Альманах Светлой Чумак. часть 2.
Максимка
Глава 1
Сегодня была наша ежегодная встреча. Это была 15 встреча по счету, и я помнил каждую, будто они шли подряд. Я переживал каждую встречу, а если сказать честно, то не было еще ни одного дня в моей жизни чтобы я не переживал и жил спокойно. Я мучился и не только я. Все мы мучились, каждый по-своему. Мы общались постоянно, но в дни встречи у нас всегда было натянутое настроение, хоть мы все отчаянно делали вид, что все хорошо и ничего необычного нет. Итак, день встречи. Мы сидим за столом в уютном заведении вчетвером. Я, Юрка, Кирилл и Максимка. Все здоровые лбы. Нам с Юркой по 32, Кириллу 33, Максимке 30, он самый младший из нас. Мы сделали заказ у официантки. Она все нам принесла и очень странно на нас посмотрела, должно быть ей передалось наше настроение.
- Ну что друзья - я поднял свой бокал пива – за Максимку!
- За Максимку – произнесли все и Максимка заулыбался, конечно же он знал, что он сегодня главный. Выпив залпом свои бокалы, мы принялись непринуждённо разговаривать. Юрка рассказывал нам о своей стройке. Он начал строить дом и с интересом рассказывал о всяких тонкостях, о том почем нынче газоблок и как тяжело рыть дренажную систему. Кирилл говорил в основном про свой бизнес, у него был свой автосалон. Мне особо поделиться нечем было, кроме разве того, что моя жена Анечка месяц назад начала печь дома тортики и на мое удивление начала неплохо с этого зарабатывать. Все это мы рассказывали Максимке в деталях и подробностях. Рассказывали, как мы живем, какие у нас взлеты и какие падения. Максимка как всегда с интересом слушал нас и улыбался. Он всегда был именно Максимкой, с самого детства. Мы втроем общались с самого детства, жили в одном дворе и конечно же очень заинтересовались, когда в наш дом переехали новые жильцы, особенно обрадовались, когда узнали, что у них есть сын нашего возраста. Ни какая-нибудь девчонка, а пацан. Мы с интересом ждали, когда же он выйдет гулять.
Впервые Максимка вышел гулять со своей мамой, мы не поняли сразу что с ним было не так. Он был в очках и в комбинезоне и так глупо улыбался. Шел немного криво и смотрел на все будто первый раз увидел. К нам подошла его мама.
- Привет ребята, меня зовут Тамара Андреевна, можно просто тетя Тамара. Это Максимка, дело в том, что Максимка у нас особенный мальчик.
Тетя Тамара очень нервничала и говорила сбивчиво и долго. Тогда мы впервые узнали, что есть на свете такие «солнечные» дети. Она очень просила нас приглядывать за ним, потому что он сам того не понимая мог попасть в беду. Мы конечно с ребятами были не рады такому развитию событий. Максимка всегда бежал к нам навстречу и обнимал каждого из нас. Нам это не очень нравилось, мы же не девчонки какие-нибудь, чтобы обниматься. Максимка все время улыбался и по большей части молчал. Он с интересом мог по долгу разглядывать какой-нибудь цветок или по долгу мычать, смотря на небо. Он всегда радовался, когда видел стрекоз и очень не любил громких звуков. Например, однажды самолете пролетел очень низко над нами, и Максимка описался. Мы, конечно же посмеялись над ним. С ним было неинтересно играть, он не понимал правил и вообще страшно нам мешал. Тетя Тамара всегда приглядывала за ним с балкона. А нам приходилось с ним возится, хотя мы этого не хотели мы же были детьми, нам хотелось бегать, играть в войнушку, бить крапиву палками, Максимка все время мешался. Он, например, мог выдать чье-нибудь тайное место в прятках, или ударить рукой по солдатикам, после того как мы 15 минут их всех очень тщательно выставляли, нам казалось будто он это специально делает. Еще и мычал не членораздельно ничего не понятно было. Это повзрослев мы поняли, что к Максимке стоило относиться с пониманием и уважением, но тогда мы этого не знали. Для нас он был просто дураком, мы не понимали, как нужно с ним себя вести и старались его чем-нибудь отвлечь, чтобы он не мешал нам играть. Сделать это было тяжело, он как щенок все время увязывался за нами, нас это жутко раздражало. Когда мы сбегали от него он всегда начинал плакать, и мы знали, что тетя Тамара будет смотреть на нас укоризненно, а нам этого не хотелось. Поэтому приходилось все время таскать его с собой, как какой-то довесок.
Мы продолжали пить пиво и общаться, все это время официантка стояла за барной стойкой и очень косо на нас смотрела.
- Люд ты чего застыла?
- Да странные какие-то.
- Кто?
- Ну вон видишь компанию за седьмым столиком?
- Ну вижу и что?
- Ну их сколько за столом?
- Ну трое
- Четвертый стул пустой видишь?
- Ну вижу.
- Так вот они все время к нему обращаются будто там кто-то сидит. А там нет никого, пусто. Будто с призраком общаются.
-Ой Люд, да какая разница, главное, чтоб счет оплатили.
Люда согласилась и продолжила свою работу.
Глава 2.
В тот день у нас было важное событие, футбольный матч, ребята с соседнего двора позвали нас играть, и мы никак не могли пропустить это событие. Тетя Тамара вручила нам по обыкновению Максимку и очень просила присмотреть, ей нужно было сбегать на рынок и брать с собой Максимку она не хотела, она уже знала, что мы присмотрим за ним.
- И что будем делать? – спросил Юрка
- Может возьмем его с собой? – медленно проговорил Кирилл.
- Это провал! – воскликнул Юрка он не даст нам поиграть, он же постоянно будет выбегать на поле за мячом, мало того, что не даст нам сыграть так еще и позорит нас, вы представляете, как над нами все смеяться будут, да нас же вместе с ним дураками называть будут.
- Но, что же нам делать? – спросил я
- Надо подумать – сказал Юрка – нужно его чем-то занять, нас не будет всего то час, наверное, надо чем-то его занять и все, он тут будет сидеть и копошиться, а мы и обернемся. Тетя Тамара с рынка вернется не раньше, чем через пару часов, вот мы все и успеем.
- А если он уйдет куда-нибудь?
-Да куда он уйдет, Кирилл? Он за границы двора никогда не уходит, там же громко, он боится.
- Юр, даже не знаю – я поглядел на Максимку он держал в руках какую-то палку и восторженно ее рассматривал.
-Ну а что вы предлагаете? Пропустить матч? Нас же больше не позовут!
Юрка был прав, для нас тогда, важнее этого матча ничего не было.
-И что будем делать? – спросил я.
Юра походил взад-вперед, а потом его голову озарила идея. Он сбегал домой и вернулся оттуда с увесистой коробкой, пазлов.
- Вот! – показал он на коробку и поднял палец вверх.
-Юра, ну он же не сможет.
-Тихо! – скомандовал Юра.
- Максимка, смотри что я тебе принес – громко проговорил Юра
Максим отвлекся от палки и немного наклонив голову набок заинтересованно посмотрел на коробку.
-Знаешь, что это?
Максимка замотал головой.
-Это, Максимка, настоящие сокровища! – произнес Юра загадочным голосом
Максимка распахнул глаза и приоткрыл рот.
-Слушай внимательно, что я тебе скажу. Эти сокровища тебе нежно перебрать по одному – Юра высыпал детальки пазла на пол, а рядом поставил ведерко для песка.
-Берешь вот так одно сокровище и кладешь его вот сюда в сундук – и Юра взял одну деталь пазла и положил ее в ведерко – только ты не забывай каждое сокровище разглядывать, понял?!
Максимка внимательно посмотрел, потом медленно взял одну деталь пазла осмотрел ее со всех сторон, ощупал и медленно положил в ведерко.
-Вот так! Молодец! – и Юра захлопал в ладоши.
Максимка заулыбался.
-Мы сейчас ненадолго уйдем, а у тебя ответственное задание к нашему приходу все перебрать понял?
Максимка замычал и взял еще одну деталь пазла.
-Все – шепнул Юра, побежали.
-Ты уверен? – спросил я.
-Другого шанса не будет.
И мы убежали. Мы убежали и бросили Максимку перебирать сокровища. Конечно же футбольный матч был насыщенный, мы бились до последнего и совершенно не заметили, как пролетело время. Опомнились мы только тогда, когда собственно матч закончился. Обратно мы бежали очень быстро, пот стекал по лбу.
-Черт, сколько прошло времени, уже вечереть начало Тетя Тамара точно вернулась и нам попадет по первое число – говорил я.
-Не причитай, наверняка он до сих пор перебирает сидит эти пазлы, если что скажем, что отошли на пару минут – говорил, задыхаясь Юрка.
-Как мы могли не заметить время – причитал Кирилл.
Когда мы подбегали к своему двору, мы уже поняли, что произошло что-то не доброе. Рядом стояла машина скорой помощи и много людей.
