Жестокость Скрытая за Галантностью

Тяжеловооруженные воины и легкобронированные посыльные Клана Журавля толпились в небольшом зале. Свита семьи Тсуме беспокойно зашевелилась при приближении почетного караула.

Сверкающие доспехи Доджи Хотару возвестили о том, что она прибыла сюда в качестве лидера вооруженных сил Клана Журавля. Дайдодзи Нэцу в своих генеральских регалиях и Какита Тошимоко в своей скромной мантии следовали сразу за ним.

Хозяйка замка стояла на коленях на помосте с одной ступенькой, ее длинные темно-каштановые волосы были распущены и не украшены ничем, кроме единственного серебряного шинеля в форме пера над левым ухом. Ее серебристо-голубое одеяние было новым, возможно, самой лучшей одеждой, которая у нее была. Она поклонилась, коснувшись лбом пола при приближении своего чемпиона, и Доджи Хотару ответил на эту любезность легким поклоном.

“Добро пожаловать в замок Кютей, моя госпожа и чемпион. Самураи из семьи Тсуме имеют честь оказать вам наше скудное гостеприимство и готовы служить вам, как бы мы ни были нужны. Мы также рады слышать, что вы оба одержали победу и избежали каких-либо серьезных потерь в своем походе на север.”

“Спасибо за гостеприимство, Тсуме но Доджи Итсуё-доно.” - ответил Хотару. Молодая женщина, возможно, и была новичком в клане, поскольку происходила из семьи Шиба Феникса, но ее воинская грация и высокородные манеры были безошибочны. “Мне сказали, что вы выдержали свою долю агрессии Льва и что ваше искусство фехтования сравнимо только с вашим усердием в управлении долиной.”

Итсуё развернула веер, чтобы скрыть румянец. “Почтена, вашей похвалой, Доджи-уэ.”

Похоже, эта женщина уже хорошо приспособилась к клану. Журавль не мог позволить себе рисковать потерять ее верность в эти беспокойные времена. “Додзи Кузунобу хорошо отзывался о вас в своих письмах.”

“Это трагедия, что у вас нет помощи способного супруга, чтобы поддержать вас во всей вашей хорошей работе. Я пошлю весточку Каките Риоку, чтобы он начал готовить подходящую партию. Если у вас есть кто-то на примете…”

“Спасибо, Додзи-у.” - сказал Итсуё , когда она снова поклонилась.

“К сожалению, я здесь не только для того, чтобы устраивать свадьбы, но и для того, чтобы готовиться к войне. Пока генерал Дайдоджи Удзи отвоевывает Кюдэн Какита, мы продолжим наступление на Льва и Замок Быстрого Меча, где сможем осадить их вместе с нашими союзниками Единорогами. Но сначала мы должны подтвердить наши права на Тоши Ранбо.”

Придворные молчали, взвесив все ее слова. Она вела их по пути, с которого они не могли вернуться назад. Если Тоши Ранбо всерьез занялся обороной, они могли бы увязнуть в осаде, которая заставила бы их всех медленно замерзнуть за воротами замка. Если бы Главный Магистрат Баюши Йодзиро стал возражать, она обрушила бы на них гнев всей Империи. Но дорога домой в Кюдэн Доджи была полна сожалений — она знала это в своем сердце. Клан нуждался в этой победе, в этом хорошо оборудованном замке, в этом плацдарме. И ей нужно было восстановить свою репутацию.

“Мы должны действовать осторожно, чтобы не навлечь на себя гнев действующего Изумрудного Чемпиона Агаши Сумико, не говоря уже об Императорском Регенте.” - признала Хотару. Если бы у нее было время, она могла бы написать Качико в столицу, чтобы помочь смягчить любые необдуманные реакции Баюши Шодзё.

Но я должна действовать быстро или не действовать вообще. Нам повезет, если известие о нашем приближении еще не вызвало осуждения в столице. Пока она ничего не слышала, и потому окно возможностей было все еще открыто.

“Сначала, мы попытаемся действовать дипломатично,” - продолжал Хотару, - “но если мы не сможем вернуть замок мирным путем, тогда мы должны избежать как можно большего кровопролития. С союзниками на нашей стороне, мы можем победить.”

