замечания о монотеизме в древней Южной Аравии

стр. 247

Remarks on Monotheism in Ancient South Arabia

Iwona Gajda

Южноаравийская цивилизация возникла в начале первого тысячелетия до нашей эры и процветала на протяжении многих веков, пока не пришла в упадок незадолго до возникновения ислама. Несколько южноаравийских царств господствовали на территории, примерно соответствующей современному Йемену. Начиная с четвертого века, цари Химьяра, объединив древние царства Южной Аравии, начали военные походы на север. Во второй половине пятого и в начале шестого веков нашей эры Химьяр контролировал мощную конфедерацию племен Маадд в центральной Аравии, о чем свидетельствуют несколько надписей химьяритских, высеченных на скалах в Nagd Наджде . Не позднее четвертого века н.э. некоторые евреи и христиане присутствовали в Южной Аравии. Во второй половине четвертого века цари-химьяриты приняли монотеизм. Вероятно, они хотели укрепить единство своего царства, всё ещё неоднородного, поскольку население поклонялось традиционным божествам, связанным с местными властями, древними царствами и крупными племенами. Культ единственного бога, почитаемого всем населением, мог рассматриваться как потенциальный объединяющий фактор. Таким образом, храмы древних божеств были заброшены, и с этого времени все надписи, за редким исключением, обращались к одному Богу по имени Raḥmānān или Ilān/Ilahān. Несколько текстов, безусловно, являются еврейскими, в них упоминается Израиль и используются специфические еврейские религиозные формулы, в то время как большинство просто обращается к Богу.

Ни одна царская надпись не является явно еврейской, но мы знаем, что царь Юсуф, который попытался совершить переворот около 523 года, был иудеем, о чем сообщают надписи его начальника армии и внешние источники. Во время эфиопского господства, около 530-70 годов, в христианских надписях упоминается Бог с тем же именем: Raḥmānān или Ilān.

Природа южноаравийского монотеизма была предметом оживленной дискуссии с момента обнаружения первых надписей. Можно ли назвать его просто иудаизмом? Однако ни один раввинистический источник не сообщает о существовании еврейского царства в Южной Аравии. Мог ли этот монотеизм принадлежать к ветви неортодоксального иудаизма, которую еврейские религиозные власти в Палестине считали еретической, о чем свидетельствуют некоторые его черты? Или эти монотеисты могли считаться богобоязненными? Или они исповедовали монотеизм под влиянием иудаизма? Этим можно объяснить молчание раввинских источников. Некоторые новые документы позволяют нам представить более нюансированную картину.

НЕСКОЛЬКО ГИПОТЕЗ О МОНОТЕИЗМЕ ДОИСЛАМСКОЙ ЮЖНОЙ АРАВИИ

О монотеизме в Древней Южной Аравии было сказано немало, однако в свете нескольких недавних публикаций следует сделать дополнительные замечания. До недавнего времени обращение Химьяритского царства к монотеизму считалось резким и полным. Предполагалось, что в конце четвертого века н.э. правители Ḥimyarite внезапно отказались от своих верований предков и приняли монотеизм, которого придерживалось и всё население. Природа этой доминирующей религии активно обсуждалась с момента обнаружения первых надписей, в которых упоминался один Бог.

Первоначальная гипотеза о том, что эти надписи были христианскими, вскоре была отвергнута, уступив место представлению о том, что они имеют более общее монотеистическое или конкретно иудейское происхождение. Таким образом, взгляды на природу доминирующей религии разнятся. Некоторые исследователи квалифицируют ее как иудаизм, 1 в то время как А. Ф. Л. Бистон рассматривал монотеизм химьяритов более нейтрально и использовал для его описания термин "рахманизм". 2 Абрахам Г. Лундин утверждал, что еврейские общины жили в Южной Аравии, а население было поверхностно обращено в иудаизм. 3 Согласно Христиану Робину, Ḥimyar обратился в иудаизм главным образом по политическим причинам, но этот выбор не привел к полному обращению, за исключением небольшой части населения. 4

