Феминизм и женский вопрос

Содержание

— 0. Предисловие
— 1. Что такое феминизм?
— 2. Происхождение женского вопроса
— 3. Класс и пол
— 4. О борьбе с феминизмом
— 5. Какой должна быть критика феминизма?
— 6. Выводы

Предисловие

Долго я собирался с мыслями, собирал материал, вёл дискуссии, обменивался мнениями — всё ради того, чтобы закрыть вопрос о феминизме в том виде, в котором он ставится сегодня. И чем больше времени шло, тем больше я сомневался в своей возможности выполнить эту задачу. Не будем брать в расчёт сознательных и несознательных «хейтеров» феминизма, взрывающихся от одного только этого слова, неспособных в принципе осмыслить свою позицию и сделать какие-либо выводы. Их фанатичную веру в то, что феминизм есть вселенское зло, «правая, фашизоидная идеология, это вид террора» [1] (Ю. Симоненко), не способны поколебать никакие доводы, аргументы и слова. В первую очередь задача состоит в изложении такого материала, в таком виде, чтобы не предвзятые, колеблющиеся люди смогли прийти к правильному пониманию женского вопроса, феминизма и их места в борьбе за цели коммунизма. Справился ли я с этой задачей или нет — судить об этом только читателю.

И прежде, чем я начну отвечать на те или иные вопросы и замечания, необходимо сказать пару слов об уровне моей компетенции в данной проблеме, т.е. об уровне моего понимания, что такое феминизм и женский вопрос. Можете пропустить эту часть, если вас это не волнует. Серьёзно интересоваться феминизмом я начал примерно шесть лет назад. И под «серьёзно» я имею ввиду чтение матчасти — конкретных работ наиболее известных феминистических авторок и авторов. Для меня всё началось с чтения книги Джона Милля «О подчинении женщин», где доступно объяснялись особенности и предпосылки господства мужчин. Затем я прочитал Симону де Бовуар «Второй пол». Статьи «Экономика пола: ужасающая правда», «Феминизм: повестка», и другие, совсем небезынтересные работы Андреа Дворкин. Не прошёл я мимо и Герды Лернер «Происхождение патриархата», а также статьи авторства КД-16 «Неопатриархат и обмен женщинами». Ну и наконец, нужно упомянуть работы уже марксистской направленности, посвященные женскому вопросу или касающиеся его: «Марксизм, феминизм и освобождение женщин», «Социализм придет к победе только вместе с женщиной-пролетаркой», «Происхождение семьи частной собственности и государства». Не буду скрывать, именно последняя работа, работа Энгельса, очень сильно подтолкнула меня к изучению марксизма. И, конечно, не менее важным оказался опыт дискуссий с различными феминистками и их противниками, адекватных дискуссий, а не как это принято у большинства леваков, с оскорблениями, тупой демагогией и постоянной ложью.

Подчёркиваю, знакомиться с феминизмом следует не по вырванным цитатам каким-нибудь очередным клоуном, вроде того же Симоненко, или Киященко, а исключительно на основании вдумчивого чтения работ классиков феминизма. При чём это касается не только феминизма, а вообще любой теории и сферы знаний — если вы хотите в ней как следует разобраться, вам необходимо читать первоисточники общепризнанных авторов. Именно это отличает глубокое, профессиональное исследование, от тупого дилетантства и верхоглядства, которыми грешат обыватели всех сортов.

Если вам неинтересна истина в данном вопросе, если вам плевать на серьёзный научный подход, если вы просто ведёте «мою борьбу», то данная статья, ровно как и предоставленные мною ссылки — не для вас. Можете сколько угодно оставаться в плену своего принципиального невежества и делать выводы о феминизме «по мемам», как тот же Гендерфлюидный вертосексуал, согласно одному из его видео. Остальные же могут почерпнуть для себя какую-то новую информацию и получить ответы на некоторые неясные им до сих пор вопросы.

Что такое феминизм?

Начнём с определений. Одно уже было дано выше, но его даже рассматривать смешно. Речь идёт об определении Симоненко. Правая идеология? А разве правые выступают за равенство? Фашизоидная? А разве феминизм антикоммунистичен, разве он поддерживает «террористическую расправу с рабочим классом» [2]? Может он продвигает «шовинизм в самой грубейшей форме, культивирующий зоологическую ненависть к другим народам» [2]? Ясно, что нет, ясно, что у автора разыгрался полёт фантазии. Попробуем взять другое определение.

Феминизма, как единого течения, не существует. Существует множество его разновидностей. Не существует единой феминистской теории. По сути разные течения феминизма — это то, как женский вопрос решается в рамках различных политический течений. [3]

О. Пахомина, «Что такое марксистский феминизм?»

Данными словами марксистская феминистка из редакции Freie Frauen на самом деле отказывает феминизму в существовании, считая его исключительно придатком к другим политическим движениям. В данном определении феминизм не рассматривается как отдельное политическое движение, а противопоставляется им. Таким завуалированным образом прикрывается неспособность дать определение феминизму, выделив его сущностное качество (вспоминаем диалектику), соединяющее вместе все эти «разновидности». У абсолютно любой политической теории есть «множество разновидностей», нельзя лишь по их наличию утверждать, что какой-либо единой теории не существует.

Данное «определение» недалеко ушло от определения Симоненко, оно точно также лишает феминизм какой-либо субъектности. Оно нам не подходит, поскольку никак не отражает реальность, в которой феминизм был и есть независимой политической силой (со своей политической теорией), частью стоящей особняком от других, а частью сливающийся с ними, как и любое другое политическое движение.

Феминизмом сегодня называют общественно-политическое движение, целью которого является предоставление женщинам всей полноты гражданских свобод. Это женское движение, целью которого является устранение дискриминации в отношении женщин, полное уравнение прав с мужчинами. [4]

Красная фемка, «Что такое феминизм и как капитализм эксплуатирует женщин?»

После своего определения Красная фемка делает вполне справедливое замечание, что феминизм есть политическое движение, хотя бы потому, что феминистки через акции, протесты, общественные инициативы и другими способами участвуют в делах государства. Большинство этих феминисток не являются частью каких-либо других политических движений, не причисляют себя к марксистками, либералкам, националисткам и другим группам. При этом их нельзя назвать аполитичными по причине их прямой общественно-политической деятельности. Вот почему данное определение намного правильнее, чем позиция, озвученная Ольгой. Рассмотрение феминизма как отдельного субъекта политики не только логически и эмпирически вернее, но также позволяет эффективнее доносить позицию марксизма среди большинства феминисток, не приписывая их ошибочно в какой-либо другой политической лагерь. Но справедливо и то, что феминизм достаточно разношерстный и действительно существует в тесной связи с другими силами, о чём будет сказано позднее.

Вы можете обратить внимание, что левые расходятся в понимании феминизма на два основных лагеря. Одни относят феминизм к условно революционной силе, т.е. воспринимают феминизм как неотъемлемую часть прогрессивного движения. Для других же феминизм есть слепым и немым инструментом в руках буржуазии по расколу рабочего движения, т.е. в их реакционной политике. «Феминизм, ЛЮБОЙ, это инструмент капитала» [1] (Ю. Симоненко). В этом противопоставлении скрывается основное противоречие феминизма. Это противоречие является сегодня корнем всех споров и дискуссий на тему феминизма. Только его преодоление позволяет сделать необходимый шаг в сторону верного разрешения женского вопроса.