Тетя Тамара плакала навзрыд. А когда мы подбежали она начали кричать
- Не приглядели, не приглядели за Максимкой, как же так! Он же вас так любил, мой Максимка – она плакала, люди пытались ее успокоить. Мы ничего не понимали. Наши родители подбежали к нам и забрали по домам. Дома каждому из нас рассказали о случившемся.
Оказалось, что Максимка вышел за границу двора, возможно он пошел нас искать. Потом точно никто не знает, что произошло он выскочил на дорогу, возможно испугавшись большого количества людей и звуков, водитель не сориентировался и сбил Максимку. Мама и папа, убеждали меня, что я не должен себя винить, что тетя Тамара сама виновата, что оставила его одного, что мы не обязаны были за ним приглядывать и что мы еще сильно маленькие, чтобы понимать ответственность тем более за такого ребенка. Но я их не слушал, ведь я знал, что это мы убили Максимку, мы убили его из-за какого-то футбольного матча. На следующий день я вышел на улицу и подошел к тому месту, где вчера мы оставили Максимку, весь пазл был аккуратно переложен в ведерко. Я сел на колени возле этого ведерка и расплакался, впервые осознав все произошедшее. Перестал плакать я только тогда, когда почувствовал руку на своем плече я обернулся и увидел Юру и Кирилла, на обоих лица не было. Я понял, что они чувствуют тоже что и я. Юра винил себя больше остальных, но его вина была такая же, как и наша. Ведь мы все бросили Максимку. Мы все оставили его одного. И мы все были виноваты. Мы очень хотели как-то извиниться перед тетей Тамарой, хотя мы уже тогда понимали, что она нас не простит, сходить к ней мы так и не решились, а через месяц она уехала и мы не знали где она и как сложилась ее жизнь. Тот пазл мы разделили на три части, каждый взял себе горку деталей, чтобы навсегда помнить про тот день. И каждый год в тот самый день мы собирались вместе и сидели молча, перебирая кусочки пазла. Вначале наши жизни шли своим чередом, появились другие интересы, жизнь текла и менялась, неизменным была лишь наша традиция раз в году. Началось все, тогда, когда мы впервые нарушили традицию, мы поступили в институты, каждый в свой и разъехались по общежитиям. Молодость, девочки, вечеринки, все закрутилось и в тот самый день, мы не собрались как делали это раньше, о чем потом пожалели.
Глава 3
В тот день ночью Максимка пришел к каждому из нас. Он появился ровно таким каким мы его запомнили. Маленький в очках. Он ничего не говорил каждому из нас, просто грустно и укоризненно на нас смотрел. Наутро мы созвонились, мы были напуганы и после этого решили, что день его смерти мы никогда пропускать не будем. Следующую годовщину мы собрались в пиццерии, и сначала жутко испугались, когда внезапно Максимка появился рядом с нами, он сидел смотрел на нас и улыбался. Мы не знали, как себя вести. Вначале мы все извинялись перед ним, оправдывались, что мы были детьми. А он просто сидел и смотрел на нас, болтал ногами и улыбался. Он появлялся лишь раз в году. Вскоре мы привыкли, мы разговаривали с ним, рассказывали про наши жизни. Мы будто пытались как-то перед ним оправдаться. Мы будто пытались что-то изменить, осознавая, что ничего изменить мы не сможем. Для нас было тяжело видеть его каждый год, ведь раз за разом это было напоминание о том, что его нет, что мы виноваты в том, что его нет и что мы живем, мы тут, у нас что-то происходит, а его с нами нет.
Но сегодня все было по-другому. И бьюсь об заклад все чувствовали и все знали, что рано или поздно что-то произойдет. Сегодня это случилось, мы как всегда общались и старались заглушить чувство вины, которое всегда посещало нас в этот день, но внезапно мы все остолбенели. Все потому, что Максимка заговорил. Мы никогда не слышали его голос, ведь он всегда мычал, а сейчас, сейчас он говорил, и делал это очень четко и грамотно.
-Ребята, вы большие молодцы что столько всего добились. Я за вас очень рад, я знаю, что вы переживаете насчет того случая, вы не думайте я не обижаюсь больше. Я тогда пошел искать вас, потому что все сокровища я перебрал и мне стало грустно без вас. Очень грустно. Я не мог вас найти и думал, что с вами приключилась беда, поэтому я вышел за грани двора. Я понимаю, что вы не виноваты, но я должен это сделать ради вас самих, я должен собрать сокровища в сундук. Только так мы можем все это закончить. Он улыбнулся и исчез. Мы сидели с раскрытыми от ужаса глазами, нас била мелкая дрожь.
-Что это значит, как думаете? – спросил Юра.
-Это значит, что произойдет то, что должно было – тихим голосом ответил Кирилл
- Может оно и к лучшему – ответил я, мы посмотрели друг на друга, кивнули друг другу и разошлись.
Боялись ли мы? Да. Знали ли мы, что так будет? Да. Скорей всего, все эти годы, мы этого ждали. Первый был Юра. Он что-то напутал в установке газового котла, и тот взорвался, дом, который он строил долгие семь лет сгорел, сам Юра остался цел, он был рядом с домом так что его лишь отбросила ударной волной, и он отделался сломанной ногой.
Он позвонил мне, он плакал. Юра плакал от счастья.
-Все, все сгорело, я вложил семь лет жизни, я вложил большое количество денег, но я все, понимаешь я все! Я счастлив! Наконец то! Я так ему благодарен, я ему благодарен – Юра плакал от облегчения.
Следующий был Кирилл, какие-то проблемы с бухгалтерией, он долго судился, весь бизнес отобрали, он остался ни с чем, продал все чтобы погасить налоги. К счастью его не посадили. Он тоже мне звонил. Никогда не слышал, чтобы человек, который продал почти все был настолько счастлив. Все закончилось на мне. Аня была беременна, она долго не могла забеременеть, поэтому малыш был долгожданный, мы очень ждали этого ребенка, уже все распланировали, но где-то в глубине я знал. Замершая беременность. Слезы, боль, печаль, поддержка жены, все это заняло мое сознание, и я жутко боялся признаться себе, что я безмерно рад, нет, конечно же не тому что я лишился долгожданного ребенка. Я был рад, что я отмучался. Мы встретились также через год. Юра прихрамывал, Кирилл пришел пешком - машины у него не было. Мы все втроем вдруг осознали, что мы больше не тревожимся. Все эти годы мы винили себя, мы очень хотели получить какое-то наказание, нам было неловко что мы живем эту жизнь просто так безнаказанно, мы ждали кары, мы ее хотели. И когда это произошло, нам стало легче. Максимка забрал сокровища. У Юры его сокровище – дом, у Кирилла бизнес, у меня ребенка, все что для каждого из нас было ДОРОГО, все, что для каждого из нас было сокровищем, он забрал в свой сундучок. И у нас не было ни обид, ни злобы, у нас было очищение и успокоение. Сегодня мы не видели Максимку, и мы все втроем знали, что мы его больше не увидим. Откуда? Просто чувствовали. Мы поехали втроем на кладбище, долго смотрели на его фотографию на плите, потом достали свои пакетики с пазлами, и прикопали их рядом с ним.
Мы расплатились, спустя столько лет. Больше Максимка не появлялся, никто из нас его ни разу не видел. Через пару лет Юру неожиданно повысили и спустя три года он смог купить себе уже готовый дом. Кирилл, начал сначала, он все же бизнесмен до мозга костей. На этот раз он подошел к подбору бухгалтера очень серьезно и вскоре встал на ноги и добился успехов. Мы с Анютой, долго старались и почти отчаялись, но у нас получилось, у нас родилась красивая здоровая девочка. Мы все также собираемся, но теперь втроем и теперь мы спокойны. Мы знаем, что Максимка нас простил, но самое главное, что мы простили сами себя.
Глава 4.
Женщина открыла глаза. Никакого белого света или тоннеля. Так и знала, что врут, подумала женщина про себя. То, что она умерла она точно знала, помнила, как жгло в груди, как стало плохо на работе, такой громкий стук сердца, задыхалась, а потом все, сердце остановилось. Она сидела в какой-то странной комнате, на деревянном стуле с высокой резной спинкой. Перед собой она увидела двух мужчина, судьи что ли? Пронеслось у нее в голове.
-Ну, спросил мужчина в черной длинной мантии, с ней чего делать будем?
-Ты еще спрашиваешь? - Вскинул брови мужчина в белой мантии.
-Да, я спрашиваю, еще и как – и он коварно улыбнулся.
- Тамара Николаевна, 65 года рождения, отличница, пионерка, вышла замуж за автомеханика, работала швеей, далее забеременела, родила мальчика с особенностями развития, после чего муж ее бросил, потому что цитирую «Тамара, это невыносимо, я так не могу, я не могу растить дурака, надо было делать аборт» Тамара Николаевна, остается одна, с сыном и пытается содержать себя и его на швейную зарплату. Сын ее погибает он удара машиной, Тамара Николаевна, винит себя в случившемся. Потому что не должна была, не имела права оставлять сына маленьким ребятам и бездумно бежать на рынок, просто потому, что хотела все успеть. Виновна!