Действительно, еврейские общины существовали в Южной Аравии, и господствующий монотеизм находился под сильным влиянием иудаизма, но тот факт, что государи никогда официально не объявляли свою веру иудаизмом (за исключением царя Юсуфа в шестом веке), безусловно, значителен. Можно предположить, что это был сознательный политический выбор - принять своего рода нейтральный монотеизм, приемлемый для многих людей, которые отказались от верований предков и почитали одного бога. 5 Тот факт, что адепты иудаизма считают себя частью народа Израиля и не должны принадлежать к другим племенам, мог помешать жителям Южной Аравии принять иудаизм. Тем не менее, они могли бы легче принять монотеизм, вдохновленный иудаизмом, но дающий им возможность сохранить свои старые традиции и родоплеменной строй.

НОВЫЕ ДАННЫЕ

Последние исследования проливают свет на наше понимание монотеизма в Южной Аравии. Начнем с того, что переход к монотеизму не кажется полным и внезапным. Несколько надписей на деревянных табличках, датированных Питером Штайном периодом монотеизма, большинство из которых относится к пятому веку н.э., содержат обращения к Зу-Самави, богу племени Амир, жившего в северной части страны, между современным Джауфом и Наджраном, а также обращения к богам ʿАттар и Алмаку; в некоторых текстах упоминаются также личные теофорные имена, составленные с божественным именем Зу-Самави. 6 Питер Штайн отметил, что эти обращения и теофорные имена доказывают сохранение древних политеистических культов среди простых людей в Южной Аравии после установления монотеизма в качестве доминирующей религии во второй половине четвертого века н.э. Действительно, некоторые обращения к традиционным божествам в текстах на деревянных палочках показывают, что политеистические культы сохранялись в течение некоторого времени, в определенной степени, в основном среди простых людей, даже если культы больше не отмечались в храмах этих божеств. Более того, некоторые новые южноаравийские надписи подтверждают существование монотеистических культов, иудаизма и христианства, о которых уже в первой половине четвертого века н.э. сообщал римский источник Филосторгий . 7

Филосторгий описал христианскую миссию Феофила Индийского, посланного императором Констанцием II в Эфиопию и Южную Аравию, вероятно, между 339 и 344 годами. В Южной Аравии миссия получила поддержку от местного царя, имя которого не называется, который согласился помочь построить церкви для купцов в столице и в двух крупных городах. По словам Филосторгия, местные жители в то время поклонялись Гелиосу и Селене, и при царском дворе присутствовало много евреев. 8 Теперь и местные эпиграфические источники подтверждают существование монотеизма в то время в южной части страны (см. надписи Buraʿ al-Aʿlā 1 и 2). 9

Недавно опубликованные надписи дают нам возможность заново оценить характер официальной религии. Например, наскальная надпись MS Šigāʿ 1 была обнаружена Мохаммедом Али Аль-Салами примерно в 40 км к северо-востоку от Ṣanʿāʾ, на Naqīl Šigāʿ (перевал Šigˇāʿ), на древней дороге, ведущей от Ṣanʿāʾ к Марибу.10 Автор этой надписи, царь Абикариб Асʿад, вероятно, в сопровождении своего брата и/или сына (сыновей), отмечал охоту на горного козла в окрестных горах. Надпись может относиться к 539 году эпохи химьяритов (то есть к 429 году н.э.), однако мы не можем быть уверены в этом, учитывая фрагментарный контекст. Царь Абикариб Асʿад обратился к "Владыке небес" (m(r)ʾ s¹myn). Редактор текста отметил, что другая охота была организована на перевале Шигˇāʿ за несколько веков до этого сабейским царем Замаром (Dhamarʿalī Dhāriḥ), сыном Кариба (Karibʾil Watar), который правил в первом веке нашей эры. Примечательно, что охота Замара Дхари явно была ритуальной охотой, проводимой для богов ʿAthtar и Krwm (это известно из надписи Ry 544/3-4: ywm sỵ d sỵ d ʿtṯ r w-Krwm).