Преодолеть данное противоречие можно признав следующее: феминизм (женское движение) существует как отдельное от всех политическое движение, ставящее своей целью улучшение положения женщин. Положения и экономического, и юридического, и общественного, и культурного — в наиболее широком понимании данного слова. В этой своей цели, в рамках выполнения или продвижения к выполнению этой цели, феминизм прогрессивен и революционен. Например, когда деятели феминистского движения добиваются юридического равноправия, экономических требований или борются против дискриминации. Однако, в рамках препятствия выполнению озвученной цели, феминизм становится регрессивным, реакционным. «Феминистки», борющиеся за легализацию проституции, становятся на сторону глубоко реакционного явления. «Феминистки», вливающиеся в ряды буржуазных партий и использующие феминизм для рекламы реакционной буржуазной политики, являются реакционерками. Можно спорить о том, что именно в движении феминизма реакционно, а что революционно, т.к. это зависит от множества переменных, но нельзя спорить о наличии в нём этих двух противоположностей. Если вы, конечно, не Юрий Симоненко.

Но как же так выходит, что одно и то же движение идёт в разные стороны? Здесь необходимо вернуться к основному противоречию. Феминизм давно оформился в самостоятельную силу, в этом не может быть сомнений. У феминизма есть свои партии и организации, свои лидеры, свои политические деятели, свои сообщества. Но из кого состоит эта сила? Как и любая политическая организация, движение феминисток состоит из представителей интересов разных классов и разных слоёв. Подобно тому, как в любой политической партии устанавливается тот или иной баланс сил между этими слоями и их интересами, так и в самом движении феминизма, в разных его организациях, устанавливается тот же самый баланс. Естественно, что в текущих условиях наибольшим влиянием в женском движении располагает буржуазия, по причине своего экономического превосходства и по причине фактического отсутствия пролетарского, коммунистического движения. Но мы можем посмотреть на состояние женского движения 100 лет назад, и увидим, что оно в большей своей части было независимо от буржуазии, оно вело сознательную борьбу вместе с пролетариатом за социализм.

Короче говоря, сущность основного противоречия такова — на независимо существующее женское движение оказывают объективное влияние общественные классы, определяя насколько последовательно и в какой форме та или иная феминистская организация будет преследовать цель феминизма. По этой причине феминизм одновременно существует как отдельная сила, и в то же время является «инструментом» того или иного класса. Феминизм — это также и поле битвы между классами, стремящихся вырвать из него наибольшую часть и направить в своих интересах.

В истории человечества ни одно серьёзное освободительное движение не обходилось без близкого участия в нем женщин, ибо каждый шаг угнетённого класса по пути освобождения является вместе с тем облегчением положения женщин. <…>

Наконец, настоящее освободительное движение пролетариата — самое глубокое и могучее из всех освободительных движений человечества — выдвинуло не только героинь и мучениц, но и массовое социалистическое движение миллионов женщин-работниц, победоносно борющихся под общим пролетарским знаменем.

В сравнении с этим мощным движением женщин-работниц либеральное движение буржуазных интеллигенток является детской игрой, выдуманной для препровождения времени. [5]

И. Сталин, «Приветствие первому съезду женщин-горянок»

Какой из общественных классов наиболее близок по своим целям с целями феминизма? Или, перефразируя, какой из классов включает в свои интересы и цели феминизма? Конечно, это рабочий класс, пролетариат, включающий в себя также и мужчин. Женское движение, если это самостоятельное женское движение, должно идти рука об руку с пролетариатом, ради совместных действий по улучшению положения женщин. Вот почему пролетариат вёл и всегда будет вести борьбу внутри женского движения, за его независимость от буржуазии, для того, чтобы объединиться с женским движением во имя общей цели. Борьба эта ведётся с самой буржуазией и буржуазным влиянием, стремящимся превратить феминизм лишь в свой инструмент классовой борьбы с пролетариатом.

Права и общественные мероприятия, которых мы требуем от буржуазного общества для женщин, служат доказательством того, что мы понимаем положение и интересы женщин и при пролетарской диктатуре примем их во внимание. Конечно, не путём усыпляющих мер опеки. Нет, конечно, нет, но как революционеры, которые призывают женщин, как равноправных, самих работать над перестройкой хозяйства и идеологической надстройки. [6]

***

Мы говорим, что освобождение рабочих должно быть делом самих рабочих, и точно так же и освобождение женщин-работниц должно быть делом самих женщин-работниц. [7]

В. Ленин

Иными словами, буржуазия и люди с буржуазным сознанием видят в женском движении только инструмент в капиталистических интересах, в то время как для пролетариата женское движение — это неотъемлемый союзник в деле строительства коммунизма, где «обеспечено полное благосостояние и свободное всестороннее развитие всех членов общества» [8]. Как много раз говорили классики марксизма, без женского движения, без участия миллионов и миллионов женщин, ровно как без целенаправленных усилий пролетариата, сплочённого в господствующий класс, невозможно достижение целей коммунизма. А в эти цели включаются и цели женского движения. Вот почему настоящее женское движение всегда следовало и неизбежно будет следовать за движением пролетариата, т.е. за коммунистическим движением. Вот почему при всех своих экономических и политических возможностях, буржуазия не может полностью превратить его в свой придаток. Вот почему «феминистки», ведущие борьбу с коммунистическим движением — реакционны, а феминистки, оказывающие помощь коммунистическому, пролетарскому движению — революционны.

Будет ли женский резерв за рабочий класс или против него, — от этого зависит судьба пролетарского движения, победа или поражение пролетарской революции, победа или поражение пролетарской власти. Поэтому первая задача пролетариата и его передового отряда, коммунистической партии, состоит в том, чтобы повести решительную борьбу за высвобождение женщин, работниц и крестьянок, из-под влияния буржуазии, за политическое просвещение и организацию работниц и крестьянок под знаменем пролетариата. [9]

И. Сталин, «К международному женскому дню»

Из этой двойственности феминизма, и при учете вполне конкретной и однозначной цели, логически следует, что немалая часть женского движения состоит из кого угодно, но не из феминисток. Не из тех, кто в своей деятельности преследует цели движения. В этом состоит ещё одна общая черта феминизма с другими политическими силами, в каждой из которой есть свои ренегаты, сознательные и несознательные агенты, и тому подобный контингент. Забегая наперёд — акцентированием внимания только на этих ренегатах, т.е. «псевдофеминистках», при игнорировании настоящих деятелей феминизма, и занимаются все эти «борцы с феминизмом». В этом корень их демагогии.

Ещё раз кратко — буржуазия старается подчинить женское движение своим классовым и частным интересам, своей борьбе с пролетариатом. Пролетариату не нужно подчинять себе женское движение, потому как оно уже по своему определению, по своей природе, по своим целям — соответствует интересам пролетариата, интересам коммунистического движения. Из этого прямо следует, что задачей пролетариата в женском движении является не борьба с самим движением, не борьба за его подчинение коммунистической партии, а борьба с влиянием буржуазии за независимость женского движения, за то, чтобы оно на деле следовало своей определяющей цели. Как только буржуазное влияние перестанет быть господствующим в женском движении, оно неизбежно станет на сторону пролетариата в его деле социалистического строительства, так как это полностью соответствует интересам и целям женского движения. Это относится как к целым организациям, так и к отдельным их представителям.