- Стоп, стоп, стоп – мужчина в белой мантии постучал молоточком – ты меня не обманешь, что ты по вершкам пробежался и все, ты глубже копни.
-Да чего копать то? В ад ее! Сжечь! Виновна! ВИНОВНА!!!
Тамара почувствовала, как ее стул начало затягивать вниз, было ощущение будто его всасывает болото, она посмотрела вниз и правда, пол стал будто то бы жидким и ножки стула начали утопать, Тамара по инерции приподняла ноги в ужасе ощущая жар с низу.
-Прекрати! – закричал человек в белой мантии
И стул Тамары замер. Пол вновь стал твердым, только ножки вросли в него на четверть.
-Давай ка разбираться, дорогой мой, все не так просто, как кажется на первый взгляд.
Человек в белой мантии пролистнул пару страниц в книге, которая лежала перед ним, провел пальцем по странице, немного прищурился и произнес
-Так, ну вот же оно - он побил пальцем по странице - у Тамары была только мать, она ее воспитывала и за ней, ухаживала, когда Тамаре было 15 лет, мать начала тяжело болеть, Тамара взвалила на себя уход за матерью и все хозяйство, она училась, убиралась дома, готовила кушать, делала маме уколы.
-Уколы! – ударил по столу мужчина в черной мантии – а как она добывала лекарства? Да она же собственноручно подделывала рецепты, чтобы ей выдавали лекарства по квоте! Разве это хороший и добрый поступок? Да она мошенница, в чистом виде! Она же могла тем самым подставить врача, а еще сама загреметь и тогда бы мать вообще одна осталась! Стул под Тамарой снова затрясся, неимоверно пахло чем-то паленым.
-Да, но тем самым она спасала мать, ведь денег на лекарства не хватало. Но давай дальше посмотрим, она вышла замуж за Николая автомеханика, любила его, окружала заботой, а он что? Изменял ведь ей направо и налево, а она жалела человека, прощала его постоянно, верила в него, что он исправится, что у них будет хорошая крепкая семья, и когда у него проблемы на работе были, это ведь она ходила с его начальством разговаривала, чтобы его не уволили.
-Да? А как же насчет того, что она пришла на работу к той девушке, с которой ей изменял муж и устроила ей там разборки, в связи с чем женщину уволили с работы, разве это хороший поступок? А еще, вот смотри, 658 страница, она шла по улице и прошла мимо человека, который сидел на лавочке и тяжело дышал, она не подошла ему помочь! Не подошла, а человек этот умер от сердечного приступа!!! Виновна!
Стул начал потихоньку погружаться в пол. Тамара глубоко задышала.
-Да, все верно, но как раз в этот момент она шла из больницы, будучи уже в положении, ей только что сказали, что у ее будущего ребенка выявлен синдром дауна, она шла в совершенном смятении и просто не заметила того человека, она была поглощена своими проблемами.
Стул снова застопорился. Человек в белой мантии продолжил.
-Она оставила ребенка, несмотря на то, что муж предлагал ей избавится от него, в следствие чего она лишилась мужа, она дала своему ребенку жизнь и ухаживала за ним, отдавая всю себя, не строя свою жизнь совершенно никак. Она воспитывала его, а ведь нужно иметь недюжинное терпение чтобы справится с таким ребенком. Она не спала ночами, она следила за ним постоянно, она мирился с тем что на них косо смотрят. Она мирилась со словом «даун» и «больной», и всячески пыталась подружить своего сына с другими детьми, пыталась его как-то социализировать
-Социализировать? – рявкнул мужчина в темной мантии, и Тамара увидела, как дымится его мантия – да она уничтожила жизнь трех ребят! Она бросила своего ребенка убегая на рынок. Бросила его совсем одного на попечение маленьких детей, не спросив, а надо ли оно им вообще возится с таким ребенком? Хотят они это или нет? Да она должна была безвылазно сидеть с ним рядом, двадцать четыре часа, брать его с собой на рынок. А она? ЧТО сделала? Да это она повинна в смерти своего сына! Так мало того, ещё и трое детей жили и мучились всю жизнь от чувства вины, которое она им привила. Это что за мать такая? КУКУШКА!
Горькие слезы текли по щекам Тамары, она больше не поджимала ноги, она вместе со стулом равномерно погружалась в огненную пучину, ногам было очень горячо, будто они в кипятке, но Тамара этого не замечала, она вновь вернулась туда на много лет назад. Вспомнила тот двор, вспомнила Кирилла, Юрку, и Андрея, вспомнила, что она тогда кричала им в порыве отчаяния. Потому что она ведь прекрасно знала, что виновата только она и больше никто. Вспомнила закрытые глаза Максимки, она тихонько плакала и хотела, чтобы этот суд поскорее закончился.
Мужчина в черной мантии, ликовал, он предчувствовал вкус победы.
-Так-то оно так – сказал мужчина в белой мантии, но есть некоторые детали.
-Никаких деталей тут быть не может!
-Может, конечно же. Ну во –первых, я не снимаю с нее ответственности, только она была ответственна за жизнь своего ребенка и больше никто. Но – мужчина в белой мантии и встал, и начал ходить взад-вперёд прямо перед Тамарой – вот ведь как получается, легко судить других с высоты себя любимого и умного, все совершают ошибки, совершенно все. Но я сейчас не об этом, да она действительно побежала на рынок сама, оставив Максимку на его друзей, которые, заметь не высказали ничего против. Да, дети, понимаю, но все же, никто из них слова не сказал. Это было не первый раз, поэтому она оставила сына без задней мысли, ей хотелось поскорее все купить, она забегалась как белка в колесе и собственно из-за того, что она без Максимки шла очень быстро, она оказалась в нужном месте в нужное время, она придержала Зинаиду Петровну.
-Какую еще Петровну? – мужчина в черной мантии начал быстро листать страницы в книге.
- Макарову Зинаиду Петровну, старушка должна была упасть и подвернуть ногу, и никуда не успеть так бы и вышло, но Тамара шла рядом и придержала старушку, та не упала, не подвернула ногу и успела привезти зачетку своему внуку Артему, тот в свою очередь сдал все экзамены на отлично, потому как именно в этот день экзамены принимал Виктор Григорьевич, он честный преподаватель и все экзамены принимает по знаниям, а не за вознаграждение. И, успешно развиваясь, Артем разработал новое инновационное лекарство, благодаря его разработкам, а также научным исследованиям и открытиям, удалось за короткие сроки разработать вакцину, и очень большое количество людей благодаря вакцине живы.
Лицо мужчины в черной мантии почернело, брови сдвинулись к переносице
-Ты, что сейчас хочешь оправдать ее тем что, благодаря одной жизни, спасены другие жизни? Ты мне что тут подсовываешь?
-Нет, я вовсе не хочу так сказать, я лишь хочу донести до тебя, что на одну и ту же ситуацию можно посмотреть с разных углов. Вот смотри она пережила ужас потери сына, перекромсала все это у себя внутри. Через полгода она пошла в гости к брату, просто решила заглянуть в гости. Брат, к тому моменту сделал петлю себе на кухне, он не знал, что она придёт, она пришла внезапно, он закрыл кухню и они поговорила в зале. Тамара, пережив свое горе смогла поговорить с братом по душам, она подобрала такие слова, в которых он нуждался именно в эту секунду, она могла подобрать эти слова только при учете пережитого, осознать и понять эту жизнь и сказать нужные слова своему брату, совершенно не подозревая о том, что на кухне болталась петля. Она просто поговорила с братом по душам, а когда ушла, брат расплакался и снял петлю. Потому что она попала ему в самую душу, но все это на основе пережитых ею ситуаций. Каждый поступок каждая ситуация, она требует внимательного рассмотрения со всех сторон. Плохой человек, может при детальном рассмотрении оказаться и не настолько плохим, ровно, как и хороший, может быть не таким уж хорошим. Все относительно.
-Это не справедливо! – ревел мужчина в черной мантии.
-Ну, не тебе мне говорить про несправедливость- сказал мужчина в белой мантии.
-И что теперь? Куда ее? Я не понимаю! Устроил мне тут бардак!
- Напротив, я все разложил по полочкам.
Оба мужчины встали прямо перед Тамарой.
-Куда ее?
Тамара смотрел на мужчин молча, она не боялась совершенно, когда перед тобой пролетает вся твоя жизнь ты не боишься, ты все вспоминаешь чему-то радуешься, отчего то грустишь, но ты все принимаешь. Ведь это все и есть ты.
-Решим, время есть!
И они оба ударили в ладоши.
Тамара открыла глаза, белый свет, белый кафель, белые халаты – она в больнице.
-Пришла в себя, слава богу. Теть Тамара, вы как?
Тетя Тамара?
Тамара моргала глазами пытаясь сфокусировать свой взгляд на враче.
-Это я Андрей, помните меня? Андрей, Юра и Кирилл, помните? Как же хорошо, что вы попали ко мне, как здорово, что у моей команды получилось вас вернуть с того света. У вас ведь была остановка сердца, теть Тамара, слышите меня?
