Страшный Сон
Оглавление
- Глава 1. Колыбельная для детишек.
- Глава 2. Кошмар на двоих.
- Глава 3. Немного сверхъестественного.
- Глава 4. Суд.
- Глава 5. Жестокая правда.
- Глава 6. Воспоминания.
- Глава 7. Так, как надо.
Глава 1. Колыбельная для детишек.
Двадцатисемилетнему Мареку сделали выговор на работе. Марека лишили премии. Домой он шёл, угрюмо глядя на асфальт под ногами. Думал, что надо что-то менять в жизни. Увидел слегка размокший, со следом от чьей-то подошвы – билет на квест.
– «Страшный сон», – осторожно подняв билет, шёпотом прочёл он название.
Мареку не очень-то нравились ужасы. Этот добродушный полноватый парень вообще в свободное от работы время предпочитал сидеть дома, пить чай с бутербродами и читать книжки про такую любовь, которой у этого кареглазого веснушчатого красавчика, как ему кажется, никогда не будет. Одинокий.
Да, одинокий бухгалтер Марек с неприятностями на работе совершенно не любил ужасы. Но – ему же надо было попробовать что-то новое, верно?
И вот тем самым, на удивление тёплым апрельским утром несчастный парень натягивает джинсы, серую толстовку, собирает волосы в хвост и – улыбается своему отражению. На счастье. Примета такая.
– Егор! Ну давай уже, собирайся быстрее. Собрался? Идём! Да что с тобой, ты ведь любишь страшилки, неужели струсил? – тянет девочка Мила брата за руку.
Миле двадцать два года. Её брату семнадцать, и он аутист.
Егор с детства обожал ужастики. Миле так хотелось его порадовать, что, увидев рекламу Страшного сна, она потратилась на билет брату без лишних размышлений. Ну и себе – тоже, не отправлять же его одного. Хотя, сказать по правде, ей просто хотелось развлечься.
Мила рассчитывала, что Егор будет прыгать от радости. Так и случилось, когда она показала ему красивые, оформленные в мрачных тонах бумажки с нарисованными на них окровавленными черепами. Но перед выходом из дома что-то явно пошло не так. Егор не хотел идти.
– Не бойся, это всё ведь будет не по-настоящему. Пошли! – Мила настойчиво тянет упирающегося мальчишку к выходу, и Егор сдаётся.
Идёт рядом с сестрой. На игровой квест, но судя по необычайно серьёзному тоскливому взгляду – на казнь.
– Привет, меня зовут Мила, а это Егор, мой брат, он не разговаривает. Он аутист, поэтому странненький, ты не обращай внимания. А тебя как зовут? – кудрявая русоволосая девчушка подходит к задумчивому парню, стоящему почти у самого пока что запертого входа в здание, где должен проходить квест.
– А? А, да... Я Марек. Приятно познакомиться. – парень немного краснеет от неожиданности.
Мила, заметив его смущение, хихикает.
– Ты милый. Скажи, а «Марек» – это украинское имя или белорусское?
Марек искренне улыбается. Непосредственность новой знакомой вызывает у него снисходительное умиление.
– Почти угадала, тоже славянское. Я из Польши, переехал в Россию пять лет назад.
– По-ольши? – тянет Мила. – Это где Ведьмак? Ну, в смысле, Андрей этот, который написал его. Да, да, да?
– Анджей. – мягко поправляет её парень. – Да, он тоже из Польши.
– Скажи, - вдруг лукаво улыбается девушка, - а как матерятся в Польше?
– Я так не выражаюсь, как там матерятся.
Спустя двадцать минут.
– Ну скажи! Ну что тебе стоит? Наверняка же ругался хоть раз в жизни. Ну скажи!
Марек улыбается, уже устало, и надеется, что девушку отвлечёт её брат. Но тот молча стоит рядом с сестрой и смотрит вниз, на землю.
Внезапно ищущий спасения поляк натыкается взглядом на стройную фигуру, стоящую с другой стороны от двери.
– Скажешь?
– Пойдём, познакомимся с ещё одним ждущим начала, – успевает вставить парень.
Проследив за его взглядом, Мила тут же забывает о непристойных польских словах и быстрым шагом направляется к... Девушке? Парню?
– Привет, а ты кто? – выпаливает она. – Так интересно выглядишь, в юбке, с красными ногтями, но лысый и без груди, а ещё на руке эти узорчики... Как их, забыла...
