Украинский легион в заснеженных лесах Суоми.
В феврале 1940 года Даниил Скоропадский предложил британским спецслужбам проект создания на территории Канады Украинского легиона в составе двух тысяч человек. В ряды легиона предполагалось набирать добровольцев из канадских вооруженных сил. Канада была выбрана Скоропадским неслучайно. Во-первых, там исторически сложилась крупная украинская диаспора, а во-вторых, позиции гетманцев на американском континенте были достаточно сильны. В США и Канаде активно действовали милитаризированные группировки украинских монархистов, проводивших совместные учения и маневры с американскими военными. Достаточно сказать, что у сторонников Скоропадского была даже своя авиация.
«Все его [легиона] члены будут добровольцами. Сначала они получили бы некоторую предварительную военную подготовку в Канаде, а затем отправились бы как «туристы» к Скандинавии, а оттуда в Финляндию. Там, пройдя завершающую подготовку, они получили бы необходимое снаряжение и присоединились после этого к финской армии на правах отдельного подразделения».
В декабре 1939 года в Париже Александр Шульгин вступил в переговоры с финскими дипломатами об разыгрывании в войне украинской карты. Тогда же бывший генерал-хорунжий армии УНР Александр Удовиченко предложил финскому послу во Франции «направить в Финляндию одного офицера для формирования воинской части национальной украинской армии, которая бы пополнилась, в частности, находящимися во Франции украинцами». Этим офицером и оказался Юрий Горлис-Горский, имевший чин старшины армии УНР.
В январе 1940 года Юрий Горлис-Горский формирует из украинских военнопленных добровольческие подразделения. Бойцы подразделения носили разные мундиры. Кто-то облачался в военную униформу финской армии и черные кепи с сине-желтым околышем и тризубом, а кто-то продолжал носить советскую форму и шапки-мазепинки. Сине-желтых повязок парни не носили, так как это была прерогатива шведов, составлявших в финской армии подавляющее большинство среди иностранных добровольцев. Оснащены парни были, в основном, советским и финским оружием. Эти части под командованием Горлис-Горского воевали против советских войск. Правда, точных сведений об их участии в боях мы не имеем. Зато известно, как Юрий летал на территорию Советского Союза и десантировался в районе Ленинграда, где собирал разведданные.
Количество и судьба украинских добровольцев остается неизвестной. Официальная финская статистика сообщает о государственной, а не национальной принадлежности бойцов. Поэтому украинцы – граждане европейских стран — записывались, например, как поляки, американцы или французы. Учет поддержавших финнов советских военнопленных также не велся. Их судьбой озаботился член Организации украинских националистов, историк Богдан Кентршинский. В 1940 году он по заданию организации переселился в Финляндию, где создал «Комитет помощи советским украинским военнопленным» – жертвам Зимней войны. С его помощью множество людей было спасено и переправлено в Швецию. В будущем именно эти бывшие военнопленные фактически положили основу украинской диаспоры в Швеции. Погибшим Украинским формированиям посвящены второй и третий тома из серии «Погибшие на чужбине», которые под названием «Легли в снегах Суоми» выпустило издательство «Книга памяти Украины», они содержат информацию о соответствии 9000 и 18000 человек.
Финляндия. Страна скал и стальных людей. Мемуары Горлис-Горского.
Первое впечатление — красота зимних пейзажей во второй половине октября. Скоростной поезд Турку-Хельсинки гонит так быстро, как кажется, нигде в Европе. Направо и налево от железной дороги — холмы и скалы, покрыты сосновыми лесами. Мороза почти нет, солнце даже припекает, но снег везде в недвижимой зимней красоте. На станциях группы молодежи с лыжами в руках.
Первое впечатление от людей — свободное поведение, отсутствие, так сказать, неравенства. Лесоруб с пилой и топором, не найдя себе места в вагоне третьего класса, переходит в вагон второго, доплачивает кондуктору разницу и садится. Достает вестник, обсуждает с соседями новости о политике.
Во дворе в Хельсинки покупаю серию советских вестников. В Украине расцвели сады... А тут под вечер мороз пробирает до костей.