Происхождение женского вопроса

Предпосылки возникновения женского вопроса уходят корнями в период первобытно-общинного строя, когда произошло накопление излишков, т.е. материального богатства, ставшего основой для появления собственности, и как следствия — разделения общества на классы, эксплуатации одних классов другими и формирования государства. Обратимся к Энгельсу.

Парная семья, сама по себе слишком слабая и слишком неустойчивая, чтобы вызвать потребность в собственном домашнем хозяйстве или только желание обзавестись им, отнюдь не упраздняет унаследованного от более раннего периода коммунистического домашнего хозяйства. Но коммунистическое домашнее хозяйство означает господство в доме женщин, так же как и то, что признавать родной можно лишь мать, при невозможности с уверенностью знать родного отца, означает высокое уважение к женщинам, то есть к матерям. <…> Женщина у всех дикарей и у всех племен, стоящих на низшей, средней и отчасти также высшей ступени варварства, не только пользуется свободой, но и занимает весьма почетное положение. [10]

Ф. Энгельс, «Происхождение семьи, частной собственности и государства».

Как видим, изначально женщина занимала в обществе «весьма почётное положение». Современные антропологи подвергают эти данные сомнению, например Дробышевский называет это мифом [11], основываясь на сравнительных исследованиях множества существующих ныне примитивных племён. Однако по этим племенам нельзя сделать однозначный вывод о положении женщин на первобытной стадии развития человечества, условия далеко не те. Есть соответствующие контакты, есть результаты многовековой биологической, культурной и социальной эволюции. Не могли, если не отрицать законы физики, эти племена застрять во времени — какое-то развитие там происходило и происходит. Объективно определить разницу между нынешними примитивными племенами и человечеством во время первобытно-общинного строя не представляется возможным. Теория Энгельса логически вписывается в общий ход исторического развития человека, она основана в том числе на античных письменных источниках, описывающих примитивные племена, стоявших к доклассовой стадии развития человечества на две тысячи лет ближе, чем исследуемые в данный момент племена. Но даже если допустить, что теория неверна, и женщина всегда была в приниженном положении, то по крайней мере в первобытную эпоху женщины не были в рабском статусе. Ничего подобного современные антропологи не утверждают. Поэтому мы можем смело опираться на следующие утверждения:

Муж захватил бразды правления и в доме, а жена была лишена своего почетного положения, закабалена, превращена в рабу его желаний, в простое орудие деторождения. Это приниженное положение женщины, особенно неприкрыто проявившееся у греков героической и - еще более - классической эпохи, постепенно было лицемерно прикрашено, местами также облечено в более мягкую форму, но отнюдь не устранено.

Первый результат установившегося таким образом единовластия мужчин обнаруживается в возникающей теперь промежуточной форме - патриархальной семье. Ее главная характерная черта - не многоженство, о котором речь будет ниже, а «организация известного числа лиц, свободных и несвободных, в семью, подчиненную отцовской власти главы семьи. В семье семитского типа этот глава семьи живет в многоженстве, несвободные имеют жену и детей, а цель всей организации состоит в уходе за стадами в пределах определенной территории». [10]

Ф. Энгельс, «Происхождение семьи, частной собственности и государства».

В определенный период времени женщина становится фактически рабыней, лишенной каких-либо прав, полностью зависимой от мужчин. В связи с чем это произошло и когда? Энгельс проясняет и этот вопрос:

С введением скотоводства, обработки металлов, ткачества и, наконец, полеводства положение изменилось. С рабочей силой, в особенности после того как стада окончательно перешли во владение семей, произошло то же, что с женами, которых раньше добывать было так легко и которые приобрели теперь меновую стоимость и стали покупаться. Семья увеличивалась не так быстро, как скот. Для надзора за скотом требовалось теперь больше людей; для этой цели можно было воспользоваться взятым в плен врагом, который к тому же мог так же легко размножаться, как и скот.

Такие богатства, поскольку они однажды перешли в частное владение отдельных семей и быстро возрастали, нанесли сильный удар обществу, основанному на парном браке и на материнском роде. Парный брак ввел в семью новый элемент. Рядом с родной матерью он поставил достоверного родного отца, который, к тому же, вероятно, был даже более достоверен, чем иные современные «отцы». Согласно существовавшему тогда разделению труда в семье, на долю мужа выпадало добывание пищи и необходимых для этого орудий труда, следовательно, и право собственности на последние; в случае расторжения брака он забирал их с собой, а за женой оставалась ее домашняя утварь. По обычаю тогдашнего общества муж был поэтому также собственником нового источника пищи - скота, а впоследствии и нового орудия труда — рабов. Но по обычаю того же общества его дети не могли его наследовать.<…>

Таким образом, по мере того как богатства росли, они, с одной стороны, давали мужу более влиятельное положение в семье, чем жене, и, с другой стороны, порождали стремление использовать это упрочившееся положение для того, чтобы изменить традиционный порядок наследования в пользу детей. Но это не могло иметь места, пока происхождение велось в соответствии с материнским правом. Поэтому последнее должно было быть отменено, и оно было отменено. [10]

Ф. Энгельс, «Происхождение семьи, частной собственности и государства».

Во-первых, мы видим, что закрепощение женщины, согласно Энгельсу, произошло достаточно поздно, это либо поздний неолит, либо медный век, для Средиземноморья это навскидку от 5 до 3 тысячелетия до нашей эры. Во-вторых, первопричиной порабощения женщин являются всё-таки биологические различия мужчин и женщин, в следствии которых и сформировалось половое разделение труда. Именно эти различия привели к тому, что мужчины стали собственниками скота и рабов, позволивших им получить в последствии огромное экономическое преимущество над женщинами. В-третьих, именно экономическое превосходство мужчин привело в конечном счёте к полному закабалению женщин.

Порабощение женщин само по себе ещё не привело к становлению женского вопроса и основанного на нём женского движения. Ровно как и появление рабства, а затем и крепостничества, не привело сразу к появлению движений за отмену этих явлений. Какие процессы обусловили непосредственно формирование женского движения, на фоне рабского положения женщин? На этот вопрос некогда ответила Клара Цеткин:

Только капиталистический способ производства принёс общественные перемены, породившие современный женский вопрос. Он разрушил старое семейное хозяйство, в рамках которого в докапиталистические времена огромные массы женского населения находили средства для существования и обретали смысл своей жизни. <…>

До тех пор пока существовала древняя семья, женщина заполняла свою жизнь, продуктивно трудясь в домашнем кругу, и поэтому до её сознания не доходило, насколько она бесправна в обществе, хотя развитие её индивидуальности и было ограничено самыми тесными рамками. <…>

Однако позже машины, современный способ производства, постепенно стали подрывать основы собственного производства в домашнем хозяйстве <…> Миллионы женщин были вынуждены теперь искать заработок и занятие вне семьи, в обществе. Тогда они осознали, что социальное бесправие лишает их возможности защищать свои интересы, и вот здесь-то и возник современный женский вопрос. [12]

