Пленные немцы в Кулебаках
Как пишет сайт культурология.рф: порядок обращения с пленными в начале Второй мировой регулировался Женевской конвенцией 1929 года, которую СССР не подписал. При этом, что парадоксально, советский лагерный режим куда более соответствовал прописанным женевским положениям. Факт тяжелых условий жизни немецких военнопленных никто не скрывает, но эта картина не идет ни в какое сравнение с выживанием советских граждан в немецких лагерях.
На территории Кулебакского района с 4.05.1945 года по 15.05.1947 годов, в свою очередь, располагался производственный лагерь военнопленных № 320. Дислоцировались пленные немцы в самих Кулебаках, а также в поселках Мурзицы, Вилейка, Глухая, Уваровская, Красненький и станции Тёша.
Сперва численность составляла до 5000 военнопленных, затем количество снизилось до 1500 человек. Пленные занимались лесозаготовительными, строительно-ремонтными и эксплуатационными работами на нужды завода №178 (в годы войны так именовался КМЗ им.Кирова), кулебакского гортопа, лесозавода, леспромкомбината. Работали пленные и на Серебрянском лесопункте, Тёшинском леспромкомбинате, Красненском мехлеспункте, на торфразработках и даже на заводе №177 (Выксунский металлургический завод)…
Яркие воспоминания директора завода металлоконструкций, с 1963 по 1988 годы, Юрия Георгиевича Мошкова об этих пленных были опубликованы в 2000-х годах в газете «Кулебакский металлист»:
Известно, что лагеря немецких военнопленных были и в Кулебакском районе. В самом городе они располагались там, где сейчас улицы Кулибина и Строителей, то есть сразу за городом. В то время город заканчивался сегодняшней улицей Кирюхина.
Лагеря пленных были на Мурзицах, в Серебрянке. Работали немцы на лесозаготовках, торфоразработках, кирпичном заводе. Работали они и на металлургическом заводе им. Кирова. Несколько немцев трудились в подчинении моего отца. Он тогда, в войну, работал бригадиром в службе пути железнодорожного цеха завода им. Кирова. В его обязанности входило содержание в исправности главного пути Кулебаки-Мордовщик (современный г. Навашино).
Так вот, военный конвой доставлял пленных немцев на железнодорожную станцию «К у л е б а к и», где и передавал их под расписку и ответственность отца. С тем и удалялся. Так что при желании немцы могли сбежать, но побегов не было. Одеты и обуты они были в свое изношенное военное обмундирование, работали на ремонте железнодорожных путей добросовестно, безотказно, без брака. Но когда наступало время положенного перерыва, сразу складывали инструмент и садились отдыхать. И нельзя было их заставить выполнить работу, на окончание которой оставалось хоть 5 минут.
Отец работой их был доволен. После войны, когда у него были уже наши рабочие, он всегда ставил немцев в пример. Вспоминая их, отец говорил мне: «Этих бы немцев оставили еще на годик, я бы путь от Кулебак до Мордовщика сделал идеальным».
В военные годы кулебачан спасали огороды, как сейчас для многих большим подспорьем является урожай из садов. Только тогда огородников возили не в пассажирских вагонах и автобусах, а добирались они до участков по узкоколейкам на открытых платформах, на которых перевозили дрова и бревна, и в открытых торфяных фурах. Это позднее топливом на заводе им. Кирова служили мазут, газ и солярка, а в войну и долгое время после войны газ вырабатывался из торфа и дров, и в паровозах отапливали котлы дровами.
Под огороды отводились лесные поруби, оставшиеся от заготовки дров и бревен для нужд завода. Это участки на «Глухой», «Мещерской», «Красненькой», Серебрянке и в других местах. На порубях хорошо родилось просо, его в основном там и сеяли. Тогда ведь в «Панявом углу», где сейчас расположено большинство садов, стоял лес, куда горожане ходили по грибы.
Так вот, весной 1945 года поехали мы с отцом в Серебрянский тупик, где отцу от цеха выделили участок. Доехали хорошо: знакомый кондуктор пустил в теплушку, прицепленную к составу. Расчистили участок, стали мотыгами обрабатывать землю под посев проса. Работа шла трудно, в земле остались корни от спиленных деревьев. Мы решили отдохнуть. Съели те несколько картофелин без хлеба, которые нам дала мать на обед. Смотрю в сторону леса, а из него выходят два человека с мотыгами в руках и направляются к нам.
Отец говорит: «Не бойся, это расконвоированные немцы — военнопленные, они нас не тронут». Подойдя к нам, немцы знаками дали нам понять, что обработают наш участок, за что мы им должны дать хлеба. Мы, как могли, объяснили, что никакой еды у нас не осталось. Тогда они пошли к другим огородникам. Обойдя все участки, немцы так и не получили работу — ни у кого не осталось или совсем не было никакой еды. Не найдя еды, немцы в своих изношенных шинелях и рваной обуви ушли к себе в лагерь.
Тогда мы получили похоронку о гибели на фронте моего старшего брата Александра, и я должен был бы ненавидеть этих военнопленных, а мне стало их жалко. (Юрий Георгиевич Мошков)
P.S. Милосердие - отличительная черта русского характера, то чем мы отличаемся от остального мира. Только милосердный русский народ способен победить мировое зло, которое сегодня стоит на пороге…
А.В.Маскаев, 2025 г.