-Андрюша, ты что тут…ты как тут…
-Тихо, тихо, спите теть Тамара потом поговорим.
Тамара пришла в себя через пару часов, она ничего не помнила, только на душе было одновременно и легко, и грузно.
В палату зашел Андрей.
-Теть Тамара, здрасьте, а я вот, на врача выучился, хирург, очень удивился, когда вас увидел сегодня, переживал очень, когда сердечко ваше возвращал. Как вы себя чувствуете?
Тамара не успела ничего сказать в дверь постучали и тут же, не дожидаясь ответа забежали два мужчины, Тамара не сразу узнала в них взрослых Кирилла и Юру.
-Теть Тамар, теть Тамар, как вы. Мы тут это апельсинов вам, Юр, дай пакет, чаю тут взяли, сахар, яблок, сок еще взяли, мы не знаем, что вам нужно, мы все взяли.
Тамара расплакалась
-Ребята, милые мои, простите меня, простите пожалуйста так виновата перед вами!
-Теть Тамар вы чего? - удивился Юра.
-Я так плохо поступила, мне не следовало навязывать вам Максимку, мне не следовало вам его оставлять. Я так виновата перед вами. Так виновата! Вы даже не представляете!
-Да вы что теть Тамара, вы не виноваты. Мы же его оставили. Не плачьте пожалуйста не плачьте! Слышите? У нас все хорошо, я вот дом себе недавно купил, у Кирюхи бизнес, Андрюха наш вон врач, заслуженный и между прочим отец прекрасной принцессы! Теть Тамар, ну не плачьте пожалуйста.
-Я так виновата перед вами, мальчики так виновата!
-Мы все виноваты теть Тамар, каждый по-своему, мы уже расплатились, вы судя по всему тоже, так что теперь все, никто не виноват! – Андрей обнял Тамару, она все еще плакала, к нему присоединились Кирилл и Юра.
-Максим там, а мы тут, так что давайте жить на всю катушку – сказал Юра.
Тамара была с ним согласна, ей очень хотелось жить, как и всем. Двое мужчин, в разного цвета мантиях, пили кофе. Потому что кофе любят все.
-Медаль - сказал черный - у нее две стороны. У человека два выбора. Черный и белый цвет. Я и ты. Двое. Две дорожки. Орел и решка.
-Если ты в черный кофе нальёшь белые сливки, все смешается, если ты возьмешь медаль за ленту она начнет крутиться, да так что не понятно будет что за сторона перед тобой. Подбрось монету и не узнаешь, что там, пока она не упадет. Говорят, дьявол кроется в деталях – человек в белой мантии улыбнулся – не только он.
Они вдвоем пошли в здание суда, у них еще очень много работы. Ведь мы с вами кофе, мы с вами сливки, мы с вами и орел, и решка. Ежедневно делаем поступки обдуманные и не очень, не всегда понимая и осознавая к чему приведут наши с вами слова и действия.
Ежедневно утопая в новостях, работе, склоках, ругани, погоне за заработком, дом, семья, работа, дети, люди, миллионы людей и действий вокруг нас, сложно очень сложно остановится и обо всем подумать по-порядку, поступать не эгоистично, поступать не на эмоциях это сложно и как правило приводит к несправедливости. Давайте стараться просто жить на полную катушку. Давайте любить, давайте быть добрее, давайте попробуем. Сложно выбирать всегда белое, но давайте всегда задумываться о том, что возможно каждый из нас будет сидеть на деревянном стуле с высокой спинкой и куда попадет этот стул зависит лишь от нас.
Необитаемый остров.
Сеанс номер один.
Я не хотел идти к психологу. Для меня это было в новинку. Я всегда считал психологов совершенно ненужной профессией. Ну что они такого смогут мне сказать, как смогут меня переубедить, если не понимают, что происходит внутри меня. Как можно понять все мои тридцать с лишним лет, за несколько сеансов. Для меня психологи всегда были людьми, которые брали очень много денег за глупый трындеж. Но я прекрасно осознавал тот факт, что сейчас нахожусь в такой ситуации, что самому мне никак не справится. Из глубокой ямы моего психологического состояния, в которую я попал, мне необходимо было как-то выбраться. Нужна была надежда на то, чтобы дальше как-то существовать. Я понимал, что необходимо какое-то действие с моим разумом, чтобы не сойти с ума окончательно.
Нужно было кому-то рассказать. Нужно было выплеснуть, нужно было выплакаться, посвятить кого-нибудь в детали, чтобы кто-то мог сказать, что делать дальше.
Поэтому собственно я и сидел в этом кабинете.
Он оказался не очень большим, казалось стены на меня давят, а, впрочем, это хорошо. Открытого пространства мне вдоволь хватило.
Кресло. Кресло было не очень удобным. Отчего то на нем у меня терпла нога, впрочем, возможно это было из-за нервов. Оно было узковато, а ведь в фильмах обычно показывают просторные кушетки. Вранье. Так и знал.
Слева от меня было окно, легкая белая занавеска обрамляла его, и я не видел, что там снаружи. Свет просто попадал в помещение и на том спасибо.
Стол. Стол мне не понравился сразу. Деревянный. Почему деревянный? Вот стеклянный сюда отлично бы подошел, но нет. Проклятый деревянный стол. И как тут расслабиться и довериться психологу, если все вокруг раздражает?
Я громко вздохнул, выпустив воздух изо рта. Чувствовал себя будто перед экзаменом. Ладошки вспотели, и я переложил свой блокнот в другую руку, на обложке остались влажные отпечатки, я вытер блокнот о джинсы. И вцепился в него покрепче, оставляя на кожаной обложке следы от ногтей.
Это был не совсем блокнот. Скорее ежедневник, с темно бордовой кожаной мягкой обложкой. Ежедневник имел весьма потрепанный вид. Выгоревший, местами порванный, местами испачканный и намокший, но это было дороже всего на свете для меня. Самая дорогая вещь. Все деньги мира не стоили этого ежедневника. Бурдж Халифа в Дубае, было просто ничем по сравнению с тем что значил для меня сей ежедневник.
Я почувствовал дуновения ветра, это открылась дверь, половицы заскрипели. Я заерзал и выпрямил спину. Это он. Это мой психолог. Человек, которому я собирался выложить все. Человек, который должен вытащить меня из этой пучины отчаяния. Нога противно заколола от онемения. Я снова бросил взгляд на проклятый деревянный стол.
Наконец он появился в проеме.
Мужчина, был именно таким классическим психологом как показывают в фильмах. Худой, с высокими скулами, с легкой сеткой морщин возле глаз в очках с черной оправой, прямые волосы. Классический костюм, ручка и тетрадь в руке. Он был спокоен, взгляд внимателен. Он слегка улыбнулся.
- Добрый день, Константин. Очень рад вас видеть, я буду вашим психологом. Вам необходимо мне довериться.
Голос. Его голос будто разбил пустоту и вакуум, который окружал меня. В ушах слегка зазвенело, но как не странно сразу стало спокойнее чем было за минуту до этого. Это хороший знак.
Психолог сел напротив меня, на свое кресло, которое ничем не отличалось от моего. Только ему, психологу, в отличии от меня было на том кресле весьма удобно.
- Константин, не переживайте. Я понимаю, вам сложно будет мне довериться и открыться. Но я вас уверяю, я тут только для того, чтобы вам помочь. Это моя миссия. Поэтому вам нужно расслабиться и рассказать мне все все. Чтобы мы могли с вами двигаться дальше, договорились?
Я сглотнул. Слюна прошлась по моему горлу, и я осознал, что в глотке у меня сухо, как в Астраханской степи. Я слегка прокашлялся и кивнул. Будто поняв все, психолог бросил взгляд на графин с водой и стакан, которые все это время стояли на столе.
- Давайте я налью вам стакан воды.
Вода приятно заполняла пространство стакана. Капли блестели на стекле. Как же это красиво. Я улыбнулся, мне стало хорошо. Психолог протянул мне стакан. И я с жадностью осушил стакан. Стекло приятно холодило губы. И руки....рукам нравилось трогать стекло. Кайф. Я облизнул рот. Кайф. Действительно я немного успокоился.
- А теперь расскажите.
-Рассказать, что? – не смотря на выпитую воду, говорил я с трудом, как будто давно не разговаривал. И звук собственного голоса даже слегка напугал меня.
-Давайте начнем с рук
-С рук?
-Да, что у вас в руке?
Я посмотрел на руки, будто минуту назад не смотрел на них, действительно в руке ведь я сжимал свой ежедневник.
- Ах, да, это….это мой дневник – сказал я не слишком громко
Затем я сделал глубокий вдох и выдох и вытянул руку вперед
-Это мой дневник, в который я записывал все что меня беспокоило. Я думаю я готов.
Психолог нагнулся чуть вперед и взял мой ежедневник, я не сразу его отпустил, психолог мягко на меня посмотрел и слегка кивнул, и я наконец разжал руку. Он вернулся в свое кресло держа в руках мое сокровище.
