Интервью с ohm collective

кулуарчики: Привет, ребята! Спасибо, что согласились побеседовать с нами обо всяком. И первый вопрос - как появилось название ohm collective? Как появилась идея и что скрывается за этими словами?

Ваня (группы Ypres, Tõll): Что за этим скрывается… (молчит).

Антон (группы Pressor, Tõll): ...уже сложно, короче (смеётся).

Стас (группа Pressor): Сложно объяснить (улыбается).

Ваня: На самом деле, название, если мне не изменяет память, придумал Павел, до недавних пор - барабанщик группы kashchey, и настоящий Шишкиного леса. Кажется, это его идея, в плане слова. Но оно за собой, в принципе, ничего такого не несёт. Если коротко, название придумал Паша, оно подхватилось и было принято. А сам “Оhm” - там намёк на психоделию, ом ещё - единица измерения сопротивления…

Стас: Да, это интересная тема, потому что ребята все помешаны на всяких усилках, аппарате, на своём гире.

Антон: Сначала была какая-то предпосылка долго и мучительно рассматривать всякие варианты, подумать всем коллективно - и, таким образом, растянуть этот процесс с названием. Но мы стараемся работать по принципу “не затягивать решение каких-то вопросов”, а делать максимально оперативно. Такое предложение возникло, и все такие: “Ну да, всё, подходит. Погнали”.

кулуарчики: А если говорить про dOhm…

Ваня: Это уже такие плюхи и пасхалки, которые в процессе возникли.

Антон: Ну, да, в итоге это всё обросло, конечно, кучей историй, и можно, конечно, об этом поговорить, но слишком долго получится.

(чуть больше ясности в эту “туманную” историю позднее внёс Иван Зализко — на самом деле, название достаточно долго обсуждалось в общем чате, посвящённом съёмкам, было предложено множество вариантов, и изначально всё же был выбран вариант “с определёнными параметрами и определённым посылом” - “Ohm Video”. Уже позже произошла трансформация в “Ohm collective”).

кулуарчики: ohm collective - кто все эти люди? Название группировки у очень большого количества людей на слуху, но в лицах, пожалуй, мало кто себе представляет, кто конкретно стоит за классными гигами, съёмкой лайвов и ещё кучей всего разного (что несколько несправедливо, как отмечают представители благодарной публики).

Антон: Мы, честно сказать, даже сами не представляем, сколько людей в это втянуто. Ну, вот я лично.

кулуарчики: Ну хорошо, а кто стоял у истоков, скажем так?

Ваня: У истоков история очень простая: мы ещё давным-давно познакомились с Антоном, который тогда делал гиги, организовывал туры и имел своё дистро в рамках WeedBeast. Был и у меня в этом небольшой опыт, был - и есть - лейбл Towner Records. А в какой-то момент, когда у нас появилось место, когда мы стали здесь писать релизы, в процессе нам пришла в голову идея записывать и лайв-видео.

Антон: У меня есть дистро, да, оно вяло существует, потому что закрылся магаз, и пока я ничего с этим не сделал, но, в целом, оно продолжает существовать.

кулуарчики: То есть, ohm collective, по сути, начался с лайвов?

Ваня: Сначала у нас появилась эта идея, появился Иван Зализко, который проявил желание во всём этом участвовать (а вообще изначально мы хотели сделать свой собственный видео-канал, наподобие локального KEXP), и вот, на момент зарождения этой идеи я осёкся и подумал:“А почему бы, собственно, всё, что мы делаем, не объединить под одним началом, чтобы не заниматься двойной работой?”. С Антоном-то мы и так постоянно работали (тот же Outown fest, например), но понимали, что всё равно, по сути, каждый занимается своим делом. Поэтому решили откинуть старый формат “одиночек” и one-man проектов.

Антон: Да, в какой-то момент все решительно устали делать всё в одиночку. Решили заколлаборировать. Один ты всё равно пытаешься развивать именно свой движ, всё равно у тебя свой курс, направление. Так же и у остальных. И это как-то немножечко мешало общему движению вперёд.

Стас: Это такая синергия: в сумме это всё даёт гораздо больший эффект, чем каждый по отдельности.

кулуарчики: Окей, теперь про банды, которые во всём этом завязаны.

Ваня: Собственно, место - наш офис-дом-точка и всё вместе взятое, здесь базируются группы Ypres, kashchey, Tõll, “miroed”, Шишкин лес, Kharybda, tache noir de la sclerotica, БУР. “Ревность” здесь также репетирует. Группу Pressor тоже можно сюда отнести, несмотря на то, что парни здесь не репетируют - это вот наши чуваки, пожалуй, и есть. Плюс это Маша Немм, которая занимается по большей части фото и другим визуалом; это Иван Зализко, который отвечает непосредственно за лайвы; это Андрей Аристов, который нас возит в туры и делает наш дом уютнее. Короче, с миру по нитке.