В отеле есть «удивительная традиция» менять полотенца каждый день, а постель каждые 2 дня. Еще удивительней случай в ресторане отеля: во время обеда посреди зала накрывают на столы всякие закуски — кому, что нравится и сколько нравится, может подойти и взять.
На улицах слишком много людей в военной форме. Уже второй год целая нация находится в боевой готовности. В 60 раз более населённый сосед-враг посягает на ее независимость. Еще есть раны, что не зажили с недавней войны, но достаточно посмотреть в лицо каждому военному, чтобы убедиться, что новая неравная борьба его не испугает. Участники войны в разговорах с гордостью подчеркивают, что когда погибло 30 тысяч финнов, то враг потерял почти 300 тысяч. Но для 3,5 миллионов финнов Суоми это большая потеря.
Мужчины должны и дальше стоять на страже с оружием в руках. На всех сферах труда в тылу их заменяет женщина. Часть женщин тоже в униформе — это вспомогательные военные отделения. В трамваях, кинотеатрах, ресторанах, магазинах работают исключительно женщины. Любимая тема юмористических журналов — это карикатуры, как в магазине или ресторане женщин обслуживает мужчина.
Кажется, больше всего финны любят ножи и цветы. Искусно сделанный нож — украшение не только мужского пояса. Нередко увидишь его на поясе по-спортивному одетой девушки, дети хвастаются друг перед другом своим «пууко». Кстати, про детей. О воспитании будущих граждан государство беспокоится не только в школе. На каникулы почти вся детвора едет на государственные средства в детские лагеря, где их закаливают в спортсменов и патриотов. Нужно видеть, с какой уверенностью и спокойствием переходят маленькие финны и финки улицу между автомобилями и трамваями.
На счет цветов... Лежит на улицах и площадях зимний снег, не поддаваясь уже весеннему солнцу. На тех же тротуарах и площадях — многочисленные столы с весенними и летними цветами. Лилии и тюльпаны на фоне снега. Цветок в петлице меховой кожаной куртки — и суровое лицо финна с ножом на поясе.
Страна Суоми имеет суровую природу. Народ Суоми — твердое лицо. Он горд своей суровой бедной родиной. Финн во всем любит быть первым — в первую очередь для нее. Маленькая Финляндия успешно конкурирует в спорте с Америкой при всем величии человеческих и материальных ресурсов той. Да даже первенство в женской красоте два раза подряд одержали женщины [из Финляндии]. Но славный бегун Нурми, что обогнал всю Америку, имеет в Хельсинки скромный магазин спортивной одежды и думает, что его рекорд — это только скромное исполнение долга перед родиной.
Последняя «мисс Европа» 20 апреля окончила гимназию. 28 апреля мы со знакомым финским журналистом, приехав в деревню, из которой она родом, навестили «мисс». [Она] выбирала камни, копая огород своего отца, деревенского. Была довольна, даже горда, что своим "нескромным" личиком принесла мировое первенство Финляндии, но на будущее выбрала себе «карьеру» сельской учительницы...
В апреле прошел конкурс — марш между Швецией и Финляндией. Инициатором его был шведский король. Цель: проверка возможностей и государственной дисциплинированности этих двух народов. Условия: добровольный марш - 15 км за 2,5 часа.
Шведские журналисты подсчитали, что на марш пришли более миллиона шведов и приблизительно полмиллиона финнов. Были определенные победы Швеции.
Проехав в это время на автомобиле аж на далекий Север, мы на всех путях встречали группы и колонны марширующих. Маршировали все: от восьмидесятилетних мужчин и женщин, до восьмилетних детей. Военные, школьники, крестьяне, чиновники — окончив занятия, рабочие — вернувшись с работы. Все домаршировывали, по-деловому. На зов правительства шли все, не имея в этом никакой личной пользы. Тот, кто домаршировал, уложившись лишь только во время, получал простенький значок, за который должен был заплатить 5 марок. Так же просто, по-деловому, домаршировал президент государства со всеми министрами.