Я все еще чувствовал себя как мать у которой забрали детёныша. Сейчас он его откроет и начнется. Мне снова придётся все вспомнить. И хочется и не хочется. Заново все это пережить. А станет ли мне легче? Я должен попробовать. Должен. Потому что больше не знаю, что делать.
- Я хочу, чтобы мы с вами прошлись по этому дневнику. Хочу, чтобы вы прочитали вслух, и мы могли разобрать мое состояние и решить, что мне делать дальше.
-Хорошо, Константин.
Психолог взял в обе руки мой ежедневник.
-Я могу его открыть и приступить к чтению первой записи?
Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Вот оно начинается. Путешествие по моим воспоминаниям.
- Да, читайте.
Психолог мягко кивнул и открыл мой ежедневник. Страницы зашуршали. Он поправил свои очки, чуть облизнул губы и начал читать, его голос заполнил все вокруг, а я погрузился в воспоминания.
Запись первая.
Здравствуй дорогой дневник.
Я не знаю, как правильно это делать, не умею, никогда такое не писал. Наверное, не было надобности, а вот сейчас появилась. Хотя лучше бы не появлялась.
Я пишу это на всякий случай и еще, наверное, чтобы не сойти с ума. Это не самый первый день моего пребывания на острове, но первый день, когда я решился вести дневник. На самом же деле, на острове я уже три месяца. Я отправился в это чертовое путешествие, купив экскурсию на улице. Не стоило этого делать, но время назад не вернешь. Нужно рассказать, как это было. Я шел по набережной, была прекрасная погода, я пил коктейль и ел чурритос, и подумал, что не плохо было бы отправится на какую-нибудь экскурсию по океану. Посмотреть местную фауну. Я представил, как в солнечных очках буду попивать местное холодное пиво, находясь на борту лодки. Снорклить, а может даже рыбачить. Эта идея приятно защекотала мне мозги, разыграв фантазию. Мне не хотелось долго искать, лазить по сайтам, ловя интернет, куда-то звонить или идти, мне не хотелось напрягаться и тратить на это время моего отдыха, поэтому я подошел к первой попавшейся лавочке. Там меня встретила приятная смуглая девушка, которая, впрочем, хоть и не без ошибок, но не плохо говорила на языке. Мы обговорили детали, я внес предоплату и довольный отправился гулять дальше, радуясь тому что завтра меня ждет отличное путешествие.
Впрочем, утром, настроение мое испортилось, так как новый день встретил меня пасмурным затянутым нарочито серым небом. Сама природа меня предупреждала, но я оказался глух к ее предостережениям. Я пришел на место точки икс, где меня ждала лодка и вчерашняя девушка. Я высказал свои опасения о погоде, на что девушка, широко улыбаясь, сказала, что у них тут это частое явление, через десять минут распогодиться и будет светить яркое солнце. И что не стоит переносить такую шикарную экскурсию, тем более что на неделю вперед уже нет мест. Это я уже потом понял, что это был обман. Впрочем, какое теперь это имеет значение. Девушка также оповестила меня о том, что еду я не один. Это было странно ведь я оплачивал индивидуальную экскурсию, за что собственно и переплатил денег. Но девушка так умело и быстро тараторила. Она представила мне попутчика его звали Алексей. Приятный такой парень моего возраста и я подумал, что в конце концов в рюкзаке моем лежит две бутылочки пива и я не прочь их разделить с попутчиком. Он был улыбчивый и приятный парень. Ну и ладно. Вместе веселее.
Мы сели в лодку. Я вот сейчас понимаю, почему я сразу не обратил внимание на то, что лодка была не сильно новая, наверное, никто и никогда не думает о плохом, пока оно не случится. Нас было четверо в лодке, я Алексей и два капитана. Если их можно так назвать. По факту два темнокожих оборванца с трудом говорящие даже на английском языке. Один был на моторе, второй отвечал за снаряжение. Ох, какое там снаряжение, маски да ласты. Дался мне этот снорклинг. Собственно, мы поплыли. С Алексеем мы быстро нашли общий язык. Мы были уже глубоко в океане, берега не было видно. А погода начала основательно портиться. Пошел легкий дождь, поднялись волны. Я посмотрел на все это и понял, что тут даже пиво не исправит положение. Мокро, серо, прохладно, еще и качает, того и гляди выпадем из лодки. Я начал на ломанном английском пытаться объяснить нашим «капитанам» чтобы они разворачивались назад. До сих пор помню их глупые лица, которые поднимали палец в верх и улыбаясь говорили.
«Гуд! Гуд! Воч фиш гуд»
Какие там рыбки! Через пять минут, погода разбушевалась, и я наконец увидел, что капитаны начали нервничать и переживать. Они развернули лодку и говоря на непонятном нам языке что-то кричали. М ы с Лешей испуганно переглядывались и держались за борта лодки. Пошел сильнейший дождь. Просто стена. Не было видно ничего. Волны болтали нас так сильно. Я проклинал эту экскурсию. Рыбок. Себя. Ту девушку. Все на свете. Руки болели так сильно я держался за борт. Я слышал крики капитанов. Леша молчал. Все вокруг было черным будто настала ночь, я таких волн не видел в жизни. Хорошо помню, как меня выкинуло за борт. Это ощущение. То самое, когда во сне вдруг неожиданно падаешь, а потом просыпаешься в своей теплой постели. радуясь, что это был лишь кошмар. Но, к сожалению, это не было сном. Я барахтался и что-то кричал. Волны заливались в рот, дождь заливал глаза. Я нахлебался воды и просто отключился. Темнота и ясная мысль, что я сейчас умру.
Я пришел в себя на берегу, меня выкинуло волнами. Я долго кашлял и приходил в себя. Хватал воздух ртом, будто рыба, выброшенная на берег. Ободрал все горло. Носоглотку щипало, я хрипел и плевался, но был счастлив что живой. Когда наконец я окончательно убедился, что я живой, и что я целый и ничего у меня не сломано, только тогда я позволил в свой разум впустить страшную мысль, которая позже сменилась еще более страшной.
Я осознал, что я на острове. Один. Я взял экскурсию у нелегалов. Никто не знает, что я тут. Я сам не знаю где я. Если даже те «капитаны» остались в живых, о чем я собственно не знаю, то не факт что они бросятся на мои поиски или кому-то про меня расскажут. Они отвезли меня как туриста нелегально и разумеется денег с меня взяли без оплаты налогов, поэтому самое лучшее что они могут сделать, это смотать свои удочки и прикрыть ненадолго свой бизнес или открыть новый, вряд ли они кому-то скажут, что потеряли туриста. Плюс они возможно думают, что я умер. Именно поэтому в их же интересах не искать меня и никому обо мне не говорить. Страх распространялся по организму как инфекция, окутывая меня как геккон липким слоем дрожи. Внутри меня начала нарастать паника, я испугался так сильно, что почувствовал, что сейчас обделаюсь прямо на месте. Мозг отчаянно подавал сигналы. Этого не может быть! Этого не может быть! Этого просто не может быть! Но в этот самый момент, когда от страха и паники я уже готов был отключиться я услышал, что меня окликнули, я обернулся и увидел Алексея. БОЖЕ!» Это был должно быть самый счастливый момент во всей моей жизни. Да, это никак не меняло моего положения, но я был не один! И это меняло все. Как оказывается человек устроен. Когда он в полной жопе, на краю обрыва, достаточно понять, что он стоит там не один и ему сразу становится легче, хотя ведь обстоятельство никак не меняются. Но вот этот эгоизм, мне плохо не одному он сразу придает сил. Забавно.
Я был не один и это было счастье. Истинное. Возможно мы могли бы что-то придумать вдвоем. Два это не один. Я был поистине счастлив тогда. Мы обнимались с Алексеем и плакали, то ли от счастья, то ли от горя. Именно так началась наша жизнь на этом острове.
Психолог остановился, он внимательно на меня посмотрел. Что он там мог увидеть. Я вспотел, как церковная мышь. Он читал мою историю, и я впервые слышал ее со стороны. Будто это не я писал, будто не со мной все это было. Я в очередной раз проклял себя за то, что купил ту экскурсию, за то, что пошел в тот день по набережной, за то, что оказался в том месте и в то время. Ведь можно же было всего этого избежать. Не будь я там. Возьми я отпуск в другое время. Задержись я в кафе или будь другая погода. Боже все могло обернуться совсем по-другому. Сердце мое колотилось я тяжело дышал. Капельки пота стекали по лбу, и я их чувствовал. Снова свело ногу, что за черт.
- Дышите глубоко, на пять тактов вдох, на пять тактов выдох – сказал психолог.
Я вспомнил, что где-то слышал эту технику дыхания, вот тебе и прославленный психолог, но я подчинился и вскоре все же смог привести свое дыхание в норму.
- Я только что прочитал самую первую запись. Опишите что вы чувствуете?
