Тяжело быть рыцарем

Оглавление

1. Глава 1. Рыцарские шалости или возврат с задания.
2. Глава 2. Тайное свадебное сочетание, или сказал — сделал.
3. Глава 3. Очередной подвиг или, разгребать придётся очень долго…
4. Глава 4. Сборы или, последние славные деяния в замке.
5. Глава 5. Оружие, еда и суд или, начало путешествия.
6. Глава 6. Проблемы народа и рыцарей или, новый ориентир пути.
7. Глава 7. Короткий путь или, оруженосец тоже бывает героем.
8. Глава 8. Другая сторона рыцаря или, час от часу не легче.
9. Глава 9. Первый дракон в жизни или противостояние на болоте.
10. Глава 10. Подлость спьяну или похмелье – не конь для рыцаря.
11. Глава 11. Мистика и предсказания, или дядя ты обещал не гадать.
12. Глава 12. Рассуди колдуна и дракона или, рыцарская ослеплённая справедливость.

Глава 1. Рыцарские шалости или возврат с задания.

Рыцарям во все времена было легче посвятить всю жизнь ратному делу, чем отдыхать от этого самого дела. (Книгус рыцарус).

Трактир, самый что ни на есть обычный, какие только бывают в средневековье. Полутёмное, или полусветлое, как угодно, помещение, куда приходят снять стресс и усталость разного пошива, или сословия люди. Крестьяне, грязные и вонючие от пота и бедности, одетые как попало в кое-как залатанные одежды, хлебают рыбную похлёбку с ржаным хлебом, запивая это всё дело элем, иногда отрыгивая и щурясь то ли от удовольствия, то ли от запаха изо рта, а может и окружающей обстановки. Кстати о последней: несколько деревянных столов с узкими проходами между ними, возле них по четыре табурета, именно табурета, здесь вам не поместье графа, так что будьте добры, спину держите сами себе, а задней точке не давайте сильно расслабиться. На потолке канделябр, с множеством свечей, многие из них почти догорели, некоторые новые совсем, но есть и надломленные, они-то опасно накренились, глядя своими огоньками на людей под ними. По периметру помещения тоже расставлены свечи, в узкие окна проникает тусклый свет сгущающихся сумерек. В одной части трактира нет окон, там стойка со стоящем за ней владельцем этого заведения, а за ним видно дверь, видимо кухня, или ещё что-то, не нужное нам.

Народ собрался сегодня как обычно. Поесть чего-то, да выпить по кружке-второй. Возможно поиграть в кости, в общем, провести этот тяжёлый день куда подальше, и помянуть его при этом тёмным элем подозрительно отдающим мочой, или это враки бесовские? Неважно, главное – в голову бьёт, и то хорошо! Дверь таверны распахивается, и входит человек в доспехе, лёгком правда. Его плечи, руки по лококти и ноги покрыты грязным железом, определённо требующему полировки и прочего ухода. Особенно были грязные ноги, на них виднелась непонятная в плохом свете субстанция, придающая об этом человеке мнения не военного, а скорее свинопаса, или свинопаса в лёгкой броне, наверняка любившему сражаться не с ветряными мельницами, как отважные и прожжённые вояки, а с будущими балыками, ускоряя их появление к себе на стол.

Мужчина в лёгком доспехе был явно немолод, о чём говорила лёгкая седина в бороде, в которой застряли хлебные крошки, несмотря на её небольшой размер. Сам он был не полон, не худощав, хотя живот проступал из-под одежды с королевским гербом. Не высокий и не низкий, но крепкий в плечах и цепким взглядом голубых глаз, горящими нездоровым огнём. Сделав шаг левой ногой, он тут же проехался на ней по расстеленной по полу соломе, нечленораздельно что-то произнёс и икнул. Теперь понятно, он пьян, но похоже, что ему мало.

- Эй ты! – ткнул пришелец в трактирщика с морщинистым лицом. – Налей!

- Сию минуту, добрый сэр. – елейно отозвался хозяин заведения, принимаясь исполнять требование гостя. – С вас три золотых.

- Я рыцарь! Разве ты не видишь?! – побагровел мужчина, делая ещё несколько шагов шатаясь и позвякивая кольчугой. – Ик! С задания важного вернулся я. Ик! Её величество, будь она трижды опущена сынами… - пришелец осёкся, - в святую воду. – тут же добавил он. – Послала, меня-а-а. – протянул он скорбно и тяжело плюхнулся на табурет, возле трёх сидящих за столом мужчин. – Вы звали, я пришёл! Налейте, вы, простофили и ленивцы! – обратился он к ним и сверкнул глазами, увидев, как один из них сделал глоток из кружки. – Дай сюда, коровий пёс! – и вырвал посуду из рук сокрушённого посетителя.

- Что же вы делаете, мой добрый рыцарь? – встрепенулся трактирщик. – Уже несу вам питие ваше!

- Питие… - допив и стукнув кружкой по столу раздражённо повторил носитель доспехов. – Питие! – взревел он. – Где моё питие?!

- Вот же оно, вот. – трактирщик положил перед ним его порцию, и поморщился ещё больше, когда рыцарь её тут же осушил и протяжно отрыгнул прямо ему в лицо, при этом силясь что-то сказать. – Вы не спешите, добрый рыцарь. Пусть душа примет эль.

- А вот тут… ты прав. – подняв руку с прямым указательным пальцем, поучительно сказал пьяный мужчина. – Неси ещё…душа у меня болит…и требует заглушить эту боль.

- Сперва заплатите мне. – тревожно возразил трактирщик.

- Сейчас. – пришелец принялся искать свой кошель с золотом, ощупывая область пояса. – А у меня нет денег. – заплетающимся языком произнёс он после неудачных поисков.

- Тогда у меня нет эля и я позову стражу. Это воровство! – залепетал хозяин заведения.

- Стражу?! – взревел мужчина в доспехах и стукнул по столу. – Вор…воровство?! Да я тебя, пёс безродный… - вставая пророкотал он.

- Бертольд! – в дверь вошли двое. – Вот ты где! Королева ищет тебя и требует твоего визита, сейчас.

- А на костёр твоя королева не хочет пойти? Умотала своими заданиями ведьма… Дайте мне факел и святую воду! Эля… - мечтательно пробубнил последнее слово рыцарь.

- За такие слова ты можешь пойти на виселицу, Бертольд. – ответил один из посыльных, останавливая второго, начавшего обнажать меч.

Рыцарь задумался, взвешивая в голове все возможные варианты с виселицей и королевой-ведьмой, не давшей ему насладиться дарами земной жизни. Прокляв в уме её, короля и королевство, а также всю правящую династию и пожелав им калёного…узурпатора в мягкое место, голубоглазый рыцарь сделал вывод что лучше послушаться этих двоих. Он всегда мог оценить ситуацию, пусть с огрехами, но даже в пьяном угаре, не самом сильном в его жизни, решает согласиться на призыв монархини.

- Слушаюсь и повинуюсь её величеству. - поднявшись на ноги и пошатываясь сказал он. – Ведите меня, гончие бесы. – сделав шаг, рыцарь снова проехал грязны железным сапогом по полу и не удержав равновесия, после неловких попыток вкупе с ругательствами, плюхнулся пятой точкой на пол. – Ик!

- Свинья. – презрительно бросил второй посыльный и плюнул под ноги Бертольду. – И почему тебя ещё не выгнали со двора или не казнили?

- Почему тебя не продали в рабство? Ик! Почему ты не умер от ветрянки у своей мамаши на животе? – парировал рыцарь, силясь встать на ноги. – Почему ты не был скормлен…ик! Псам. Почему ты… - продолжал бубнить он.

- Довольно! – перебил его первый посыльный, беря под руку и помогая встать. – Бертольд! Ты идёшь на приём к королеве. Королеве! – крикнул он пьяному в самое ухо.

- А к королю? – хихикнув спросил рыцарь.

- И к королю.

- А король-то…ик! Хороший мужик, когда не дуралей. – промямлил Бертольд и разразился смехом, напоминающем рёв рожающего льва, с сильным похмельем.

- Пойдём уже, время не ждёт. – заворчал тот, который презрительно говорил с рыцарем.

Посыльные, одетые в красные кожаные плащи с капюшонами, скрывающими их лица, вывели пьяного рыцаря его величества, и принялись тащить, буквально тащить, ведь ноги у последнего внезапно отказались идти, а приказ королевы был непреклонен. За ними выбежал трактирщик, и жалобно жаловался за выпитый и неуплаченный эль, на что ему прилетела одна монета, чему он очень обрадовался и спрятался внутрь, закрыв дверь. Бертольд поворачивал голову по очереди к каждому из них, силился что-то сказать, но те лишь отворачивались в другую сторону, лишь бы не так сильно ощущать запах изо рта воина.

- Ну и вонь. – проворчал один из них. – И почему мы тащим эту скотину во дворец? Чтобы королева была поражена его видом?

- Чтобы ты не был поражён топором королевского палача. – объяснил второй. – Давай положим его, и передохнём минуту, я уже задыхаюсь.

- Я задыхаюсь в замковых стенах. – принялся петь рыцарь, насколько мог позволить ему несовершенный слух. – Задыхаюсь в ратных делах. ИК! Задыхаюсь на пирах. Задыхаюсь в кабаках. Хе-хе. – рассмеялся он, и смех его перебивался похрюкиванием.

- Весело тебе, позор трона?

- Мне да. Ик! А тебе голова с плеч. – злорадно сказал рыцарь, улыбнулся и отключился.

- Твою мать! И как мы его донесём? Он же весит как конь теперь! – запаниковал посыльный.

- Сейчас. – сказал второй, и выцепил взглядом крестьянина. – Эй ты! Пойди сюда, поможешь делу королевской важности!

- Иду-иду сир. Что надо делать?

- Помочь нам дотащить этого славного рыцаря к воротам дворца.

- Не будет ли у вас пары монет, чтобы промочить горло после доброй работы? – спросил мужик.

- Вот что за народ? – фыркнул посыльный. – Ничего не хотят сделать ради королевства! Всё о золоте думают. Нет у нас золота. Посыльные мы.

- Извините, у меня дети больные дома. – ответил простодушно мужичок и принялся разворачиваться.

- А ну постой пёс! Постой сказал! – было уже поздно, крестьянин наподдал ходу и скрылся. – Вот дьявол. То есть, вот же святой Пётр в досаде. – перекрестившись сказал посыльный. – Ладно, деваться некуда, надо его донести к королеве, дабы он предстал пред ней.

- В таком состоянии он может предстать разве что мордой в пол.

- Нам-то что? Мы посыльные. Взяли!

- Ну тяжёлый скотина. – кряхтя повторяли они, неся рыцаря ко дворцу.

Вот так, по тёмным улицам средневекового замка, в самом сердце страны Дранкуэль, находящейся в самом центре альянса Пятицарствий, королевские посыльные Морфи и Дорфи несли пьяного в стельку Бертольда, на приём короля и королевы. Королевские стражи, видя эту картину только ржали как кони, останавливая эту делегацию лишь для проформы.

Войдя внутрь дворца, они были остановлены отрядом королевской стражи, с капитаном во главе. Капитан, осмотрев их своим внимательным взглядом серых глаз, почесал гладко выбритую челюсть, указал на железные сапоги рыцаря и сказал густым баритоном:

- Не положено. Это королевский дворец, а не свинарник.

- Но, Левальд, - стал спорить всегда учтивый Морфи, - как мы его нашли, так и доставили. Не будем же мы его мыть.

- Левальд, - тут же встрял более вспыльчивый Дорфи, - я бы бросил его, но он нужен королеве. Дай нам пройти.

- Нет. – капитан покачал головой. – Делайте что хотите, но пусть он будет опрятного вида. Моё слово. – безапелляционно сказал лидер отряда, и сделал знак рукой. Солдат вынес стул и поставил его возле них.

Переглянувшись и усадив рыцаря, посыльные принялись выискивать взглядом полезные вещи, чем можно было бы хоть прикоснуться к обуви рыцаря. Не найдя ничего, посреди каменного зала, где стояли у стен только доспехи и вазы на небольших столах, а также висели на стенах щиты с гербами, они призадумались и насупились. Пожав плечами, Морфи полез под плащ, повозился немного и извлёк из-под него свои хлопковые штаны. Дорфи сокрушённо смотрел, как его товарищ принялся чистить ими сапоги Бертольда.

Выругавшись самыми чёрными словами, Дорфи сделал тоже самое, но будучи более брезгливым, стал не спеша вытирать слегка вытянутое и выбритое лицо рыцаря, следом чистить от хлебных крошек, жира и соломы непонятно откуда взявшейся, его немного седую бородку вокруг рта, вспоминая своего короля Генриха четвёртого и славя его за новую моду для мужчин. Единственное что доставляло Дорфи неприятность – запах изо рта рыцаря. “Да от тебя хоть закусывай!”, - подумал королевский посыльный, в который раз отворачиваясь чтобы вдохнуть. Попутно, он приглаживал рукой достаточно короткую, но торчащую во все стороны стрижку воина. Волосы не слушались воли Дорфи, недолго думая, он облизал свою ладонь и под дикий рёв и смех стражников, держащихся за животы, принялся снова делать укладку. Но дело на этот раз увенчалось успехом, что стражники тут же подметили и зааплодировали находчивости посыльного.

