Олимпиадный тупик, или почему ваш ребёнок не попадёт на «Всерос»

Аналитическая записка Антона Чубукова.

Место для отзывов и комментариев находится по этой ссылке.

Необходимое предисловие

ЕГЭ попадает в центр общественного внимания каждый год, а олимпиады школьников обсуждаются в основном только внутри педагогического сообщества и в группах нацеленных на победу старшеклассников. Между тем, реальная значимость олимпиад явно недооценивается.

Самой крупной и престижной является Всероссийская олимпиада школьников (ВсОШ), которая уходит своими корнями в 1960-е годы. Далее речь пойдёт исключительно о ней.

По данным самих организаторов, в 2024-2025 учебном году во ВсОШ приняли участие более 7 миллионов детей. Приблизительно 64 тысячи учащихся стали призёрами или победителями регионального этапа, а этот статус даёт определенные льготы для поступления в местные ВУЗы. 4017 человек завоевали статус призёра или победителя заключительного этапа. Такие люди становятся студентами вне конкурса, подтвердив свой результат «пятёркой» по профильному ЕГЭ. На бюджетные места некоторых факультетов МГУ, НИУ ВШЭ и МФТИ уже невозможно попасть даже с 300 баллами ЕГЭ из 300 возможных – туда стоит очередь из «олимпиадников». (Тут нужно оговорить, что без вступительных испытаний проходят не только дипломанты ВсОШ, но и победители "перечневых" олимпиад, которые проводятся самими ВУЗАми. О них стоит написать отдельно).

Таким образом, олимпиады школьников стали важным социальным лифтом, в определенной мере параллельным Единому государственному экзамену, и проблемы олимпиадного движения являются рисками для всей системы образования. А проблем накопилось много: в этом году олимпиадное движение переживает, пожалуй, самый серьёзный кризис за всё время его существования.

В марте прошлого года я опубликовал большую статью о проблемах ВсОШ по истории. Поводом для выпуска материала стал очень высокий проходной балл на заключительный этап, который не смогли преодолеть участники из подавляющего большинства регионов. «Историки» обращались в ЦПМК (Центральную предметно-методическую комиссию) с просьбой перепроверить и пересчитать оценки регионального этапа, жаловались в государственные органы, но не были услышаны. В 2025-2026 году ситуация только усугубилась: проходной балл повысился с 151 до 158. По предварительным данным, только в 13 субъектах федерации этот порог смог преодолеть хотя бы один ребёнок.

Мои коллеги заметили, что в олимпиадах по праву и по обществознанию картина представляется ещё более вопиющей.

В данной таблице представлены сводные данные с официального сайта olimpiada.ru. Кривые графиков неуклонно повышаются от 2015 года к настоящему времени. В 2026 году, чтобы попасть на заключительный этап всероссийской олимпиады по обществознанию сверх квоты (один человек на регион), следовало получить уже 193 балла из 200 за ответы на задания высокого уровня сложности.

Проходной балл по праву достиг невозможных 96 из 100 в 2025 году. Этой весной он снизился до 88, и с этим послаблением связана странная история. По словам преподавателей, задействованных в подготовке к олимпиаде, первоначально ЦПМК не смогла отобрать участников заключительного этапа, так как слишком много работ региональные эксперты оценили в 100 из 100. И только тогда организаторы инициировали перепроверку всех ответов регионального этапа и рекомендовали выставить баллы более жестко. То есть, дело было отнюдь не в лёгких вопросах.

Проходной балл олимпиады по мировой художественной культуре в прошлом году составил 190 из 200, а в этом году он неизвестен до сих пор, хотя до заключительного этапа осталось всего две недели. Результаты пришли участникам еще в начале марта, но к концу этого же месяца были пересчитаны ЦПМК. Как поговаривают, со значительным снижением средней оценки.

Давайте попробуем разобраться в причинах роста проходного балла в ряде олимпиад и связанного с этим глубокого неравенства школьников, которые в них участвуют. В качестве «модельного» объекта для описания я оставлю олимпиаду по истории – но не потому, что её проблемы как-то особенно выделяют этот предмет среди прочих, и не из-за персональных обид – их нет. Просто история близка автору этих строк.