– Мехенди, – шёпотом подсказывает подошедший Марек.
– Да, точно, они. Так что, ты мальчик или девочка, как зовут?
– Я – бесполый дух. Вы можете обращаться ко мне в мужском, женском или среднем роде, мне всё равно. Называйте меня Ини.
Мила резко протягивает руку и касается предплечья неизвестного существа. Лицо Ини в этот миг выражает отвращение.
– Плотный и тёплый. Какой же ты дух?
– Я дух, застрявший в бренном человеческом теле. Постарайтесь не трогать меня, пожалуйста, мне неприятны прикосновения человеческих особей.
Повисает неловкое молчание.
– У тебя красивые бусы, – произносит поляк в попытке разрядить ситуацию. – Я, кстати, Марек.
– Марек, Мила и Егор. Я слышало.
Ини смотрит в сторону и слегка касается ярко-алых бусин.
– Благодарю.
– Уберите от меня этого сумасшедшего!
Все дружно оборачиваются на голос. Брат Милы, Егор, пытается потрогать кислотно-зелёный ирокез подошедшей девушки-подростка. Та усиленно уворачивается. Судя по выражению лица, применить физическое насилие ей мешают только свидетели.
– Он не сумасшедший, а аутист, извини его, он просто любит всё такое яркое, и ужасы, поэтому я купила ему билет, – в своей манере тараторит Мила.
«Панк» пренебрежительно хмыкает.
– Купила, говоришь? А я отжала свой у такого же. Вообще...
Договорить она не успевает. К двери быстрым шагом подходит высокая блондинка, поворачивает ключ в замке.
– Здравствуйте, я – ваш гид. Заходим по одному, расходимся по комнатам, давайте билеты, – меланхолично произносит она.
– По одному? А можно мы с братом вместе? Понимаете, мне надо присматривать за ним, потому что...
– Можно, – прерывает гид. – Всё равно потом пути разойдутся.
Мила решает не переспрашивать. Егор вцепляется в её руку изо всех сил. Следующим заходит Марек.
– Посторонись, страшила! – Саша, или Санча, как себя называет девушка с ирокезом, отталкивает Ини и протягивает билет.
– Подумаешь, «страшный сон». Забавы детские стопудово, – насмешливо бросает она, спускаясь в квестовый подвал.
– У меня нет билета, – тихим ровным голосом говорит бесполый дух. – Я увидело это место во сне, и там мне было сказано, что здесь решится судьба моя.
– Проходите.
Дверь закрывается, запирается на замок.
Лезвие проносится в паре сантиметров от Милы и отсекает голову её брату. Секунду спустя раздаётся дикий визг. Да, у этого мальчика определённо было шестое чувство. Но оно ему не помогло. А милая девочка в розовой кофточке больше никогда не будет прежней. Обратного хода нет, дверь захлопнулась. Что тебя ждёт в следующей комнате, деточка?
Марек, ты молодец, ты понял, что растения нужно полить. Слава твоей любви ко всему живому! Знал бы ты, что могут сделать эти лианы, если ходячий мешок с кровью не проявит заботу о них. Пока не страшно, правда? Но ты уже начал что-то подозревать. Всё же, порядочные растения не должны сами тянуться к людям.
Тучи механических жуков сползаются к Ини со всех сторон. Они поднимаются по его ногам, забираются выше. Существо осторожно стряхивает их, тяжело дыша.
– Это просто сон, это просто квест... – бормочет оно вслух, пытаясь подавить приступ паники. – Мне здесь ничто не навредит по-настоящему, правда же, чудики?
Один из жуков впивается ему в ладонь. Ини даже не кричит. Только озадаченно смотрит на руку.
– Кровь?..
Санча попала в пустую комнату, из которой не видно выхода. Как же страшно она ругается, ах, какие выражения! Она уже подозревает, что что-то идёт не так, но пока не понимает, до какой степени. Что ж, посмотрим, сможет ли она пройти дальше.
Сможет ли вообще хоть кто-нибудь пройти дальше? Я, Фатум, с удовольствием буду ждать ответа на этот вопрос.
Глава 2. Кошмар на двоих.