Антон: Половина Pressor так или иначе участвует, да, Стас, например, занимается оформлением всяким, шарит в дизайне, в чём не шарим мы.

кулуарчики: От себя, пожалуй, отметим, что за всё время взаимодействия с представителями ohm collective, а также из собственных наблюдений появилось ощущение, что это - достаточно самодостаточная, замкнутая и самостоятельная система, возможно, даже некий организм, чётко и слаженно действующий. Так ли это?

Ваня: Нифига (все смеются). Я скажу так: ohm collective стремится к этому. Мы хотим этого. Искренне. Но в силу того, что мы не зарабатываем на своём деле и, как большинство, являемся заложниками профессионально-трудовых отношений в других отраслях жизни, мы не имеем возможности всецело отдаться делам коллектива. Порядок - это то, к чему мы идем, но он в настоящий момент отсутствует напрочь. Потому что понимания порядка как такового ещё нет. То есть, коллективная деятельность, включающая несколько людей, подразумевает...

кулуарчики: Хаос?

(все смеются)

Ваня: ...какую-то, всё-таки, схему и план. Одна деталь - понятно, вот шар, и он крутится, всё с ним ясно. А если этот шар - часть какого-то механизма, и всё это в целом должно работать, то нужно придумать, как из всех частей собрать какой-то агрегат, который будет работать слаженно, и выдавать какой-то результат.

Стас: Здесь опять же возникает проблема, что все этим занимаются в свободное от основной работы время, поэтому сложно поймать, кто, когда, где свободен, и всё это скомпоновать вместе. Чтобы из общего свободного времени что-то сложилось в единое, рабочее.

кулуарчики: А в целом вы думаете над тем, чтобы вывести эту деятельность на какой-то более высокий уровень, чтобы зарабатывать этим, отказаться от основной работы?

Антон: Все, наверное, хотят по жизни, в первую очередь, заниматься тем, что нравится. И логично, что мы всячески стремимся уделять этому как можно больше времени. В общем-то, это, наверное, и ответ на вопрос.

Стас: Я вообще “за” то, чтобы заниматься этим на уровне, когда это может тебя обеспечивать.

(ненадолго выходивший Ваня в ответ на повторно заданный вопрос выдал ёмкое “Да”.)

кулуарчики: С какими подобными группировками, коллективами и людьми вы поддерживаете связь в других городах? ohm collective, в принципе, достаточно уникальная история, повторить сложно, но люди с хорошей инициативой и навыками организации - явление, всё-таки, распространённое.

Ваня: Касательно того, что мы наблюдали, с кем имели честь и удовольствие общаться - идея коллективной деятельности очень распространена в той же Европе. Это в целом подсмотрено там в определённом смысле, потому что в ходе европейских туров мы наблюдали, как всё это происходит. Это могут быть панковские сквоты; это могут быть просто какие-то места, которые поддерживают люди - примерно, как мы здесь. Для России это действительно нетипично, редко можно встретить что-то подобное. Хотя вот сейчас в Воронеже Александр активно пытается продвигать некую похожую движуху. Нижний Новгород, Black Ho, Вова. Вот буквально не так давно был здесь, и будучи уже в “хорошем” состоянии, говорил кому-то из своих знакомых: “Вот, чуваки - как МЫ в Нижнем Новгороде” (улыбается). Но он сам понимает и ощущает какой-то вайб схожести. Петрозаводск ещё есть, Никита оттуда делает концерты, один, кажется. Татьяна вот есть. Из Саратова тире из Петербурга. Мишка из Брянска. Александр и Папин Гараж в Ярославле. Вообще практически в каждом городе, в котором хотя бы раз происходил рок-концерт или движ, есть люди, которым неймётся и хочется чего-то поделать.

Антон: Да, и везде это достигло разных уровней и результатов. Есть, например, совершенно внезапный город Балаково, где есть Коля, который с недавнего времени с нами сотрудничает. В маленьком городке, в Саратовской области держит тусовку, привозит интересные банды. И он у себя смог сделать движуху лучше, чем в Саратове. Доходит до того, что группы, которые едут в тур по Поволжью, порой даже не играют в Саратове, а играют в Балаково. И саратовцы обижаются, потому что там реально круче.

кулуарчики: А что насчет Самары, например?

Антон: Самара-городок (смеётся).