К. Цеткин, «Социализм придёт к победе только вместе с женщиной-пролетаркой»

Если упростить — не мог женский вопрос возникнуть, пока вся жизнь женщин строго ограничивалась семьей. Не могли возникнуть в этих рамках ни осознание своего бесправия, ни стремление, ни возможности бороться с этим бесправием. Только капиталистическая промышленность, уничтожившая домашнее хозяйство и вырвавшая женщин из «панциря» семейной жизни, дала почву для развития женского движения. Это строго материалистическое обоснование, почему женское движение берёт своё начало примерно с XVIII века, с эпохи Французской революции. Одним из первых политических текстов феминизма является «Декларация прав женщины и гражданки» 1791 года, в ней видим следующее: «Статья 1. Женщина рождена свободной и равной в правах мужчине» [13]. Воплощением в реальность этого пункта программы женское движение будет занято следующие чуть ли не полтора столетия. Снова забегая наперёд — угадайте, что произошло с авторкой данного текста, Олимпией де Гуж? Её казнили в 1793 году. Это к слову об «инструментах капитала» и роли женского движения для буржуазии.

Специфические формы подчинения женщин, существовавшие веками в семейной жизни, не могли не найти конкретного выражения в культуре, этике и воспитании. Так, в свойственной ему идеалистической манере, при полном игнорировании экономических основ, объяснял отсутствие женского движения в исторической перспективе философ Джон Милль:

Социальные условия женского быта сложились таким образом, что едва ли возможно ожидать от женщины коллективного возмущения против сильного пола. Их положение, по существу, так сильно разнится от всякой другой формы зависимости, что и властители их требуют от ничего-то большого, чем простое подчинение. Мужчина не довольствуется единственно послушанием женщины, он требует чувство. Всякий мужчина, за исключением самых грубых натур, желает видеть в женщине, близко к нему стоящей, не подневольную рабу, а личность, охотно взявшую на себя эту роль; и не только рабу, как фаворитку. Для достижения этой цели, мужчины пустили в ход все средства, чтобы поработить ум женщины. Обыкновенные рабовладельцы поддерживали дисциплину страхом субъективным или религиозным, смотря по обстоятельствам. Но поработители женщин задались более широкими требованиями.

Не довольствуясь простым послушанием, они создали свою воспитательную систему, которая должны была содействовать их целям. Женщинам с ранних лет внушалась мысль, что идеальный характер женщины должен быть диаметрально противоположен характеру мужчины. Ни самостоятельности, ни самоанализа ей не полагается; нужна только покорность и уступчивость. Ходящая мораль, подбитая сентиментальностью, гласит, что женщина должна отречься от самой себя и жить для других, что сама природа создала ее для этого, что назначение женщины — любить и забывать себя для любимого человека. Под чувством любви здесь подразумевается, конечно только одно дозволенное чувство к мужу, или к детям, составляющим добавочное неразрывное звено той цепи, которой жена прикована к мужу. [14]

Дж. Милль, «О подчинении женщин»

При всей наивности Милля и нежелании увидеть, как подобные «средства порабощения ума» используются и для подчинения пролетариата, трудно не согласиться, что во многом перечисленные им культурные особенности живы и поныне.

Класс и пол

Но разве корректно объединять этих разных по своим условиям жизни женщин в один класс? Чисто биологически их положение сходно, но классы в данном контексте — это социальные группы, а не биологические. Богатая женщина, даже если она зависит от своего мужа, всё равно будет содержаться в этот момент лучше, чем женщина без средств. Тут признака класса нет вовсе, так как условия у них разные. <…>

Что женщина «высших кругов», что «простая» женщина подвергаются в разной степени дискриминации. Но проблема эта надклассовая. Она появилась тогда же, когда расслоилось общество. [15]

редакция Freie Frauen, «Женщины — это класс?»

В цитируемой статье редакция Freie Frauen пытается снять с себя нынче популярное обвинение в сторону феминисток левого толка о том, что они якобы выделяют женщин в отдельный класс. Конечно, никакие обвинения снять не получилось, вместо этого вышла какая-то невнятная попытка оправдаться. Ну разве любая богатая женщина содержится лучше чем «женщина без средств»? Зачем вы так унижаете женщин, которые вам доверились?

Сколько было в мире «женщин без средств», которые содержались лучше, чем Рианна в тот момент, когда её избивали, в тот период, когда она восстанавливалась от пережитого? Восстановилась ли она вообще? А сколько в мире ещё таких, как Рианна, со средствами, живущих буквально в аду? Что вы скажете этим женщинам?

Редакция Freie Frauen в своей статье всё ставит буквально с ног на голову, представляя, будто бы женщины с маленьким достатком больше подвергаются дискриминации как женщины, чем женщины с большим достатком. Как раз-таки женщина-пролетарка наиболее уравнена с мужчинами. Мужчины-пролетарии также, как и женщины, находятся в подчинённом положении, мужчинам-пролетариям, как и женщинам, закрыто множество экономических, общественно-политических и карьерных возможностей, где наиболее ярко сегодня выступает неравенство полов. Мужчина-пролетарий — это естественный союзник женщины-пролетарки в её борьбе за равные права и возможности.

Освободительная борьба женщины-пролетарки не может носить того же самого характера, что и борьба буржуазной женщины против мужчин своего класса. Это — борьба с мужчинами своего класса против класса капиталистов.<…> Конечно, они согласны также и с требованиями буржуазного женского движения. Однако они считают выполнение этих требований лишь средством для достижения цели, средством для того, чтобы они могли вступить в борьбу вместе с пролетариями, имея в руках то же самое оружие, что и мужчины. [12]

К. Цеткин, «Социализм придёт к победе только вместе с женщиной-пролетаркой»

Хотя пропасть между женщиной-пролетаркой и мужчиной-буржуа значительно глубже, чем пропасть между буржуазными женщиной и мужчиной, ввиду того, что женщину-пролетарку окружают в абсолютном большинстве своём именно пролетарии, ввиду ограниченности её экономических возможностей, для неё эта пропасть не проявляется, не осознаётся во всей её величине. Эти факты образуют главную причину, почему именно буржуазные женщины сегодня составляют основу феминизма, женского движения. Это буржуазные женщины в современном мире наиболее ясно ощущают на себе конкретно половое неравенство, и они же страдают от него в наибольшей степени. В буржуазных семьях экономическое превосходство мужчины над женщиной зачастую гораздо более велико, и оно даёт ему такую власть над женщиной, какой не способен обладать мужчина-пролетарий.

Муж в настоящее время должен в большинстве случаев добывать деньги, быть кормильцем семьи, по крайней мере в среде имущих классов, и это дает ему господствующее положение, которое ни в каких особых юридических привилегиях не нуждается. [10]

Ф. Энгельс, «Происхождение семьи, частной собственности и государства».

В пролетарских семьях женщина гораздо чаще вынуждена самостоятельно работать, и это даёт ей несравнимо больше независимости и возможностей по сравнению с буржуазными женщинами. Естественно, это нисколько не умаляет значение борьбы за освобождение всех женщин, но мы должны понимать природу современного женского движения, чтобы действовать в нём наиболее эффективно.