Марек и Мила
Так, диковинное растение я полил, ничего, похожего на удобрение, не видно. Осматриваю внимательно – пожелтевших листьев нет. Беру в руки одну из лиан, глажу. Не шевелится. Наверное, мне тогда показалось. Переволновался, что ли? Интересно, кстати, а как оно называется? Надо будет спросить у организаторов. Ладно, делать здесь больше нечего, надо двигаться дальше. Из арки за кадкой с растением исходит жёлтый свет.
Прохожу арку и попадаю в коридор. Грязно-жёлтые стены. Или так кажется из-за этого ровного света? Я ощущаю, как сердце начинает биться чаще. Тревожная атмосфера.
– Марек!
Поворачиваюсь и вижу бегущую ко мне Милу. Её лицо заплакано, а одежда в пятнах крови. Мила бросается в мои объятия.
– Марек... Хорошо, что ты нашёлся.
Осторожно приобнимаю её.
– Где твой брат? – я смутно догадываюсь, что произошло, но всё же решаюсь спросить.
Мила всхлипывает.
– Егор... Ему отрубило голову. Сразу.
Она резко отстраняется и с ужасом смотрит на меня.
– Марек, это не просто квест. Мы в ловушке.
Так, значит, растение правда двигалось... О чём я думаю, надо выбираться отсюда!
– Нам сказали, нужно по-отдельности, а мы вдвоём. А вдруг сейчас... Тебя... Или меня...
Надо её как-то успокоить. Как? Мысли путаются.
Я беру девушку за руку.
– Не бойся, – говорят мои губы, – пошли, я знаю место, где безопасно, там можно отдохнуть.
И тяну её в арку.
– Здесь только это растение? Никаких ловушек?
Толкаю. Лианы оплетают её.
– Они живые? Они меня схватили!
Наблюдаю. Ему нужна кровь, это его питание. Я должен проследить, чтобы оно насытилось.
– Мне больно, помоги!
Скоро крики смолкнут.
– Марек, за что?! Это потому что я приставала с ругательствами? Я достала тебя? Извини! Извини!
Воспоминания. Что? Я...
Меня словно прошибает разряд тока. Мила! Какой ужас! Надо спасти её. Я хватаюсь рукой за лиану и дёргаю, пытаясь ослабить хватку растения.
– Отпусти её!
На удивление, оно меня слушается, и Мила падает на меня.
– Мила, я...
Мои руки сами отталкивают её обратно, а губы желают растению приятного аппетита.
Ини и Санча
Выбегаю из ужасной комнаты, захлопывая за собой дверь. Слизываю каплю крови с руки. Этот человек, которым я являюсь по недоразумению, крайне сильно боится насекомых. Нехорошо. Но кровь – это добрый знак. Высшие силы милостивы ко мне, они привели меня сюда и дали понять, что это нечто большее, нежели забава для впечатлительных человеческих особей. Жаль, что я сейчас тоже отношусь к таковым. Но, полагаю, испытания страхом и болью необходимы для того чтобы возвыситься над бренной оболочкой. Что ж, это даже в некоем роде забавно.
Полумрак в этой комнате мне по душе. О, что это? Довольно странное железное сооружение. Для чего же его используют? Я просто обязано подойти поближе, о да, ну, по закону жанра. Что случится со мной?
– Ини.
Ах, если бы я не было связано с сущностями, которые обожают появляться из ниоткуда, непременно испугалось бы. Поворачиваюсь.
– Да?..
Смертная прикасается ко мне, с силой прижимая к металлу, и железные клешни сжимают мои запястья.
– Мне сказали, я сдохну там, в пустой комнате, если не замучаю до смерти тебя. Ну так, чтоб ты знало, «за что». Мне жаль. Хотя вру – нет.
Она достаёт из кармана нож.
Я почти готово к этому. Почти – потому что моему телу страшно. Ладно. Я закрываю глаза.
«Если всё для тебя закончится прямо здесь, вот так, я буду очень разочарован» – звучит вкрадчивый голос в моей голове.
«Испытание болью – не то, чего ты хочешь? Но что я могу сделать тогда... ай!» – резкая боль не даёт мне договорить. Это всего лишь порез, а мой дух уже отвлёкся на физические ощущения. Стыдно.
«Произнеси заклинание, чтобы заставить её подчиняться своей воле. Ты его знаешь, надо только постараться вспомнить. Смотри, если умрёшь здесь, сейчас, я уничтожу тебя без остатка. Конец связи».