Надпись Абикариба Asʿad, строка 15, где упоминается единый бог, фрагментарна: ]m(r)ʾ s¹myn s¹bʿ mʾtm wtṉ y ʾlfn wqdmy ḏn (ḫ)[rfn ]Владыка Небес две тысячи семьсот и до этого года.... Несмотря на этот фрагментарный контекст, кажется, что божественное имя напрямую связано с количеством загнанных животных, вероятно, горных козлов, поскольку они единственные животные, упомянутые в этом тексте. Синтаксис этой фрагментарной фразы позволяет нам предположить, что 2 700 горных козлов были либо добыты для Владыки Небес, либо принесены в жертву Владыке Небес.

Другая интерпретация этого фрагмента может быть такой: "[с помощью] Владыки Небес [они охотились?] на две тысячи семьсот... ', но это кажется менее вероятным, поскольку в конце текста можно было бы ожидать религиозного воззвания. Скорее, надпись относится к ритуальной охоте и является продолжением древней традиции.

Конечно, не все тексты, сообщающие об охоте в древней Южной Аравии, относятся к ритуальной охоте. Александр Сима показал, что лишь небольшая часть надписей может считаться относящейся к ритуальной охоте. Большинство из них очень древние и датируются седьмым веком до нашей эры. Единственной более поздней является как раз надпись царя Дхамара Дхари (Dhamarʿalī Dhāriḥ) с перевала Шигāʿ, упомянутая выше. 11 Возможно, что Абикариб Асʿад хотел восстановить древнюю традицию. Если предложенная интерпретация надписи как ритуальной охоты в честь Владыки Небес или жертвоприношения добытых животных Владыке Небес окажется верной, нам следует рассмотреть соответствие каждого из этих предполагаемых действий религии царя Абикариба Асʿада. Согласно законам иудаизма, ни одно из этих действий не разрешено, так как они несовместимы с предписаниями Торы. Однако это не обязательно означает, что царь Абикариб Асʿад не исповедовал иудаизм. В случаях обращения в новую религию древняя традиция часто сохраняется, иногда на протяжении многих поколений. И эта ритуальная охота, очевидно, была важной и торжественной царской традицией.

НОВЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЯ

Надписи на дереве и религиозные верования в последние столетия до ислама: Разъяснение

В своей публикации текстов на дереве, содержащих обращения к богу dhū- Samawī, а также к ʿAthtar и Almaqah, Питер Штайн постулирует, что официальное принятие монотеизма в Южной Аравии не было реальным концом политеизма, и что монотеизм под влиянием иудаизма, а затем и христианства занимал такое же положение, как и традиционные политеистические культы, практикуемые простыми людьми. 12 Его постулат, однако, проблематичен. В действительности, большинство (почти все) монументальных и торжественных надписей того времени (с конца четвертого до шестого века н.э.), надписи, содержащие какие-либо религиозные формулы, являются либо явно еврейскими, находящимися под влиянием иудаизма, либо неопределенно монотеистическими, а в шестом веке несколько надписей являются явно христианскими. Из более чем ста монументальных надписей этого периода только две могут свидетельствовать о политеистических культах. Напротив, почти все политеистические призывы (всего известно семь) и теофорные имена (два) появляются в надписях на дереве, отражающих повседневную жизнь и исходящих от простых людей. Эти тексты относятся к разным категориям, и рассматривать их на одном уровне невозможно. Более того, в этот период доля политеистических текстов очень мала. С конца четвертого века не было посвящений традиционным богам, а политеистические храмы были заброшены. Таким образом, трудно описать эту ситуацию как ситуацию религиозной множественности ("religiose Vielfalt"). Скорее, кажется, что после обращения всего царства Ḥimyar в монотеизм и отказа от политеистических храмов к концу четвертого века н.э., некоторые традиционные культы сохранились в течение определенного времени, особенно среди простых людей в Южной Аравии.