Дела у Морфи обстояли куда интереснее. Одной штанины хватило на один сапог, до такой степени он был грязным. А запах! “И почему нам так нравится свинина, в то время, как от неё всё воняет? Добрый Бертольд, ну как ты умудрился так напиться, лишь час назад вернувшись с похода?” – думал раздосадованный посыльный. Запах “свинины”, как он называл эту субстанцию наравне с мясом животного, выедал его карие глаза и заставлял что-то шевелиться внутри чрева. Пожертвовав вторую штанину чистоте, Морфи вытер пот со лба, позволил себе разогнуться и вдохнуть.

- Как там дела, Морфи? – спросил напарник.

- Всё в порядке, Дорфи. Уже чисто.

- А подошвы? – требовательно спросил капитан.

- О боже милостивый. Ещё подошвы? – сокрушительно спросил Морфи.

- Он будет ходит по дворцу…

- А не по свинарнику. – закончил мысль капитана посыльный.

Поразмыслив и осмотрев фронт работы, Морфи взял свои штаны за чистую середину и принялся очищать ими подошвы воина от этой мерзкой субстанции. Закончив, он сокрушительно посмотрел на свои штаны и вздохнул.

- Не расстраивайся. – подбадривал его Дорфи, давясь от смеха и благословляя в уме судьбу за то, что не он чистил обувь рыцаря. – Постираешь потом. А сегодня придётся побыть в таких.

После этих слов, Бертольд открыл глаза, дико на всех посмотрел и со словом “Бьле!” отключился снова. После, его вырвало прямо на грудь и живот тем элем и едой что не так давно томились в недрах его тела. Посыльные снова переглянулись, а стража заржала. Морфи поднял руку со своими испачканными штанами и покачал головой, давая понять, что помочь ничем не сможет. Дорфи сокрушённо вздохнул и принялся своими штанами очищать одежду Бертольда, обругав судьбу за такой поворот событий.

- Не расстраивайся. – теперь подбадривал уже Морфи, давясь от смеха. Постираешь потом. А сегодня побудешь так.

Капитан стражи критично осмотрел Бертольда, хмыкнул и дал добро войти. Посыльные подхватили рыцаря и сгибаясь под тяжестью его тела пошли дальше. Приблизившись к массивной двери из чёрного дерева с наполированной до блеска ручкой, Дорфи с натугой открыл её одной рукой.

- Вот как можно взять замок с такими тяжёлыми дверьми? – сказал Морфи укоризненно. – Зато враги дважды подумают, стоит ли прилагать столько усилий.

Так они вошли в длинный коридор, галерею как ещё принято говорить, стены которой были увешаны подсвечниками и разного рода охотничьими трофеями, в виде таксидермии разных животных. Олени, львы, тигры и прочие служат украшению королевского обиталищу. Пройдя по всему этому мрачному великолепию, посреди мрачного коридора, потому что уже темно на улице и свет излучают только свечи, а их здесь достаточно много, но всё-равно мрачно, посыльные подошли к двери напротив, со стоящим возле неё менестрелей.

- Приветствую вас! – бодро отозвался один из менестрелей. – Как представить вас?

- Не нас, трубадур. – буркнул Дорфи и кивнул на рыцаря. – Его, будь он неладен. – посыльный выдохнул.

- Не трубадур, будь добр. – оскорбился высокий худой мужчина. – Я – менестрель. Глашатай его величества по имени Торбрунд. Так что не надо оскорблять, почтальон.

- Не почтальон. – уже оскорбился Дорфи. – А посыльный. Это не одно и то же. К тому же, я более полезен для короля чем ты.

- Хватит, тяжело же! – встрял Морфи. – Представь его как он и есть. Бертольд…

И посыльный принялся исправно перечислять что за груз он принёс и какие у него титулы. Закончив, он выдохнул и дал добро на представление с последующим входом и зал пиршеств за ещё одними тяжёлыми дверьми. Распахнув дверь, менестрели вошли и торжественно заиграли в свои трубы, и гости монархов оторвались от своих блюд и бесед, уставившись на гостей. После, Торбрунд под звук трубы своего напарника, торжественно заявил:

- Благочестивые дамы и достойные мужи! Представляю вашему вниманию нового гостя. Сэр рыцарь Бертольд Дидфит! Почётный сподвижник престола! Штормовой прилив для пиратов! Неприступный бастион Валессии! Несокрушимый дуэлянт! Бертольд Дидфит, тринадцатый рыцарь из элитной сотни короля!

- Что? – очнулся Бертольд и оглянулся по сторонам. – Где я?

- В королевском дворце, соберись рыцарь. – процедил сквозь зубы Дорфи.

- Виноват. – пробубнил воин, ставая на ноги, но опираясь на посыльных.

- Бертольд, подойди. – сказал голубоглазый король, сидящий за столом и поправил свою седую гриву волос.

Посыльные спешно отошли от рыцаря, предоставляя его тело, его ногам полностью. Пошатнувшись, но удержавшись, воин стал подходить неуверенным шагом, время от времени забирая то в одну то в другую сторону. “Вина бы, горло промочить.” – подумал воин, чувствуя, как пересохло в глотке при виде бутылок и кружек. Своим взглядом рыцарь смотрел перед собой, на короля и королеву, а также сидящих возле них двух принцесс и принца.

Старшая принцесса была красивая блондинка, она нравилась Бертольду. К слову, ей искали достойного жениха в королевстве или за его пределами, как только она достигла совершеннолетия два дня назад. Вторая, тоже блондинка, но ещё рано ей мужа, нужно подождать три года чтобы получить восемнадцать. А принц – совсем дитя, чудный брюнет, весь в короля и повадками и внешностью. “И такой же дуралей.” – подумал рыцарь ухмыльнувшись.

Возле них, слева, разместился худосочный, со страшным взглядом чёрных глаз, советник со свитой. “Не иначе как диавол породил его. А ещё хмельное слышит за версту, душегуб.” – вспомнил рыцарь с досадой и в душах вздохнул.

- Я чую, что он пьян! – резко встал советник и ткнул в рыцаря длинным пальцем.

- Не пьян, а захмелевший немного. – возразил воин. – Досталитак Блинуже, и так голова болит после похода.

- Достали так, - обратилась королева к советнику твёрдым тоном, - сядь.

Блинуже побагровел, но повиновался, сжигая взглядом пришельца. Бертольд подошёл и поклонился, присев на одно колено. Это действие требовало от него неимоверных волевых и физических усилий чтобы не завалиться в какую-либо сторону и не упасть.

- Моя королева, я прибыл по вашему зову.

- Чем ты занимался, Бертольд? – спросила монархиня. – Ходил ли в храм, к господу?

- Нет, моя госпожа. Но я был на пути к нему, как меня настигла… - рыцарь запнулся, не зная, что сказать.

- Бутылка? – повела бровью госпожа. – И снова ты за своё. Мог бы и подождать. Знал же, что пир сегодня будет вечером.

- Простите мою мне слабость, госпожа. – протянул руку рыцарь. – Я лишь пригубил…

- Перестань. – со звоном стали сказала королева, перебив оправдание воина. – Не хочу я слышать речей твоих плут. Сегодня не только пир, ещё и траур. По дочь мою придёт дракон завтра утром.

- По вашу дочь? О госпожа, мне так жаль. – рыцарь опустил голову.

- Не стоит. – холодно отозвалась королева. – Займи своё место. Ешь, пей и танцуй, веселись. Сегодня проведём мою Эллизию как она пожелала, с весельем и задором.

- О дивная Эллизия, я помню тебя с тех времён, когда ты была ещё ребёнком. Мне жаль, что ты покидаешь замок наш. И дивный образ твой не будет среди нас. Не будешь больше ты греть нас лучами красоты твоей. О, Эллизия! – рыцарь прижал руку к сердцу и закрыл глаза.

- Бертольд, спасибо тебе. – улыбнулась принцесса. – Я была очень рада быть знакомой с тобой. Тоже помнится мне как ты кружился вместе со мной, а потом тебя тошнило жутко. Но ты не переставал этого делать, когда я тебя просила об этом. Как ты игрался со мной в “тюремщицу и преступника”, и я прострелила тебе бедро.

Да, такое рыцарь помнил. “Хорошо что только бедро, а не левее и выше. Иначе не было бы полноты жизни мужчины.” – подумал рыцарь с облегчением.

- Конечно, нам было весело, но увы, дракон потребовал тебя. – вздохнул рыцарь. – Ну ладно, присяду, выпью за тебя! Возрадуемся же великой щедрости короля и королевы! Слуга, налей!

Пир продолжился. Рыцарь посвежел после кружки эля, и принялся уплетать блюда перед ним. Рыба, хлеб, сыр… неважно. Главное – чтобы в рот лезло и могло быть съеденным. Но как только он увидел свиной балык… тут весь мир и сошёлся клином. К этому дивному яству, как называет его воин, потянулся некий дворянин. Дотянувшись, он взял его, как тут же нож оказался в его руке. Гости ахнули, а сам толстячок завопил не своим голосом, убирая руку. Бертольд злорадно произнёс, блеснув глазами:

- Не трогай лакомство сие! Я с похода только что вернулся, и вкушать я его достоин! А ты что сделал, жопосед?

- Что ты делаешь, безумец? – завопила сидящая рядом женщина, видя всё происходящее.

- Я не безумец, это он обжора! – ответил рыцарь, откусив кусок балыка.

- Проклятый пьяница! – жалобно сказал толстячок, вытянув нож из своей руки. – Неужто грех чревоугодия так овладел тобой?

- Я не обжираюсь, я восстанавливаю силы после похода! Даже в Книгус Рыцарус об этом говорится! – запротестовал Дидфит.

- Бертольд! – гаркнул король. – Разве достойно сие поведение тебя?

- Простите мне, мой король. – воин опустил голову. – Бесы, всё они! Я буду держать себя в руках, даю слово! – уже снова заплетающимся языком принялся заверять монарха рыцарь.

Продолжили пиршествовать, вкушать еду разную, да объедки на пол выбрасывать, куда же ещё? Слуги на то и слуги, чтобы потом прибрать это всё. Играли менестрели в углу возле потрескивающего большого камина, на своих струнных инструментах. Пели о любви, приключениях и дороге. Новые бутылки и кувшины приносились слугами, лишь затем, чтобы снова стать пустыми, отдать своё содержимое гостям, Бертольду.

Изрядно выпив и закусив, душа рыцаря захотела праздника. Весь мир был полон красок и ощущений. Было тепло и сытно. Но как-то не то. Хотелось ещё чего-то…

- О! – спохватился Дидфит. – А где тут сра… - рыцарь осёкся от взгляда королевы, и принцесса засмеялась, - нужник?

- Проведите. – спокойно распорядился король.

Подошёл слуга, и поманил за собой. Вместе, они пошли в другое помещение, коридор, который спустя время и вывел их на перекрёсток. Свернув налево, слуга открыл дверь и пригласил рыцаря войти. Войдя, Дидфит поморщился скорее из-за привычки это делать, чем от неприязни к запаху. Нужник представлял из себя несколько мест, выстроенных в ряд. Каждое место обозначалось отверстием в деревянном полу. Там же, сидели двое мужчин и женщина, делая свои дела. Одно место оставалось свободным.

- Как раз для меня! – довольно произнёс воин. – Освободить душу от скверны тела!

- Прошу вас, милорд. – сказал слуга.

- Запомни, - поучительно произнёс Бертольд, - рыцарь – существо духовное. Это важно знать.

Заняв своё место, учитель слуг принялся делать своё телесное дело. С учётом того что ел и пил он как, скажем так, как получается, то и выходило это у него не совсем удачно. Бедный герой силился, краснел, можно сказать как женщина при родах. Издавал рёв, не только из глотки. И наконец, когда процесс прошёл, выдохнул с облегчением, сказав довольным тоном:

- Несколько дней в седле. Попробуй тут… но осада снята.

- Существо ты может и духовное, рыцарь, - сказал сидящий рядом крупный мужик, - но смердит от тебя как от всего зла на земле.

Все сидящие рассмеялись его реплике. Недолго думая, воин вытерся соломой, рядом стоящей, ойкнул, и влепил той же рукой прямо в морду шутника, отчего тот сразу отключился. Заметив, что его рука грязная несмотря на солому, вытер её о бессознательного здоровяка без угрызений совести. Поправил наряд и вышел.

По дороге назад, их встретила принцесса, явно встревоженная. Увидев рыцаря, она бросилась ему на шею. От такого мужчина опешил на пол секунды, но обнял её, приговаривая:

- Ну что ты, дитя? Всё в порядке.