Голос исчезает из моей головы. Без остатка? Теперь мне действительно очень страшно. Заклинание, заклинание... Как его вспомнить? Я знаю, мне сказали правду, это возможно, но не представляю, как... Ах! Боль является сильным отвлекающим фактором. Я сжимаю губы изо всех сил в попытках не закричать и продолжаю попытки вспомнить то, чего в этой жизни не могло знать.
Я
Что же, я немного форсировал события. И добавил в игру изюминку – разбил участников на пары, в каждой из которых должно выжить по одному. Или все погибнут. А может быть, всем удастся спастись? Зависит от них, я пока не буду вмешиваться. В любом случае, игра обещает быть... Занимательной.
Глава 3. Немного сверхъестественного.
Лианы сдавливают всё сильнее.
– Ини, помоги! – выкрикивает Мила и успевает подумать: «Ини? Но здесь только Марек».
А затем теряет сознание.
Заклинание вырывается из его уст отчаянным воплем. Мучительница застывает на месте. Ини судорожно хватает воздух.
– Освободи... Меня, – на выдохе произносит оно.
Санча нажимает на аппарате кнопку, и механические клешни разжимаются. Ини падает на пол. Поднимает взгляд на безвольно стоящую девушку.
– Исцели меня, – приказывает оно и тут же понимает, что она не сможет этого сделать, поблизости нет ничего для оказания медицинской помощи.
Но Санча опускается на колени рядом с Ини, проводит ножом по запястью и протягивает руку ему.
И оно осознаёт, что должно произойти. Его это не пугает.
Четверо игроков встречаются в коридоре.
– Ини! – взвизгивает Мила. – Ты помогло мне, да?
– Я? – в голосе существа слышатся нотки удивления. – Расскажи, пожалуйста, что произошло.
– Марек был как зомби, он натравил на меня растение. Я просила о помощи и нечаянно назвала твоё имя. Очнулась от того что он мажет мои синяки и раны соком этих ужасных лиан. Как видишь, следов не осталось, – Мила задирает рукава кофты, – но теперь Марек молча делает, что я скажу, у него как будто нет своей воли. У Санчи тот же взгляд. Это ведь из-за тебя, правда?
Ини молчит, обдумывая. Затем медленно кивает.
– Очевидно, произошло наложение ситуаций. Я произнесло заклинание, и его действие отозвалось для вас.
– А ты расколдуешь их?
Существо отводит взгляд. Мила молчит, не упрашивает, не настаивает на своём. Ей страшно. Что если Ини рассердится и заколдует её тоже? Но оно виновато сознаётся:
– Я боюсь. Чары снимутся с обоих сразу, а она чуть не замучила меня до смерти.
Ини выглядит настолько беспомощным, что Миле хочется обнять его. Тем более, ей и самой сейчас не помешают объятия. Но помня, что оно брезгует прикосновениями, только смотрит ему в глаза и говорит:
– Каждый из нас может потерять над собой контроль. Но чем больше нас, живых и в сознании, тем больше шансов, что мы сможем помочь друг другу. Логично?
– Логично. Защищайте меня... Если что. – фраза звучит насмешливо, но Миле понятно, что это всё же просьба.
Ини предусмотрительно прячется за Марека и произносит нужные слова.
– Какого...
– Оно нас спасло! – обрывает Мила злобное шипение Санчи.
– Благодарю, – шепчет Ини.
– Может, оно и выбраться нам поможет? – язвит Санча. – Или хотя бы пояснит, чё к чему?
Все смотрят на говорящего с духами.
– Я... Попробую, но обещать не могу, – Ини закрывает глаза.
– Итак, бунтарка Санча, добродушный тихоня Марек и Мила, инфантильная, немного наивная. А, и ныне почивший Егор. Почему я позвал поиграть именно их?
Егор – ну, мне банально стало его жаль. Аутист, потерявший родителей, ему и так непросто, а если вдруг его сестра не вернётся? Поэтому я взял его в игру и убил. К тому же, это должно помочь нашей девочке Миле, носящей маску гиперактивного доставучего ребёнка, наконец повзрослеть.
Но основная цель участия Милы – раскрытие её способности. Как уже стало понятно, она умеет подключаться к другим. Научись она управлять этим – сможет сделать многое... Для себя и для других. Если выживет, конечно.
