рыжеволосая девушка в очках и хмурилась. Перед ней лежала лишь одна розовая улица.
– Надежда…ты не хочешь…
– Я бы с радостью, да не на что, – девушка развела руками, – давай через круг. Ты ведь никуда не денешься?
– Надеюсь… – юноша с опаской посмотрел на следующего игрока, что кидала кости.
– Дубль. Восемь! Ага! Тверская моя! Выкуси! – энергичная молодая женщина показала язык степенной старушке, что сидела напротив. Та пожала плечами.
– Дубль! Большая Дмитровка! Время, я собрала все три улицы!
– Поздравляю, Жизнь. Будь аккуратней.
– Да ладно тебе! Прорвëмся! Бросаю! – молодая женщина раскрыла кулак и…
– Что?! Да какого…в тюрьму?
– Не переживай, выйдешь. Со Временем! – лукаво подмигнула ей Надежда. Жизнь повернула голову и увидела у Времени заветную карточку.
– Вечно мне тебя не хватает! – женщина игриво подмигнула Времени.
– Смотри, чтобы я не пришла раньше! – усмехнулась еë оппонентка и бросила кости, – о, водопровод! Удача!
– Богатство, твой выход. Или я, или ты - Смерть к водопроводу подпускать нельзя! – Время поднял взгляд на толстяка.
– Неужели без меня совсем никак? – закатил глаза он.
– Проворонишь - заплатишь намного больше. Лучше пусть у тебя побудет. Ты хоть и скряга, но так спокойней.
– Уговорил… Смерть, давай меняться?
– На сделку со мной решил пойти? – старушка подняла бровь.
– Возьмёшь у меня одну железную дорогу? Я доплачу.
– Не жалко?
– Куда деваться…
– Ну давай, – Смерть буквально выдернула карточку с деньгами из рук Богатства. Толстяк тяжело вздохнул и переложил водопровод к себе.
– Ну, кто следующий?
Игра продолжалась ещë долго. Жизнь и Смерть постоянно грызлись друг с другом, не уступая ни домика, ни улицы. Счастье безуспешно пытался играть хоть с кем-нибудь в команде, но он добивался лишь коротких союзов. В конце концов, Счастье решил сам вести свою игру, не считаясь ни с кем. У Богатства никак не получалось подкупить Время - а без него невозможно было построить дома.
Но всë когда-нибудь кончается. Вот, покинул игру Счастье, не осталось ничего у Богатства. Жизнь и Смерть так и закончили игру, в вечной борьбе друг с другом, вернувшись к тому, с чего начали. Оставались лишь двое - Надежда и Время. Всю игру броски Надежды оставляли желать лучшего, ей с горем пополам удалось собрать три розовые улицы. Тем не менее, загадочно улыбнувшись, девушка собрала домики с поля и поставила заместо них отели.
– А ты не любишь полумер, – подметил Время.
– Всë или ничего, Время, – подмигнула
она и бросила кости.
Все с замиранием сердца следили за результатом - даже Жизнь со Смертью прекратили свою перепалку. И вот, оба шестигранника утвердились на столе. Поправив очки, Надежда подняла свою фишку и отсчитала шаги. Железный кораблик обогнул густо застроенные улицы и мягко приземлился на клетку старта.
– Твой черëд, – произнесла Надежда. Время взял кости, встряхнул и, не глядя, бросил на поле. Шестигранники ещë не коснулись стола, но исход игры был предрешëн.
– Все ушли. Игра окончена. Осталась только Надежда, – провозгласил бариста, что уже час незаметно следил за происходящим. Черепаховая кошка подошла к Надежде и потëрлась о её ноги.
– Я знала, что без тебя тут не обошлось, – сказала она кошке и почесала её за ухом, кивнула баристе, а затем все игроки исчезли в яркой вспышке вместе с коробкой “Монополии”.
Небо над домами окрашивалось в персиковый цвет, что ложился пастелью на тëмное полотно ночи. В небольшой кофейне “Fatum” царил приятный полумрак. Бариста улыбнулся, почесал кошку за ухом, перевернул табличку на двери и включил свет.
Обреченные
Мгла… белая мгла повсюду. И гудящее напряжение в воздухе. Такова природа Пустошей.
Нас было пятеро. Почему пятеро? Четверо не управились бы с такой работой, а шестеро…слишком много шума. К тому же, если ходить вшестером, то доход от добычи красных наростов едва покрывал все риски и расходы на экспедицию.