- Нет, не в порядке! – девушка сжала шею рыцаря ещё сильнее.

- Если хочешь что-то мне рассказать, то сначала не души. Это плохо сказывается на моём восприятии. – покраснев сказал воин.

- Конечно. – девушка отпустила его. – Нам надо поговорить. Уходи. – приказала она слуге. – Бертольд, пошли ко мне в покои. Там тебе всё расскажу.

Дидфит не стал заставлять просить себя дважды. Ему конечно хотелось дев, для снятия напряжения, но зариться на принцессу не смел. Хотя смотрел на её достоинства через корсет, но всё же. Поднявшись по ступенькам, они вошли в покои принцессы. Был уютно, но тесновато. Камин, комод, кровать большая с перинами, буфет для еды и стол с тремя стульями, ковёр мягкий на всю комнату, из ингвальсского медведя-берсерка. Узкое витражное окно с изображением святого Георгия, побеждающего дракона. “Видать не победил, раз дракон пришёл за нашей принцессой.” – подумал рыцарь грешным делом, но тут же отсёк от себя эту мысль и перекрестился. Принцесса села на свою постель, рыцарь стоял, напротив. Повисла неловкая тишина, но воин заговорил первым:

- Поведай мне, дитя, что тревожит тебя? Случилось что?

- Случилось, добрый сэр Бертольд. Дракон меня потребовал за день до твоего прибытия. – объяснила принцесса. – Ты знаешь, как выбирает дракон своих жертв?

- Не ведомо мне это, ваше благочестие. – ответил воин.

- Давай без титулов. Я – есть я, Эллизия, не принцесса. А ты, - есть ты, Бертольд, добрый рыцарь.

- Конечно, всё что угодно. – закивал Дидфит.

- Дракон выбирает не только самую красивую девушку, ещё он предпочитает знать. Можешь себе представить, как ему хочется меня, потому что я королевской крови.

- О, это ужасно! – вздохнул воин.

- Ты не помог бы мне, добрый Бертольд? – спросила девушка.

- Что мы знаем о враге, помимо того, что он дракон, с ним трудно сражаться, он может сжечь, сожрать? В него непросто попасть из лука или арбалета и прочие эти драконовские сложности.

- Да это будет трудно. Но награда тоже будет великой! Представь только как отец возблагодарит храбреца, сумевшего предотвратить моё похищение! – принялась сулить принцесса.

- Это истинная правда. – согласился рыцарь, прикидывая что он себе потребует в награду и как будет жить дальше. – А что ещё мы знаем о драконах?

- Они предпочитают не только красивую знать, но и девственность. И это для них самое важное.

- Даже не знаю почему. – поморщился рыцарь задумавшись.

- И вот я не знаю. – поникла принцесса.

Наступила тишина, в которой было слышно лишь треск пламени. Принцесса думала свои тяжёлые думы, как завтра заберёт её дракон. Девушек, после такого никогда больше не видели. Куда он их забирает, не знает никто. И для чего, тоже неизвестно. Чтобы сожрать, слишком маленькие для такого монстра. Чтобы работать, так толку с них немного. Ума не приложить совсем, бог ведь разберёт их, чудовищ этих!

“Итак, что мы имеем?” – думал рыцарь, слегка пошатываясь. - “В замке по сути траур, хотя наливают и кормят до отвала, чему я несказанно рад. Монархи в печали, что не слишком хорошо может отразиться на рыцарстве. Могут и войной пойти на кого-то с дуру, а это уже тяжбы, и выпивки не будет, и дев, и свиного балыка. Сразить чудовище не представляется возможным, в силу его могучей сущности и способностей. Мой меч ему как зубочистка! Выдержит ли броня его когтей и челюстей? Можно взять осадную, она точно выдержит. А огонь? Эх, и почему всё так сложно с этими драконами?”

Тактический и стратегический гений, как говорят присущ рыцарям, иногда всплывает в их сознании в виде некого озарения. Это самое озарение, почувствовал и Дидфит, чему несказанно обрадовался. Единственное что его смущало, так это мнение принцессы. С другой стороны, если она не совсем дура и хочет жить, то согласится с ним. А если нет, ну нет так нет. Взвесив все за и против, и вынеся свой стратегический вердикт, рыцарь заговорил решительным тоном:

- Я могу помочь тебе с твоим горем, моя Эллизия.

- Ты убьёшь дракона? – подняв взгляд на воина спросила она.

- Есть более простой способ. – ответил рыцарь. – Тайно выйди замуж этой ночью, без благословения родителей.

- А другого нет? – спросила принцесса с надеждой. – Это же против всех правил. Я стану изгнанницей.

- С другой стороны, - приложив руку к подбородку сказал рыцарь, - могу тебе разбить лицо, или сломать нос. Парочку синяков под глазами поставить…

- Я поняла. – перебила его принцесса, и вздохнув добавила. – Ты будешь в качестве отца и поможешь со священником?

Глава 2. Тайное свадебное сочетание, или сказал — сделал.

Рыцарь не болтает бредней, непонятых слов и не умничает. Он даёт ценные и гениальные советы. (Книгус Рыцарус)

Мгновенно протрезвев от согласия принцессы и осознав всю серьёзность положения, Дидфит почувствовал, что предложил, по сути, неслыханную дерзость, если не сказать глупость. Узнай правители что это он её подговорил на такое, - голова с плеч. Но так казалось только, с одной стороны. С другой, слегка седовласый мужчина не мог отказать ей в этой просьбе, потому что он знал принцессу почти всю её жизнь. Она всегда оставляла ему цветы в шлеме, отчего запах в нём был не таким…едким. Ещё она, иногда, в тот же шлем наливала ему королевского эля и приносила, дабы он мог восстановить хворь головы. Чудная девочка…а теперь девушка. Желание её он понимал, принцесса просто хотела жить. Предполагалось что девушки погибали в лапах дракона, хоть это было и не проверено.

Чувствуя, как земля уходит из-под ног, рыцарь уселся возле принцессы и обнял её. “Вот же дьявол!” – думал рыцарь. “И попутал же меня хмельной дух! А ведь сколько раз себе говорил, брошу пить! Брошу помогать людям и уйду в горы пасти овец, или коз. А теперь надо найти священника, хотя найти не проблема. Сидит в зале для пиршеств да вино потягивает. Надеюсь эта дурёха хоть имеет жениха на примете. Ещё и за отца попросила быть. Господи! Что же я делаю? Направь меня и укажи мне путь! А ещё ниспошли мысли ясные, желательно вовремя, а не, как всегда”. Рыцарь вздохнул, принцесса положила свою голову на его плечо, поморщилась от запаха, исходящего от тела воина, но совладав с собой спросила тихо:

- Мой добрый Бертольд, ты поможешь мне?

- Эллизия… - выдавил воин хрипло и почувствовал, как пересохло в горле, что резко сменило его направление мыслей. – У тебя есть выпить?

- Есть... – грустно вздохнула девушка вставая. – В моей ситуации только пить, пожалуй, соглашусь с тобой.

- Эллизия, не нужно же впадать в уныние. – попытался подбодрить её рыцарь.

- Может, может. – ответила девушка, посмотрев на мужчину и едва улыбнулась. Затем достала бутылку с двумя небольшими деревянными стаканами из буфета. – Твой дивный огонь в глазах, - заметив, как рыцарь смотрит на хмельное, сказала девушка, - всё такой же, жаждущий, как и много лет назад. Ты не стареешь.

- Благодарю, моя принцесса. – польстился воин и слегка поклонился. – Ты тоже как та ягодка, что была выдавлена… - рыцарь задумался на момент, - в прекрасное и сладкое вино, каким не можешь усладиться никогда, желая его вновь и вновь.

- Ах, мой Бертольд! – изумилась девушка, садясь на кровать, затем вручила мужчине стакан и бутылку. – Ты как всегда, умеешь сразить не только мечом, или даже словом, но комплиментом! Не хуже барда или менестреля! Только что не умеешь петь, как они.

- Я же воин. – гордо произнёс Дидфит, разлив вино по стаканам. – Моё дело, - дела ратные, да подвиги, а также защита короля и королевства. Предлагаю первый тост за них. За короля, королеву и королевство! – торжественно произнёс он, подняв руку с посудой.

- За них! – поддержала принцесса.

Легонько стукнув свой стакан о стакан принцессы, рыцарь осушил его залпом, почувствовав некое облегчение, тут же и вздохнул. После прикрыл глаза, и сразу открыл их наливая вино в свой стакан. Принцесса, увидев рвение воина, положила ему руку и плечо и сказала, глядя в глаза:

- Бертольд, моё замужество. Нам надо подумать о деле.

- Я в процессе. – ответил рыцарь. – Второй тост, объявляю за духовенство! Чтобы нашёлся нужный священник, который согласился бы на нашу с тобой авантюру.

- За духовенство. – тихо прошептала девушка и выпила.

- Ну а третий… - начал уже снова захмелевший Дидфит. – Третий за… э-э. За любовь, о!

- За неё. – совсем погрустнела принцесса, посмотрев на своего избавителя от дракона. – Меня отдадут дракону завтра на рассвете.

- Нет! – взревел рыцарь, чем напугал девушку, и та облилась вином. – Мы найдём священника, я найду. Но вопрос есть у меня. – рыцарь сфокусировал взгляд на лице девушки. – У тебя есть жених?

- Есть. – ответила принцесса, слегка смутившись.

- Кто же он? Кто этот счастливчик?

- Парень с кухни. Норр Бакпри.

- Ты хочешь выйти замуж за кухонного хлебореза? За стряпуху в мужском обличии? Кашевара? – воин продолжал перечислять менее лестные, даже матерные прозвища так ещё при этом ржать как конь и бить себя по колену, но увидев, как девушка стала грустнеть, умолк, подумал и добавил. – Ладно, Норр Бакпри, так Норр Бакпри. Лишь бы ты была счастлива!

- Спасибо тебе, мой Бертольд. – сделав маленький глоток, сказала блондинка.

- Вопрос у меня появился, изволь ответить. – наливая ещё по одной, молвил Дидфит.

- Всё что угодно, спрашивай. – с готовностью сказала девушка.

- Почему ты согласилась на женитьбу? Почему бы тебе просто не сбежать? И разве тебе не искали хорошего жениха раньше?

- Искали… - вздохнула принцесса. – Даже вроде как нашли, но не стали утверждать свой выбор. Женитьбу выбрала я потому что мне милее жизнь хоть в изгнании, но с тем, кого сама люблю.

- Эх, молодо-зелено… - улыбнувшись в бородку протянул рыцарь. – Уверена ли ты, что хочешь потерять всё? Абсолютно всё! – рыцарь выпучил глаза и сделал как можно больший круг руками. – Ты будешь жить в немилости. Добывать себе пропитание и прочие недостойные вещи будут забирать твоё время.

- Я понимаю. – энергично закивала девушка. – Мы справимся. Он повар, а я умею шить и ткать. Пару монет сможем раздобыть.

- Не будет больше перины и блюд вкуснейших. А также любимых твоих какао конфет и кофе. – продолжал рыцарь.

- И пусть! – притопнула ногой принцесса. – Живут без этого же люди!

- Он будет приставать к тебе по ночам. Но это не самое худшее. – подмигнул воин. – Но желание мужчины ты должна исполнить в браке. Ты же знаешь это?

- О мой Бертольд! Если послал тебя господь наш испытать мою решимость, да будет так! Уверена...

- Тише девочка, тише. – поднял руку рыцарь. – Никто меня не послал, я тут случайно. К тому же, я должен был испытать твою решимость, ради твоего же блага. – Дидфит насупился, вдохнул на полную грудь и в бороду себе пробубнил скороговоркой. – Заодно и отговорить, не выходить замуж за этого кашевара. И отказаться от моей идеи, навеянной хмельным духом. Но ты же малолетняя засранка сведёшь в могилу нас обоих. – после этих слов принялся пить из своего стакана.

- Что? Что ты говорил? Я не расслышала, Бертольд. – округлила глаза девушка.

- Ничего. – замотал головой рыцарь. Молитву лишь прочитал я, дабы свершилось всё как мы задумали.

- О, мой заступник, так рада я что ты со мной в этот мрачный час. Читаешь молитвы, как паладин.

“А я как рад, что вернулся именно сегодня. Нарадоваться не могу, знала бы ты как, девонька” – ворчал в уме мужчина, но виду не подал, продолжая слушать комплименты от принцессы. Попытавшись выпить ещё, он обнаружил что его посуда пуста, и в бутылке не оказалось ничего. Бросив свой стакан на землю, он торжественно произнёс заплетающимся языком и пошатываясь:

- Сам господь посылает знак, что мне надо послать тебя… то есть для тебя, послаться за священником и женихом.

- Да будет так! – воскликнула принцесса и зааплодировала. – Мой решительный Бертольд! Пусть господь благословит твой путь.

- Ага, - скривился рыцарь, - пусть благословит наши души. И твоего стряпухи тоже. – махнул небрежно рукой воин. Пошёл я…за священником.