Марек, наш ангелочек. У него ведь тоже есть дар. Целитель и травник в прошлой жизни, недаром так любит и растения, и людей. Было бы неплохо вспомнить хотя бы часть информации, Марек, и чем скорее, тем лучше. Она вам может очень пригодиться.
Ну а Санча очень удобный инструмент для пыток, нравится она мне. Даже не пришлось подавлять её волю, чтобы заставить причинять страдания. Ни секунды не колебалась – просто чудо. А ещё в ней очень много энергии. Ну, некоторые в этом уже убедились.
Я ответил на ваш вопрос. Выживайте, удачи. Пока-пока.
Повисает тяжёлое молчание. Все в упор смотрят на Ини.
– Вот, значит, как... – мрачно, угрожающе произносит Санча.
Глава 4. Суд.
– Мила, я хочу перед тобой извиниться, – тихо произносит до этого смущённо молчавший Марек.
Мила ободряюще улыбается ему.
– Тебе не за что извиняться, ты ведь не мог себя контролировать.
– Хватит нежничать, с этим, – Санча кивает на Ини, – что делать будем? Я считаю: зарезать – и дело с концом.
Ини жалобно смотрит на Милу. «Я же говорило» – будто слышит она.
– Почему это – зарезать? – серьёзно спрашивает Марек.
И до этого недружелюбное лицо воинственной девушки искажается гримасой ярости.
Я всё сильнее ощущаю злобу, исходящую от недавней моей мучительницы. Словно обдаёт жаром, и сердце сжимается. Жутко.
– Вам не очевидно, что эта тварь заманила нас сюда и притворяется, что не при делах, изображает тут клиента экзорциста! – взрывается она.
Марек и Мила смотрят на меня. Они не верят ей, и это немного успокаивает. Но я... Ах нет, мне же только кажется, кажется, кажется!
– Умеет колдовать и пьёт кровь. Какие ещё нужны доказательства?
Да, верно: оказывается, я умею колдовать и пью кровь. Однако это не значит, что я – тварь.
– Это не значит, что оно – чудовище, – качает головой Марек в унисон моим мыслям.
Мила молчит. Смотрит на меня робко и осторожно спрашивает:
– Ты правда пьёшь кровь?
– Разумеется, правда, вот, порез видишь? – протягивает руку Санча.
– Ини?..
Я решаюсь. Я не должно лгать. Я знаю, что ложь не приводит к отсутствию страдания.
– Да.
Милу передёргивает, она отступает.
– Это... Мерзко.
Хотелось бы мне верить, что моё нынешнее выражение лица бесстрастно.
– Нет, не подумай, что я против тебя, просто мне нужно привыкнуть.
Хорошо. Хорошо, что не против, если, конечно, можно верить смертной.
– Хорошо, – вслух повторяю я, зная, что она лжёт.
– Мы ходим кругами, мне же не кажется?
– Прикинь, мы видим. А вот дверей никаких не видим, и я лично всё ещё подозреваю тебя.
Марек внезапно останавливается.
– От этой стены исходит жар.
Я тоже чувствую это. Жар порождает странную усталость. Моя физическая оболочка вновь подводит меня, и я медленно ложусь на пол, закрываю глаза...
Боль. Слабая, но настойчивая, вырывающая из сна без сновидений. Я с трудом разлепляю веки и вижу Санчу. Она сидит на мне! О, какая гадость... Я пытаюсь сбросить её – не выходит. Настолько сильная? Следует вспомнить какое-то заклинание. Но, для начала, какое?
Она разжимает мне рот, засовывает туда руку, я чувствую, как что-то обжигает меня, и мои челюсти рефлекторно сжимаются. Я ощущаю вкус её крови. Что делает эта смертная, неужели хочет придать мне сил?
Санча отнимает руку и рывком поднимает меня. А затем очень громко и неестественно визжит. Марек подскакивает, за ним поднимается Мила.
– А? Мы уснули?
– Оно усыпило нас и хотело сожрать! Помогите мне, помогите, прошу вас!
Санча протягивает Мареку кровоточащую конечность. Надо попробовать объясниться. Хотя бы попробовать.
– Я не виновато. Смертная сама повредила руку себе.
– Я попробую исцелить, но буду действовать интуитивно, – неуверенно говорит блондин, не обращая внимания на меня.