ВсОШ проходит в несколько этапов: школьный (на уровне одной школы), муниципальный (на уровне города или района), региональный (на уровне субъекта федерации) и заключительный. Реальные льготы для зачисления в университет даёт участие в заключительном этапе. Кроме того, для юных интеллектуалов он становится прекрасным приключением – с выездом в один из городов России, новыми знакомствами, общением с близкими по духу сверстниками. В 2025 на заключительный этап олимпиады по каждому из предметов попали от 340 до 500 детей - учащихся 8-11 классов. Чуть больше одной трети из них стали победителями и призёрами.

Состав участников формируется следующим образом. Во-первых, путёвки автоматически достаются победителям и призёрам прошлогодней олимпиады, если таковые еще учатся в школе. Этих счастливчиков относительно немного. Во-вторых, в финал попадают те ребята, которые получили высокие оценки на региональном этапе. Ответы школьников проверяются комиссией в родном регионе, цифры отправляются в Москву. ЦПМК вычисляет «проходной балл» так же, как университет делает это после экзаменов. В одном субъекте федерации «порог» могут преодолеть десятки человек, а в другом – ни одного. В последнем случае действует квота: каждый регион может отправить на заключительный этап одного ребёнка.

Например, в 2024-2025 учебном году от Сахалинской области участников заключительного этапа ВсОШ по истории не было, так как никто из сахалинских школьников не набрал даже половины от проходного балла на региональном этапе.

Из Ханты-Мансийского автономного округа приехали два человека. Один по квоте (чуть-чуть не дотянул до 125 баллов), другой – прошлогодний призёр.

Из Вологодской области – один человек (преодолел порог, набрав больше 150 баллов).

Из Московской области – 46 человек.

Из Москвы – 146 человек! (Как прошлогодние призёры, так и ребята, набравшие больше 150 баллов).

Шансы попасть в финал ВсОШ для разных регионов значительно отличаются. Я скачал публичные протоколы заключительных этапов олимпиады по истории в 2023, 2024 и 2025 годах и посчитал количество участников из каждого субъекта федерации. Сводную таблицу вы можете увидеть здесь.

В 2025 году 43% финалистов были из Москвы, 13% - из Московской области. Более двух человек прибыли из Челябинской, Ленинградской и Ростовской областей, Краснодарского края, Санкт-Петербурга и Татарстана. Из всех остальных, не перечисленных здесь территорий, где проживает две трети граждан России, приехали только 23% интеллектуалов. Сравните диаграммы с процентом участников олимпиады и доли от населения страны.

Выделим группу регионов, из которых шансы попасть на заключительный этап были (и остаются) наименьшими. Удивительно, но в список попали Свердловская и Новосибирская области, в которых работают сильные университеты и специализированные гимназии.

По мере роста проходного балла концентрация финалистов в нескольких регионах только растёт. Тенденцию не поменяло даже увеличение числа участников заключительного этапа на 50 человек в 2025 году.

Похожая картина наблюдается и в олимпиадах по другим предметам. Вот красноречивая табличка из статсборника за 2024-2025 учебный год:

Олимпиадное движение изначально формировалось как своеобразный клуб талантливых детей и энтузиастов-учителей. Комфортное пространство, в котором тысячи одарённых ребят реализуют себя и заводят друзей (в родной «обычной школе» таким очень трудно найти доброжелательный круг общения), некий «таежный посёлок», в котором жители доверяют друг другу и не запирают свои дома.

Начиная с 2000-х годов победа на олимпиаде может официально обеспечить поступление на «бюджетное» место в престижный ВУЗ (что равносильно нескольким миллионам рублей, которые пришлось бы отдать за обучение). Школа и регион тоже получают плюсы за победы «своих» детей (тут уместна модная аббревиатура KPI). Поэтому за путёвки на заключительный этап ВсОШ разгорается всё более жесткая борьба.

В сообществах «олимпиадников» общепринятым является объяснение, что причина регулярного повышения проходного балла – вовсе не растущий уровень участников, а специфическая система подсчёта результатов.