Псов нам подбирал Оуз. А как иначе? Лучший кинолог здесь, на самой окраине Ойкумены. Поэтому в данный момент рядом с отрядом шли две поджарые гончие, на бумаге выглядевшие как число с большим количеством нулей. Однако они того стоили. Почему? Все из-за хрустов.
Хрусты - сокращенно от Хрустальная Ксеноморфная Форма Жизни. Никто так и не понял откуда они взялись, как и красные симбиотические кораллы и шелестящие кустарники, как белая мгла, как сами Пустоши. Просто в какой-то момент Пустоши разделили нашу далекую погибающую планету на неравные участки, на которых мы, как могли, выживали. Хрусты же этому всячески препятствовали. Все, что нужно было этим непонятным созданиям - коснуться любого живого существа. Тогда хруст забирался в него и подчинял своей воле. Под контролем хруста живой организм мог просуществовать еще около десяти минут, в течение которых покрывался хрустальной коркой, а затем и сам становился хрустальным. Видимо, так эти существа питались. Если им вообще нужна была пища…
Спасения не было. А способов обнаружить хруста на безопасном расстоянии только два - неподъемные устройства, которые стояли на стенах по границам Пустоши, и собаки. Неведомо как, но собаки чуяли этих тварей задолго до того, как хрусты появлялись в зоне видимости. Может, поэтому они одни и уцелели в нашем жестоком мире? Кто знает…
Зачем мы ходили в Пустоши? Чтобы выжить. Иначе было никак - мы собирали красные наросты. На рынке за них давали неплохую сумму, которая позволяла сводить концы с концами. Мы не знали, что мастера делают с этими наростами, да и не особо интересовались. Главное то, что добыча этих странных образований давала нам прожить еще один день в нашем постепенно разрушающемся мире.
Что такое красные наросты? Мы тоже не знали. Знали только, что они связаны с красными кораллами, пронизывающими все Пустоши сетью кровеносных сосудов, а также то, что к ним ни в коем случае нельзя прикасаться голыми руками. Так мы и жили от вылазки к вылазке, перед каждым походом заранее хороня себя. Тем не менее, мы все еще были живы. Но надолго ли?
Итак, нас было пятеро. Оуз, одноглазый худощавый мужчина с кожей цвета сигары и узкой полоской волос на голове. Скрип его протеза знала вся Ойкумена, равно как и его познания в кинологии.
Тана, старушка, которая еще могла дать жару. Не счесть, из скольких передряг нас вытащила ее смекалка. Однако и от нее было бы не слишком много пользы, если бы не Боггз.
Боггз был тем человеком, который ориентировался в Пустошах лучше всех. Поговаривали, что однажды он в одиночку добрался до самого Края, места, где поверхность нашей планеты потихоньку откалывалась и падала в самое пекло. Слухи слухами, но то, что этот вечно хмурый бородач знал Пустоши, как свои пять пальцев - неоспоримый факт.
Розита, она же наши мускулы. Прозвище Вышибала женщина получила не случайно - сколько выбитых зубов пришлось на ее кулаки… эту короткую стрижку кислотно-зеленого цвета знала вся Ойкумена. И эти литые кастеты…
И, наконец, я. Содж. Самый обычный парень, если не считать одного важного обстоятельства - у меня была чуйка на красные наросты. Я словно знал, где они появятся. Поэтому наша команда была самой успешной в Ойкумене. И самой живучей. Бросьте, я преувеличиваю! На самом деле, мы все были лучшими. Равными, среди лучших.
Итак, сквозь белую мглу мы уходили все дальше и дальше вглубь Пустошей, огоньки фонарей таяли в этой густой, как молоко, непонятной газообразной субстанции. Вот вы спросите: как же так, почему же нас так спокойно пропускают через стены? Почему не останавливают военные, что за беспредел? Где великое тоталитарное государство, которое пытается удержать те крупицы власти, что остались? На крайняк, огромная компания, что всем заправляет? А я отвечу. Они. Все. Свалили. Вот так просто. Бросили нас здесь подыхать, а сами свинтили в далекие космические дали. Не думаю, правда, что они улетели далеко - в момент отправки корабля на нем пара-тройка хрустов точно сидела. Надеюсь, они там наделали шуму… хе-хе…
В итоге все, что нам оставалось - доживать свои безрадостные деньки на планете, которая с каждым днем становится все меньше и меньше - чудовищный разлом прямо по мередиану, словно язва, распространялся вширь. Скоро и до нас дойдет…скорей бы…все когда-нибудь кончается…
"О, только не это.