– Не надо, – качает головой девушка, – читала я однажды историю. Там говорилось про стену, за которой огонь, и таких вот паразитов, как оно. Если приложить укушенную конечность к стене, и стена раздвинется, то значит, оно действительно виновно. Тогда потребуется лишь согласие всех присутствующих, чтобы толкнуть его туда и навсегда избавиться. Я думаю, если я попробую, мы ничего не потеряем, верно?
Марек кивает. Мила переводит взгляд с Санчи на меня. Она напугана. Я грустно улыбаюсь.
– Поверьте мне, я не желаю никому зла. Мила, ты можешь разделить со мной мой дар, мои мысли и чувства, и узнать, что я на самом деле такое.
Санча прикладывает ладонь к стене, и всех обдаёт жаром.
– Мне не нужно от тебя ничего, всё и так понятно. Я думала, ты хорошее существо!
Я пытаюсь заглянуть ей в глаза, но она отворачивается.
– Марек? Ты мне веришь? – увы, мне уже известен ответ.
– Прости, – он быстро шагает ко мне и толкает в огонь.
Ловушка захлопывается. Огонь подступает ко мне. Неужели?.. Это сон, просто страшный сон... В памяти всплывает название квеста, и смех смешивается с криками дикой боли.
Глава 5. Жестокая правда.
Мила стоит спиной к остальным в надежде, что никто не заметит слёз, катящихся по её щекам. Но Марек чувствует, понимает её состояние и утешающе обнимает.
– Всё будет хорошо. Мы победили. Теперь мы выберемся отсюда.
– Кстати, про «выберемся». Кто-нибудь видит что-то, похожее на выход? – Санча в своей манере мрачна, но в её голосе слышатся нотки усталости.
Марек размыкает объятия и оглядывает коридор.
– Нет...
Мила стирает слёзы рукой и делает то же самое.
– Он сжимается. Марек, коридор сжимается! – в ужасе шепчет она, – это ловушка?
Марек берёт её руку в свою и слегка сжимает в попытке ободрить.
– Но как... Мы же его убили, – качает головой Мила. – Как?
Парень переводит взгляд на Санчу. Она выглядит не менее напуганной, чем Мила, но молчит, только прячет глаза и изо всех сил сжимает губы.
– Оно, конечно, напало на тебя, но ты уверена, что это из-за него все мы здесь? – мягко спрашивает Марек.
Бунтарка судорожно вздыхает. Парень внимательно смотрит на неё.
– Санча? Скажи правду. Нам уже нечего терять.
Санча смотрит в упор на Марека и произносит:
– Оно не виновато. Оно даже не нападало на меня.
Мила ахает.
– Тогда почему?..
– Почему я его подставила? – с усмешкой прерывает парня убийца. – Голос сказал, что я выживу, если устрою вашему любимому Ини мученискую смерть. Всё просто. Довольны?
Она говорит нагло, с вызовом, но в глазах её обида и боль.
Стена расступается, выпуская Ини, целого и невредимого, и вновь смыкается за ним. Ини протягивает руку и чертит в воздухе знак, вспыхивающий огнём. Коридор перестаёт смыкаться.
– Ини! Мы так рады, что ты живое! – Мила бросается к нему, но оно вскидывает руку, и она падает на успевшего оказаться рядом Марека.
– Вы предали меня, – бесцветным голосом произносит существо и опускается на пол, обхватив голову руками.
Санча делает шаг к нему, но оно жестом останавливает её.
– Если подойдёшь ко мне, мне тебя больше не будет жаль.
Санча отворачивается. Повисает тишина, нарушаемая лишь тихими всхлипами.
– Отчего ты плачешь? – с иронией спрашивает Ини. – Боишься? Неужели ты тоже вспомнила, как всё будет?
Санча резко пожимает плечами.
– А как всё будет? – задаёт Марек вопрос.
– Останутся двое. Всегда оставались двое. Два – число равновесия, и надо убрать, – Ини коротко вздыхает, – с чаш весов всё лишнее. Кстати, если вы ещё не поняли: у вас не получится меня убить.
– Значит, ты убьёшь нас?
Глава 6. Воспоминания.
– Значит, ты убьёшь нас? – Марек весьма прямолинеен.
– Очевидно, другого выхода нет. Мне жаль.
Я не лгу, когда говорю это. У меня совершенно нет склонности к убийствам. Даже несмотря на то как эти смертные, в частности глупая зеленоволосая, поступили со мной.
– Санчу и... Кого ещё? Меня или Милу?