“Тсуме-доно.” Взгляд Хотару был прикован к молодой госпоже. “Есть еще один способ послужить клану: пожалуйста, пошлите гонца к уважаемому губернатору Найксейка. Я бы попросил его оказать нам поддержку Феникса, если он может это сделать.” Брак Итсуё был заключен именно из-за этого союза, но Хотару жалела, что она не смогла нанести ему визит, прежде чем просить так много у нее и ее семьи.

“Воля моего чемпиона будет исполнена.” Итсуё подняла руку, и ее советник начал писать просьбу на бумаге. “И все же я знаю, что он попросит привести сюгендзя из клана Исава для общения с беспокойными призраками на равнинах.”

Одолжение требовало ответной услуги, но Хотару повезло, что просьбу Феникса было так легко удовлетворить. С какой целью Баюши Йодзиро и Изумрудный Чемпион продолжали блокировать их просьбу? Какой вред может быть в том, чтобы усыпить призраков? Если только они не были просто перегружены... Бюрократия известна своей не эффективностью, как дядя Тошимоко всегда говори, обычно обращаясь к своему брату.

“Я позволю это. Если мы попытаемся окружить город — Дайдоджи с юга и юго-запада, Тсуме с востока и Шиба с севера, — то сможем убедить Главного Магистрата передать управление городом нашим объединенным силам. Мы скажем, что идем на усиление Имперских Легионов, а не нападаем на них.”

Зрители перешептывались между собой, но в их голосе звучала скорее надежда, чем скептицизм. Был шанс, что они справятся с этим делом.

“А кто доставит это послание?” Спросил Тошимоко, лениво прислонившись к одной из деревянных колонн, поддерживающих галерею второго этажа. Судя по его тону, он сам вызвался добровольцем.

Это, должна быть, сама чемпион Клана Журавля.” - сказал главный советник Итсуё , обладавший величайшей мудростью за все эти годы. “Он не сможет публично усомниться в ее словах без серьезного оскорбления.”

“Слишком опасно посылать нашего чемпиона с делегацией.” - предупредил Дайдоджи Нэцу.

“А что, если "Честный Скорпион" все-таки не так уж и честен? Мы не можем рисковать потерять Доджи-уэ.”

“Додзи-уэ, позвольте мне уйти” - осторожно предложил Тсуме Итсуё . “Как ближайший лорд Журавля, я прибуду как сосед, а не как захватчик.”

Ропот зрителей становился все громче, пока Хотару обдумывала все их советы. Когда она начала говорить, двор снова погрузился в молчание.

“Тсуме-доно, ваш главный советник прав, но и генерал Дайдоджи тоже.” - заявила Хотару и кивнула им обоим. Она повернулась лицом ко всему двору. “У меня есть план…”

Какита Тошимоко с возмущенным стуком поставила бутылку вина на стол. “Твой план глуп, Хотару, и ты это прекрасно знаешь.” Свирепые осенние ветры хлестали по ставням дождем, и фонари дрожали на холодных сквозняках. Тени, казалось, заставили дядю нахмуриться еще сильнее. Теперь они были одни, и он мог говорить свободно.

“Я так и думала, что ты это одобришь.” - резко ответил Хотару, одним глотком допивая дешевое вино и наливая себе еще. Банкет продолжался до глубокой ночи, и подстрекаемый рассказами Какиты Тошимоко о его юношеских подвигах и сопровождающими их тостами, мрачный вечер превратился в ночь без сожалений. Если это будет их последняя ночь в относительно теплом замке, разве они не должны наслаждаться ею в полной мере?

“Следи за своим языком, Хотару” прорычал Тошимоко. “Ты можешь быть чемпионом, но даже Император проявляет уважение к старшим.”

Внутри у нее все кипело, но она ничего не ответила. Прошло уже много времени с тех пор, как Хотару пила так много, и теперь ее слова текли так же легко, как вино, но она также помнила уловки своего дяди, чтобы оставаться трезвой и избегать последствий выпивки на следующий день. Она взяла себя в руки и выпрямилась.

“Я не вижу другого пути. Служа по Императорскому назначению, Баюши Йодзиро превосходит мастера дуэльной Академии Какита, даже если вы Кеншинзен. Его слово восторжествует, если он не поверит, что вы пришли с миром.”