Я вижу, как ты протягиваешь руки.
только не это.
И я думаю, закончится ли это когда-нибудь.
Невысказанные и разбитые
Твои слова приведут нас - приведут нас к концу.
невысказанные и разбитые
Твои причины приведут к жертвам…"
Слышите? Это наша Розита. Она ведь не только зубы вышибать умеет. Она еще и поет. И очень даже красиво. Но, увы, из-за проблем с легкими, концерты наша пташка давать перестала. Обещала вроде выступить на крайней вечеринке, так что вот, ждем ее все это последнее лето. А там уж пусть мир летит в пепел - все равно скоро помирать. Лучше уж так, под музыку, в неоновой лихорадке, забыв обо всем, чем бесконечно глядеть в эту мглу и ждать, когда хрусты придут по твою душу…
Вроде бы все шло как обычно. Бродяга Боггз находил новые пути, скрытые от остальных, и наша команда стремительно продвигалась по Пустошам. Так-то пустяк - собрать немного наростов и свалить отсюда к хрустовой матери. Собаки спокойны - для нас они словно канарейки для шахтеров. Вот и сейчас Оуз внимательно следил за их поведением, замечая каждое нервное колыхание хвоста, каждое подергивание ушей. Собаки не раз спасали наши шкуры, позволяя оставаться незамеченными в самых, казалось бы, невероятных ситуациях. Вот и теперь я верил всей душой, что сегодня мы выберемся. Но только что моя вера? Надежда давно сгорела в пекле за Краем…
Внезапно мои ноздри почуяли знакомую остринку, терпкий запах, отдающий ржавчиной и чем-то непреодолимо знакомым. Я сделал ребятам знак. Наросты неподалеку.
Команда мигом собралась. Розита перестала петь, Боггз затушил сигару, Тана протерла свои гогглы, а Оуз залил еще смазки в протез и что-то там подкрутил. Псы тоже подобрались. С этого момента я повел группу.
Красные наросты мы обнаружили довольно скоро - буквально через сотню шагов из мглы выплыли похожие на сталагмиты образования, берущие свое начало в красном коралле. Коралл опутывал растения и камни словно сеть кровеносных сосудов. Если долго смотреть на него, то казалось, что он пульсирует, словно по нему и правда бежит кровь. Жутковато, а?
Оглядев местность и внимательно понаблюдав за собаками, мы принялись за работу. Наросты были довольно мягкими, что с одной стороны усложняло нам работу, ведь приходилось дольше пилить скользкие ножки, а с другой наоборот, упрощало - шума в процессе почти не возникало.
-Что ж, три есть. Осталось еще штуки четыре-пять, и можно забыть о походах на пару месяцев, - заметил я, а мои спутники согласно кивнули. Вперед. Еще немного.
Следующий раз знакомая остринка появилась через несколько часов. Боггз за это время успел докурить свою сигару, а Розита спела еще парочку песен. Когда я взял курс на север, спутники с опаской посмотрели на меня, но я лишь развел руками. Увы, порой приходится идти прямо в руки к опасности, но потом не знать беды несколько месяцев. Иначе же - довольствоваться малым, но постоянно жить в страхе, каждый день совершая вылазки в Пустоши. Чего же так испугалась моя команда? Все очень просто. Хрусты всегда приходили с севера. Тем не менее, я двинулся вперед. Выбор невелик. А нарваться на стеклянную тварь можно было и около стен Ойкумены.
Удача. Целая россыпь красных наростов, словно мы набрели на грибницу или некий ее аналог. Шесть, семь…двенадцать штук! Наши глаза загорелись. Мы начали аккуратно срезать трофеи, при этом стараясь держать себя в руках. В какой-то момент я обнаружил, еще парочку наростов, возвышавшуюся невдалеке.