- А я буду тут. Ждать тебя и готовится к заключению брака.

- Что же ты будешь готовиться? – захотел уточнить рыцарь.

- А это женские секреты. – хохотнула девушка. – Ты точно сможешь объясниться перед священником? Излагаешь ты не совсем точно, иногда.

- Смогу, будь покойна. То есть, ты будешь сидеть здесь, пока я всё сделаю?

- Не просто сидеть, расчесаться мне надо.

- Так тебя же расчесали уже давно как! – возмутился воин.

- Надо ещё! – заверяла его девушка. – Волосы должны быть идеальны. Ещё мне надо привести в порядок покои, проветрить тут всё.

- А тут и пахнет хорошо! – понюхав воздух с винными испарениями заключил Дидфит.

- Не слишком. Ещё надо будет парфюм свой побрызгать по углам, и ладана зажечь. Помолиться перед службой, душу в порядок привести.

- Ох, принцесса. – покачал головой рыцарь. – Не жалеешь ты меня. Ладно, я сделаю всё что требуется. Будь тут.

- Я буду ждать с нетерпением. Помни, у нас времени только до рассвета!

“Это у тебя времени только до рассвета!” – с раздражением подумал рыцарь, выходя из покоев принцессы. “Вы только посмотрите! Ждать она будет, и ничего не делать. А я значит, мотайся по всему замку. То священника, то жениха ей подавай! Ладно девчушка, так уж быть, помогу”.

Вернувшись в зал для пиршеств, Дидфит, пританцовывая под весёлую музыку менестрелей подошёл к столу и схватил свиной балык с куском хлеба. После удачного улова, выцепил взглядом священника. Только это был не совсем священник, из обычных. Им оказался архиепископ Ласандр, один из заместителей главы всей Церкви Добра Господнего нашей славной страны. Бертольду не нравилась полная круглая рожа архиепископа с его вторым и третьим подбородком. Не нравились пухлые щёки и пальцы с многими перстнями, которые этот духовный хмырь заставлял целовать каждого, кроме правителей с их свитой. Эти короткие волосы цвета воронова крыла и пухлые губы, как у гремлина. Воину не нравилось это, но деваться некуда, принцессе надо помочь.

- Приветствую, ваше благосвященство! – плюхнувшись на свободный стул возле архиепископа и заставив того вздрогнуть, бодро сказал рыцарь.

- Приветствую, раб, божий. – подержавшись за сердце, ответил духовник, протягивая руку с перстнями к лицу воина.

- Может без этого? – посмотрев на блестящие от жира пальцы и перстни спросил Дидфит, но встретив недовольный взгляд толстяка, повиновался. – У меня к вам дело.

- У меня сегодня дела с королевской семьёй. – отрезал духовник.

- Вы не понимаете, у меня важное дело. – скривившись, рыцарь обнял за шею толстяка рукой, державшей балык. Приблизив деликатес к себе, заодно прижав шею круглолицего и откусив свинины, воин продолжил излагать, не забывая пережёвывать в процессе. – Согласились бы вы поженить принцессу?

- Почему нет? – ответил духовник, безуспешно силясь убрать руку Дидфита, но воин был крепкий в руках. – Но её отдают дракону на рассвете.

- Да, я знаю. – кивнул рыцарь, и откусил ещё балыка под нелестную реплику духовника. – А без согласия родителей, поженили бы?

- Ну как так? Родители должны быть согласны, что за чушь, Бертольд?

- Всякое бывает. – пожал плечами воин. – Могут быть и не согласны, а могут и не быть оповещены.

- Это как? – округлил глаза духовник.

- Да никак. – откусил хлеба с другой руки Дидфит, затем положил его и принялся наливать вина себе и толстяку.

- А ничего что это кружка лорда Вимана? – указал архиепископ на стакан, куда налил себе вина воин.

- Ничего. Это что, не стакан теперь? – невозмутимо ответил рыцарь. – Налить можно? Можно. Значит и пить, тоже. А вы поженили бы принцессу с простолюдином?

- Ну если родители согласны, то да. В конце концов, сердцу не прикажешь. Церковь Добра Господнего не видит в этом ничего такого. – ответил круглолицый и отпил вина.

- Отлично. Рад что церковь не против таких союзов. – рыцарь тоже отпил и тут же откусил балыка, спрашивая. – А втайне? Чтобы не знал никто.

- Ну это вы совсем ересь спрашиваете, храбрый Бертольд. – архиепископ занервничал. – Нет конечно же! Никакой священник не пойдёт на такое! А теперь, уберите руку, и идите с богом. Пусть мир господень всегда будет с тобой. – духовник перекрестил рыцаря и тот повторил жест.

- Ладно, всего доброго. – воин залпом допил, взял новый кусок хлеба, взамен своему надкушенному и побрёл к гостям, в круг танцующих.

Гости не очень хотели браться за руку с хлебом или балыком, но этикет танца обязывал их принимать в круг любого желающего. Таким желающим и был Бертольд, душа его требовала заглушить провал попытки договориться с Ласандром. “Ну и пусть этот чванливый толстяк отказывается. А мог бы войти в историю как…может и посмертно. А его рот на вид как место у собаки под хвостом… с таким же запахом отвратным…” – мысли рыцаря спутывались, по мере вращения круга из людей посреди зала, и весёлым позвякиванием кольчуги.

Сам же танец был простым и незатейливым. Гости ходили по кругу, взявшись за руки, и в такт с музыкой, слегка подгибали ноги, поочерёдно немного выставляя вперёд одну из ног. Сама же музыка, - весьма быстрая мелодия кифары и псалтерия, вместе с ритмичными ударами тамбурина. Кифара играла более высокие ноты, заставляющие рыцаря, иногда корчится от мигрени, а псалтерий играл более грубые тона, способствуя появлению воспоминаний о походах и прочих достойных делах, заодно пробуждая аппетит с новой силой. Повинуясь зову желудка, рыцарь рывком разъединял нужную ему руку, с хлебом или балыком, кусал желаемое во весь рот, после чего подавал руку и силился пережёвывать иногда вываливающуюся еду изо рта.

Душевное состояние рыцаря никак не побуждало его действовать по плану. Тело желало еды и хмельного, ум хотел танцев и музыки, а душа… поскорее оторваться от бренного тела, в поисках покаяния за содеянное. Не выдержав жажды в очередной раз, Дидфит направился к столу дабы освежиться вином или элем. Мир в глазах уже кружился от танцев, и не выдержав его круговорота, рыцарь упал на пятую точку.

- Ик! – вырвалось из воина, после чего он на четвереньках стал ползти к столу.

- Стража! – крикнула королева, глядя на своего подданного. – Выведите его, пусть проветрится.

Подошли двое стражников, подхватили и грубо потащили Дидфита к выходу из дворца. Конечно, такого обращения Бертольд не заслуживал, но ничего не поделать, королевский престиж требует жертв. Слегка седовласый воин понимал, что он двигается, но не понимал, как он это делает без усилий ног. Повернув голову, рыцарь увидел стражника в полутьме свечей. “Святые угодники!”. – подумал он. “Двигаюсь без ходьбы, так ещё и в сопровождении иллюзии!”.

Удар всем телом о камень привёл Дидфита в подобие умственного порядка. Поморщившись и скривившись, он попытался встать. Перевалившись на бок, воин упёрся в локоть и повертел головой. Найдя взглядом двух стражей, рыцарь тут же высказался заплетающимся языком и с обидой:

- Что ж вы так, собаки? Я между прочим, рыцарь. И со мной надо обходиться поаккуратнее.

- Сейчас ты не больше чем пьяный латник. – ответил ему один из стражей.

- Латник не латник, а рыцарь! – стоял на своём Дидфит. – Принесите мне вина.

- Уже идём. – в голос ответили стражи и повернулись.

С тех пор как двери дворца стукнули, прошло несколько минут. Рыцарь так и не встал с мощёной дороги, а выпивку не принесли. До его захмелевшего разума стало доходить что никто ему ничего не собирается нести. И с этими мыслями, воин стал, кряхтя вставать раздосадовано причитая:

- Надо было, хоть балык прихватить. Помру ж с голоду. А ведь никому не интересно что я вернулся с задания! Вот и служи потом этим монархам…совсем не ценят ратного мужа. А я может тяжбы переносил какие-то?! А тут ещё подкинули задание! – рыцарь замер, вспомнив о принцессе и её просьбе. Оценив своё положение, продолжил причитать, направляясь не решив куда. – Ещё и перебрал чуток, да простит меня её юная светлость. Ну в конце концов, сегодня у неё свадьба с этим…кашеваром, хе-хе. – внезапно воина осенило. – В церковь! – выпалил торжественно он.

Дидфит принялся насвистывать что-то бодрящее, походное. Это приводило его пусть не в полный порядок, но позволяло сконцентрироваться на задании принцессы. Церковь не была далеко от дворца, всего несколько улиц. Но на пьяный свист и подпевания, из окон домов выливались вёдра с водой, отчего певчий пыл воина остыл. “Сволочи”. – подумал герой, вытирая лицо и слегка дрожа от вечернего холода. Но уже от песнопений стал воздерживаться. Позвякивая кольчугой и гремя сапогами, под жалобы из окон на эти звуки и переругиваясь с жильцами, Бертольд неспешно побрёл к своей цели.

Пройдя некоторое время по пустым улицам замка, тишину нарушили голоса. Звуки ругани и бьющейся посуды, привлекли внимание рыцаря. Подойдя поближе к каменному дому с изображением на его двери чаши с кругом над ней, рыцарь попятился назад…от внезапно с воплем вылетевшему из этой самой двери, тела какого-то бедолаги. “Прям как меня! Лицом наземь!” – подумал воин.

- Убирайся! – зашипел старик с длинной бородой, стоявший в дверях. – Ты не нужен больше господу нашему! За свои провинности и еретические взгляды, отныне ты изгнан из аббатства Церкви Добра Господнего.

- Но… - заупрямился человек на земле.

- Это не обсуждается. – перебил его старик. – Радуйся, что не на плаху пошёл.

- Помоги встать, добрый человек. – тело с мужским молодым голосом протянуло руку.

- Отчего ж не помочь страждущему? – после мимолётной заминки подал руку слегка седовласый мужчина. – Кто таков?

Попытавшись поднять парня, воин не сумел удержать равновесия и плюхнулся на него. С руганью и проклятиями пытаясь встать, заваливался снова. Человек на земле пробубнил что-то на неведомом языке и сделал какие-то короткие движения рук. После этого, сознание рыцаря значительно прояснилось, и с вопросом “отчего же так скоротечно течёт река?”, воин быстро встал и побежал под забор ближайшего дома. “Теперь травка будет расти…быстрее”. – с удовлетворением думал рыцарь и удивлялся отчего так много в нём вод. Закончив своё дело, Дидфит подошёл к всё ещё лежавшему на земле человеку и помог встать, на этот раз без проблем. На рыцаря смотрел молодой парень, лет семнадцати. В темноте, при свете факелов, можно было разглядеть только кучерявые волосы и слегка вытянутое лицо. Одет был в рясу, перетянутою на поясе обычной верёвкой, с той же символикой что и на двери.

- Женьен Овива, послушник… бывший послушник аббатства церкви. – ответил юноша, подбирая книги и свитки, и запихивая их в свою сумку. – Должен был стать боевым фратрисом, дабы укреплять веру и дух в рядах армии его величества.

- Фратрисом говоришь? – рыцарь вспомнил о словах архиепископа, и прикидывал план. – Значит, молитвы, обряды и прочее ты знаешь?

- Конечно. – ответил юноша. – Могу прочитать вам хоть сейчас, только спросите!

- Обряд свадебного сочетания мужа и женщины знаешь? – хитро прищурился Дидфит.

- Да увидит господь любовь сих двух сердец, и скрепит благоволением своим. Пусть этих двоих, скрепит обещание данное ими. А мы же, да будем свидетелями, чтобы никто не усомнился в сием свадебном сочетании.

- Сие, я уже уяснил. – перебил слегка седовласый мужчина. – Отлично. Но скажи мне: может ли фратрис, считаться священником?

- Конечно! Ведь он выполняет эти обязательства! Значит, это и делает его полноправным священником! – затараторил Овива, тряся головой.

- Отлично, пойдёшь со мной во дворец. Есть дело.

- Позвольте. – опешил от такого поворота юноша. – А кто вы? И почему от вас так…пахнет?

- Я рыцарь его величества Бертольд Дидфит! – напыщенно ответил воин. – А пахнет от меня…ну это, пир сегодня. Обещаю достать тебе блюдо со стола, какое захочешь.

- О, это было бы здорово! – обрадовался юный фратрис, почувствовав урчание желудка.

- Пойдём же, мой юный Женьен! Время не ждёт!

