Экспертиза врача Георгия Зворыкина

1 апреля 1921 года был убит иерей Михаил (Критский) (04.11.1879 – 01.04.1921), настоятель церкви Живоначальной Троицы села Автодеево Ардатовского района Нижегородской области.

Родился в Нижегородской губернии в семь священника - отца Алексия, матушка которого, тоже была из священнической семьи.
Семья была многодетной – два сына и шесть дочерей. На их долю выпало раннее сиротство: в 1892 году умерла мать Ольга Ильинична, а через четыре года почил в Бозе глава семейства.

По окончании духовного училища, поступил в Нижегородскую духовную семинарию на казенное содержание как сын многосемейного бедного священника. Семинарию закончил в 1900 году в числе лучших.

Служил в село Автодеево, недалеко от города Ардатова, которое принадлежало помещикам Рахмановым. В 1806 году автодеевские помещики подали прошение о разрешении им на месте деревянной Никольской церкви построить каменный трехпрестольный храм в честь Преображения Господня с двумя приделами во имя преподобного Феодора Начертанного и святых праведных Захарии и Елисаветы.

Особое проявление благодати Божией изменило их первоначальный замысел. Народная память сохранила предание о нездешней женщине, страждущей от телесной болезни, которая при явлении ей во сне Святой Троицы получила повеление искать источник у села Автодеево и его водой исцелиться от мучившего ее недуга.

Источник этот искони почитался в Автодееве и его окрестностях, а после возведения в 1822 году в селе каменной Троицкой церкви с теплым Никольским приделом ежегодно к нему в День Святого Духа стали совершаться крестные ходы, привлекавшие множество богомольцев. Там служили молебен, после которого воду из источника вычерпывали до дна, но она быстро натекала вновь.

Двадцать лет безсменно, до своей мученической кончины, отец Михаил служил на Троицком приходе и за эти годы стал детоводителем ко Христу многих крестьянских душ, сроднился со своей паствой и был для нее примером в слове, вере и житии.

Особое влияние на благочестие паствы отца Михаила имела близость одного из земных уделов Пресвятой Богородицы – Серафимо-Дивеевского монастыря. В 1903 году, когда совершилось открытие святых мощей и прославление в лике святых преподобного Серафима, в Сарове и в Дивееве побывала вся православная верующая Россия.

Паломники – «ночевальщики», как их называли в селе, – часто останавливались в домах автодеевских крестьян, вели благочестивые беседы и привносили в их среду дух благочестия.

После октябрьского переворота 1917 года Церковь стала гонимой. Отец Михаил безбожную власть не принял. За богослужениями он продолжал поминать Царя. Юродствуя, он стал прикровенно предсказывать будущее.

Однажды после молебна на Троицком источнике батюшка, ко всеобщему изумлению, стал кидать иконы. Впоследствии, когда по распоряжению властей для затопления родника начали сооружать плотину, иконы из часовни над целебным ключом, действительно, побросали в яму и закопали.

На Страстной седмице отец Михаил, предвидя, что придет время, когда многие отступят от Бога и не будут поститься, стал раздавать крашеные яйца, говоря: «Кушайте! Кушайте!» Когда прихожане удивились такому поступку священника, он сказал: «Наступят такие времена, что не только яйца, но и мясо будут есть посто́м».

Долго не хотел освящать амбар, построенный товариществом, и при этом говорил: «Стройте, стройте, все равно иноверцам достанется, будете сюда с сумками ходить». Иносказательный смысл его слов раскрылся, когда при образовании колхоза крестьянам пришлось ходить в этот амбар с сумками получать паек.

После революции, желая сохранить Серафимо-Дивеевский монастырь, сестры образовали трудовую коммуну. Власти, безчинствуя, во всем притесняли монашествующих, отбирали у них имущество, не давали воспользоваться урожаем, заставляли работать на себя. Сестры голодали.

Сострадая их бедственному положению, отец Михаил стал собирать милостыню в окрестных селах и 19 сентября 1919 года (за сбором милостыни) был первый раз арестован. Началось следствие, и заведующим Ардатовским арестным домом был составлен протокол следующего содержания:

«Спрошенный мною священник села Автодеева Михаил Критский по делу сбора милостыни и срывания советских плакатов и портретов товарищей Ленина и Троцкого объяснил следующее:

Собирать милостыню 18 сентября я пошел на монашек Дивеевского монастыря из чувства ответственности перед Богом на Страшном Суде.

Когда меня пригласили в совет села Кудлей, то я, возмутясь тем, что в совете икон нет, а висят лишь одни плакаты с посмеянием православной веры, как-то: поп с крестом, портрет Ленина и Троцкого, – я сорвал их затем, что икон нет, а их ставят выше Бога, и я не мог вытерпеть этого».