- Ужас кромешный, что же еще я могу чувствовать. Безнадегу оттого, что все могло быть по-другому. Если бы только я не купил эту чертову экскурсию. Если бы прошел мимо этих аферистов. Все было бы нормально. Останься я в этот день в номере все было бы хорошо. Я бы смотрел телек, заказал бы еду в номер, слушая как дождь барабанит по стеклу, а вечером я бы вышел вдохнул бы глубоко свежий воздух после дождя прошелся бы немного перед сном, поужинал бы курицей в шоколаде, опрокинул бы пару рюмок текилы и пошел бы спать. Все было бы прекрасно. Я злюсь на себя за свою беспечность. Ведь видел я эту лодку, да на ней даже Герасиму не стоило плыть чтобы му-му утопить, а я поперся в чужой стране с двумя странными так сказать капитанами. Почему я это сделала меня ведь никто не заставлял!
-Вы ведь не можете это изменить, так к чему постоянно возвращаться к этому? Чтобы еще раз упрекнуть самого себя? В этом нет никакого смысла. Это никак не изменит того, что с вами уже произошло, так зачем же заниматься самобичеванием?
Странно я и сам всегда это знал, но, когда услышал эти слова от психолога, мне почему-то стало легче. Я немного успокоился. Действительно ведь я не при чем в этой ситуации. Не я же развел кого-то на деньги, не я же посадил доверившегося мне человека в дырявое корыто. Это сделал не я, так почему же я виню себя просто за то, что хотел отдохнуть и посмотреть на рыбок?
-Вы правы, я не виноват в том, что со мной произошло. Не я не Алексей, мы не виноваты.
- Все хорошо – мягко сказал психолог – мы тут чтобы все пройти вместе, вы не одиноки помните об этом. Я могу продолжить?
Я медленно кивнул. Его спокойный голос снова наполнил пространство вокруг меня. Я прикрыл глаза.
Запись вторая
Как забавно устроен человеческий мозг, когда мы Алексеем только попали сюда, мы думали, что нас спасут через неделю. Просто мы на это сильно надеялись. Спустя неделю мозг стал придумывать всякие оправдания почему нас не находят и оттягивал время понятие «скоро», «нас скоро найдут», мы так долго вглядывались в горизонт что болели глаза. Наверняка тому, кто это читает интересно как же мы смогли обустроится на острове, не имея совершенно ничего. Нам очень повезло. В первый день мы спали на песке на пляже, нас покусала песчаная мошка все тело покрылось красными пятнами и страшно зудело. На утро очень сильно хотелось пить. Поэтому мы пошли осматривать остров, который стал нашей тюрьмой. Мы отправились вглубь джунглей, внутрь острова. Очень скоро мы почувствовали, что такое тропическая влажность, одежда прилипла к телу, все внутри иссохло. Было жарко, потно, хотелось пить, начала болеть голова. Мы отбивались от веток и насекомых и спустя какое-то время нас все же ждала награда. Мы вышли прямиком к источнику. Это был источник проточной чистой воды. Маленькое чистейшее озерцо с водопадом, струящимся по скале. Это было потрясающе. Самое главное мы нашли. Радовались как дети. Умылись и напились. Пили так много, что аж начало тошнить, но голова болеть перестала. Мы отдышались и решили пройти еще немного вперед. Бинго! Это, наверное, был самый удачный наш день. Прямо по среди джунглей мы обнаружили самолет! Самый настоящий! Он был не очень большой. Судя по всему, потерпел крушение. Это было одновременно и хорошо, и плохо. Плохо вот почему – внутри самолета мы обнаружили скелет пилота. Это означало только то, что пилота этого не нашли и это печально. Ведь он же пропал с радаров, должны же были его искать! Но мы отмели эти мысли, потому что с этого момента у нас было очень много работы. Мы несколько дней таскали с этого самолета вещи на пляж. Что за вещи спросите вы? Те самые, на которые в обычной жизни внимания не обращаешь. Но наша обычная жизнь кончилась в тот день как мы оказались на этом острове. Итак, мы не без труда перенесли на пляж сидения, на них было мягко сидеть и мошки не одолевали. В самолете оказался парашют, это давало нам сразу две полезные вещи. Первое – мы натянули брезент от парашюта в своем лагере и теперь у нас была крыша над головой и тропические дожди, о которых я расскажу чуть позже нам не мешали. Второе- стропила, это были отличные тугие веревки, из которых мы соорудили себе гамаки завязав между деревьями и используя опять же кусок ткани от парашюта. В самолете мы так же обнаружили несколько курток, парочку оставили себе остальные пошли на лоскутки, из которых можно было удобно связывать ветки и стволы пальм. Хоть и лиан у нас было достаточно, но лоскутки тоже пошли в дело. Также мы нашли техническую леску, ее мы использовали для удочки, привязывая шипы от черных пальм вместо крючка. Не без труда вы выковыряли линзу из приборной панели. Это было подарком используя ее и легковоспламеняющийся трут мы могли с легкостью разжечь костер. Ну и вишенка на торте. При падении одна из лопастей отвалилась от самолета. Я несколько дней усердно точил ее об камень и в результате применив смекалку лиану и ствол пальмы я сделал мачете самое настоящее. Теперь можно было не подбирать сухие упавшие ветки, а рубить хорошие и свежие. Это позволило нам укрепить наше убежище. А после мы сделали также ловушки для крабов, а когда нам надоело есть с песком, мы соорудили деревянный стол и два стула. Конечно стол был кривой, косой с буграми, но это был стол. Глоток цивилизации. Стулья получились не сразу, несколько раз они ломались под нашим весом, но в итоге все же получились. Там же я нашел этот блокнот. Алексею он не понадобился, поэтому я забрал его себе. Мы так усиленно работали, все это было ради того, чтобы отвлечь свои мозг от одной единственной мысли, нас никто не спасает и неизвестно ходят ли мимо корабли и летают ли самолеты. Смогут нас найти или нет. Мы старались максимально комфортно обустроить все вокруг чтобы не чувствовать себя ущемленными.
Но вас конечно интересует чем мы питались. Это было основным вопросом после того как мы обнаружили источник воды. В самолете мы также обнаружили старые пустые пластиковые бутылки мы их промыли и набирали питьевую воду, чтобы она всегда была под рукой. На острове было несколько фруктовых деревьев. Папайя, прекрасный фрукт, если ты конечно не ешь его каждый день. Что мы с него только не делали, ели просто. Варили пюре, выжимали сок из ствола. Фрукт хороший, прекрасно кстати помогает от кашля, но об этом позже. Но он быстро надоедает. Также был так называемый обезьяний фрукт. Обезьяны кстати были единственные жители этого острова, кроме насекомых. Они сводили с ума своим криком. Так вот обезьяний фрукт, он висел очень высоко, поэтому мы могли есть только упавшие фрукты. Часть были свежими, а часть уже забродившими. Вся прелесть забродивших обезьяньих фруктов была в том, что это был ром в чистом виде, мы с Алексеем могли пьянеть, танцевать под звездами, забываться и сильно верить, что нас обязательно спасут. Шрифт немного размывается потому что это мои слезы. Потому что мы на этом чертовом острове уже пять месяцев. Я пишу не так часто, как хотелось бы, из-за того что не знаю, когда нас спасут. А ручек в самолете оказалось всего две. Если чернила кончатся, я потеряю возможность изливать свою душу, поэтому я берегу чернила.
Психолог остановился. Он сделал это по двум причинам. Вторая моя запись закончилась и слезы бежали по моим щекам.
- Я думаю на сегодня с вас хватит воспоминаний. Мы продолжим с вами завтра. Но прежде чем мы закончим этот сеанс. Я хочу, чтобы вы ответили мне на несколько вопросов.
Я вытер слезы и заерзал на стуле.
-Вы с самого начала постоянно смотрите на стол, он вас беспокоит. Это связано с тем что он похож на стол, который был у вас на остове?
-Да, все верно, я видел этот стол на протяжении долгого времени я за ним ел и пил, и он мне надоел.
-Почему?
-В каком смысле почему?
Психолог посмотрел мне прямо в глаза.
-Почему именно стол вызывает у вас такой триггер? Ведь за столом вы кушали и пили, вы изначально сделали тот стол для своего комфорта, для того чтобы чувствовать себя в цивилизации и комфорте, так почему, почему этот деревянный стол вызывает у вас такую реакцию.
Я понял, что вспотел. Меня бросило в жар, сердце забилось очень быстро. Я не знал, что мне отвечать.
- Просто, просто меня раздражает все что связанно с островом, мне это напоминает те дни, я мыслями возвращаюсь туда обратно и меня это пугает.
-Да, но почему вас пугает именно стол?
Психолог смотрел в упор на меня, заставляя меня прятать свой взгляд, он хотел, чтобы я что-то ответил, а мне нечего было отвечать, я не знал правильный ответ на этот вопрос. Просто не знал.
Выждав пару минут. Психолог что-то записал в свой блокнот и произнес.
-На сегодня, все, мы увидимся с вами завтра.
Я выдохнул и расслабился. Первый сеанс закончился. Помог он мне? Слишком рано об этом говорить.
Сеанс номер два.
Я пришел на второй сеанс, а это что-то да значило. По крайней мере для меня.
Сегодня не было прелюдий, и психолог сразу перешел к чтению моей третьей записи.
Запись третья.