Рыцарь, не полностью протрезвевший, схватил парня за руку и потащил ко дворцу. По дороге, юноша рассказывал о своей жизни в аббатстве, лишённой всяких удовольствий, удобств и вкусностей. На что рыцарь говорил о подвигах, чести и роскошных пирах, устраиваемых его величеством по всяким поводам. Юноша слушал каждое слово, жадно впитывая как сухая ткань на солнце. Слегка седовласый воин заметил это продолжил ещё больше рассказывать о преимуществах жизни рыцарей и тех, кто возле них. Попутно, воин прикидывал как пройти во дворец вместе с парнем.

- То есть, быть оруженосцем, почти так же хорошо, как и рыцарем? – спросил юноша.

- Конечно! – заверял его Дидфит. – Ведь если рыцарь в милости короны, то и оруженосец также.

- А вы в милости короны?

- Да. Во всяком случае… - рыцарь осёкся, - в милости.

- А оруженосец у…

- Кого с собой притащил? – спросил страж у ворот дворца. – Что за пройдоха? Так ещё и в рясе.

- Это со мной. Юный боевой фратрис. Хочу представить его королю. – ответил Дидфит.

- А боевого фратриса ты зачем приволок сюда? Э-э, уже вижу знак аббатства. – страж присмотрелся.

- Представить. Я же сказал, дубина. – надменно произнёс слегка седовласый воин.

- Ты точно протрезвел? – с недоверием спросил страж. – Может пойдёшь спать, а не искушать судьбу?

- Протрезвел-протрезвел. – заворчал воин. – Давай уже, пропускай.

Ну говоришь во всяком случае сносно. И стоишь на своих двоих. Ладно, только без свистоплясок.

Пройдя внутрь дворца, юноша не мог поверить своему везению. Его только что вышвырнули из аббатства, без надежды на искупление, лишая будущего, а тут на тебе…дворец, и рыцарь этот. Вышел капитан стражи. Критично оглядел юношу, ощупал. Осмотрел сумку, задал несколько дежурных вопросов, и удалился, убедившись в безобидности пришельцев. У капитана не было настроения слушать россказни Бертольда, тем более что пожилой стражник знал рыцаря давно, всю свою не короткую службу.

Войдя в галерею, они прошли несколько метров, и под удивлённые взгляды менестрелей, рыцарь открыл окно. После чего подав знак своему спутнику, полез через него. Перейдя влево по диагонали от окна, через внутренний двор дворца, воин постучал в дверь кухни. Открыла дверь темноволосая женщина, полноватая и с бородавкой на подбородке. Скрипучим голосом она спросила:

- Чаво надобно?

- Кашевар ваш… - рыцарь задумался, пытаясь вспомнить, - Норр Бакпри.

- Не люблю запахов варёных овощей. – превозмогая рвотные позывы, сказал Женьен себе под нос.

- У него смена. Не велено его отпускать до конца пира. – заупрямилась женщина. – А ты заткнись. – сказала она Женьену.

- Имею дело я государственной важности. Выдай мне его, приказываю! – напористо сказал воин.

- А у него дело важности королевского пира. Если гости не получат свои блюда, то голова с плеч всей кухне. О! – женщина скрутила дулю и сунула её под нос рыцарю.

- Ароматная миледи, половник для моих полных от одиночества… - воин задумался, - мужских колоколах. Я бы рад с вами поделиться звоном их, дабы усладить ваши чувства и свой слух. Но только после дела, и смены вашей. – рыцарь подмигнул ей.

- Эх, паршивец. – смутилась женщина. – Ладно, пусть идёт. Но ты мне обещал. Жду тебя сегодня ночью здесь. – темноволосая слегка стукнула половником Дидфита по животу. – Норр!

Показался белокурый парень, блондин каких поискать. Карие глаза, утончённые черты лица, от него веяло запахом капусты. Запах варёных овощей сводил Женьена с ума, а желудок заставлял содрогаться при каждом вдохе, с чего юноша сделал мудрый вывод, - дышать как можно меньше. “Выглядит весьма недурно. Знает, чертовка юная, чего хочет”. – улыбнувшись подумал рыцарь.

- Ты пойдёшь со мной. – заявил слегка седовласый воин.

- Я? Но зачем, сир? Я ничего не крал. – растерялся парень.

- Вопросов не задавать! – вмешалась повариха, отвесив подзатыльник парню.

- Смотри не убей. – обратился к ней рыцарь. – Мне он ещё нужен.

- Конечно, красавчик. – улыбнулась женщина Дидфиту.

- Пойдём. – сказал рыцарь, беря парня за шиворот, как тут же, в нём пробудилась жажда. – У тебя есть выпить? – спросил он темноволосую.

- Для тебя, что-то найду. – подмигнула она. – Подожди, я сейчас. Но это будет стоить тебе больше…усилий. – женщина снова подмигнула.

- Конечно, - закивал воин, - всё что угодно!

“Отряд негласной женитьбы”. – смеясь в душах подумал рыцарь. “Зато подвиг очередной. Смотри, что учудить могу! Принцессу замуж выдать, так ещё и против всех канонов! Втайне! Заодно и от дракона спасти! Да я не только рубака, так ещё шпионаж и прочие тайные делишки могу делать во имя короны! Надо будет дописать это в свой свиток талантов!”. – тешил себя Дидфит, предвкушая очередной подвиг, пусть весьма спорный и нестандартный.

- Как говорит Книгус Рыцарус, - поучительным тоном заговорил воин, подняв указательный палец вверх, - не бойся совершать необычные деяния, бойся упустить свою награду, а возможно и титул!

- Книгус Рыцарус, - мечтательно произнёс Женьен, - нам показывали копию. Она великолепна!

- И что такого, в этой вашей Книгус Рыцарус? – недоверчиво спросил Норр.

- Невежда. – сделал гримасу воин. – Кашевар и невежда. Самое место на кухне, овощи дробить. Это книга о рыцарях, и для рыцарей. Сводка правил для достойного воина, мудрого человека, а также для духовной личности, коим является каждый рыцарь.

- Чаво? Лич…личиности? – попытался вытолкнуть юноша.

- Личности, болван! – засмеялся воин, и хлопнул Бакпри по спине, отчего у того хрустнуло где-то внутри.

“Хиленький”. – задумался рыцарь, услышав хруст. “Надень на такого даже средние доспехи, и в бой можно не отправлять. А вручи ещё и меч, так он будет использовать его как старики трость. Зато шут бы из него получился, или помощник шута! Зрелище было бы же!” – рыцарь рассмеялся. Вернулась женщина, с кружкой в руках окутанной серой дымкой.

- Не боевой фратрис уж точно. – скептично подметил Женьен, скрестив руки.

- Для тебя сварила, свежий эль! По новому рецепту! Добрый эль, доброму рыцарю! – сказала кухарка, подав напиток.

- Как быстро. – рыцарь поднёс кружку к носу и глубоко вдохнул. – Ну, за свершение необычных подвигов! – произнёс торжественно тост Дидфит, и принялся жадно пить. Выпив, громко отрыгнул и вернул кружку. – Благодарю, моя ароматная спасительница.

- Не за что! Не за что! – улыбалась женщина во весь рот. – Идите уже. Благослови вас господь. А тебя, рыцарь, жду ночью.

- Конечно, я дал вам слово!

Не теряя ни минуты, они пошли наверх. Достигнув обходными путями покоев принцессы, рыцарь вежливо постучал трижды, и выждав короткую паузу, ещё дважды. Спустя пару моментов, юная леди открыла, впуская гостей. Все быстро зашли и дверь захлопнулась, девушка щёлкнула замком.

- Мы здесь, моя Эллизия. Начнём же! И пусть момент этот войдёт в историю! И станет новым каноном для легенд, о спасении принцесс прекрасных! – заявил Дидфит.

- О, мой гениальный Бертольд! Я думала, что пропала! – принялась театрально изображать скорбные эмоции и жесты девушка. – Тебя не было так долго, а я одна в покоях этих. И думы тяжёлые как конница смерти, рвались в мою голову, беря её на приступ! Уже смиряться стала я, что с драконом, чудовищем огнедышащим, отправлюсь этим утром! Не будем медлить, у нас церемония и гулянка, а после…

- Не будем медлить! – перебил её рыцарь. – Приступим. Женьен!

- Что Женьен? – отозвался юный фратрис.

- Жени их! – скомандовал воин.

- Кого их? – растерянно спросил Бакпри.

- Они не знают? – вопрошала принцесса раз за разом, оцепеневшего от такого поворота рыцаря.

- Они… - протянул Дидфит. – Внемлите! – решительно сказал слегка седовласый мужчина, внезапно ставший стальным стержнем. – Женьен, ты боевой фратрис.

- Ну должен был им стать. – замялся парень.

- Должен был стать? – спросила принцесса? – Фратрисом? Но, фратрис не полноправный священник.

- Но священник же! – убеждал рыцарь. – Значит господу вполне угодно должно быть. Не время для сомнений. Ты также можешь быть священником, верно? – продолжал воин.

- Ну… могу я исполнять обязанности…да. – стал немного дрожать юноша.

- А ты, Норр. Влюблён же в эту прекрасную деву?

- Да, сир. Влюблён безумно, горячо…

- Хватит. – поднял руку рыцарь, скривившись. – Для меня чужды эти нежности. Говори, как мужчина! – тут же повернувшись к принцессе, всем телом, воин спросил. – Моя Эллизия, готова ли ты выйти замуж, за этого хлебореза? Прости, работника кухни. И жить в хибаре с клопами и…

- Готова, мой стальной Бертольд. – заверила его блондинка и спросила. – А ты, ты готов быть мне за отца? Готов выдать меня за этого юношу дивного, и быть свидетелем нашего свадебного сочетания?

- Готов. – твёрдо ответил рыцарь, без раздумий. – Приступим!

- Ага, одну минутку только. – дрожащим голосом сказал юный фратрис, выкладывая книги из своей сумки. – Вот! – он протянул одну из них к потолку. – Копия священной ритуальной книги. Сейчас только обряд найду, и приступим. И сделайте что-то с запахом капусты, я не выдержу долго! – взмолился заменитель священника.

Принцесса принюхалась, и убедилась в присутствии запаха. Да, для неё он слегка портил всю романтичность момента, но… есть идея! Покопавшись в буфете, блондинка извлекла на свет несколько какао конфет, и вручила их Женьену.

- Это может и не устранит запах полностью для тебя, но жизнь облегчит. Возьми, съешь.

- Что это? Такого я ещё не видел и тем более не вкушал! – восхищался вкусом юноша. – Благодарю, мне стало легче.

- Давай же, Овива, время дорого!

- Всё нашёл! Итак, станьте рядом, молодожёны. А вы, почтенный рыцарь, станьте возле принцессы и возьмите её за руку, держа руки вместе на уровне груди.

- Мы же тут свадьбу сочетаем, а не уроки фехтования проводим. – буркнул Дидфит.

- Прошу вас, сэр. Так надо для обряда.

- Бертольд, пожалуйста. – попросила принцесса, глядя огромными глазами на воина.

- Ну ладно. – не выдержал её взгляда рыцарь. – Давай, говори, что я должен сделать.

- Я стану мужем принцессы. – внезапно выпалил Норр.

- Да, мой любимый, мы станем мужем и женой. – мечтательно сказала девушка.

- Сэр Бертольд, - обратился юный фратрис, - да вот так, держите руки. А теперь, я буду читать обряд, а вы, должны отвечать на мои вопросы.

- Начнём. – сказали трое участников в голос.

- Хух! – выдохнул Женьен. - Да увидит господь любовь сих двух сердец, и скрепит благоволением своим. Пусть этих двоих, скрепит обещание данное ими. А мы же, да будем свидетелями, чтобы никто не усомнился в сием свадебном сочетании. Согласна ли ты… - замялся Овива.

- Эллизия Лаззари. – хихикнув уточнила девушка.

- Простите, немного нервничаю, из головы вылетело. – смутился юный фратрис.

- Женьен! – сверкнул глазами рыцарь.

- Кхм! – кашлянул Овива, поправляя голос. – Согласна ли ты, Эллизия Лаззари, выйти за этого достойного мужа?

- Согласна. – ответила принцесса, сладко вздохнув.

- Согласен ли ты… э-э…

- Норр Бакпри, ага. – закивал головой повар.

- …Норр Бакпри, взять себе жену, Эллизию Лаззари, достойную деву?

- Согласен конечно. – простодушно отозвался парень.

- Согласны ли вы, беречь друг друга во все времена и мгновенья?

- Согласны. – в голос ответили молодожёны.

- Согласны ли вы, быть хорошим звеном в цепи королевства, и помогать ему в час нужды?

- Согласны.

- Согласны ли вы, быть верными друг другу, и быть вместе в радости и горе?

- Согласны.

- Достопочтенный отец, согласен ли ты благословить эту пару, и обещать им своё покровительство?

- Согласен. – ответил Бертольд.

- Будешь ли ты, добрым советником и подспорьем в их жизни?

- Буду.

- Тогда возьми святую воду, и дай им испить из твоих ладоней, как символ твоего согласия, на их слияние.