Мы свидетельствуем этим, что знаем эти нужды, чувствуем и угнетение женщины, чувствуем привилегированное положение мужчин и ненавидим да, ненавидим и хотим устранить всё то, что гнетёт и мучит работницу, жену рабочего, крестьянку, жену маленького человека и даже, во многих отношениях, и женщину из состоятельного класса. [6]

В. Ленин

Вышеперечисленное не означает, что кому-либо следует бросить попытки пропагандировать марксистский феминизм в среде женщин-пролетарок. Помимо класса существует ещё огромное множество объективных и субъективных факторов, делающих женский вопрос важным для отдельного человека. Но как минимум стоило бы увеличить свои усилия относительно пропаганды среди буржуазных женщин, перестав недооценивать их проблемы и стигматизировать их.

Ну и, закрывая тему — нет ничего крамольного и греховного в том, чтобы называть женщин классом. Если вы не страдаете догматизмом и метафизикой, вы должны понимать известную условность и относительность всех существующих определений. Принципов и критериев деления общества на классы есть огромное количество. В марксистской теории действительно уже устоялся принцип деления на классы основанный на отношениях к средствам производства. С этой точки зрения классов в данный момент существует два — это буржуазия и пролетариат. Между ними пролегает основное противоречие капиталистического общества. Но в то же время нужно отдавать себе отчёт, что помимо этого одного принципиального разделения и противоречия, общество также делится на огромное количество всевозможных групп и слоёв, смешанных и пересекающихся друг с другом в бесчисленное множество комбинаций. Что уж говорить, если один и тот же человек может быть одновременно и буржуа, и пролетарием [16]. Называть существующие в обществе группы и слои классами — само по себе никакое не преступление, а всего лишь отступление от «священных писаний». И всяческие попытки горемарксистов нападать на кого-либо за использование слова «класс» не в их религиозном значении — не вызывают ничего, кроме смеха и иногда раздражения. Подыгрывать им, оправдываясь и отнекиваясь — точно не стоит.

В этом социальном бесправии заключается одна из первых и старейших форм классового господства, как установил Энгельс, который пишет: «Он в семье — буржуа, жена представляет пролетариат». [12]

К. Цеткин, «Социализм придёт к победе только вместе с женщиной-пролетаркой»

Женщины, как отдельный класс, как слой, как группа, называйте как хотите — занимают особое положение в обществе, в следствии экономических, исторических, культурных и множества других причин. Можете этого не признавать, но этот факт виден даже слепым. Капитализм постепенно уничтожает это особое положение, выравнивая женщин и мужчин, но этот процесс идёт медленно, неравномерно, непостоянно и не так эффективно, как может идти при социализме, под руководством пролетариата. Занимая особое положение в обществе, женщины имеют свой отдельный от других слоёв интерес, свои цели. Об этих целях и было написано в первой главе.

О борьбе с феминизмом

Во Франции, где женщины активно участвовали в революционных движениях (1792, 1848, 1870гг.), создавая в каждом случае отдельные женские организации, которые выдвигали довольно продвинутые феминистские требования. Организации были недолговечны; их быстро разгоняли репрессивные режимы и реакционные власти. <…>

В антимонархической революции 1848 года французские женщины играли весьма активную роль. Они основали несколько феминистских клубов и газет, участвовали в сражениях и уличных акциях, подавали петиции временному правительству за избирательное право и даже пытались выдвигать кандидаток из своих рядов. Женщины из рабочего класса повысили свои экономические требования, отвечающие именно их специфическим интересам. Однако все эти усилия оказались бесплодными. Всеобщее избирательное право для мужчин, принятое в 1848 году, исключало женщин; школьная реформа, введшая начальная образование для девочек, поставила его под контроль католической церкви. Некоторые участницы революции были отправлены в тюрьмы или сосланы. Феминистские организации были разгромлены на волне всеобщих репрессий.

Похожая схема событий имела место во времена Парижской Коммуны в 1871 году. Ее конец стер с лица земли те слабые ростки феминистского движения и немногочисленных радикальных женщин, которые принимали в ней участие. <…>

Реакция, последовавшая за разгромом революции, обнулила все организационные попытки женщин. В большинстве германских государств законы, принятые в 1850 годы запрещали женщинам и несовершеннолетним посещать любые политические встречи и вступать в политические объединения. Однако в последующее десятилетие из обществ поддержки жертв неудавшейся революции вновь выросли автономные женские организации. [17]

Г. Лернер, «Возникновение феминистского сознания»

В данном отрывке хорошо заметна связь между общим наступлением реакции и подавлением женских организаций. Но также можно сделать вывод о том, что с самого своего появления женское движение столкнулось с жесточайшим сопротивлением со стороны различных сил. Мы уже приводили пример казнённой Олимпии де Гуж, а приведенная здесь цитата дополняет картину подавления женского движения на первых стадиях буржуазного общества. Что это были за силы, и почему они вступили в это противостояние? Разберёмся подробнее.

Французская и английская аристократия по своему историческому положению была призвана к тому, чтобы писать памфлеты против современного буржуазного общества. <…> Так возник феодальный социализм: наполовину похоронная песнь - наполовину пасквиль, наполовину отголосок прошлого - наполовину угроза будущего. <…> Впрочем, они столь мало скрывают реакционный характер своей критики, что их главное обвинение против буржуазии именно в том и состоит, что при ее господстве развивается класс, который взорвет на воздух весь старый общественный порядок. [18]

К. Маркс и Ф. Энгельс, «Манифест Коммунистической партии»

Первыми начали открытую войну с женским движениям остатки феодального класса. Оплакивая ушедший общественный порядок и стремясь к его возвращению, они подвергали критике (и подвергают до сих пор, в лице современных правых реконструкторов) всё, что вырывало женщину из мрака домашней жизни. Но не столько страх перед массами пролетарских женщин толкал аристократию на борьбу с женским движением, сколько их прямой экономический интерес. Женщины всё ещё играли важную роль в умирающем феодальном хозяйстве, и аристократ не хотел их терять.

Точно также и крестьянин, и мелкий буржуа, не хотят терять бесплатную рабочую силу в рамках своего домашнего хозяйства («семейного бизнеса», если хотите). Этот мотив толкает их на всевозможную борьбу с эмансипацией женщин, а следовательно и с женским движением. Вы можете с лёгкостью заметить, что именно в отсталых и аграрных регионах, в ещё в оставшихся крестьянских семьях наиболее сильны многие феодальные пережитки, в том числе и закрепощение женщин.

Но по своему положительному содержанию этот [мелкобуржуазный, — Прим. ред.] социализм стремится или восстановить старые средства производства и обмена, а вместе с ними старые отношения собственности и старое общество, или - вновь насильственно втиснуть современные средства производства и обмена в рамки старых отношений собственности, отношений, которые были уже ими взорваны и необходимо должны были быть взорваны. [18]

К. Маркс и Ф. Энгельс, «Манифест Коммунистической партии»

Какой вывод мы можем из всего этого сделать? Против женского движения ведут главную борьбу те же силы, что составляют основу реакции. Те силы, которые тянут общество назад, к старым формам экономической деятельности. Должен ли пролетариат солидаризироваться с силами реакции в их реакционной борьбе с феминизмом? Понятное дело — нет.