Угроза со стороны красной Москвы автоматически довела финнов до политического единства. Есть политические партии, демократы и националисты, но и у них исчезли политическая борьба и ссоры. Все объединились под одним лозунгом: «Финляндия и только Финляндия». Каждый на своем месте работает под этим лозунгом, откидывая второстепенное.
Живописные холмы и скалы под Хельсинки, где каждый год происходят Первомайские манифестации, в прошлые года не раз были свидетелями драк между националистами, коммунистами и демократами. В прошлом и этом году 1 мая стало манифестацией единства финского народа. После нападения красной Москвы не стало в Финляндии коммунистов. Они перешли в национальный лагерь, отрёкшись от предателей — тех, которые за границами и дальше служат Кремлю. В манифестациях в этом году перед партийными несли национальный флаг. Он развевался на самом высоком холме.
Финляндия и только Финляндия!
Первого мая студенты и студентки надевают свои традиционные кепки с белым верхом. Иностранца удивляет большое количество «белых голов» среди массы людей. Страна Суоми на 3.5 миллиона населения имеет 6 высших учебных заведений... «Белая шапочка», что работает на поле или огороде своего отца, — это совсем не редкость.
Почти каждый финн покупает газету. Печатные издания найдутся и в самом бедном домике, в самой глуши. Поэтому маленькая Финляндия выпускает так много вестников и красиво иллюстрированных журналов.
Почти каждый финн — член кооператива. Самый крупный кооператив «Эланто» имеет свои дома, земельные участки, рыбные промыслы. Он руководит скромными, идеальными и роскошными ресторанами. В них вы достанете все, кроме алкоголя.
Распространены также корпоративное строительство и покупка домов. В многоэтажном доме живут десятки семей рабочих и служащих, в котором каждый является владельцем одного жилища.
Финны умеют относится к врагу по-вражески на каждом месте и в каждом деле. Но и умеют отличить приятеля от врага, быть добрыми и искренними друзьями своих друзей.
Каждый финн или финка ненавидят все московское. Не происходит при этом раздела на «цвета» или партийные признаки. Финляндия вела ожесточенную борьбу с царской Россией — ведет ее и с большевистской. Белая российская эмиграция, что в итоге неоднозначно восхищалась территориальными завоеваниями Сталина, не завоевала тут большой симпатии. Несмотря на то, что число московских эмигрантов в Хельсинки довольно большое, на улице вы не услышите московского языка. У финна это вызывает неприязнь, а под настроение можно и поддых получить.
Финны хорошо и ясно отличают украинцев от москалей. Во время моего пребывания в Хельсинки случился обидный для москалей случай. Московский эмигрантский хор поддал цензуре программу концерта, на 50% состоящую из украинских песен. В московской половине текста они были обозначены, как «малороссийские», а в финской — просто как «русские», наверное, за расчетом, что финны в этом не разбираются. И цензор тщательно зачёркивал красным карандашом против всех украинских песен «венеалайне» и подписывал «украиналайне», то есть подметил, что это песни не «малороссийские» и не «русские», а украинские.
Транслировали в Хельсинки фильм большевистского производства "Майская ночь". Кроме украинских сцен, в фильме было дополнение из выступлений украинских певцов-танцоров в национальных костюмах. Сидя в кино, приятно было наблюдать, как восхищение этим моментом программы эмигрантов-москалей охлаждали соседи-финны. Нечем, мол, утешатся, это не ваше, это украинское. На запутанное объяснение москаля (что сидел за нами), что «русские» и «малороссы» — это один народ, какой — то старый финн с высокомерием сказал:
- «Господин, вы плохо знаете географию...».
Знакомить финнов с украинским вопросом решил Герман Гуммерус — финский посол в Киеве времен Украинской государственности. Он издал в Хельсинки книгу про Украину, много писал про Украину в прессе. Господин Герман Гуммерус, теперь влиятельная личность в министерстве иностранных дел, и его жена, известная журналистка, госпожа Сан Гуммерус, во время учебы в университете (в России) были финскими революционерами и сидели в московских тюрьмах. И сегодня имеют большое понимание и симпатию к нашим Освободительным движениям.