Я не знаю. Они одинаково виноваты передо мной, и мне трудно выбрать.
– Кого вы предлагаете?
Это должно было прозвучать насмешливо, но внезапно я ощущаю боль. Таящаяся где-то глубоко внутри, она намного сильнее той, что испытывало моё тело, вбирая в себя огонь. Почему? Почему так?
– Ини, посмотри на нас.
Тон Марека заставляет меня поднять глаза.
– Ты это видишь?
Мой взгляд скользит от Марека к Миле и обратно. Я понимаю, что их взаимоотношения не ограничиваются простой симпатией.
– Видишь? – запоздалым эхом произносит Мила. – Марек и я...
Она замолкает, то ли не зная, как выразить мысль, то ли не в силах продолжать.
– Связаны, – я прикрываю глаза. – Что вы желаете донести до меня?
– Недавно мы оба почувствовали это. Теперь, раз всё так обернулось, думаю, стоит попросить тебя кое о чём. Твой дар развит сильнее, ты наверняка сможешь узнать больше. Расскажи нам, кто мы друг другу на самом деле. Поговори с нами о нас.
Вот как. Что же, я ничего не теряю. Перед мысленным взором возникают образы из далёкого прошлого. Щемит в груди. Я пересиливаю себя и начинаю говорить.
– Марек жил в избушке в лесу. Он был целителем – лечил травами и наложением рук. Мила... Пришла к его дому с мольбой научить её, и Марек взял её в ученицы. Потом... Молодые сердца возжелали любви, и друг о друге вы стали думать открыто. Вы были счастливы там, в ваших прошлых жизнях.
Я открываю глаза.
– На этом всё.
Оказывается, эти двое держатся за руки. Мила смотрит на Марека и улыбается, нежно, немного по-детски. Марек тоже смотрит на неё.
– Спасибо, Ини, – словно опомнившись, благодарит она меня.
– Да, спасибо, – кивает он.
Отчего-то мне всё больнее.
Я вздрагиваю, ощутив на себе взгляд Санчи.
– Ты тоже как-то связано с ними, да?
Будь у меня силы на это, я б закричало. Не так уж она глупа.
Теперь на меня смотрят все. Хорошо, я скажу вам правду. Всё равно моё решение останется неизменным... Что бы я ни решило. Я говорю:
– Именно. Именно так. Ты, Марек, случайно призвал меня, такое бывает, знаешь, – улыбка непроизвольно появляется на моём лице. – Ты не испугался меня, не прогнал, не заставил служить себе. Я поверило тебе, и мы стали друзьями. Потом я познакомилось с тобой, Мила. У меня было два земных лучших друга.
«Теперь же их больше нет» – хочется мне добавить, но я сдерживаю свой порыв. Довольно бессмысленных человеческих чувств.
Глава 7. Так, как надо.
– Я убью вас обоих.
Мила ахает. Марек вопросительно смотрит на меня.
– Смерть – это не конец, далеко не конец. Там, за Гранью, вы отдохнёте от мирских переживаний, а затем вступите в новую жизнь.
Мила прижимается к Мареку, тот приобнимает её. Я вскидываю руку.
– Ини, подожди! – выпаливают они в два голоса.
Слегка вздрагиваю от неожиданности. Вот как, даже хором.
– Да? – неужели будут молить о пощаде?
– Прости нас, пожалуйста, – всё так же вместе.
– Я хотел бы снова дружить с тобой, – добавляет Марек.
– И я хочу быть твоим другом.
Странное тепло наполняет меня. Внезапно мне хочется крепко обнять их, и чтобы они обняли в ответ. Даже несмотря на то, что они – люди. Однако я лишь с улыбкой произношу:
– Больно не будет... Друзья.
И черчу в воздухе нужные символы.
Я смотрю туда, где несколько секунд назад стояли они. Надо будет навестить их при случае. Если, конечно, таковой случай выдастся.
– Ничего больше не хочешь рассказать? – голос Санчи вырывает меня из раздумий.
Холодно смотрю на неё.
– Что, например?
– Что ты в сговоре с тем, кто заслал нас сюда, что ты – его приспешник, что-то ещё из того же балета. – язвительно отвечает девушка.
Я почти театрально поднимаю бровь.
– О, теперь ты действительно считаешь меня виноватым?