Казалось бы, наибольшую выгоду от существования женского движения должна получать крупная буржуазия. Именно она заинтересована в том, чтобы наполнить свои огромные промышленные предприятия женщинами-пролетарками, для чего ей и необходимо вырывать женщин из оков домашнего хозяйства. Однако мы имеем множественные исторические примеры, когда всячески подавляется женское движение в странах, где крупный монополистический капитал уже занял своё абсолютно господствующее положение в обществе, где он может уже не считаться с интересами мелкой буржуазии. О принудительном кормлении суфражисток в Великобритании и США в конце XIX века (т.е. в эпоху империализма), наверное, слышали все. Не получало женское движение в этих странах в эти периоды никакой поддержки со стороны монополистического капитала. А сегодня феминизм открыто поддерживается многими крупнейшими корпорациями [19]. О чём нам это говорит?

Крупный капитал не занимает всегда враждебную позицию по отношению к феминизму. Крупный капитал использует женское движение когда он может его использовать и подавляет, когда оно мешает извлекать максимальную прибыль. В отличие от мелкой буржуазии и крестьянства, обречённых вести фактически бессильную, безрезультативную и просто жалкую борьбу с феминизмом, крупный капитал имеет все ресурсы для того, чтобы внедриться в него и поставить на службу своим интересам или раздавить, как например это было сделано в Третьем Рейхе и многих других фашистских странах.

В Германии, поскольку буржуазия выступает революционно, коммунистическая партия борется вместе с ней против абсолютной монархии, феодальной земельной собственности и реакционного мещанства. [18]

К. Маркс и Ф. Энгельс, «Манифест Коммунистической партии»

Рабочий класс, как естественный союзник женского движения, должен поддерживать крупный капитал в тех его действиях, которые укрепляют женское движение, делают его более массовым и значимым. Этими своими действиями капитал сам подготавливает резерв, который в последствии неизбежно станет на сторону пролетариата. В этом буржуазия выступает революционно, а в такие моменты, как подсказывает нам логика, рабочий класс должен быть на стороне буржуазии. И в то же время рабочий класс должен бороться против реакционных действий крупного капитала, подавляющего женское движение. Причём нельзя забывать, что один и тот же капитал может одной рукой укреплять женское движение, а другой подавлять или ставить его на службу своим интересам. Оба варианта требуют диаметрально противоположного подхода со стороны пролетариата.

И пара слов о борьбе, которую сегодня ведут леваки против женского движения. Наблюдать эту борьбу мы можем регулярно во время практического любого обсуждения женского вопроса. Наблюдать её мы, нет никакого сомнения, будем и в комментариях к этой статье. Форма этой борьбы приобретает порой пугающие черты, раскрывая моральный облик ведущих её. Не гнушаются в ней ничем, всё идет в ход — открытая ложь, клевета, вопиющая демагогия, угрозы, шантаж и другие популярные методы травли. Особенно любят наши борцуны рисовать феминисток в различных порнографических сценах, тем самым открыто глумясь над ними и подрывая их авторитет. Другие примеры освещали марксистки из Freie Frauen, повторяться не будем, приведём пару ссылок для интересующихся. [20][21][22]. Объективный источник борьбы леваков против феминизма более чем понятен — это их мелкобуржуазное сознание. Но на этот источник накладываются множественные субъективные факторы — такие как невежество, глупость, беспринципность, циничность, лживость, жизненные неудачи, душевные травмы и тому подобные вещи.

Идеологическая основа «левой» борьбы с феминизмом — это тезис о том, что капитализм будто бы уже решил или вот-вот решит женский вопрос. Леваки часто не могут себе позволить в реакционном духе критиковать саму важность улучшения положения женщин. Это поставило бы их в один ряд с самыми тёмными реакционерами и фашистами, полностью уничтожив всякий авторитет в современном левом болотце, чем они, конечно же, всячески дорожат. Поэтому в ход и идёт типичное заблуждение о том, что женское движение, ввиду современных условий капитализма, якобы лишено цели и смысла для существования. Это, несомненно, полная чушь.

В нашей старой заметке были приведены некоторые факты [23]. Другие приводятся во множестве статей, посвященных теме феминизма. Например, здесь [24] и здесь [25]. Женский вопрос дошёл в своём развитии до того момента, когда на передний план, по крайней мере в цивилизованных странах, вышли не очевидные и понятные для всех проблемы, вроде того же юридического неравноправия, а такие вещи, как, например, стеклянный потолок. Относительно него в США даже собирали президентскую комиссию, которая разработала ряд документов и рекомендаций [26], государству и частному бизнесу для постепенной ликвидации стеклянного потолка. Проблемы с участием в общественно-политической деятельности, проблемы с карьерным ростом, проблемы с неравенством в оплате труда, проблемы с неравномерным участием в домашнем труде и воспитании детей, и тому подобные явления не столь заметные обывателю — вот, что сейчас на передовой линии за освобождение женщин. Хотя существует огромная масса научных материалов, разбирающих все эти проблемы, леваки всё равно не гнушаются использовать обывательские заблуждения в своих корыстных целях. Также ходит популярный миф, будто бы согласно Энгельсу возвращение женщин в общественное производство, якобы осуществлённое при капитализме, решило женский вопрос.

Равным образом, своеобразный характер господства мужа над женой в современной семье и необходимость установления действительного общественного равенства для обоих, а также способ достижения этого только тогда выступят в полном свете, когда супруги юридически станут вполне равноправными. Тогда обнаружится, что первой предпосылкой освобождения женщины является возвращение всего женского пола к общественному производству, что, в свою очередь, требует, чтобы индивидуальная семья перестала быть хозяйственной единицей общества.<…>

С переходом средств производства в общественную собственность индивидуальная семья перестанет быть хозяйственной единицей общества. Частное домашнее хозяйство превратится в общественную отрасль труда. [10]

Ф. Энгельс, «Происхождение семьи, частной собственности и государства».

Энгельс прямо пишет о том, что возвращение всего женского пола к общественному производству, которое осуществится лишь с переходом средств производства в общественную собственность, является лишь первой предпосылкой освобождения женщин. Сколько ещё таких предпосылок, сколько ещё времени должно пройти, чтобы процесс освобождения завершился успехом — сейчас нам об этом остаётся только гадать.

Чрезвычайно распространённый миф о том, что якобы существуют некие «волны феминизма», и что современная «волна» сплошь реакционна, бессмысленна, и, о ужас, выродилась в субкультуру, лишившись политического содержания — всё это мы должны нещадным образом разбивать. Мы, марксисты, должны упорно доносить до масс, особенно до леваков, что в женском движении всегда были и есть как революционные, так и реакционные силы. Мы не должны бороться с феминизмом, мы должны бороться с силами реакции внутри него и оказывать всевозможную поддержку революционным силам. Мы должны объяснять, что в любом политическом движении со временем меняются требования, особенно если прошлые требования успешно достигнуты. Женское движение не может остановиться в своих требования к капиталистам, и ко всему обществу, до тех пор, пока не будет достигнуто полное освобождение всего женского пола, что произойдёт не раньше, чем начнётся переход от низшей стадии коммунизма к высшей. Всё это время женское движение будет иметь объективную почву и сильное оправдание своего существования, а значит будет неизбежно привлекать к себе женщин со всего мира.