Среди других наших друзей надо выделить редактора Ватанена — величайшего финского журналиста, эксперта международных дел, что рассказывает на радио международные новости, доктора Кострина и редактора Весу — хельсинкских «прометеивцев», что все время сидят за украинскими делами. Господин Веса даже довольно-таки неплохо изучил украинский язык. Так называемая «Лауренс Севера» — п. Лааксенон — это также наш великий, может даже, наиболее боевой товарищ.
Для пропаганды украинского дела немало сделали такие скромные события, как концертное выступление госпожи Любки Колессы (выдающаяся украинская пианистка), выставка графики госпожи Е.[лены] Кульчицкой в Хельсинки. Мне приходилось видеть фотографии с автографами нашей пианистки на почетном месте в домах выдающихся личностей; показывали мне не без гордости приобретенные на выставке образы нашей художницы. Меня упрекали в том, что я не привез с собой записи с украинскими песнями — их с редкостью транслировало хельсинкское радио в своей программе. Интерес к Украине в Хельсинки особенно вырос в последнее время, в связи с ситуацией на Востоке.
Отношение общественности и власти к украинцам тут сугубо-положительное. Кроме «объективных» причин, финнам импонировало то, что никто из нашей, теперь малочисленной, эмиграции не протянул руку за государственной помощью, чего нельзя сказать про москалей-эмигрантов.
Украинцы быстро выучивали язык, находили свое место в жизни трудолюбивого, упрямого народа. Единственный представитель Галиции, теолог господин Горницкий, который как делегат на съезде абстинентов из-за войны застрял в Хельсинки, научился обрабатывать меха, изготавливает кустарным способом детские игрушки, читает лекции немецкого языка и игры на фортепиано. Господин Александр Юрчинский с Казатина, который 7 лет назад прибыл «полуголый» из Соловецкой каторги, — сегодня уважаемый купец в Хельсинки.
Как «по-секрету» говорил мне один финн, может, больше всего им импонировало то, что ни один наш эмигрант не женился на московке. Как женились, то на финках, а уж совсем уважительно говорят о рабочем-украинце, который взял на свои плечи содержание вдовы и 5-х детей финна, который погиб в войне с красными москалями.
Наша современная эмиграция в Финляндии небогата численностью и культурными силами, а уже и женщинами… Единственной представительницей прекрасного пола украинского есть госпожа Оксана Шмидт, жена немца, — она не отрывается от украинской национальной жизни.
При отсутствии другой линии разделения, наши эмигранты в Финляндии делятся на две «политические партии» — «соловчан» и «кронштадцев» (бежавших из Соловков и эмигрантов после подавления большевиками Кронштадтского восстания в марте 1921 года)… Но «антагонизм» между ними небольшой, может, потому что перед глазами все время стальное единство в лице национальной опасности.
Во время моего пребывания в Финляндии много говорили о навязывании культурных взаимоотношений с украинцами. Финны с радостью бы послушали на своих сценах украинский хор, охотно бы обменивались изделиями народного искусства, происходило взаимное ознакомление обоих народов друг о друге в вестниках и журналах… Теперь, в связи с [военными] событиями, это отходит на задний план. Да и про это надо будет не забывать позже. Страна и рыцарский народ Суоми — это наш нынешний и будущий верный друг, с которым всегда найдем общий язык и общие интересы.
За большую помощь в переводе мемуаров Горлис-Горского с украинского на русский выражаем благодарность Алексею.
Источники
- Украинский легион в заснеженных лесах Суоми.
- Г-кий Ю. Фінляндія. Країна скель і крицевих людей //Краківські вісті. - 1941. - №144 (299). - 4 липня.
- Г-кий Ю. Фінляндія. Країна скель і крицевих людей (закінчення) // Краківські вісті. - 1941. - №145 (300). - 5 липня.
- Горліс-Горський Ю. Фінляндія / / Незборима нація (Київ). - 1997. - Ч. 18 (131). - Грудень. -С . 3.