Для сравнения мы можем обратиться к истории Римской империи. После того как христианство было введено в Риме в качестве официальной религии, а язычество запрещено Феодосием, традиционные культы всё ещё практиковались, часто тайно, в основном простыми людьми. В течение пятого века было издано несколько законов, запрещающих языческие культы и праздники.

Надписи на иврите или сабейском языке, свидетельствующие о раввинском иудаизме в Южной Аравии

Несколько надписей из Йемена и Палестины свидетельствуют о существовании еврейских общин в Йемене, начиная с четвертого века н.э. и позднее. Две из этих надписей доказывают существование раввинистического иудаизма в древней Южной Аравии. В надписи DJE 23 на иврите записаны курсы священников, называемые мишмарот, на службе в Иерусалимском храме. 13 Все священники происходят из Галилеи: имя каждого священника сопровождается названием его города или деревни. Вторая надпись, Ḥasị̄ 1, на сабейском языке, представляет собой указ местного владыки, который выделил участки под еврейское кладбище, где не должны были хоронить язычников.

Как показало недавнее тщательное исследование Йосефа Тоби, использование нескольких точных терминов, заимствованных из иврита или арамейского, доказывает, что человек, написавший текст, хорошо знал еврейский закон. 14

Проблемы интерпретации некоторых еврейских надписей на сабаике

Интерпретация некоторых выражений в других надписях, явно еврейских, иногда проблематична. - В надписи CIH 543 авторы приводят следующее обращение: [b]rk w-tbrk s¹m Rḥmnn ḏ-b-s¹myn w-Ys³rʾl w-ʾlh-hmw Rb-Yhd ḏ-hrdʾ ʿbd-hmw S²hrm w-ʾm-hw Bdm w-hs²kt-hw S²ms¹m w-ʾwld-hmy. . . . Это можно перевести следующим образом: Благословенно и превознесено имя Рахмана, который на небесах и Израиля (Yisrāʾīl) и их Бога, Господа евреев (Rb-Yhd), который помог Шахруму, его матери Буддум, его жене Шамсум и их детям. . Корень brk, "благословлять, восхвалять", является заимствованным словом из иврита или арамейского языка. Однако божественное имя Rab-Yahūd , "Господь евреев", не известно ни на иврите, ни на арамейском. Rab-Yahūd описывается как "их бог" (ʾlh-hmw); притяжательное местоимение, по-видимому, относится к общине Израиля. В этом любопытном обращении, очевидно, различаются два бога: Raḥmānān и "Господь иудеев Rab-Yahūd".

Другая надпись, Ry 515, написанная во время осады Наджрана двумя вождями армии иудейского царя Юсуфа в 623 году Химьяритской эры (вероятно, около 523 года н.э.), завершается обращением к Rb-hwd b-Rḥmnn: "Господь иудеев через / с (?) Raḥmānān". Снова различаются два бога или два божественных имени, если только второе не следует рассматривать как квалификацию первого, что трудно поддержать по причинам синтаксиса.

В одной из трех основных надписей, относящихся к осаде Наджрана, Ja 1028/12, появляется аналогичная формула: Rb-hd b-Mḥmd: "Владыка иудеев через / с (?) восхваляемым".

В заклинаниях в надписях Ry 515 и Ja 1028 два имени Бога (Rb-hwd b-Rḥmnn и Rb-hd b-Mḥmd) связаны предлогом b-, который обычно передается как "в, с, посредством" ("Господь евреев посредством / с (?) Raḥmānān" и "Господь иудеев посредством / с (?) Восхваляемым"). Таким образом, два бога кажутся единым целым. Эти заклинания, особенно первое, показывают, что их авторы, по-видимому, евреи, различают двух богов. Как это можно объяснить ? Возможно, они верили в единого бога, Raḥmānān, общего для всех монотеистов Южной Аравии, а также в Бога евреев. Они могли различать этих двух богов.15 Или они могли отождествлять этих двух богов в какой-то форме синкретизма. Это лишь предположение.