Полгода. Целых полгода мы находимся на острове. Мы ни разу это не обсуждали, но прекрасно понимаем, что никто нас не ищет. Возможно наши капитаны погибли, а может решили, что погибли мы. Нас никто не спасет. Если не будет проплывать мимо какой-либо корабль или пролетать самолет. Но за полгода не было ни разу такого случая. Несмотря на это мы сделали большую надпись СОС. На самом берегу мы делали ее много раз, сначала мы вырыли эти слова небольшими песочными ямами, но вскоре их смыл дождь и засыпало ветром, после мы выложили буквы пальмами, но их тоже сдувало ветром, поэтому приходилось постоянно проверять эту надпись и поправлять ее при необходимости. Есть еще несколько вещей которые я хочу описать. Во-первых – дожди. Тут они могут идти неделями. Нам приходится сидеть в укрытии, и это угнетает, становится очень холодно и мокро. Весь трут намокает, поэтому мы научились делать запасы сушняка, из которого можно жечь костер чтобы не заработать гипотермию. В моменты дождей особенно тяжело, потому что так мы ежедневно заняты поиском еды, мастерством ловушек и прочими вещами. А в дождь мы вынуждены сидеть и ничего не делать, по началу мы рассказывали друг другу истории из жизни, но очень быстро поняли, что эти истории – истории из нашей нормальной жизни они ранят, тяжело говорить о той жизни которую мы жили раньше. Потом мы пытались плести ловушки из лиан или обувь, вырезали вилки из дерева и всякие поделки, но не получалось отвлечься от этого дождя. В результате мы просто сидели и смотрели на эти крупные капли погруженные каждый в свои мысли. Сложно описать, что мы чувствуем. Как хочется обычных вещей. Например, чашку кофе, или скажем замотаться в плед и посмотреть на дождь за окном. За окном! Находясь в теплой квартире, смотря какое-нибудь глупое шоу по телевизору.
Мы никогда, никогда не показывали чувств друг другу но я почти уверен, что Алексей тоже плакал так же, как и я. У меня бывали моменты, когда я уходил вглубь джунглей, за фруктами и просто ревел несколько часов в одиночестве. Почему я не делал это при Алексее? Не знаю, наверное, мы пытались держать картинку того что все хорошо. Каждый из нас делал вид, что все хорошо. Все будет хорошо, но надежда таяла с каждым днем…
Психолог остановился. Я плакал. Я не мог остановится. Просто плакал и все. Ощущение безысходности, я помнил, как зажимал рот рукой чтобы Алексей не услышал, как кусал от отчаяния свою ладонь и выл от безнадеги. Описать эти чувства невозможно. Это невероятное черное облако безисходства, которое накрывает тебя и граничит с неким безумством. Я помнил, как держал мачете в руках, я держал и размышлял смогу ли я полоснуть им себя по шее так чтобы умереть не мучаясь. Я размышлял хватит ли мне духа покончить со всем этим. Но никогда не хватало. Не хватало. Мне чудилось, что я режу себя и на последних секундах жизни вижу проплывающий мимо корабль, поэтому у меня так и не получилось. Пару раз я нырял под воду и сидел там пока легкие не взрывались, но каждый раз выныривал. Каждый раз. Вы, наверное, думаете, а почему же за все это время мы не разу не построили плот? Построили. Мы даже иногда выходим на нем рыбачить. Однажды мы решили уплыть, мы собрали вод и еду, погрузили все на плот, отплыли так далеко что острова почти не было видно и дикий животный страх охватил нас. На острове мы точно знали есть вода и еда, хоть какая-нибудь, а что там дальше. Сколько мы будем дрейфовать, воды не хватит на долго. Умирать от обезвоживания было очень страшно. Нам так и не хватило смелости, наверное мы трусы.
-Я хочу задать вам несколько вопросов. Вы готовы на них ответить?
Я вытер слезы, шмыгнул носом и кивнул.
-Еда. Я хочу спросить вас про еду.
Я удивленно вскинул брови.
- Что вы ели, как питались, одними фруктами сыт не будешь, вас двое – психолог сделал паузу – вам всегда хватало еды?
- Мы ловили крабов и собирали ракушки на скалах, еще ловили рыбу. Из нее можно было сразу сварить и суп и пожарить ее на костре. Несколько раз в мою ловушку попадали птицы, это было очень редко. Также мы ели личинок из пальм, ловили ящериц и жарили их на костре почти как чипсы. Иногда мы травились. Однажды съели лягушку, которую поймали в джунглях пожарили ее и съели. Мой организм не выдержал. Меня рвало всю ночь. Мне очень повезло что рядом был Алексей, он ухаживал за мной, приносил воду, снимал жар, говорил со мной, пока я лежал в полубреде. Эта лягушка явно была какая-то ядовитая, но Алексею слава богу повезло, если бы мы заболели оба это бы была катастрофа. Однажды Алексей приболел простыл, его разбил сильный кашель. Я делал ему горячий напиток на основе папайи и кашель прошел через пару дней.
-Вы так много ели рыбы, большое количество белка, наверняка вам хотелось мяса, организм наверняка требовал мяса.
-Что вы хотите этим сказать? Конечно хотелось, много чего хотелось, картошки фри хотелось, жирного бургера хотелось, пирожков с картошкой, макарон по-флотски и еще много чего хотелось.
Меня разозлил этот вопрос, чего он добивается? Пусть спросит прямо!
Я хотел резко встать, но передумал, опять нога развыделывалась.
-Что конкретно вы хотите у меня спросить?
-Вы в дневнике пишите много о себе, скажите Алексей помогал вам? Он был для вас надежным партнером?
-Что вы имеете ввиду я не понимаю, вы только что спрашивали про еду теперь переключились на Алексея. – я страшно злился. Эти дурацкие психологические приемчики выводили меня из себя.
-Я имею ввиду, что вы очень долго были в принудительных обстоятельствах с одним человеком бок о бок. Вы строили убежище, занимались выживанием. Многие люди, особенно которые раньше друг друга не знали, попадая в ситуацию выживания с партнером не всегда находят общий язык. Вы смогли сплотиться с Алексеем?
-Я вам тут два дня рассказываю о том, что Алексей был самым близким человеком для меня все это время. Ругались ли мы? Конечно, это нормально! Мы ругались и спорили, мы уставали, но мы друг другу помогали. К чему вы клоните? Говорите прямо.
-Скажите у вас никогда не было мыслей…
-Каких мыслей черт вас дери, говорите!
-Вы никогда не думали о том, что если вдруг у вас больше не будет возможности добывать рыбу как раньше что вы, будете делать? Что делать если ловушки каждый день пусты, а в океане пришило время отлива и рыбы нет. Что вы будете делать, когда ваш организм потребует еды любой ценой? И что будет делать в этот момент Алексей? Вы уверены были в своем партнере?
-Что вы имеете ввиду? Что именно вы имеете ввиду? ГОВОРИТЕ! – я не заметил, как перешел на крик, я наклонился вперед и ждал, когда психолог этот чертов спросит наконец то, что я уже давно понял.
-Я хочу сказать не задумывались ли вы никогда что возможно когда-нибудь вам придётся съесть Алексея, а возможно, что Алексей, повинуясь своим инстинктам захочет съесть вас? Скажем ночью, взяв мачете в руки он с лёгкостью мог вас прирезать и пожарить отличный кусок мяса! Тоже самое могли сделать и вы. Может именно поэтому вы не поплыли с ним на одном плоту?
Я выждал долгую паузу смотря психологу прямо в глаза, я не моргал ни единый мускул на моем лице ни дернулся.
- Никогда – я почти шептал, но слова мои были четкими мне казалось, что своей интонацией я просто вбиваю их в пол – никогда в жизни я бы так не поступил и Алексей тоже никогда в жизни бы так не поступил, мы были друг другу самыми близкими людьми на всей земле!
-Но инстинкты порой диктуют нам другое
-Ни-ко-гда
Видимо мое лицо выражало такую гамму чувств, что психолог сначала было набрал воздух в рот, но потом передумал и замолчал.
-Хорошо, я вам верю, мы можем продолжить?
Я кивнул.
Запись четвертая.
Сегодня ровно год. Год прожитой нами жизни на острове. Неужели мы тут навсегда? Почему вчера мне не приходила в голову эта мысль, почему именно сегодня? Почему обязательно должен был пройти год чтобы об этом подумать? Человеческий мозг странная вещь, я так думаю. Сегодня мы с Алексеем особенно грустные. И как будто бы должны принять какое-то решение. А какое тут может быть решение? Только одно. Нужно смириться с тем что мы должно быть останемся на этом острове навсегда.
Навсегда!
Разве это возможно?
Как можно не свихнуться от этих мыслей? Как же хорошо, что я тут не один. Все же с Алексеем гораздо лучше. Мы можем поговорить. И я не один. Не один, это гораздо легче, если бы я осознал, что должен провести остаток своей жизни на острове один я бы просто с ума сошел.
Мы решили просто жить, не ожидая помощи и не думая о той жизни которая была у нас раньше. Мы обновились. Мы новые. Отметим сегодня это дело. Отметим!