Я посмотрел на своих ребят. Боггз пожал плечами. Тана покосилась на вещмешки, полные наростов. Оуз погладил псов, но ничего не сказал. Только глаза Розиты выражали испуг и словно умоляли: "Не ходи!" Но я не послушал ее… это вы хотели услышать, да? Нетушки. Старина Содж потому до сих пор жив, что научился доверять своим товарищам. Я хмыкнул и вернул массивный нож-пилу в ножны. Найдем еще. Невелика потеря. С пятнадцатью наростами уже можно на целый год забыть о походах. Но в Пустошах свои законы…
Как только я защелкнул кнопку-застежку на ножнах, шелестящие кустарники словно взбесились. Сначала один, потом второй, а после и целое поле этих невысоких, но очень шумных растений затряслось, зашуршало, создавая невероятный шум. И тут произошло то, чего я боялся больше всего. Псы зарычали, а затем заскулили…
…мы бежали очень быстро. Но хрусты были быстрее. Намного быстрее. В какой-то момент Тана застыла изваянием, и по ее ногам поползла вверх, словно наледь, хрустальная корка. Потом мы лишились Боггза. Здоровяк тихо вскрикнул и упал на колени. Я видел боль в его стекленеющих глазах. Потом пришел черед одной из гончих. Псина просто остановилась и превратилась в хрустальную статую. А мы все бежали.
Как бы странно это ни звучало, но мы, похоже, оторвались. Псина успокоилась, и теперь мы просто неслись во весь опор по бескрайней тишине Пустошей. Спустя час изнурительного бега я подал знак замедлиться. Следовало оглядеться и решить, куда же двигаться дальше - мы находились в незнакомой нам части Пустошей. Эх, если бы бедняга Боггз был с нами…
Осмотр ничего не дал. Это была Terra Incognita. Никто из нас не бывал здесь ранее. Вернуться назад? Ага, как же, прямо к хрустам в пасть… или лапы… или что у них там…
Мы шли вперед. Мало ли, может выберемся к другой Ойкумене. А там и заново обосноваться, наладить быт, как-никак, большая часть команды еще жива. Но тут пес заскулил, и я понял, что это ненадолго. Мы рванули с места, однако гончая не побежала за нами, а продолжила понуро брести вперед. Оуз пару раз дернул поводок, но это не возымело никакого эффекта. И тут я понял, в чем дело. Бежать смысла не было. Нас все это время вели в нужном направлении.
По мере приближения к месту назначения, хрусты сужали свой круг. Сначала я услышал негромкий перезвон и шелест, словно зеркала разбиваются и вновь собираются воедино. Затем я увидел их.
Как же выглядели хрусты? Этого не передать словами. Их чуждый нашему разуму облик, равно как и происхождение, не поддавался описанию. Это было нечто, и теперь я знал, что от этого нечто не могло защитить ни оружие, ни стены, ни что-то еще - если бы хрусты хотели, они бы уничтожили остатки нашего жалкого вида за пару мгновений. Что же их держало? Мы были близки к откровению…
В какой-то момент я почувствовал, что под ногами пустота, но кричать не хотелось - ничего не имело права нарушать этой торжественной тишины Пустошей. Я летел сквозь мглу, откуда-то зная, что ни Оуза с псиной, ни Розиты рядом нет. Затем я упал. Может я переломал все кости, а может и ни одной, я не знаю. Но вставать не хотелось. Это был конец. Я поднял взгляд и увидел трех хрустов. В их переливах, как в зеркалах, отражалось что-то…и тут я понял. Каждый хруст представляет собой отражение другого, вне зависимости от расстояния. В одном я видел отражение наших Пустошей, хруст-двойник видимо находился неподалеку от Ойкумены. В другом мелькали мириады звезд и туманностей, возможно, это был двойник одного из тех самых хрустов, что улетели на спасательном шатле, а может и всех трех. В третьем же отражались неясные блики, а затем я увидел город из хрусталя и какое-то темнокожее существо с рогами, и вдруг все померкло, подернулось рябью, а после хруст, как и первый, явил собой отражение мглы Пустошей. Я уронил голову на землю. Ко мне медленно подбирался красный коралл. И все-таки он пульсировал…
Как только нить коралла коснулась меня, мой разум словно открылся. Я, наконец, понял, что такое красный нарост, когда один из них стремительно начал тянуться вверх из моей спины. Боли не было. Не было ничего. Только песня Розиты, что звучала где-то вдалеке…
"Взгляни в лицо своему страху
парализованный
Это просто еще один способ умереть.
Как ты?
Ты знаешь,
что это просто еще один способ уйти?
Здесь никогда ничего не меняется,
ничего не меняется внутри меня…"
Автор: Егор Фенеков.