Как и в случае с ЕГЭ, вопросы регионального этапа олимпиады присылаются из центра, а ответы участников проверяются в регионе. Существует небольшое, но важное отличие: часть ответов ЕГЭ отправляются на перекрёстную проверку в другие области, некоторые работы может перепроверить федеральная предметная комиссия. А на олимпиадах нет ни регулярной перекрёстной проверки, ни централизованного обучения экспертов, поэтому качество оценивания остаётся полностью на совести регионального оргкомитета. То есть регионы имеют возможность оценивать ответы своих школьников более лояльно, чтобы увеличить их шансы попасть на заключительный этап. Если это будет происходить сразу в нескольких областях, республиках и т.д. несколько лет подряд, то проходной балл в конце концов упрётся в верхнюю планку – условные «сто из ста».

Именно это, по данным канала «Олимпиадная школа», чуть не произошло в этом году на олимпиаде по праву.

Нормативные документы не дают права участникам требовать перепроверки региональных работ в федеральном центре – такая возможность есть только у региональных чиновников из управления образованием. Если местных руководителей устраивает результат, такое требование выдвинуто никогда не будет, а запросить ревизию результатов соседнего субъекта федерации они не в праве. В теории ЦПМК может перепроверить работы регионального этапа по собственной инициативе, но, во-первых, у неё не хватает ресурсов (участников десятки тысяч, а энтузиастов мало), во-вторых – желания. То, что в 2026 году центральные комиссии перепроверили результаты олимпиад по праву, МХК и, возможно, по астрономии – скорее исключение из правила и доказательство того, что проблема зашла слишком далеко и на нее стало невозможно закрывать глаза.

Увы, но даже перепроверка работ в Москве не гарантирует выставления справедливой оценки. Дело в том, что согласно действующему Порядку проведения всероссийской олимпиады школьников организатором регионального этапа является сам субъект федерации, и баллы выставляет тоже он. Прислушиваться к рекомендациям центра регион может, но не обязан! В пункте 45 на странице 29 читаем:

«По итогам перепроверки выполненных олимпиадных работ организатор регионального этапа в течение 2 рабочих дней, следующих за днем получения результатов перепроверки, на основании протоколов перепроверки выполненных олимпиадных работ принимает решение об изменении результатов оценивания или о сохранении выставленных жюри регионального этапа до перепроверки баллов».

То есть, задания и критерии оценивания определяет ЦПМК, но решающее слово при выставлении балла принадлежит региону. И, если верить каналу «Олимпиадная школа», регионы этой привилегией пользуются. В политике такое разграничение полномочий свойственно даже не федерации, а более рыхлой и неустойчивой конфедерации.

* * *

Если подход к проверке в разных областях действительно различается, то на заключительном этапе участники из регионов со «строгой» проверкой должны взять пропорционально больше призовых мест, чем участники из прочих. Посмотрим на таблицу, в которой отражены результаты регионов, что обычно привозят на заключительный этап олимпиады по истории двух или более участников. При идеальном отборе доли участников, призёров и победителей из одного региона в общенациональном зачёте должны быть примерно одинаковыми.

Видно, что удельный вес победителей и призёров стабильно выше среди участников из Краснодарского края, Санкт-Петербурга и Москвы. Ниже – у Татарстана, Московской и Ростовской областей. Это может служить косвенным доказательством того, что оценки регионального этапа местами действительно завышаются. Впрочем, у выявленных отклонений найдутся и другие объяснения.

Местами наблюдается аномалия: сильные дети, ставшие победителями и призёрами (дипломантами) заключительного этапа в прошлом году, и еще продолжающие обучение в школе (напомним, что участие во ВсОШ принимают учащиеся 8, 9, 10 и 11 классов) не занимают высокие места на очередном региональном этапе. Так, например, по сообщению участников, случилось в этом году на олимпиадах по географии и французскому языку в Москве. Это плохо объяснимо уровнем подготовки (у опытных победителей он очевидно очень высокий), зато хорошо укладывается в стратегию, которая позволяет региону провести в финал как можно больше своих ребят. Ведь дипломантам прошлых лет путёвка на заключительный этап и так гарантирована.