- Где же я тебе возьму святую воду? – опешил воин.

- Принцесса, у вас тут есть вода? – спросил Женьен.

- Да конечно. Возле кровати, кувшин небольшой.

Подойдя к нужному месту, Овива взял посуду, прочитал короткую молитву и сделал несколько жестов, в том числе перекрестил его. Подойдя снова к ним, юноша сказал:

- Бертольд, сложи руки, я налью в них воду, дабы ты мог дать им испить.

- Конечно! – рыцарь подставил руки, затем обернулся к молодым и протянул им ладони.

- Готово. – сказал Женьен, после этого действия. – Молодые, можете дать друг другу, свой первый, брачный поцелуй! Отныне вы, - муж и жена!

Молодые поцеловались, а Бертольд пожал руку Женьену, другой рукой убирая от непонятной причины появившуюся слезу. Юный фратрис заметил это, но предпочёл умолчать, улыбнувшись рыцарю. Сам Дидфит испытывал радость за девушку, и за этого…кашевара. Снова пересохло в горле, что заставило его покоситься на буфет. Без угрызений совести, он подошёл к нему и открыл. Перед его взглядом предстали несколько фруктов из тропиков, какао конфеты и… небельский ром! Так ещё и какой! Чистый, без жмыха и прочего мусора, красивого коричневатого цвета. Не думая ни секунды, Бертольд извлёк бутылку и ещё несколько стаканов со словами:

- А теперь, гулянка в честь молодых!

- Гуляем! – возрадовались остальные.

Небельский ром, из провинции Небель, - крепкий напиток, начисто сносящий голову, как палач своим топором, хорошо наточенным правда. Все пили понемногу, но не Дидфит, хотя его это устраивало, ему же надо хорошенько отдохнуть после задания! Единственное что его не устраивало, - закуска. Не было балыка, и прочих яств кроме фруктов и конфет. Без закуски ром пился достаточно легко, вот только в голову бил ещё сильнее. Спустя время, все хорошо уже захмелели. Стали травить пошлые шуточки, и распускать всякие сплетни. Ничего необычного для замковых жителей, культурно нажирающихся во время тайного свадебного сочетания.

Почувствовав огонь внутри, принцесса стрельнула глазами в Норра, точно из арбалета, прибивая парня к стене. Бакпри тоже оказался непрост со своим арбалетным болтом, и сделал в ответ тоже самое, заставив принцессу томно вздохнуть. После недолгих гляделок, блондинка заявила:

- Дорогие Женьен и Бертольд. Не позволили бы нам уединиться? До рассвета рукой подать, а я ещё не была в объятьях мужа.

- Кнечно! – согласился воин. – Кнечно! Уединяйтесь! А мы с юным фратрисом продолжим битву с этим злым ромом! Сноша… уединяйтесь, дети!

- Сэр Дидфит, прошу вас, пойдём. – смекнув что к чему, попросил Женьен. – Вы обещали мне любое блюдо с королевского стола. Пора исполнить обещание.

- Ты прав. – ответил изрядно пьяный воин. – Я рыцарь! Я сдерживаю обещания! Как говорит Книгус Рыцарус: рыцарь, давший обещание, обязательно должен его выполнить, иначе имеет риск быть неправильно воспринимаемым обществом. Пойдём же, пройдоха! Щас я тебя накормлю!

Тяжело поднявшись, и едва устояв на ногах, Дидфит пошёл к двери, рукой скомандовав носителю рясы следовать за ним. Как только они вышли из покоев, горячо попрощавшись с принцессой, дверь за ними тут же захлопнулась, и щёлкнул замок. Постояв немного, рыцарь пытался вспомнить где тут зал для пиршеств, а растерянный юноша покорно ожидал, пока немолодой, по его мнению, воин даст направление.

Послышались шаги железных сапог по камню. Приблизилась делегация из нескольких стражников и короля. Смерив друг друга взглядами, рыцарь поклонился, едва не упав, его примеру последовал Овива. Первым заговорил король:

- Бертольд, тебя же вывели из дворца. Как тебя нетрезвого впустили вновь?

- А я протрезвел… - развёл руки в стороны воин. – А теперь снова опьянел. – Дидфит засмеялся и хрюкнул.

- Кто это с тобой? Ты не видел мою дочь?

- Твоя дочурка у себя, вон там. – кивнул в сторону двери воин.

- Хорошо, хочу проведать её на ночь.

- Не надо! – мгновенно смекнув, стал перечить рыцарь выставив руки перед собой. Стража обнажила мечи. – Она…

- В недобром здравии. – вклинился юноша.

- Что с ней? И кто ты такой? – потребовал ответов король.

- Она захворала, не сильно, но весьма заразно, ваше величество. – поклонился юноша. – Я, Женьен Овива, учусь на боевого фратриса в нашем аббатстве.

- Ладно, аббатам доверяю я. – успокоившись сказал король, как вдруг раздались сладострастные девичьи стоны из-за двери покоев.

- Быстро… - сказал одними губами рыцарь, ухмыльнувшись.

- Что быстро? – насторожился правитель.

- Быстро снадобье подействовало, что я дал. Она спит, всякое может снится, мой король.

- Смотри, фратрис, если что с ней случится, тебе голова с плеч. – погрозил монарх.

- Конечно, мой король, конечно!

- И на это есть королевский лекарь, Бертольд. Зачем ты привёл этого юношу? Она тебе что-то говорила?

- Мой король, я растерялся, и побежал в аббатство! О лекаре я даже не подумал. Сказала, что плохо ей. Я же, посмотрев, как стал увядать цветок сей дивный, испугался за неё.

- Эх, старина Бертольд. – протянул монарх и положил руку на плечо воина. – Сколько тебя помню, ты верен, надёжный и всегда любил мою дочь. Вы были очень близки с момента её рождения.

- Она как та звезда, что сияет во тьме, посреди дыма войны, для одинокого рыцаря, давая ему силы и надежду, напоминая за что он сражается и совершает благие деяния.

- Ладно, Бертольд. Пойду я к себе. Спокойной ночи, рыцарь. Смотри не напивайся сильно, впрочем, тебя не остановишь в этом деле.

Грешен, мой король, грешен. – учтиво согласился Дидфит.

На том и попрощались. “Хороший мужик, когда не дуралей. Хотя, когда дуралей, тоже хороший”. – подумал рыцарь, провожая взглядом короля. Поняв, что монархи уже в своих покоях, Бертольд вспомнил где зал для пиршеств и скомандовал юноше следовать за ним. Спустившись, юноша открыл рот от удивления, и его голова закружилась от вкусных запахов разных яств. Гости, большинство, уже спали как могли. Кто на полу посреди объедков, кто уткнулся лбом в стол, а кто пристроился возле камина. Играли тихо полусонные менестрели, но спокойную мелодию, без задора. А те, кто не спали, разговаривали, будучи уже прилично пьяны.

Усевшись за стол и схватив балык, рыцарь пригласил юношу сесть рядом. После, налил им доброго королевского эля, и указал на стол, намекая мол, бери что хочешь.

- За удачное дело, и мой очередной подвиг! – предложил тост Дидфит.

- За подвиг. – согласился юноша, отпивая эля.

Глава 3. Очередной подвиг или, разгребать придётся очень долго…

Рыцарю главное не богатство, но всяческие подвиги. Именно так, он может войти в легенды, иногда не самые лестные, но главное, - войти, или хотя бы заползти. (Книгус Рыцарус)

Не бойся совершать необычные деяния, бойся нести необычную кару. (Книгус Рыцарус)

Почти тёмная комнатка, скорее коморка, с небольшим потрескивающим камином посреди неё и небогатым домашним скарбом. Висели на шнурках под потолком пряные травы вместе со скромными одеждами, маленький деревянный стол с двумя табуретами в углу. Кухонная утварь в виде тарелки и ложки, а также с маленьким ножом, поколись на этом самом столе. В помещении явно ощущался запах пряностей и эля, а также запах телесной страсти. Посреди коморки, возле камина, на большом набитом соломой матрасе из мешковины лежали, часто дыша, двое немолодых людей. Женщина, чуть полноватая, обнимала слегка седовласого подтянутого мужчину. Никто из них не хотел прекращать этого, но оба где-то внутри души понимали: пора прощаться. В тишине и почти полном сумраке догорающего и потрескивающего камина, лежали они, наслаждаясь моментом.

Ему было хорошо, как бывает каждому мужчине, после превосходно, по его мнению, выполненного важного дела. А тут ещё и подвиг! Не по канону, что говорит о явной изобретательности совершившего его! Так ещё и провёл ночь в объятиях, согревающих его замёрзшее сердце в постоянных походах. Силы тела подточены, но это приятная слабость, вкупе с безмятежностью. “Принцесса должно быть тоже, спит после...брачного долга”. – думал мужчина, и мысли его мягко перетекали одна в другую. “Какое же небывалое решение было принято. И как всё легко прошло, без зазубрин. Дракон…как же он поведёт себя? Впрочем, куда он денется? Глупая рептилия”. С виду благородному мужу, не очень хотелось думать об этом. Больше его заботил акт любви, каждый раз сводящий влияние хмельного почти на нет. От чего так, он не знал. “Ну и пусть, всё-равно уже нечего пить”. Нарушила молчание женщина:

- Иди уже, рыцарь. – довольным тоном сказала темноволосая женщина с бородавкой на подбородке, выпуская слегка седовласого мужчину из своих объятий. – Рассвет вот-вот наступит, а тебе ещё одеться надо. Да и мне, не мешало бы. Не знаю какие подвиги ты делал среди ночи, но был ты настолько возвышен духом, и телом, - женщина кокетливо улыбнулась, стрельнув глазами, - таких мужчин увы редко встретишь.

- Я рыцарь, и за что бы я не взялся, должен делать это самоотверженно и достойно. – гордо заявил воин, явно польщён таким комплиментам его мужественности в нужных местах. – Как говорит Книгус Рыцарус: рыцарь должен делиться чем богат, а если очень богат, то должен и делиться ещё больше. – слегка седовласый мужчина поднял свободную руку с вытянутым указательным пальцем.

- Давай уже, - женщина встала и посмотрела в окно, - солнце сейчас будет вставать. Ты нужен королевству и короне, а я на кухне. Негоже заваливать нам службу, мой рыцарский жеребец.

- Да, воистину же так! – воин ещё несколько мгновений полюбовался её слегка полноватым телом едва видному в почти полной темноте, но взяв себя в руки, принялся искать свою разбросанную везде одежду. – Важные дела зовут, не давая времени на отдых. – сетовал мужчина. – Но рыцарская жизнь, - она такая, и другой я не желаю.

- А жизнь кухарки проще. – махнула рукой темноволосая. – Если кто пересолит или слишком много пряностей кинет в блюдо для монархов или знати, то может и в выгребную яму угодить на пару дней, или дыбу. Мне проще.

- Да что вам кашеварам, - пренебрежительно бросил воин, - лишь бы кашеварить. А вот мы делаем деяния великие!

- Ага. Кто кормит вас, деятелей эдаких? – одевая свои скромные одежды, язвительно спросила женщина. – Благодаря кому чрево ваше набито?

- Рыцарь, - существо духовное. - запротестовал мужчина.

- Угу. Но пожрать любит отнюдь не как паломник. Но как нечестивец, погрязший в плотских удовольствиях.

- Ты забываешься, женщина. – серьёзно сказал рыцарь. – Негоже так говорить о нас. Мы стражи короны, и защитники народа. Железный бастион перед врагами.

- Ты прав. – согласилась она. – Прости же мою непозволительную речь. Я слишком много себе позволила. Не вели высечь, ведь я всего лишь бедная одинокая кухарка.

- Не велю. – сказал воин, обувая железные сапоги. – А теперь, на этом я прощаюсь. Быть может свидимся ещё, когда-нибудь, если не паду в бою.

- Мой доблестный рыцарь, я буду ждать. Как будешь в замке, заходи обязательно на кухню.

На том и попрощались. Выйдя из тёмной комнатки, рыцарь сразу же столкнулся со своим ночным компаньоном. Явно удивившись такому повороту событий, Дидфит округлил глаза и уставился на юношу. “Какого болотного марака он тут делает?” – подумал воин и сказал:

- Утро доброе…

- Доброе, сэр рыцарь. – ответил юноша сонно.

- Ты чего тут делаешь? Почему не занимаешься своими делами?

- Куда ж мне идти? Теперь я считай бездомный.

- Ты лжёшь. – насторожился воин, сжав кулак. – Небось следил за мной всю ночь! Подсматривал тут и рукоблудил!

- Нет-нет, добрый ратник! – запротестовал юноша, выставив руки перед собой. – Мне вправду некуда идти. Как только выгнали меня с аббатства, родители не примут снова в дом. Отец велел не возвращаться, если не выучусь на фратриса.