Ну и последний «тезис» антифеминистов, о том, что женщина ещё не освобождена как женщина, но капитализм вплотную к этому подошел, и ничего будто бы с этим делать не надо, всё решится и без нас. Данный тезис особенно опасен, ибо он означает, что капиталисты способны лучше справиться с решением женского вопроса, чем коммунисты. При этом он звучит далеко не так реакционно и пошло, как весь остальной антифеминистический бред, можно легко на него повестись. Повторюсь, капитализм действительно движется к решению женского вопроса, как он движется и к социализму, но процессы эти идут медленно, неравномерно, непостоянно. Только диктатура пролетариата сможет довести начатое дело женского движения до конца, настолько быстро, насколько это возможно. Слова о том, что коммунисты должны отстраниться от женского вопроса и дать возможность капиталистам всё решить — это антикоммунистические слова, отворачивающие огромные массы женщин от пролетариата.

Теперь зададимся вопросом, чем отвечают на всё это левые, осознающие недопустимость борьбы с женским движением? Первое, что приходит в голову, что кажется абсолютно верным — это начать бороться со всеми «левацкими» антифеминистами, разоблачая их, всячески противодействуя им, дискутируя и споря с ними. Возможно ранее, года два назад, это было действительно актуально и нужно. Но за последнее время уже было столько всего написано и перенаписано, столько всего сказано, что общественная дискуссия о женском вопросе, назовём её так, стала просто ходить по кругу. За это время произошли положительные изменения, условно «профеминистская» группа заняла твёрдую почву в левом движении, перетянув на свою сторону множество организаций, если не большинство. Постепенно антифеминисты становятся маргинальными. И сейчас, на данном этапе, борьба с ними лишена смысла. Их теоретическое и идеологическое бессилие было множество раз продемонстрировано, но они каждый раз пытаются отыграться, пытаются в чём-то зацепить сторонников женского движения и найти очередной повод для использования своих демагогических приёмов.

Необходимо прекратить тратить столько усилий на борьбу с антифеминистами в левом движении и сконцентрироваться на агитации среди самих женщин, среди феминисток. Распространённое явление антифеминизма в нашей среде — временно и оно подходит к своему закату. И каждый раз, когда вы условно «принимаете бой», вы продлеваете ему жизнь. Хуже того, вы тем самым помогаете укореняться представлению о левых, как о мудаках-женоненавистниках, чем отпугиваете женщин от рабочего движения. Да, они представляют из себя проблему, да, они будут дискредитировать левых, но, важно понять, они будут это делать всегда. Вы никогда и ничего не сделаете с Поднебесным, никогда не сможете переубедить или заставить замолчать жожеков, сколько бы не пытались достучаться и сколько бы статей не написали. Вам придётся смириться с их существованием, с их неисправимостью и с непродуктивностью траты на них своего времени, и чем быстрее вы это сделаете, тем раньше они растеряют свою популярность среди левацких масс. Если исходить из данных фактов, наиболее логичным является прекращение борьбы с антифеминистами и усилением теоретической, агитационной и пропагандистской деятельности в рамках женского движения.

Какой должна быть критика феминизма?

Прекращение борьбы с женским движением, необходимость чего была обоснована в этой статье, не означает прекращение критики феминизма. Товарищи из Freie Frauen предпочитают если кого и критиковать, то только открытых противников феминизма, упомянутых выше, а сам феминизм они рассматривать не любят. Оно вроде и понятно, нападок на феминизм и так огромное количество, зачем к этому присоединяться? Но так мыслить может только обыватель, не понимающий ценность и важность настоящей критики, её отличий от «критики». Последнее — суть пустословие, клевета, демагогия, словом обычное балабольство, служащее подкрепить чьё-либо негативное отношение к объекту «критики», для того, чтобы этот кто-то выразил ту или иную поддержку автору. Таких помоев в адрес феминизма действительно хоть отбавляй. Принято либо во всём соглашаться, либо во всём ненавидеть — любые отклонения встречаются крайне редко. Но где же адекватная критика? Где та критика, которая помогает исправлять ошибки, помогает избавиться от заблуждений, помогает сделать работу эффективнее и выйти на правильный путь? Нет её, и данная статья, возможно, одна из первых подобных работ.

Критика современного феминизма должна идти в первую очередь от лица самих активисток женского движения. Мы должны стать на место сознательных женщин и внимательно рассмотреть феминизм, в частности марксистский феминизм, и особенно — наш, коммунистов, собственный подход к женскому движению, и ко всем женщинам в частности. Делаем ли мы всё, что целесообразно, для привлечения женщин в ряды женского движения, и в наши, коммунистические, ряды? Не делаем ли мы чего-то, что отталкивает женщин?

Приведём пример — в чём не правы «марксистские феминистки»? Именно в том, что они обособились от остальных феминисток. Они отделили себя от них, обозначив себя как «особое течение», существующее где-то за границами обыкновенных феминисток. Тех самых, коих большинство, кто не приписывает себя к либеральному, радикальному, левому или какому угодно феминизму. Даже от просто сочувствующих феминизму, но ещё не готовых признать себя таковыми. Между марксистскими феминистками и остальными воздвигнута стена в виде самого «марксистского феминизма». Расписываясь в собственной несамостоятельности, подчеркивая свою придаточность по отношению к этому довлеющему «марксистскому», конструируя свою полностью обособленную от общего феминизма теорию, марксистские феминистки тем самым чрезвычайно ограничивают тот круг лиц, который готов их воспринимать и слушать.

Какой должна быть правильная, стратегически выигрышная позиция у марксистских феминисток? Марксистские феминистки должны громко заявить, обосновать и доказать, что только они являются настоящими, последовательными феминистками. Только они способны, в союзе с коммунистическим движением, с рабочим классом, реализовать цели феминизма. Не абстрактные цели, а конкретные, не когда-то там, а начиная с здесь и сейчас. В данной статье мы дали пример правильных рассуждений в этом ключе. Чем вместо этого занимаются марксистские феминистки? Ведут бесконечные споры с антифеминистическими подлецами, придурками и женоненавистниками ради тупого беспринципного пиара. Из этого возникает постоянное перетирание одного и того же, бессмысленные споры идут уже по какому кругу и останавливать это никто не планирует. Может марксистским феминисткам неинтересны цели феминизма и тогда они никакие не феминистки?

Короче говоря, марксистские феминистки должны перестать быть марксистскими феминистками и сделать вместо этого весь феминизм марксистским. Такова их задача во всемирно-историческом контексте — задача по завоеванию женского движения на сторону пролетариата. Завоеванию не обособленной тусовочки «избранных», а всего женского движения. Исходить надо из этого и свою деятельность сопоставлять с данной целью.