Тошимоко закрыл глаза и покачал головой. “Для чемпиона клана слишком опасно быть отделенным от защиты своих армий. Клан и так находится в слишком опасном положении.”

Хотару поморщилась. “Именно поэтому я и должна это сделать, дядя. Ты говоришь совсем как мой отец.”

Тошимоко почесал подбородок. “У Сацумэ, конечно, были свои недостатки, но это не значит, что он всегда ошибался.”

“Я знаю” - тихо согласилась Хотару. Что бы она ни чувствовала к Сацумэ, Тошимоко был прав. “Ты просто заботишься обо мне. Но я пыталась поступить разумно, правильно, и мы только теряли почву под ногами! А теперь, Кюден Какита…”

Она почувствовала, как ее горячие щеки запылали еще сильнее. Какой же чемпион потеряет родовое гнездо Какиты? Как я могу заслужить уважение своего клана с таким темным пятном на душе? Она подавила рыдание. “Клану нужно еще раз удержать Тоши Ранбо — мы должны обезопасить наш северный фланг и найти убежище для наших северных армий. Мне нужно доказать, что я могу принести победу нашему клану. Не так давно ты меня спрашивал ‘А где же убийца Чемпиона Клана Льва?’.”

“Она рискует, оставляет себя на открытом месте, чтобы выстрелить, если придется.”

И если я окажусь недостойной — если мои несовершенства приведут к моему поражению — тогда позволь мне умереть, чтобы другой мог управлять этим кораблём.

“Дядя, ты учил меня жить каждый день так, как будто он последний. Я лучше попробую и потерплю неудачу, чем буду жить с сожалением. Если жизнь мимолетна, то позвольте мне прожить каждое мгновение так благородно, как я могу. Позволь мне исполнить клятву, данную моему клану. Позволь мне быть достойным вождем для него!”

Волосы у нее на затылке встали дыбом, а плечи напряглись, чтобы сдержать ярость своего духа. Что-то в ее дяде изменилось, и она поняла, что должна быть настороже.

“Ты должна сделать то, что должно, Хотару. Но прямо сейчас я чувствую сомнение в твоей решимости. Ты должна полностью посвятить себя этому пути. Все тело должно быть объединено с мечом, с твоей волей.”

Тошимоко поднял подбородок и сказал: "Докажи мне, что твой дух чист!”

У неё не было ни минуты, чтобы колебаться.

Тошимоко пнула ногой стол, стоявший перед ним, и винная бутылка разбилась вдребезги о стену.

Хотару потянулся к мечу, висевшему у нее на боку, и отбросил ножны в тот самый момент, когда она отскочила, подальше от того места, куда должен был приземлиться клинок Тошимоко после его первого удара. Она встала на ноги и направила своё тело и клинок вправо.

Он предвидел ее оборонительное движение и резко развернулся, приставив клинок к ее горлу. Но кончик ее собственного меча завис всего лишь в одном дыхании от бисеринки пота на его шее.

Все еще отраженные в зеркале, они поднялись на ноги, не желая опускать оружие. Она не выиграла, но и не проиграла — пока.

Тошимоко была Кеншинзен, титул, которого ей не хватало, потому что она никогда не побеждала своего господина в официальной дуэли. Когда пришло время претендовать на чемпионство, Тошимоко не участвовала в турнире, потому что они оба знали, что он победит ее.

Хотару заставила себя замедлить дыхание. Она слишком много думала, мысли неслись вскачь, когда она нуждалась в спокойствии ума. Она еще крепче сжала рукоять меча. Ее руки были теплыми, а рукоять — холодной и грубой. Тяжесть металла притянула ее внутрь. Нет, это она была мечом.

Тошимоко ударил с воплем, выпад и удар, который она отклонила с быстрым отступлением. Она бросила быстрый взгляд вокруг, чтобы оценить их импровизированную площадку для дуэлей, но было слишком темно, чтобы полностью разглядеть окружение. Она подняла меч над головой, и они закружились вокруг друг друга, ожидая подходящего момента.

Вдох, выдох. Темно-синие глаза Тошимоко не выдавали и намека на слабость, но что-то в его руках дрожало, когда он готовился нанести следующий удар.

Это произошло как молния, и на этот раз она была недостаточно быстра, чтобы увернуться от его удара и одновременно от разбросанной мебели. Она отшатнулась назад и изогнулась, чтобы не упасть, но его клинок рассек ткань ее халата. Она приготовилась защищать свой живот, как только снова поставит ноги, но теперь они были слишком близко.