Ваня: Самара - это WLVS, Подполье и Макс. Самара - это Supruga, Тёма с Ксюхой и Nios. Самара - это Дима и Kursha, ребята из группы Виноваты будни. Дима последний раз делал нам гиг WOWOD/Tõll, все было клёво. Он и здесь был - и мы в свою очередь уже помогали парням, когда у них были проблемы в туре.

кулуарчики: Ну, про Москву мы вообще молчим.

Ваня: В Москве куча движух, куча тусовок. Есть тусовка ИЛ, которая с некоторых пор углубилась в более экстремальные жанры и стала плотно взаимодействовать с грайндкор-формацией Хлеба Нет Records; у них есть фест, “Неглубокая могила”; ещё место сейчас новое открылось в гаражах…

Антон: Там уже коллаборации на коллаборациях возникают, потому что у них на Угрешской три гаража, разные тусовки. Не сказать, что они часто пересекаются как-то между собой. Но, например, у нас есть знакомый из Москвы, Васса…

Ваня: (уточняет) …Noisy Forecast лейбл, мы с ним делали кассету Tõll/jambattista/Sabel.

Антон: ...и он там берёт и делает фестивали на три этих гаража (13 сентября состоялось Гаражное вознесение, организованное “Noisy Forecast”, которое объединило под своим началом множество разнообразных команд - прим. кулуарчиков). Берёт и объединяет вот эту большую тусовку.

кулуарчики: Есть ли у ohm collective какой-то глобальный план, смотрящий в будущее? Чего хочется дальше от развития?

Ваня: Из ближайших планов - во-первых, иметь возможность всем командам, которые мы привозим, не просто делать концерты, а освещать их, раскрывать публике, рассказывать о них. Грубо говоря, мы привозим группу, записываем, допустим, ей лайв, интервью или подкаст, помогаем делать мерч в тур, затем сажаем в вэн и отправляем по России.

Стас: В принципе, и аппарат даже можно давать.

кулуарчики: Так это же пиар, по сути. Это полный цикл музыкального пиара.

Ваня: Ну, да. Но для этого нужно гораздо больше понимания, больше ресурсов и продуктивной деятельности, чтобы это всё работало не впустую. Это - то, к чему мы, наверное, стремимся. А во-вторых - мы говорили про ребят, которые разбросаны по России и которые что-то делают и хотят какого-то движа. Мы хотели бы иметь возможность работать с теми, кому интересно то, что мы делаем, иметь какую-то сеть контактов. Опять-таки, если говорить про тур - то это легче осуществить, когда есть проверенные люди в других городах.

кулуарчики: Ребят, поделитесь, как каждый из вас пришёл в музыку? Как вы начали этим заниматься?

Ваня: Я - довольно поздно. Мне кажется, до 18 лет я вообще не знал, чем буду заниматься. И думал, что ничего не хочу. Но, в какой-то момент, ещё учась в школе вместе с Денисом из группы “Ypres” (мы с 1 класса, собственно, знакомы), я узнал, что он играет на гитаре, причём довольно неплохо… И я сказал ему: “Чувак, нам нужно сделать группу!” (все смеются). “Я что-нибудь придумаю! Ну, давай”. Вот и всё. И так появилась группа “Ypres”. И до сих пор вот это тянется. Ничего интересного со мной, обычная история.

Антон: Я всегда слушал музыку, разную, смотрел видеоклипы. И, наверное, ко мне в какой-то момент зашла сестра и сказала: “Что ты на них смотришь, иди играй!”. Я ответил: “Ааа, учиться, я лучше пойду на гиге патлами помашу, а там пусть эти играют сами!” (улыбается). Сестра записала меня в музыкалку, я начал играть на гитаре. И дальше пошло уже, а потом… “Что я, как лох, играю на деревянной гитаре, а ну, дайте мне для метала гитару!” (улыбается). Когда купил первую гитару, у меня и в мыслях не было группу собирать, хотелось просто дома играть. Но, в какой-то момент, жизнь обросла какими-то чуваками, которые тоже играют, и…

кулуарчики: “А давай сделаем группу!”?

Антон: Вроде того. Но вообще, всё это случилось спонтанно. Наверное, этого всего могло бы и не произойти, как периодически думаешь (смеётся).

Стас: Меня всякий рок окружал прямо с детства. Все три брата заваливали меня музыкой со всех сторон. Но, почему-то, играть я начал поздно, лет в 20. И, когда это всё начиналось, не было мыслей играть с кем-то, но тут появился Антон, начали что-то делать вместе, и вот… Повезло, что Антон оказался достаточно проактивным типом.

Антон: Мы просто из маленького города, из Костромы, там не особенно много чего происходит.

