О вере, о море и о пути к храму

Беседа с настоятелем Свято-Митрофаниевского храма в Добрянке, игуменом Корнилием (Ефимовым)

– Отец Корнилий, как давно Вы служите в Добрянке? Какое впечатление произвели на Вас город и храм?

– Служу я здесь уже два с половиной года. Помню, когда меня направили в этот приход, я ехал с особым чувством – как в неизведанную гавань… Добрянка встретила меня своим удивительным и, я бы сказал, камерным спокойствием. Это не шумный мегаполис, здесь иной ритм жизни, более человеческий и глубокий. А храм наш... Когда я впервые его увидел, он показался мне не просто зданием, а живым существом, который многое пережил и хранит в своих стенах молитвы многих поколений. От него очень доброе, светлое ощущение. Мне показалось, что сам воздух здесь пропитан особой тихой благодатью. И я очень рад, что Господь судил мне служить именно в этом месте.

– До обучения в Московской Духовной семинарии Вы окончили Калининградское высшее инженерное морское училище и даже совершили кругосветное путешествие на барке «Крузенштерн». Чем был обусловлен выбор этого училища, и не расскажете ли о самых ярких моментах кругосветки?

– (Улыбается). Да, у меня была целая жизнь до семинарии. Море... Оно манило многих мальчишек моего поколения. Это была романтика дальних странствий, испытания себя на прочность. Калининградское училище было одним из лучших, кузницей настоящих морских волков. Я стремился туда осознанно. А кругосветка на «Крузенштерне»... Это был не просто поход, это была школа жизни. Самые яркие моменты? Их много. Помню, как мы пересекали экватор, и Нептун устроил нам традиционное посвящение – это было шумно и весело, настоящее братство. А шторм в 9 баллов на паруснике после о. Таити… Помню бескрайние просторы Тихого океана, когда неделями не видишь ничего, кроме воды и неба. В такие моменты особенно остро чувствуешь величие Божьего творения и свою собственную малость в этом мире. Но самый главный момент был внутренний. В долгих вахтах, в ночи, под звёздным небом, которое в океане видится как на ладони, невольно задаешься вечными вопросами: «Кто я? В чём смысл всего этого?». Океан обладает удивительной способностью обнажать душу, отсекая всё наносное. Думаю, именно там, в той тишине между небом и водой, и укрепился мой серьёзный путь к Богу.

– Ваше второе светское образование – клинический психолог. Помогает ли оно в Ваших сегодняшних трудах?

– Второе – юридическое (улыбается), а уж после – Московский институт психоанализа. Безусловно, и очень сильно. Но важно понимать: пастырское душепопечение и психология – не одно и то же. Психология помогает понять механизмы душевных движений, распознать травмы, особенности мышления человека. Она дает инструментарий для первого диалога, особенно с людьми, которые только-только подходят к вере и пока не готовы воспринимать язык церковных догматов. Ко мне, как и к любому священнику, часто приходят люди в состоянии тяжёлой скорби, растерянности, депрессии. Знания психологии помогают найти нужные слова, поддержать, не дать человеку упасть в пропасть отчаяния, а уже потом, на этом подготовленном фундаменте, говорить о духовном, о покаянии, о надежде на Бога. Это как мост, который позволяет перевести человека с берега душевной боли на берег духовного поиска.

– Вы начинали службу в самом начале 1990-х годов. Изменилась ли за это время Церковь, Воскресные школы и прихожане?

– Изменения колоссальные. В начале 90-х была эйфория, всё было впервые: открывались храмы, люди шли толпами, жаждущие креститься, венчаться, просто узнать то, что было под запретом. Но была и страшная необразованность в вопросах веры. Люди приходили с горящими глазами, но часто с очень мифологизированным представлением о Церкви. Сейчас, я бы сказал, время углубления и осмысления. Первая волна прошла. Сегодняшние прихожане, как правило, более осознанны в своей вере. Они читают, изучают, задают сложные вопросы. Церковь тоже стала более открытой, научилась говорить с людьми на современном языке, в том числе и через социальные сети. Воскресные школы из кружков по интересам превратились в серьёзные образовательные центры. Если раньше мы рассказывали детям просто библейские истории, то сейчас даём системные знания, занимаемся с ними проектной деятельностью, театром, паломничеством. Это уже не просто «урок Закона Божьего», а полноценное воспитание личности в христианской традиции.

– Работает ли при Вашем храме Воскресная школа? Кто в ней занимается? И как выбираются темы занятий?

– Да, конечно, и она – наша большая гордость. Занимаются у нас дети разных возрастов, от самых маленьких до подростков. Руководит школой замечательный человек – Юлия Гурьева с огромным сердцем и хорошим образованием. Ей помогают прихожане-добровольцы, многие из которых сами родители наших учеников. Темы занятий мы выбираем, отталкиваясь от нескольких вещей. Во-первых, это, конечно, церковный календарь. Готовясь к Пасхе или Рождеству, мы погружаем детей в историю и смысл праздника. Во-вторых, слушаем самих детей и их родителей. Если видим, что есть запрос на обсуждение каких-то конкретных тем – например, как вести себя в конфликте со сверстниками или как относиться к успеху и неудачам – обязательно включаем это в программу, находя ответы в Евангелии и святоотеческом наследии. Стараемся, чтобы учёба была не в тягость, а в радость.

– Как Вы считаете, нужен ли в наших школах такой предмет, как Основы религиозных культур и светской этики, или всё это можно дать на других уроках?