Она подняла свою рукоятку вверх между его двумя руками, сжимая их мечи вместе. Бритвенные лезвия опустились всего в нескольких дюймах от их рук.

В его запястьях была слабость, которую она никогда раньше не чувствовала, когда они боролись, и с криком она высвободила свою силу, чтобы оттолкнуть его назад. Теперь он был на задней ноге, но они сражались живой сталью. Я не хочу его убивать—

Тошимоко ухватился за ее сомнения и замахнулся раз, другой, прежде чем ударить ее локтем в висок.

В ушах у нее звенело, а перед глазами все плыло, но она все еще держалась за меч, а другой рукой приподнялась с земли, чтобы не упасть.

“Так ты не сдашься?” — спросил он.

“Нет” — выдохнула она и с трудом поднялась на ноги, снова приготовив клинок.

Она забыла о боли своего тела, своего сердца. Она чувствовала сквозь носки тепло татами, становясь бодрой, легкой, готовясь к прыжку.

Он ждал, что она снова набросится на него, чтобы рассеять все следы ее страха. Теперь ей нужно было действовать быстро.

И он был готов к этому. Он нырял и уворачивался, ловко уклоняясь от ее диких ударов. Она пересилила себя и бросилась мимо него, споткнувшись о что-то, чего не могла видеть. Острие его меча тяжело опустилось на ее ребра, посылая боль, пронзающую ее бок и выбивающую дыхание из легких. Сила снова швырнула ее на пол, обнаженная плоть заскребла по битому стеклу.

“Ты не можешь превзойти меня, Хотару. Признай!” — скомандовал он.

Она дрожала на четвереньках, задыхаясь. Она нашла достаточно сил для одного слова, которое ей было нужно: “Никогда!”

В последнем отчаянном усилии Хотару рванулась вперед и замахнулась, слезы текли по ее лицу.

Тошимоко был прижата к стене, и первые несколько дюймов ее меча были прижаты к его шее. Единственная капля крови проследовала по мышце вниз, к ключице. Его глаза блеснули тихой улыбкой.

“Ты готова встретить свою судьбу лицом к лицу.” — заявил он. Хотару изо всех сил пыталась отдышаться, ее грудь поднималась и опускалась, а плечи наконец расслабились. Ее сердце дрогнуло, когда она услышала его убежденность. Она была готова к этому. Она доведет это дело до конца.

Она опустила меч, и он поклонился. Ее гвардейская свита ворвалась в комнату, но она оставалась спокойной.

“Все в порядке.” — заверила она их. “Благодарю вас, дядя. За все.”

Дверь с громким щелчком отворилась, и вошел Баюши Йодзиро. Обычно он навещал ее после обеда, а не до полудня. С другой стороны, обычно на их пороге не стояли лагерем три армии. Знамена Журавля и Феникса развевались на ветру вместе с золотисто-синим сасимоно владыки Золотой Долины. Это была единственная причина, по которой она не сразу пришла к выводу, что смерть Акодо Тотури — и ее причастность — наконец-то раскрыта.

“Это как-то связано с вашими действиями?” — спросил он еще до того, как вошел в комнату. Похоже, у него не было времени на обычные любезности и никаких возражений против того, чтобы открыто ставить под сомнение честь и намерения супруги Чемпиона Клана Скорпиона. На самом деле она его не винила.

Качико подавила желание ухмыльнуться и выложить историю Тоши Ранбо, которую она убедила его одолжить ей из библиотеки замка. Даже если бы ее держали в одиночной камере для “защиты”, она могла бы продуктивно использовать свое рабочее время. “Нет, не в этот раз.” ответила она, наполовину поддразнивая, наполовину исповедуясь. Она тут же пожалела о своем легкомысленном тоне, но от старых привычек было трудно избавиться.

Он сел напротив нее, опустившись на колени на татами в подобающей сэйдза позе. “По какой причине Журавль может так угрожать Тоши Ранбо?” — резко спросил он, не скрывая завуалированного обвинения.

“Вы спросили Какита Сукенобу?” — бывший управляющий Журавля Тоши Ранбо все еще жил в городе, хотя Йодзиро принял на себя почти все его полномочия и обязанности с тех пор, как его назначили главным магистратом.