- Напомни, как тебя зовут? – рыцарь потёр висок. - Как мы познакомились? Я помню смутно некие мгновенья…

Юноша рассказал всё как было, пока они поднимались к вершине скалы, в королевский двор. Замок построен на скале, служащей естественным барьером, расположенным один выше другого, как ступеньки. Три круга обороны, один выше другого. Стены и барбаканы на каждом кругу, так ещё наступавшим нужно преодолевать подъём вверх, и навстречу им были приготовлены брёвна и валуны, висящие на наружной стороне замковых стен.

“Бертольд, ты завтра идёшь провожать королевскую семью, как последний оставшийся в замке, доверенный рыцарь. Всё будет тайно и без церемоний. Не надирайся как свинья, с тебя станется.” – вспомнил слова королевского приказчика воин. Конечно, за эти слова ему пришлось ответить, Дидфит в хмельном угаре дал ему по лицу. “Набил морду этому зарвавшемуся сыну чумной коровы.” – ухмыльнувшись подумал воин.

На верхнем, третьем кругу, располагался дворец, аббатство, церковь. Находились казармы для королевской стражи, инженерная мастерская, кварталы для дворян и торговцев, королевская кухня и королевский портной. Небольшой театр имелся также, ведь это круг больше для высокородных людей. И прочие здания, нужные для знати и монархов. Здесь можно жить вполне сносно, без запахов и неприятных зрелищ, за исключением мелких инцидентов, к примеру, - пьяные рыцари. Но они все в разъездах по поручению монархов, так что единственный источник непристойностей оставался Бертольд Дидфит, хоть и без него случалось всякое непотребство.

На среднем, втором кругу, жили ремесленники. Королева решила дать им жильё здесь. Она считала их более чистоплотными и умными. Конечно, будь на всё королевская воля и воля господня, но это было не всегда близко к истине, хотя, и не так далеко. Ремесленники – народ всё-же более продвинутый, в отличии от обычных простофиль-землепашцев. К тому же, они более ценны в случай осады, да и в мирное время. Ведь на них держится всё замковое производство оружия, брони, предметов быта и даже церковных свечей! Здесь трактиры и эль подаваемый в них почище, всё же не для простаков его подают. А ремесленники уж смогут отличить нормальный эль от мешанины со всякими подозрительными жидкостями. А сами трактирщики сильно переживают за свой кошелёк, пузо, да и что говорить, - лицо. Также есть постоялый двор, весьма недурной, с клопами понятное дело, но тут еженедельно меняют постельное бельё. Так что у гостей всегда есть шанс поспать на…не слишком грязных простынях, и укрыться не таким уж… “пряным” пледом, которым можно занюхивать крепкое и дешёвое пойло, к примеру, разного рода хрупалка, в случай если закуски поприличнее не нашлось, или все золотые гороны ушли на комнату.

На первом, последнем и нижнем кругу, жили обычные крестьяне. Здесь располагались свинарники, небольшие размеренные участки с разными овощами и злаками, конюшни с вечно строптивыми от такого дикого разнообразия всего в воздухе лошадями. Понятное дело, трактиры, для всякого рода сброда и простых путешественников. Хибары, конуры, и общие дома для нижних слоёв населения замка. На них и держалась большая часть тяжёлого труда: поля за замковыми стенами, там же и коровьи фермы, яблоневые сады, мельницы - раздражители для прожжённых вояк, страдающими от безответной любви свои дам сердца. Запахи тоже соответствовали населению и обстановке. Зато жить здесь всегда весело и главное дёшево! Конечно, платить налог за жильё в замковых стенах приходится, но это того стоит! Вашему вниманию всегда будут доступны: стул ведьм, где пытают молодых и не очень дам посредством их погружения в воду, стойка в-морду-метания, где голову и руки человека заковывают в прочную деревянную стойку, без возможности двигаться, а проходящие могут кинуть в него гнилым яблоком или свеклой, да чем угодно, кроме камня, даже своим горшком! Тут и костёр инквизиции, согревающий приятным теплом сердца еретиков. Виселица, на случай если у кого-то шея чешется от совершённых преступлений. Плаха с глупым палачом, не умеющим даже точить топор, для укрощения ровно на одну голову. Утром работа – вечером трактиры, казни, пытки и проповеди в небольшой часовне, где народ толпиться, тихо матерится, и ожидает чуда широко разинув рты. Конечно, чудеса сбываются! Иногда… к примеру прошлой весной у местного служителя этой часовни, обнаружили некую хворь головы. Святой пророческий источник в часовне сказал, что и помрёт от своей пробитой головы. В некоторых храмах, есть такие, но людям запрещено пользоваться ими и свои вопросы спрашивать без крайней нужды и дозволения настоятеля. И вправду, так и случилось! Мирк Ярохвост, девятилетний сын охотника, не удержал тетиву лука и выпустил стрелу, да прямо в голову нашему почитаемому священнику! Так и вышло!

- Вот так мы познакомились, и провернули ваше дельце, сир. И мог бы…– закончил одну и сразу стал развивать другую мысль Женьен.

Бертольд слушал и запоминал слова юного фратриса-недоучки, прикидывал вероятность что такое могло случиться, и коротко кивал, хмыкая в свою бородку вокруг рта. “Что же с тобой делать, дитя?” – задумался рыцарь тяжело вздохнув. “Теперь ты без дома и рода. В лучшем случае – судьба наёмника или бандита, плаха или болезнь.”

- Добрый сэр, что скажете? – услышал вопрос воин, вынырнувший как раз из своих дум.

- Э-э. Насчёт чего? – встряхнул головой мужчина. – Голова не слишком ясная, изволь повторить.

- Я мог бы пойти в армию, умею обращаться с копьём и прочим древковым оружием. Фратрисов этому обучают с первых дней учёбы.

- Мог бы… - растерянно ответил рыцарь, сожалея о своих словах. Но обдумав всё, сказал. – Ты пока побудь со мной. Видишь ли, тут дело тоже есть, а сопровождать меня некому. Потому, приказываю тебе по слову Книгус Рыцарус, следовать за мной весь день, до наступления полуночи, дальше ты волен. Дабы ты знал, в Книгус Рыцарус сказано так: рыцарь может рекрутировать себе на время до трёх дней, кого пожелает, без права на отказ. Ведь рыцарю может потребоваться помощь, даже если она не требуется сию минуту.

- Хорошо, добрый сэр. – согласился парень. – Я пойду с вами. Что нам предстоит делать ни свет, ни заря?

- Уже светает. – ответил воин, глядя на светлеющее небо. – Мы должны прийти в королевский дворец, и понести к… принести последний прощальный визит принцессе. Её отдают дракону.

- Какой ужас! – воскликнул юноша.

- Заткнись, кто бы не был! – раздалось из окна второго этажа. – Ни свет, ни заря, а они о ужасах восклицают! Выродки!

- Полегче! Ты можешь мне ответить головой за дерзость! – рявкнул Дидфит.

- А кто это такой дерзкий? – из окна показался мужчина с большой как ведро головой и растрёпанными волосами.

- Рыцарь короны Бертольд Дидфит. Что скажешь ты в своё оправдание, смерд?

- Простите, бес попутал. – оценив ситуацию сменил тон мужик. – Сонный был, наплёл что попало. А эмблема у вас есть?

- Ах ты тьма болотная! – ругнулся воин и отстегнул от пояса бляшку с короной и двумя грифонами по сторонам от неё. – Вот!

- Ой мама… - жалобно сказал мужчина и утаился, захлопнув окно.

- Все вы так, гречкосевы чтоб вас. – буркнул воин. – Продолжим путь наш, юный Женьен.

Пройдя первый круг, Бертольд обматерил проектировщиков замка последними словами. Да, подниматься трудно, он делал это и в тяжёлой броне, когда нужно. “Не могли строители сделать подъём не таким уж крутым? Во имя господне, это же пытка! Наверняка это были диаволопоклонники, а замок этот для пыток перед преисподней. Изверги! Одержимые псы! Палачи! Истязатели!” – причитал Дидфит в уме.

На втором круге рыцарю захотелось освежиться кружкой эля, ощупав пояс и не найдя там кошеля, Дидфит вопросительно посмотрел на Женьена, но увидев качание головы, непристойно ругнулся, и ногой ведро с водой, угодив им в голову какому-то бедолаге, мирно спящему лицом вниз взахлёб храпя. Мужик ругнулся через сон, а рыцарь продолжил путь мрачнея с каждой секундой.

Вставали ремесленники, потихоньку принимаясь за работу. Слышались звук строгаемого дерева, испускали дым кузницы, удары молота о наковальню. Кто был ленивее вчера, бежали на склад получить сырья, поправляя штаны, не проснувшись до конца.

- Чтоб тебя через три погибели! Чёртова работа! Ненавижу копья! – ширилась ругань, скорее всего из-за ушибленных конечностей.

Через всё это, Бертольд и Женьен добрались ко дворцу, где их остановил королевский страж. Перекинувшись несколькими словами и пройдя досмотр, они вошли. Как обычно, капитан вышел к ним, ведя свою неусыпную стражу. Сегодня он мрачный как туча, и таким же мрачным тоном заговорил к рыцарю:

- Ну что, протрезвел? Готов провести нашу милую принцессу в последний путь?

- Готов. – мрачно ответил Дидфит. – Кто знает, как обернётся судьба?

- В каком это понимании? Что ты хочешь сказать? – насторожился капитан.

- Ничего. – затряс руками воин. – Просто догадки.

- А ты не догадывался, что никто из дев ещё не вернулся из лап дракона? – не отставал страж.

- Не трудно догадаться, знаешь ли. Дай пройти, король ждёт. А это…слишком грустно всё. – рыцарь потряс рукой, подбирая слова. - Может дракон не любит мяса? А может они там хороводы водят?

- Всё так же возишься с этим юнцом? – кивнув в сторону Овивы, спросил капитан, пропуская мимо ушей глупости Дидфита. – Смотри, ты в ответе головой. Если что отколет, - заплатишь жизнью ты.

- Пока да, вожусь. – ответил рыцарь, помассировав шею. – Динвар, давай уже, пропускай.

- Я тоже иду. – сказал капитан. – Ладно, пора.

Втроём, они поднялись к покоям монархов. Постучав и дождавшись пока им откроют, все молча поздоровались, лишь кивнув друг другу. Королева была напряжена, о чём говорила слегка видневшаяся вена на лбу. Дидфит знал это, успел он изучить повадки правительницы. Король же, поникший в мрачное уныние, тусклыми глазами смотрел на мир. Правителю сейчас печально до глубины души, на что указывали плотно сжатые губы и лёгкая сгорбленность. Дети монархов тоже были с ними. Сонные, заплаканные, но державшиеся достойно на людях, как и подобает особам королевской крови.

Увы, но траур чувствовался во всём. Даже несмотря на замковый коридорный полумрак, хоть немного рассеивающийся пробивающемся через окна рассветом, свечи не горели. “Вот же была работёнка у слуг. Пьяных гостей донести к своим комнатам, так ещё и по замку побегать, свечи тушить. Зато хоть поработали, дармоеды. Интересно, сколько они сталкивались и спотыкались?” – думал рыцарь, чуть не засмеявшись своим фантазиям. Дойдя до покоев принцессы, король легонько постучал со словами:

- Дитя моё, пойдём же, нам пора увы.

Дверь открылась, юная леди вышла из своей комнаты, а за ней вышел и Норр. “Вот же чёрт!” – округлив глаза подумал рыцарь. “В могилу решила-таки свести дьяволица! Сейчас она объявит, что это её муж и она с ним уже…”

- Пойдём же, настала мне пора встретить мою судьбу. – грустно, но не слишком правдиво сказала девушка.

- А это кто ещё такой? – строго спросила королева.

- Тот, кого я хочу видеть рядом в столь жуткий час, моя добрая матушка.

- Пусть. – выдохнула королева. – Воины, путь лежит по дороге, после, как проедем наш лес на границе наших замковых земель, сворачивайте на юг от дорожного тракта. Скакать придётся по не наезженной земле. Как только мы окажемся примерно за три километра от дороги, остановитесь и подойдите ко мне уточнить дальнейший путь.

- Моя королева. – обратился Дидфит. –Напомните мне, а то я не усвоил эти новые…э-э…единицы измерения пути. Три километра, это сколько?

- Лига, и её пятая часть. Одна лига, - два с половиной километра. Надеюсь вы запомните, Бертольд. – процедила правительница.

- Не переживайте, миледи. – встрял капитан. – Я знаю это, можете быть спокойны.

- И всё-то ты знаешь. Замковый жоп… – заворчал Дидфит.

- Бертольд! – повысила голос королева, заставив рыцаря умолкнуть.

Подошёл советник, Досталитак с доверенными стражниками. Коротко кивнув, он занял место по правую руку короля. Капитан стражи и Бертольд, шли спереди. Пятеро доверенных королевских стражников, заняли позицию перед воинами. Слуги, попадавшиеся на пути, склоняли головы, уставившись в пол, молча провожая траурную процессию. Так они покинули дворец, а у ворот, их встретил архиепископ Ласандр и несколько лошадей с дилижансами.