Среди других значимых уязвимостей олимпиадной системы преподаватели называют списывание и торговлю ответами в сети. Увы, во многих регионах информационная дисциплина организаторов олимпиад далека от «ЕГЭшной». Бывает, что задания попадают в интернет до олимпиады. Кое-где участники проносят с собой гаджеты и нанимают дистанционных помощников. На муниципальных этапах, где контроль особенно слаб, каждый год возрастает доля ответов, написанных с применением искусственного интеллекта.

В ряде регионов детей стали готовить к олимпиаде централизованно: на базе университетов или межшкольных объединений возникли «олимпийские сборные» (пишу в кавычках, так как официально они называются иначе). На регулярных сборах сильные преподаватели работают с заранее отобранной «командой»: дают выходящую за рамки школьной программы «теорию», учат решать задания специфических олимпиадных форматов, задают и квалифицированно проверяют практические задания.

«Подавляющее большинство членов жюри регионального этапа ВсОШ по всем предметам – тренеры местных сборных команд», – пишет канал «Олстат».

В Москве подготовка «сборных» поставлена на особенно широкую ногу. Участвующие в них дети освобождены от многих школьных уроков. Кроме того, Москва поощряет переезд в столицу талантливых юношей и девушек (например, победителей олимпиад – учащихся 8-10 классов). А тем, кто не хочет покидать свой регион насовсем, даётся возможность формально прикрепиться на «домашнее» обучение к одной из московских школ и приезжать только на сборы. За успехи на олимпиаде правительство Москвы выплачивает школьникам денежные премии.

Само собой, у участников «сборных» возникает преимущество перед своими начитанными сверстниками, которые просто узнали об олимпиаде от своего школьного учителя. Может быть, в их головах есть одинаковое количество знаний, но у «профессиональных спортсменов» - точно больше умений. Не на школьном и не на муниципальном этапах, а именно при приёме в «сборную» и происходит настоящий отбор претендентов на участие в финале. А как попасть в «сборную»? Живите в регионе, где она есть. Живите в областном центре или имейте возможность регулярно его посещать. Таким образом, в проигрышной ситуации оказываются большинство российских школьников.

Автор этих строк в своё время не попал на олимпиаду по истории в 9 классе, так как школьный учитель забыл о ней рассказать. В 11 классе я уступил победу и остался в числе региональных призёров – не хватило практики. Можно для тренировки выполнять задания прошлых лет, но это не вполне эффективно без полноценной обратной связи. Пермь, где действовал олимпиадный кружок, находилась в 300 километрах.

Правда, «профессиональная» подготовка к олимпиадам содержит немало минусов. Падает реальная успеваемость ученика по другим предметам (что важно, если мы всё еще считаем школу «общеобразовательной»). Дети, осваивающие за 9 месяцев программу неслабого ВУЗа, страдают от нервного истощения. Согласно исследованию НИУ ВШЭ, поступившие по результатам олимпиад студенты испытывают трудности при вливании в нормальный учебный процесс и чаще отчисляются.

Классический пример, иллюстрирующий превращение олимпиады школьников в «спорт высоких достижений», приводят учителя словесности. На олимпиаде по русскому языку есть традиционное задание с текстом на старославянском. Оно проверяет «языковое чутьё», умение найти параллели между родным и другим – близким к нему, но незнакомым языком. Конкуренция заставила детей всерьёз учить старославянский, и его знание теперь является чуть ли не входным порогом для участия в заключительном этапе. Впрочем, это предмет для отдельного разговора.

Я уже отметил, что Всероссийская олимпиада школьников всегда была своеобразным клубом причастных к ней школьников и учителей. Существование «сборных» хорошо укладывается в эту модель.

Увы, но «клубность» нормализовала ситуацию, которая показалась бы неприемлемой в любой другой конкурентной отрасли: составляют задания, готовят участников и оценивают их ответы на олимпиаде одни и те же люди – участники центральных предметных методических комиссий (ЦПМК)!