Согласно этой гипотезе, бог по имени Raḥmānān не должен был рассматриваться исключительно как Бог иудеев. Так, например, обстоит дело в нескольких христианских надписях шестого века, авторы которых называют Бога Raḥmānān.16 Вероятно, в Южной Аравии были и другие поклонники единого Бога, называемого Raḥmānān или Ilān/Ilahān, но они не считались евреями.

ВЫВОДЫ

Переход от политеизма к монотеизму и принятие его в качестве доминирующей религии не кажется таким резким, как считалось ранее. Похоже, что изменения были постепенными и что процесс начался в первой половине четвертого века н.э., даже если цари-химьяриты, вероятно, решили навязать монотеизм только во второй половине четвертого века. Более того, обращение к монотеизму и отказ от культов предков, похоже, не были полными. Даже если государи, вельможи и большинство населения приняли монотеизм, древние политеистические культы сохранялись, по крайней мере, в течение определенного времени среди простого народа.

Иудеи, жившие в Южной Аравии, были частично иудеями из Палестины, соблюдавшими предписания Торы по законам раввинистического иудаизма, но были и другие, возможно, адепты различных форм иудаизма, считавшихся раввинскими властями еретиками, и прозелиты, о которых нам мало что известно (вполне вероятно, что некоторые из них также были приверженцами тех форм иудаизма, которые раввинские власти считали ересью).

Вопрос о природе монотеизма в древней Южной Аравии остается открытым, но, благодаря последним открытиям и исследованиям, некоторые аспекты становятся более ясными, хотя общая картина религиозной ситуации выглядит более сложной, чем представлялось исследователям несколько десятилетий назад.

Доминирующим был монотеизм под влиянием иудаизма. Похоже, что эта официальная религия была намеренно нейтральной. В то время как дворяне приняли монотеизм, в некоторых случаях иудаизм, языческие культы в какой-то степени сохранились. Официальная религия находилась под влиянием иудаизма, но, похоже, не была формой иудаизма, приемлемой для раввинских властей. Эта гипотеза может объяснить, почему иудаизм в древней Южной Аравии (и вообще в Аравии) полностью игнорируется еврейскими источниками.

Природа доминирующей религии — неясна. Был ли это вид иудаизма, который раввинские власти считали еретическим, или монотеизм под влиянием иудаизма, возможно, неопределенный "монотеизм Химьяритов"? Или это была другая форма иудаизма, своего рода свободная интерпретация этой религии химьяритами, которые переняли некоторые общие идеи из иудаизма, но не соблюдали все строгие предписания Торы? Это возможно. Несомненно, что иудеи диаспоры жили в Йемене, даже если нелегко оценить их численность.

Можно ли сравнить жителей Южной Аравии с богобоязненными (теосебеи) из Палестины или других регионов? 17 Определение богобоязненных (теосебеев) само по себе проблематично, поскольку этот термин можно применить и к иудеям, прозелитам или сочувствующим иудаизму. Поэтому лучше избегать такого сравнения в Южной Аравии. Новые открытия могут объяснить, как жители Южной Аравии понимали свой монотеизм (монотеизмы), который, без сомнения, находился под сильным влиянием иудаизма и, вероятно, был довольно гетеродоксальным. Среди южноаравийских монотеистов были иудеи, иудейские прозелиты и более нейтральные монотеисты (а также некоторые христиане, особенно в шестом веке). Похоже, что они почитали одного Бога, чья точная природа, возможно, понималась по-разному, но имя у Него было в основном одно и то же.

Монотеизм в Южной Аравии, какова бы ни была его точная природа, был навязан царями-химьяритами по политическим причинам. Эти государи явно хотели укрепить единство своего царства. Они оставались нейтральными, предлагая культ одного Бога, в котором каждый мог узнать своего Бога.

библиография : стр. 255

**********************************************************************************************************************