“Да, и он утверждает, что ничего не знает.” Его взгляд был неумолим.

Качико глубоко вздохнула и встретилась с ним взглядом. Зрительный контакт был неприятно интимным. “Я могу поклясться вам своей честью, как смиренный слуга Клана Скорпиона, что не посылала никаких вестей ни одному самураю Журавля.”

Это была правда, но она не могла контролировать, верит ли он ей. Если он решит не делать этого и сообщит Шодзё о её предательстве, это будет означать для нее Рощу. Она танцевала на острие ножа. Это твои собственные дела - напомнила она себе.

Говорили, что для того, чтобы узнать лжеца, нужен лжец, а Йодзиро никогда не был особенно силен в этом особом таланте Скорпиона. Тем не менее он больше ничего не сказал о ее преданности.

Теперь был ее ход. “Чем я могу вам помочь прямо сейчас?”

Йодзиро покачал головой. “Ничем. Для вас же лучше оставаться невовлеченной. Я не смогу выполнить свое обещание Шодзё, если вас обнаружат.”

“Очень хорошо.” Качико перевернула еще одну страницу книги, делая вид, что читает ее содержание. “Тогда, пока я вынуждена сидеть и ждать, не могли бы вы хотя бы сказать мне, в состоянии ли замок выдержать осаду?”

Йодзиро не был закаленным в боях генералом. Он должен был полагаться на тактиков Имперских Легионеров, которые могли быть либо блестящими, либо едва компетентными. Его молчание не было успокаивающим.

Если бы Журавль отправился осаждать замок, они могли бы умереть завтра или через несколько месяцев. Зачем они пришли, если не для того, чтобы отомстить за потерю Кюден Какита? Но тогда почему же они угрожают Скорпиону, а не Льву? Если только Журавль не думал, что другие кланы готовы отомстить за наглую игру, результатом которой было регентство Шодзё…

Это казалось маловероятным, поскольку действующий Изумрудный Чемпион поддержала эдикт. У левой руки и подручного Императора были свои разногласия, но Хотару никогда не была их врагом. Не было вины Скорпиона в том, что Клан Журавля не смог выполнить свои обычные обязательства перед остальной Империей, когда запасы риса иссякли. И Хотару тоже не виновата, что бы там ни говорила Сацумэ. Он заслуживал того, чтобы умереть. Время было выбрано неподходящее, признавала она.

Нет, была еще одна причина, по которой Журавль двигался не на юг, а на север.

“Йодзиро-сан, Я думаю, что войска Журавля захотят зимовать в Тоши Ранбо, а не в Кюдэн Додзи.”

“Ну и что же? Почему?” Его замешательство было очевидным.

Она встала и подошла поближе к зарешеченному окну. “Потому что Чемпион Клана Журавля считает эти дворцы тюрьмой.”

Знамена собранных сил поднимались и опускались, как волны на ветру.

“Откуда вы это знаете, Качико-сама?” Йодзиро встал, чтобы присоединиться к ней.

“Когда-то давно я очень хорошо узнала ее, когда мы вместе наслаждались гостеприимством Богомолов.” Она все еще помнила их первый поцелуй на вершине замка во время снежной бури.

Они наблюдали из ее башни, как отряд, несущий знамена семьи Тсуме из замка Кютей, приближался к воротам. Охранники проводили их внутрь.

Странно, что они привели с собой наемников ронинов…

Если только... она отметила рост одного из ронинов на фоне размеров ворот, проследила за тем, как фигура потянулась, чтобы убедиться, что дайшо надежно закреплен, как фигура отошла от группы, чтобы еще раз взглянуть на оборону замка.

Это было бы очень похоже на Хотару…

“Йодзиро-Сан, пожалуйста, вы должны позволить мне присутствовать на вашем приеме делегации Кютэя. Я могу вам помочь.”

“Что? Нет, об этом не может быть и речи.” Он посмотрел на нее с минуту, нахмурив брови.

“Но почему же?”

Иногда простая правда может быть столь же разрушительной и убедительной, как и самая тщательно продуманная ложь. “Потому что вполне возможно, что Чемпион Клана Журавля нанесла вам визит.”

Глаза Йодзиро широко раскрылись.