Из открытых источников можно узнать, что московских специалистов по олимпиадам систематически приглашают в Новый Уренгой в рамках проекта «АрктикУм», и это приносит результат. Например, в этом году от Ямало-Ненецкого автономного округа в заключительном этапе олимпиады по истории будет участвовать не менее 5 человек, а в соседних Свердловской и Тюменской областях порог не преодолел ни один ученик.

Конечно, плотнее всего члены ЦПМК занимаются со сборными по месту своего жительства – в Москве, в Московской области и в Санкт-Петербурге, то есть в тех регионах, которые дали 82% всех призёров и победителей заключительных этапов олимпиад в 2025 году.

Подчеркну, что, соглашаясь на эти занятия, организаторы олимпиад не нарушают законы или должностные инструкции. Так давно сложилось на практике. Но данный фактор очевидно углубляет неравенство среди российских школьников.

Можно возразить: в олимпиадном движении работают энтузиасты, этих энтузиастов немного. Да и как запретить преподавателям заниматься своей работой – учить детей? Но, повторюсь, олимпиады школьников приобрели слишком большое значение: от показанных результатов теперь зависит судьба десятков тысяч юношей и девушек. На обучение поступивших «олимпиадников» в ВУЗах государство потратит миллиарды рублей. Персональные премии победившим на олимпиаде юным москвичам от правительства Москвы измеряются в сотнях тысяч. А где деньги и возможности – там возникает нешуточное давление со стороны заинтересованных лиц и организаций.

Жителям «таёжного поселка» приходится учиться запирать двери, когда рядом начинают добывать золото. Старый подход к организации олимпиад больше не годится.

Всероссийская олимпиада школьников переросла механизмы, которые годами обеспечивали её работу. Теперь следует либо снизить её значимость, прекратив учитывать олимпиадные результаты при поступлении в ВУЗ и выплачивать крупные премии, либо повышать надёжность и прозрачность результатов, обеспечить действительно равные возможности участия для столицы и глубинки, даже если ради всего этого придётся пожертвовать «клубной атмосферой».

Предлагаемые автором шаги практически не требуют привлечения дополнительных ресурсов.

• Сделать правилом обмен работами при проверке. Ответы муниципального этапа должны оцениваться в другом городе. Ответы регионального – в другом регионе. В идеале, сканы всех ученических работ должны собираться в Москве, а потом случайным образом рассылаться по региональным предметным комиссиям. Эту меру еще в 2020 году предлагал Минпросу московский олимпиадный тренер Сергей Антоновский. Её следует считать первоочередной.

• Увеличить полномочия ЦПМК в отношении регионального и муниципального этапов, обязать регионы считать оценку, выставленную ЦПМК на перепроверке, окончательной.

• Сделать правилом выборочную перепроверку работ регионального этапа в ЦПМК.

• Жестко отделить жюри и авторов заданий от «тренерского корпуса».

Чтобы дать больше шансов провинциалам и остановить не очень здоровую тенденцию перетягивания всех умных детей в Москву, можно установить максимальное число участников заключительного этапа от одного региона (например, не больше 30 человек). Как и всякая «позитивная дискриминация», это довольно спорное решение, которое должно пройти дополнительное обсуждение.

Напрашиваются и более затратные меры. В том числе:

• Увеличить ответственность, штаты и финансирование олимпиадных комитетов сообразно той роли, которую олимпиады получили в системе образования.

• Довести уровень информационной дисциплины до того, который существует в ЕГЭ. Исключить утечки заданий до олимпиады, повсеместно и жестко бороться со шпаргалками и гаджетами, глушить беспроводную связь в пунктах проведения и т.д.

• Открыть государственные онлайн-курсы для подготовки к олимпиадам, на которых дети из небольших населенных пунктов могли бы не только слушать лекции, но и получать обратную связь от преподавателей.

Что касается текущего года, то после инцидента с «зашкалившими» баллами олимпиады по праву и МХК вопросом совести является перепроверка в Москве работ и по остальным предметам, если заключительный этап ВсОШ 2026 по ним еще не прошел.