Латники заняли свободных лошадей. Королевская семья погрузилась в свой дилижанс, а свита, в отдельный. Покинув замок и замковые владения, они выехали в чистое поле, далеко от дорожного тракта. Остановив движение процессии, Динвар и Бертольд подошли к дилижансу монархов уточнить дальнейший путь:

- Моя королева, - обратился капитан, - куда прикажете следовать дальше?

- Вот, возьми. – королева передала стражу каменную коробочку. – Открой её, это указатель. Следуй стрелке на нём. Место, где на надо остановиться, будет отмечено драконьим камнем.

- Как пожелаете, моя королева.

- Продолжим путь. – вклинился Дидфит.

Рыцарь коротко переглянулся с Норром, сидящем в дилижансе возле принцессы. Красноречиво вытаращив глаза, Дидфит мысленно пожелал ему потерять дар речи или вообще испариться. “Кашевар чёртов! Вы только посмотрите! Сидит весь такой важный, да глазками хлопает! Стыдоба!” – ворчал в уме Бертольд, залезая на лошадь.

- Чего такой злой, Дидфит? – спросил капитан, заметив гримасу рыцаря.

- Да. – воин махнул рукой. – Ничего, мысли мрачные.

Наконец, достигли точки назначения. Действительно, стоял высокий камень, от него исходили каменные шипы в разные стороны. Также камень светился красноватым, точно – драконий камень, без сомнений. Оглядев его, Бертольд сплюнул. “Интересно как такое безобразие появляется на наших землях.” Оглядев окрестности, страж и рыцарь подошли к дилижансу монархов и открыли дверь.

- Можете выходить, мои правители. – обратился капитан учтиво.

Выйдя, все стали полукругом. Пятёрка стражей заняла место по бокам и сзади от дворян. Впереди всех стояли правители, обняв свою дочь горячо прощаясь, а Дидфит, Динвар и Женьен стояли немного в стороне. Капитан, достал из-за пояса маленькую бутылочку, откупорил крышку и сделал глоток. После, протянул её рыцарю говоря:

- Возьми, освежись немного.

- Благодарю, Динвар! – обрадовался воин. – Ты единственный кто понимает, что нужно хорошему вояке. – он принялся пить и тут же выплюнул содержимое округлив глаза. – Вода?! Вода?! – вопил рыцарь во всё горло. – Ты что же это, совсем того?! Да я твою воду знаешь куда е…

Сильный порыв ветра с неба прервал ругань Бертольда. Подняв головы, люди увидели стремительно приближающегося к ним красно-чёрного дракона. Жёлтыми глазами рептилия уставилась на людей, заставляя их сердца дрожать и биться чаще. Плюхнувшись на четыре лапы, заставив землю содрогнуться, дракон стал неспешно подходить к процессии. Размером чудовище с двухэтажное имение барона. “Господи милостивый!” – думал Бертольд ужаснувшись. “Сколько оно в высоту по этим новым единицам? Десять метров? Пятнадцать? А лапищи-то какие! В рост человека! Наступит на латника лежащего, - раздавит всего сразу! Шипы с виду - камень, на чешуе, переливающейся при свете солнца, подобно нечестивому металлу. А морда! Матушки мои! Человека без проблем заглотит! Голова размером с катапульту! Но чёрная как ночь беспросветная ночь”

- Моё приветствие. – грубым баритоном обратился дракон приближаясь.

- Приветствую тебя, из рода огненосных! – ответила королева. – Пришли мы выполнить свою часть сделки с вашим родом. Вот! – она подтолкнула принцессу к чудовищу.

- Матушка! – взвизгнула принцесса обернувшись.

- О девочка, шла бы ты уже… - сказал Дидфит себе в бородку.

- Иди же! – отрезала правительница.

- Ну и гнусный скотина. – буркнул под нос Бертольд, глядя на чудище, и сразу поник от резкого взгляда дракона. – Виноват, достопочтенный дракон. Перебрал вчера.

- Бертольд! – приударил его в локоть капитан. – Заткнись уже!

- Сир, прошу вас воздержаться от фраз. Ему не нравится. – опасливо косясь на чёрно-красного монстра сказал Женьен.

Тем временем чудище подошло к принцессе, медленно, с явным удовольствием от момента. Пристально посмотрев своими золотыми глазами с чёрным вертикальным зрачком, оно сузило их. Затем дракон стал фыркать и царапать землю своими когтями. И вот, он резко наклонил голову, обнюхивая принцессу, от чего та сжалась как от сильного холода. Глубоко вдохнув, монстр оглушающе заревел и выпустил огонь из пасти в небо. После, опустил голову и метая пламя изо рта зарычал:

- Обмануть меня удумали, людишки?! Думали я не пойму?!

- Что не так? Что случилось? – спросил король тревожно.

- Она не чиста! – рявкнул дракон.

- Ох твою мать. – поджал губы Бертольд. – Плохо дело.

- За ложь, я сожгу на ваших землях всё что увижу. Дома, деревни, города, замки. Всё! – ревел дракон. – А её, - он схватил принцессу, - унесу с собой всё-равно! Не дав вам за неё драконьего обещанного покоя.

- Но как же так? – не унимался король.

- Кто? – спросила королева отчаявшись. – Кто испортил её?

- Он!!! – рявкнул дракон, перепрыгнув через монархов к Норру. – Это он. – зловеще повторило чудовище. – Теперь же, не видать вам в этом году жизни мирной. – рептилия взмахнула крыльями и улетела за облака.

- Нет!!! – взмолилась правительница и упала на колени.

- Мой народ! – обречённо сказал король, прижав ладони к лицу.

- Мы пропали! Моего дядюшку сожгут! А как же моя племянница? – поочерёдно говорили стражники.

- О, дочь! Что же ты наделала? – сокрушалась королева. – Почему? Кто тебя подговорил?

- Это он. – вперёд вышел Бакпри, указывая на Дидфита. – Это всё из-за него.

- Ты что это малец, жить надоело? – спросил рыцарь.

- Это он! Он! Ваше величество, его вина сие.

- Это правда? – спросила королева через слёзы.

- Да, моя госпожа. – признался рыцарь. - Воистину это моя вина.

- Казнить его! Стража! – выпрыгнул Досталитак. – Это измена!

- Погодите. – возразил король. – Давайте все успокоимся и вернёмся в замок.

- Мой король, казните его! Посмотрите к чему он довёл! – не унимался Блинуже, тыкая пальцем в грудь воину.

- Убери лапы, крикливая свинья. – отбивая руку советника процедил сквозь зубы Дидфит. – Я готов понести наказание.

- Собираемся. Вернёмся в замок. А там решим, что делать. А ты, смерд, - обратился правитель к Бакпри, - пешком иди, как и подобает тебе подобным. – приказал король.

В мрачном молчании процессия добралась домой… В тронном зале, богато украшенном геральдикой и золотом. В свете, льющимся из больших окон с витражами изображающих святых и разные подвиги, восседали правители на высоком троне. По сторонам от них, за столами сидели лорды, бароны и другие дворяне и знатные или почитаемые фигуры королевства. Вершился суд над Бертольдом Дидфитом…

“Угораздило же!” – думал связанный рыцарь, стоящий посреди тронного зала. “Не сложил же голову в сражении, хоть был ранен столько раз. Не допился до хвори головы, именуемой светлыми головами, белой горячкой. Сколько раз нарывался на скорую казнь за свой язык. А вот, за дело доброе, поддался я лишь зову сердца. Да и дух хмельной, чего таить? Увы, виновен я. Ничего, если казнят, то хоть уже упокоюсь, и больше не нанесу вреда королевству и короне.”

- Бертольд Дидфит, - молвил старый худощавый судья, - что ты скажешь в своё оправдание?

- Мне нечего сказать! – ответил рыцарь. – Я всю жизнь посвятил служению короне и королевству! Поддался зову сердца я…

- Мы это уже слышали. – цинично перебил его судья.

- Это измена чистой воды! – резко встал советник. – Казнить! Казнить предателя!

- Уважаемый господин Блинуже. – флегматично обратился судья. – Попрошу не высказываться, сядьте. – Стража, приведите второго виновника.

В зал привели юношу, недоучившегося фратриса. Женьен также был связан цепями. Опустив голову, он ступал по каменному полу тронного зала, под гнетущими взглядами дворян.

- Женьен Овива, что скажешь ты в своё оправдание… ещё раз? – спросил судья.

- Всё что уже на допросе сказал. Я сознательно содействовал сэру Дидфиту. – юноша говорил без страха. А на эти слова Бертольд обернулся к нему и с уважением посмотрел. Юный фратрис ответил на взгляд воина короткой улыбкой.

- А ты знаешь, что за твои действия, можно угодить на костёр инквизиции? – резонно спросил судья.

- Знаю, ваша справедливость. Но фратрис вполне может быть священником, когда нужно. Ведь он знает все обряды, и может их исполнять также. – спорил парень.

- Что за ересь? – вскочил средних лет, русый и с острым взглядом инквизитор. – Для таких обрядов как свадебное сочетание, нужен духовный сан! Ты мог прогневать господа нашего!

- Но не прогневал же! Не упал на нас его гнев! – отрицал Овива.

- Это слишком смелый и еретический взгляд на вещи. – подытожил судья. – Если кому-то есть что добавить, прошу выйти и высказаться. – в зале повисла тишина. – Тогда, я вынесу вердикт. Властью, дарованной мне короной, я приговариваю королевского рыцаря Бертольда Дидфита и безродного простолюдина Женьена Овиву, к милосердной казни через плаху. Да будет господь милосерден к вашим душам. – флегматично вынес вердикт судья.

- Нет. – подала голос королева. – У меня есть другой вердикт. Простолюдина казнить, а ты, рыцарь, должен будешь отыскать логово дракона и избавить наши земли от его террора! В качестве гарантии выполнения моего приказа, к тебе будут приставлены мои доверенные люди. Морфи, Дорфи!

- Да, моя госпожа. - отозвался Морфи.

- Вы будете наблюдать за ним. В случае неповиновения, убить как предателя, со всеми таинствами.

- Конечно, госпожа. – склонил голову Дорфи.

- Ещё, ты будешь лишён своего меча, Бертольд. И прочее оружие, тебе будет запрещено брать в руки. – продолжала королева. – Вместо этого, тебе дозволено будет иметь только ветку Древа Искупления. Придворные чародеи!

Вошли четверо мужчин, одетые в фиолетовые мантии с колдовскими символами. На хрустальных носилках, они несли ту самую ветку Древа Искупления. Положив носилки перед рыцарем, они направили на него руки, синеватое свечение окутало воина и ветку.

- Но как я смогу победить дракона? – изумился рыцарь.

- Силой своей вины и веры в искупление. – холодно отрезала королева. – Мой любимый муж, ты согласен с моим вердиктом?

- Согласен. – ответил король подумав. – Да будет так!

- Постойте! – воскликнул рыцарь. – У меня нет оруженосца!

- Поищи кто тебе по душе. – ответил король.

- Этот юноша. Я желаю его видеть своим спутником.

- Пусть. – выдохнул король, переглянувшись с женой. – Освободить. Повезло тебе мальчик, поживёшь ещё какое-то время.

- Спасибо, добрый Бертольд. – поклонился юноша, вздохнув с облегчением.

- А броню мне можно? – спросил Дидфит, потирая уже освобождённые от цепей руки.

- Броню дозволено тебе носить какую хочешь. – молвила королева. - Но следует тебе её добыть. С королевского арсенала запрещаю тебе брать что-либо. Но твою фамильную броню, также запрещаю брать. Если господь будет милостив к тебе, то сможешь раздобыть себе защиту подходящую.

- Хорошо, что хоть не с голой ж…

- Возьми ветку. – приказала королева, перебивая реплику рыцаря.

Взяв её, Дидфит осмотрел своё названное оружие. Длинной с полуторный меч, обычная палка, с небольшим суком, торчащим ближе к концу. На самом суку находился зелёный зубчатый листик, придавая “оружию” шутовской вид. Возмутившись такому, рыцарь дёрнул за лист, и тут же почувствовал, как нутро скручивает от жуткой боли. Упав на колени, воин застонал.

- Теперь, - сказал воину один из чародеев, - вы связаны. Этот лист, - суть вина твоя. Попытаешься его выдернуть, умрёшь. Отныне это твоё оружие и твой надзиратель, теперь вы всегда будете вместе до тех пор, пока…

- Пока ты не заставишь дракона оставить нас в покое. – вмешалась королева. – Делай что хочешь с ним, убей, запугай, или ещё что-то. Но пусть он оставит нас в покое.

- Моя королева! – в зал забежал запыхавшийся гонец. – Сгорела деревня! Дракон! За несколько верст к югу отсюда!

- Плохо дело. – сказал одними губами виновный побледневший рыцарь, вставая и перехватывая поудобнее ветку.

- И не говори, мой сэр. – согласился оруженосец Женьен.

Автор: Нико Чернилов