– Как же иначе. Огонь не смог уничтожить тебя, ты помнишь прошлые жизни, ты – не человек, и ты, вот это да, смогло уничтожить живых существ, да ещё и своих друзей. Если, конечно, ты действительно хоть что-то знаешь о дружбе.
Я чувствую, как мои ладони начинают нагреваться. Злость – вот что я ощущаю.
– Осторожнее с высказываниями. Убить тебя я теперь не имею права, но устраивать экзекуцию, кажется, никто не запрещал?
Её губы начинают дрожать.
– Ну давай, покажи, на что ты ещё способно! – выкрикивает девушка.
Это приводит меня в замешательство. Я улавливаю чувства, исходящие от неё – вне всяких сомнений, Санча несчастна.
– Почему ты так поступаешь и говоришь? – задаю я вопрос. – Что заставляет тебя быть такой?
– Страх.
Санча опускается на пол рядом со мной.
– Практически с самого рождения я трясусь за свою жизнь. Моя мать унижала меня, заставляла ползать на коленях за малейшие провинности и даже просто так – её это забавляло. Отец не трогал, но и не заступался. Когда мать сбросилась с моста, отец запил. Начал меня избивать. Однажды избил до полусмерти. Так в одиннадцать лет я оказалась в детдоме. Там, понятно, жизнь не сахар. У меня никого нет. Мне больно и страшно. Понимаешь?
– Марек и Мила были твоими родителями в прошлой жизни.
– Что?! Ах ты тварь бесполая! – руки девушки сжимают моё горло в попытке задушить.
Мгновение – и она с диким воплем трясёт обожжёнными кистями.
– Вот видишь, что ты натворила, – спокойно замечаю я. – Я ведь предупреждало. Ну ладно, дай сюда ладони, я помогу.
– Не дам!
– Как хочешь, – я пожимаю плечами. – Полагаю, пора уходить отсюда.
И рисую знак перехода.
К тому моменту как мои ненаглядные выжившие наконец появляются у меня в саду, я успеваю допить вино.
– Здравствуйте, долгожданные. Поздравляю: вы в финале. Жутко интересно, правда, какая награда уготована вам?
Я слышу бешеный стук сердца Санчи. Это не только здоровое опасение, продиктованное логикой. Девчонка чувствует, кто перед ней, не иначе. Люди в таких ситуациях почти всегда чувствуют. Боятся, однако, намного меньше, нежели духи – те ещё и знают. Впрочем, я отвлёкся.
– Не слышу вопросов. Ладно, так уж и быть, поведаю. Один из вас должен совершить убийство сейчас, и тогда он станет моим преемником.
Игроки переглядываются. Санча беспомощно разводит руками – «убивай, что уж, мне с тобою не справиться». Дух, кажется, хочет что-то сказать, но передумывает. Вскидывает наманикюренную когтистую длань...
Я лежу в траве, внезапно такой высокой. Надо мной склоняется Ини, и его слёзы капают на моё лицо.
– Так вот ты какой – мой бог, – шепчет оно, гладя меня по щеке.
«Надо же – догадалось. Забавно» – успеваю подумать я перед тем как закрыть глаза для этого слоя мироздания.
Я была уверена, что оно прикончит меня. Сейчас я наблюдаю его слёзы.
Существо поднимается с колен и подходит ко мне. Я молчу. Разглядывает, думает о чём-то.
– Что теперь? Замучаешь или будешь использовать как живой мешок с кровью? – не выдерживаю я наконец.
– Нет, – дух качает головой. – Я позволю тебе полностью пройти урок. Ты вернёшься на Землю и проживёшь жизнь как лучшая версия себя.
Я поражённо молчу. Правда?..
– Мы не слишком хорошо ладили даже в той, прежней жизни, но в этой я иногда буду приходить к тебе и подсказывать, стану твоим наставником. Нам ведь надо найти наконец общий язык. Устраивает?
Оно... Не ненавидит меня? У него мирные намерения? Хотелось бы мне хоть кому-то верить. Я чувствую благодарность Ини, и мне стыдно перед ним.
– Спасибо, Ини, – опустив взгляд, тихо говорю я. – И извини за всё.
– Конечно, – так же тихо отвечает дух. – Само собой разумеется.
Ини берёт мои руки в свои, на удивление, очень холодные. Ожоги перестают болеть. Оно делает ещё шаг ко мне и целует в лоб.
Я просыпаюсь в своей постели.
Автор: Кристина Бирнбаум.