Стас: Да, да. Очень много групп просто репетирует всю свою жизнь, так нигде и не выступив.

кулуарчики: Никуда не деться от этого вопроса: как удается совмещать такие разные роли - музыканта и “порядочного семьянина”?

Ваня: О, так… Никак. Единственный возможный вариант совмещать - это находить понимание людей на разных концах твоей жизни. То есть, когда мы, допустим, делаем концерт, а я не могу уделить этому достаточно времени, чуваки пытаются чем-то мне помочь, какие-то мои обязанности замкнуть на себе. С семьёй то же самое - когда у меня репетиция или тур, моя жена с пониманием к этому относится, что я уделяю этому время. И на работе то же самое - когда я прошу выходные, нужные под тур или отпуск, мне идут навстречу. Только понимание и содействие людей во всех сферах твоей жизни помогает это всё выруливать, иначе это, конечно, невозможно было бы уместить в одном человеке.

Антон: Я думаю, что всё, что я делаю в рамках ohm collective, ну, и плюс “Pressor” - это, наверное, занимает 80% моей жизни, и поэтому об остальных 20% я даже не знаю, стоит ли говорить (смеется). Я просто больше ничего не делаю. Ну, то есть, я работаю, конечно же, но…

Стас: Получается, что это - основное, а всё остальное нарастает уже вокруг этого.

кулуарчики: Вы все задействованы в разных проектах, как Tõll, Ypres, Sequoian Aequison, Pressor. Что вы собираетесь делать дальше в рамках этих проектов, и есть ли какие-то задумки на что-то новое?

Ваня: Могу сказать точно, что в какой-то момент поймал себя на мысли, что если раньше я, например, трепетно относился к участию - и вообще к существованию - какой-то своей определённой группы, то сейчас это уже неважно, где я играю и как. Пока я играю, я буду играть. Наверное, сейчас более интересно делать формат “необычных коллабораций”, типа совместного выступления групп Ypres и Trna, типа того же Будет гиг, с которого мы начали, вообще в целом пробовать новый формат мероприятий. Вот это интересно. Надеюсь, мы к этому придём. К примеру, уже сейчас есть “Miroed” и “Шишкин лес”, которые объединились в коллаборацию под названием “Шишкоед”. Они давно подготовили бомбический трек на 20+ минут, но всё никак не осилят его записать. Это - хороший пример того, как можно сотрудничать именно музыкантам.

кулуарчики: Какие-нибудь трибьюты в ближайшее время ещё планируются?

Ваня: Нет, нет, если вы про “Короля и Шута” - это была вообще спонтанная фан-штука. Мне кажется, что просто так совпало, что подобрались ребята такого возрастного диапазона, на чьи детство и подростковый возраст пришелся “Король и Шут”, так или иначе… Я не могу сказать, что был большим поклонником группы, но мне это показалось интересной темой, почему бы и нет. Нет, трибьюты, наверное, не планируются, потому что такой формат - это присвоение заслуг других людей. И, мне кажется, что наживаться на этом, эксплуатировать это не стоит, а то можно заиграться. Надо своими делами заниматься, свою музыку делать. (после секундного раздумья) Но по фану иногда можно.

Антон: Парни просто сошлись в том туре. Две банды, которые ОЧЕНЬ любят слушать музыку в вэне. Когда, например, турит “Pressor” - все слушают своё в наушниках.

Ваня: Мы практически весь тур слушали “Сектор газа”, “Король и Шут”...

Антон: ...когда ты 2 недели это слушаешь, тут, как бы, невозможно не придумать что-нибудь вот такое.

кулуарчики: Деформация идёт, как говорится.

Ваня: Да, это уже просто воспалённый мозг и его продукты.

кулуарчики: Ну, кстати, получилось очень даже круто, трибьют вышел цельным, несмотря на то, что каждая группа вложила в каждый трек что-то своё, и это очень хорошо слышно.

Ваня: Мне кажется, в этом и был весь смысл, да. Мы, подросшие слушатели того же “Короля и Шута” - и в то же время музыканты, пришедшие к своему пониманию звука, всё это пропустили через себя, вытащили с самого дна эту память, прогнали через все эти фильтры, и она получилась вот такая.

кулуарчики: Кристально чистая память о юности, мы бы сказали.

Ваня: Или наоборот, тотально грязная, бурлящая… (улыбается).

Стас: Искаженная (смеётся).

кулуарчики: Ну… У нас вопросы закончились.

Ваня: У нас ответы закончились!

кулуарчики: Тогда спасибо!

Антон: Пожалуйста.

Ваня: Спасибо за проявленный интерес.

В интервью использованы фотоматериалы, принадлежащие указанным группам и музыкантам.