Было заведено дело о контрреволюционной деятельности Серафимо-Дивеевского монастыря. Отца Михаила, обвиненного в дискредитации советской власти, из ардатовского арестного дома перевели в Первую нижегородскую тюрьму; через полтора месяца, в начале ноября 1919 года, он был освобожден из заключения.

С отделением школы от Церкви при советской власти Закон Божий был изгнан из школ, но новая школа, ставшая распространительницей безверия, поначалу с трудом прививалась в селах, где простой верующий народ видел в ней только один соблазн.

Отец Михаил организовал на дому церковную школу, которая могла бы оградить души детей от духовного растления. Верующий народ села Автодеево был единодушен и единомыслен со своим любимым пастырем, памятуя о том, что должно более повиноваться Богу, нежели человекам, но некоторые члены приходской общины проявили малодушие и дали показания на отца Михаила.

Завели следственное дело, отец Михаил был арестован и помещен в Выксунскую милицию. 26 февраля он ушел из арестного помещения в Автодеево и, нигде не скрываясь, стал служить у себя на Троицком приходе.

Вскоре батюшку вновь арестовали и возвратили в Выксу. На следствии отец Михаил не признал себя виновным в агитации против советской власти и сказал, что считает своим пастырским долгом учить народ Закону Божию и сам готов свидетельствовать о своей вере «даже до крови».

В одной камере с ним находился житель села Дубовка. Отец Михаил дал ему совет: «Читай девяностый псалом “Живый в помощи Вышняго…” – и тебя освободят». «Батюшка, а почему вы не читаете?» – спросил его соузник. «Я хочу пострадать за Христа», – ответил священник.

10 марта следователь, считая обвинение отца Михаила в антисоветской деятельности доказанным, постановил направить его в распоряжение Нижегородской ЧК для вынесения приговора.

Сопровождавший его милиционер показал, что на станции, «где было большое скопление народа», отец Михаил, по словам милиционера, скрылся. Шла первая неделя Великого поста, и отец Михаил вновь вернулся в Автодеево, где продолжал совершать богослужения.

В последних числах марта был вновь арестован. 31 марта сопровождаемый конвоиром Рушевым, членом чрезвычайного отряда особого назначения и представителем уездного партийного комитета Шулайкиным, после ночевки в селе Дубровка, в лесу на семнадцатой версте, был убит выстрелом в упор конвоиром Рушевым.

Тело убиенного пастыря привезли в Кулебаки и положили в часовне при кулебакской больнице. Здесь оно оставалось до 6 апреля 1921 года.
Предполагалось похоронить отца Михаила в Кулебаках, но жители Автодеева этому воспротивились. От села Кужендеева до Троицкого храма гроб с его телом несли на руках.

Похоронили отца Михаила в день Благовещения Пресвятой Богородицы 7 апреля 1921 года; чин отпевания был совершен сонмом священнослужителей.

Пришедших проститься со своим пастырем богомольцев было так много, что они не помещались в церковной ограде. Когда гроб опустили в могилу справа от алтаря Троицкого храма и засыпали землей, приехали представители власти, возмущенные тем, что отца Михаила похоронили у церкви, но народ не допустил их к могиле.

В день убийства отца Михаила было учинено формальное следствие с целью доказать непреднамеренность действий убийцы и оправдать его.

Рушев показывал, что арестованный священник Михаил Критский был убит им при попытке бегства и что при преследовании убегающего арестанта он произвел три выстрела: первый в воздух, второй и третий по бежавшему священнику, и только после третьего выстрела арестованный упал, будучи смертельно раненным.

Врач Г.И. Зворыкин при осмотре тела убиенного отца Михаила констатировал два ранения – в голову и руку – и что смертельным был второй выстрел в голову, произведенный «в упор».

Из тела убиенного была извлечена только одна пуля; его рука в это время находилась на уровне головы – батюшка либо поднял ее в крестном знамении, либо пытался закрыть голову от выстрела.

Врач Н.А. Иорданский при осмотре тела убиенного отца Михаила, кроме ранений головы и руки, нашел ранение в области спины и констатировал, что, будучи раненным в спину, отец Михаил был лишен возможности держаться на ногах – следовательно, бежать от конвоира не мог; выстрел же в голову, произведенный в упор, был причиной моментальной смерти.

Могила автодеевского священника всегда почиталась жителями села, она не была разорена в безбожные годы. С образованием Свято-Никольского скита в селе Автодееве могилу благоустроили сестры Серафимо-Дивеевского монастыря. В памятные для батюшки дни здесь совершаются литии. К нему часто обращаются в личных просьбах, и батюшка-новомученик всем помогает.

Источник: https://vk.com/moipokoiniki