– Я считаю, что он абсолютно необходим. Дело не в том, чтобы «заменить» другие уроки, а в том, чтобы дать ребёнку целостную картину мира. История, литература, обществознание – они так или иначе касаются вопросов веры, но фрагментарно. А ОРКСЭ – это системный взгляд.

Главная ценность этого предмета – в его вариативности. Родители могут выбрать модуль, который соответствует их традициям и убеждениям. Это урок уважения к разнообразию. Когда ребенок изучает основы своей культуры (православной, исламской, иудейской) или светской этики, он не только узнает о своих корнях, но и учится понимать соседа, который мыслит иначе. Это мощнейший инструмент против ксенофобии и экстремизма. Это воспитание не просто гражданина, а культурного, просвещенного человека.

– А о своих школьных учителях скажете несколько слов? Сохранились ли в душе чьи-то уроки?

– Конечно, сохранились, и с огромной благодарностью. Особенно я вспоминаю свою учительницу литературы. Она не просто требовала заучивать параграфы. Она учила нас чувствовать слово, видеть за ним живого человека, его боль и радость. На её уроках мы спорили о смысле жизни, о добре и зле, о долге и чести на примерах героев Толстого, Достоевского, Чехова. Я думаю, именно она, сама того не ведая, посеяла в моей душе первые семена того поиска истины, который позже привёл меня в Церковь. Учитель – это не передатчик информации, он – сеятель. И то, что посеяла она, дало свои всходы.

– Можете ли назвать две-три книги, повлиявшие на Вас в юности?

– Если говорить о юности, то, помимо классики, которую я читал довольно много, да и мы проходили в школе, это были «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова. Эта книга тогда произвела эффект разорвавшейся бомбы. Она заставила думать, сомневаться, искать ответы на вопросы о добре и зле, о трусости и мужестве, о вечности. «Маленький принц» Антуана де Сент-Экзюпери. Казалось бы, детская сказка, но в ней сконцентрирована вся мудрость мира. Фраза «Мы в ответе за тех, кого приручили» для меня тогда стала не просто цитатой, а нравственным императивом. Позже, уже на пути к вере, огромное влияние на меня оказало «Лето Господне» Ивана Шмелёва. Эта книга открыла мне красоту и глубокий смысл православного уклада жизни, показала веру не как набор правил, а как воздух, которым дышишь.

– Скажите, пожалуйста, много лет Вы проводите обряды крещения и венчания. Меняются ли как-то после этого люди?

– Внешне – не всегда. Внутренне – да, если они подходят к Таинству осознанно. Крещение – это духовное рождение. И если взрослый человек крестится с верой и пониманием, в нём что-то переворачивается. Уходит какая-то тревога, появляется удивительное чувство мира и принадлежности к чему-то большему. Иногда люди говорят: «Как будто пелена с глаз упала».

Что касается венчания... Это особый момент. Даже самые современные, казалось бы, пары в этот день преображаются. Они стоят перед аналоем, а в глазах – и радость, и серьёзность, и осознание огромной ответственности, которую они на себя принимают. Я всегда говорю им: «Сегодня вы не просто подтверждаете свою любовь. Вы приносите её Богу как дар, и просите Его помощи, чтобы пронести этот дар через всю жизнь». После таких Таинств люди выходят из храма другими – более собранными, более... одухотворенными.

– Обязательна ли исповедь? И как часто надо исповедоваться?

– Исповедь – это не экзамен по правилам, который надо сдать, чтобы «получить допуск». Это врачевание души. Представьте, что у вас болит зуб. Вы же идете к врачу, чтобы он его вылечил? Так и с душой. Грехи – это та грязь, те раны, которые мешают ей жить полноценно, мешают чувствовать близость к Богу. Так что да, для православного христианина, желающего причаститься Святых Таин, исповедь обязательна. Что касается частоты... Тут нет универсального рецепта. Кому-то, кто только начинает свой путь, я советую исповедоваться раз в месяц. Кто-то, с более глубокой духовной жизнью, делает это чаще. Главный критерий – не формальный график, а внутренняя потребность очиститься, потребность в честном и строгом разговоре с самим собой перед Богом. Лучше исповедоваться реже, но от всего сердца, чем часто, но механически «зачитывать список».

– Часто бывает, что человек, приходя в храм, ставит свечи и считает, что этого вполне достаточно. Так ли это?

– (Вздыхает). Это очень распространённое заблуждение. Свеча – это прекрасно. Это наш видимый знак молитвы, наша малая жертва Богу и символ нашего горения к Нему. Но это – внешнее действие. Представьте, что вы пришли к своему отцу, которого не видели много лет, подарили ему цветок, постояли молча пять минут и ушли. Разве этого достаточно для полноценных отношений? Так и с Богом. Свеча без молитвы – это как цветок без слов. Важно наше сердце, наш внутренний разговор с Богом, наше желание изменить свою жизнь в соответствии с Его заповедями. Ставить свечи – благочестивый обычай, но суть христианства – в личных, живых и доверительных отношениях с Богом, которые строятся через молитву, через участие в Таинствах, через любовь к ближним.

– И в завершение разговора что-то пожелаете нашим читателям?

– Я пожелаю самого главного – мира в душе. В нашем стремительном шумном мире так легко потерять себя, утонуть в суете. Найдите хоть немного времени в день, чтобы остаться наедине с собой, в тишине. Задайте себе простые вопросы: «Радуюсь ли я? За что я благодарен сегодня? Кого я могу порадовать?». Не бойтесь искать смысл. Ищите его в любви – к своей семье, к своему делу, к своим корням, к своим ближним. И, я уверен, вы обязательно найдёте Его – Источник всей любви и всякого смысла. Храни вас всех Господь

Беседовала Ольга КРАВЧЕНКО