-Запись очень короткая, поэтому я прочту еще одну, вы не против
-Нет я не против, я знал, что мы приближаемся к финалу
Запись пятая
Два. Два года. Мы на этом острове. Два года нашей новой жизни. В целом мы уже привыкли. Так много всего научились делать. Плести одежду, изобретать новые ловушки, устраиваем вечеринки на пляже. Одно только меня беспокоит, у меня начала постоянно неметь нога, болит и колит. Не знаю, может меня что-то укусило. Стараюсь не думать об этом. Я начал писать меньше и реже, потому что берегу чернила в ручке, еще потому что это трудозатратно – вести дневник, я начинаю грустить и плакать, вместе со слезами из меня выливаются силы. Я устал очень устал. Мне необходимо как-то перезагрузится, нужно что-то придумать. Нужно что-то придумать, что-нибудь нестандартное. Я подумаю. Обязательно придумаю…
-Дальше записей нет, почему?
-Потому что это все записи.
-Хорошо – психолог отложил свои пометки и посмотрел мне в глаза. Взгляд у него был прямой и настойчивый, такой четкий, будто нарисованный.
-У меня есть несколько вопросов, нужно ответить на них основательно, нужно сосредоточиться, нужно ответить. Готовы?
Я громко выдохнул.
-Я для этого и пришел я готов!
- Все это время меня интересует вот какой вопрос, почему вы всегда называли своего друга Алексеем?
-Потому что его так зовут
-Нет я не об этом. Почему Алексей? Почему не Леша, не Леха, вы же столько времени вместе провели, почему вы называете его полным именем?
Я заерзал на стуле. Я как-то не задумывался об этом. Психолог продолжал.
-Почему вы постоянно трете свою ногу? Она у вас болит? Или все-таки немеет? Что с ней? Об этом не слова в дневнике. Вы пишите, что вас что-то укусило, но укус насекомого обычно вызывает зуд, а не онемение.
Автоматически я потер ногу, будто я мог ответить на вопрос, почему у меня колет нога, я же не врач.
-Как именно вы отметили год пребывания на острове? Вы написали, что нужно отметить это дело. Но как конкретно вы его отметили
-Я…я не знаю, не помню, просто поели фруктов….
-Нет нет, нет, вы написали, что надо отметить, у вас был какой-то план, вы что-то хотели сделать. Что именно?
-Я не знаю.
-Почему вас так злит этот деревянный стол?
-Я же вам уже отвечал
-Вы мне соврали! – закричал психолог.
Мне вдруг захотелось уйти, но я не мог, меня будто пригвоздило к стулу.
-Почему вы постоянно ерзаете? Почему вам так противен этот стол? Почему, ну почему Алексей?
Вопросы летели в меня как камни, я хотел остановить психолога, хотел попросить передышку, я не понимал почему он так со мной разговаривает, я открывал рот как рыба, пытаясь сказать хоть что-нибудь, но психолог не давал.
-Почему Алексей? Почему именно Алексей? Почему не Леша, не Леха? Почему?
У меня разболелась голова, виски пронзила боль, все вокруг расплывалось.
- Почему вам не нравится стол? Почему не нравится этот стол? Что с ногой почему она затекла? Как вы питались целых два года? Неужели одной лишь рыбой? Как вы отмечали год на острове? Как?
Голос был все громче и громче, речь была быстрой как пулеметная очередь.
-Почему Алексей? Почему?
-Замолчите! Пожалуйста не надо! – я говорил тихо, у меня все плыло и болела голова. Я не понимал почему со мной так разговаривают почему на меня кричат.
-Отвечайте! Отвечайте на вопросы, вы пришли сюда чтобы разобраться! Чтобы я вам помог! Так отвечайте!
- Почему Алексею не стало плохо от лягушки, а вам стало? Почему? Почему?
-ЗАМОЛЧИТЕ!!!! ЗАМОЛЧИТЕ!!!! ЗАМОЛЧИТЕ!!!!! – я закричал и закрыл уши и глаза. Меня била дрожь, сердце громки стучало. Голова очень сильно болела. Глаза слезились, мне было плохо, я не понимал, что он от меня хочет. Что хочет?
А он все кричал и кричал, задавая свои дурацкие вопросы. А потом он задал вопрос, который окончательно выбил меня из колеи.
-Как меня овут? Как меня зовут? Я ваш психолог! Так как меня зовут?
-ХВАТИТ!!!!ХВАТИТ!!! ВСЕ! Я ВСЕ! БОЛЬШЕ НЕ МОГУ! Я ВСКЕ! Я ВСЕ! Я ВСЕ!
Я громко дышал, и повторял одно лишь слово. «все. Все. Все. Все.» Я понял, вдруг что вокруг тихо, значит можно открыть глаза, и вытащить пальцы из ушей. Стало прохладно, пот на мне начал сразу сохнуть. Я очень медленно открыл глаза и разжал уши. Я проморгался. И не сразу понял где я нахожусь. Я сидел на деревянном стуле, возле деревянного стола, на котором стоял стакан, сделанный из коры пальмы и пластиковая бутылка воды из самолета. Напротив, был деревянный стул, на стуле был ствол от пальмы, на ней были листья имитирующие волосы, и глаза, нарисованные ручкой. Я обернулся неподалеку в моем убежище лежал скелет, на котором была форма зеленого цвета, на форме была нашивка, на ней было написано ALEX, тот самый скелет, который я нашел в первый день, на самолете, который потерпел крушение.
Я все вспомнил, осознание ярко ворвалось в мой мозг.
Я вспомнил, что на экскурсии я был один не было никакого Алексея, я вспомнил, как оказался совершенно один на этом острове. Вспомнил как сильно мне стало страшно, как мой мозг не мог впустить даже мысль о том, что я останусь тут один. Мой мозг перестроился молниеносно. Вспомнил как нашел скелет в самолете. Вспомнил как решил, что это будет мой друг Алексей, потому что на нашивке было ALEX, мой мозг придумал историю о том, как мы вместе с Алексеем поехали на экскурсию. Как вместе попали в кораблекрушение и вместе спаслись. Но по факту Алексея никогда не было, просто я его придумал чтобы не сойти с ума.
Я вспомнил как сам строил убежище, как делал стулья, вспомнил как во время дождей сидел один в своем убежище и плакал, разговаривая со скелетом, я даже вспомнил как поил скелет отваром из папайи, думая, что мой друг Алексей заболел. Теперь я понял почему от лягушки отравился только я. Теперь все встало на свои места. Я один на этом острове совершенно один. Мне не хватает еды, и я голодаю, когда прошел целый год моего пребывания на острове, я понял, что мне не выбраться отсюда, был отлив и я не ел ничего кроме личинок уже вторую неделю, поэтому я решил отметить свое проживание на этом острове. Я заранее разжег сильный костер подготовил мачете и забродивший обезьяний фрукт. Я смотрел фильмы и примерно знал, что делать. Я плохо помню, потому что терял сознание, я помню лишь как запечатал то что осталось от моей ноги раскалённым металлом от пропеллера. Помню, как делал это на столе, чтобы песок не попал в рану, помню, как кровь впиталась в дерево и стол стал багровым после этого и больше не отмывался. Эти воспоминания бросали меня в дрожь. Когда я подходил к столу я вспоминал ту адскую боль, которую пережил, находясь на этом острове совершенно один. Я мог умереть тогда от потери крови, мог, но не умер. Я отлично поел в тот день, и смог сделать немного вяленого мяса, его хватило на какое-то время. Я был сыт и доволен, и почти счастлив. Я соорудил себе что-то на подобие трости, с которой теперь ходил, ноги больше не было, но фантомные боли онемения присутствовали. Отлив я кое как пережил, и рыба вернулась в мой рацион, но организм требовал мяса ведь я уже вкусил плоть. Чтобы как-то себя перезагрузить, я решил максимально отвлекаться. Так я жил некоторый период, но, когда мысли стали навязчивыми я решил, обновится. Я решил сходить к психологу. Я выдумал себе кабинет, я выдумал себе психолога я пришел на прием к нему в надежде, что мой мозг как-то перезагрузится и я смогу жить дальше. Что мой мозг позволит мне жить дальше.
Я громко дышал.
Я все вспомнил. Я схожу с ума. Совершенно точно. Я схожу с ума. Один. Тут. Забытый всеми. Обреченный на одинокую жизнь.
-Не так ли, психолог?
Спросил я у пальмы и засмеялся. Я смеялся и смеялся до боли в животе. Потом также резко замолчал.
-Давай будем звать тебя Анатолий! А что, отличное имя для психолога!
Я с трудом встал и пошел в джунгли нужно пополнить запасы воды.
Запись шестая.
Дорогой дневник, вот уже пять лет как я живу на острове со своим другом Алексеем, я думаю, что нужно как-то отметить этот день сегодня. А завтра, завтра я, пожалуй, схожу к психологу Анатолию, мне нужно как-то обновится. Тяжело писать, очень тяжело, ведь левая рука у меня занемела, не знаю, что с ней, возможно меня просто кто-то укусил…