Как конкретно решать эту задачу? Примерный план должен быть таким — существующим женским организациями (той же Freie Frauen) следует создать и сделать приоритетным особое направление по работе с феминистскими организациями, выбрав для этого соответствующих людей. Этому направлению следует установить контакты и дружественные отношения с максимально большим количеством всевозможных женских организаций и групп. Феминизм: наглядно, Подслушано: феминизм, Школа феминизма, редакция WOMENATION, РФО «ОНА», редакция «Wonderzine» и многие другие. Можно выйти с ними на связь, предложить сотрудничество, совместные проекты, интервью, дискуссии, акции, обмен статьями. А если вы это делаете, но получаете отказ, то почему вы об этом не пишите? Почему не разоблачаете, в первую очередь перед самими феминистками, реакционную сущность тех или иных групп, мешающих вам политически просвещать женщин и бороться за государственную власть, мешающих вам по сути бороться за интересы женщин? Freie Frauen отправили недавно статью в крупную феминистическую группу EQUALITY и эта статья была… о сексизме и травле в левом движении. «Отличная» получилась реклама коммунистического движения. Почему вместо этого нельзя было отправить какой-либо материал, объясняющий женщинами, что только диктатура пролетариата способна эффективно улучшать их положение? Почему нельзя было оставить проблемы левого движения — левому движению, а не идти с этим к женщинам? Для нас это загадка.

Другой пример неудачной позиции — попытки морфологически, физиологически уравнять мужчин и женщин и любой такой подобный вульгарный подход, с теми же женскими квотами. Почему женское движение столь малочисленно, почему оно оторвано от населения вообще, в том числе от мужчин? Разве у мужчин нет близких женщин, за улучшение положение которых они готовы бороться? Разве у всех мужчин нет совести и нет понимания необходимости борьбы за женское движение? Конечно есть, и много, и главный вопрос для них — это вопрос недоверия к современному женскому движению. Это вопрос отталкивания женского движения от себя не только мужчин, но и многих женщин, имеющих благие намерения. Необходимо признать, что в женском движении хватает вульгарной антинаучной чуши, которая зачастую отделяет население и прежде всего мужчин от поддержки женского движения. А отделяя противопоставляет их женскому движению, тем самым демобилизуя и обезоруживая рабочий класс.

Многие феминистки забывают или не осознают, что мужчин тоже важно привлекать в женское движение. Понятное дело не подонков, не тех, кто стремится навредить и уничтожить женское движение, а сознательных и честных мужчин, готовых поддержать женщин в их борьбе. Но делается в этом отношении чрезвычайно мало, скорее происходит обратное — феминизм всячески пытается отвернуть от себя мужчин. У этого тоже есть объективные причины, реакционеры и часть буржуазии работают как внутри, так и вовне женского движения, чтобы сделать его максимально непривлекательным для мужчин и женщин. Но это необходимо преодолеть, потому как это ослабляет женское движение, лишает его способных, талантливых кадров, готовых внести положительный вклад в развитие феминизма. Нужно мыслить рационально и прагматично, отбрасывая насколько возможно эмоции. Нужно помнить, что в следствии угнетённого положения женщин, они в среднем обречены при капитализме проигрывать мужчинам в возможности уделять время не только на саморазвитие, но и на прямое участие в общественно-политической деятельности.

Выводы

Главный вопрос, поставленный этой работой, заключается в следующем — как мы, коммунисты, должны сегодня относиться к феминизму, т.е. женскому движению? Из всей логики повествования вытекает тот неопровержимый факт, что коммунисты, как авангард пролетариата, должны не бороться с женским движением, а вместо этого бороться за его рост и самостоятельность от буржуазии. Бороться с самим буржуазным реакционным влиянием внутри женского движения — таков должен быть наш подход. Женское движение — это естественный союзник пролетариата и его передовой части — коммунистического движения. Всё революционное, что есть в женском движении должно всецело поддерживаться коммунистами, а со всем реакционным в нём — следует вести непримиримую борьбу.

Ответив правильно на этот вопрос, можно перейти к другим гораздо более значимым и актуальным сегодня вопросам, касающихся феминизма. Как конкретно мы должны выстраивать свою тактику и стратегию в женском движении в той или иной стране? Нужны ли коммунистам обособленные женские организации на данном этапе? Какие лозунги мы должны формировать, какие из лозунгов буржуазной части женского движения — поддержать? С какими конкретными феминистскими организациями следует пытаться выстраивать сотрудничество, а с какими нет? Как наиболее эффективно начать пропаганду внутри феминистских организаций? Что вообще сделало женское движение за последние 10 лет, и что планирует делать в следующие десять? Что следует поменять существующим женским организациям и какой урок из этого мы можем получить? Что конкретно делать сторонникам женского движения сейчас?

Сейчас мы получаем одни и те же повторяющиеся материалы и обсуждения, но только не ответы на перечисленные вопросы. Текущую страницу в дискуссиях о женском вопрос нужно наконец перевернуть и начать обсуждение конкретных задач, стоящих перед коммунистами в женском движении.

Очень немногие мужья, даже из пролетариев, думают о том, как сильно они могут облегчить тяготы и заботы жены или даже совсем снять их с неё, если бы захотели помочь в «женской работе». Но нет, ведь это же противно «праву и достоинству мужа». Он требует, чтобы у него был отдых и комфорт. Домашняя жизнь женщины это ежедневное принесение себя в жертву в тысячах ничтожных мелочей. Старое право господства мужа продолжает жить в скрытом виде. Его рабыня объективно мстит ему за это тоже в скрытом виде: отсталость женщины, отсутствие у неё понимания революционных идеалов мужа ослабляет его бодрость и решимость в борьбе. Это есть те крохотные черви, которые незаметно, медленно, но верно подтачивают и грызут. Я знаю жизнь рабочих и не только по книгам.

Наша коммунистическая работа среди женских масс, наша политическая работа включает в себя значительный кусок воспитательной работы среди мужчин. Мы должны вытравить старую рабовладельческую точку зрения до последних мельчайших корней её. И в партии, и в массах. Это относится к нашим политическим задачам так же, как и настоятельно необходимое образование штаба из товарищей мужчин и женщин, получивших основательную теоретическую и практическую подготовку, чтобы проводить и двигать партийную работу среди трудящихся женщин. [6]

В. Ленин

LEFT WING
03.07.2020

Ссылки

[1] — Left Wing, «О первой «научной» истории «феминизма и марксизма» т. Ю. Симоненко»
[2] — «VII конгресс Коммунистического Интернационала и борьба против фашизма и войны»
[3] — О. Пахомина, «Что такое марксистский феминизм?»
[4] — Красная фемка, «Что такое феминизм и как капитализм эксплуатирует женщин?»
[5] — И. Сталин, «Приветствие первому съезду женщин-горянок»
[6] — К. Цеткин, «Воспоминания о Ленине»
[7] — В. Ленин, «О задачах женского рабочего движения в советской республике»
[8] — В. Ленин, «Замечания на второй проект программы Плеханова»
[9] — И. Сталин, «К международному женскому дню»
[10] — Ф. Энгельс, «Происхождение семьи, частной собственности и государства»
[11] — С. Дробышевский, «Мужчина всегда главный? Матриархата никогда не было?»
[12] — К. Цеткин, «Социализм придёт к победе только вместе с женщиной-пролетаркой»
[13] — О. Гуж, «Декларация прав женщины и гражданки»
[14] — Дж. Милль, «О подчинении женщин»
[15] — Freie Frauen, «Женщины — это класс?»
[16] — К. Маркс, «Капитал. Том третий»: «Если независимый работник — возьмем мелкого крестьянина, так как здесь применимы все три формы дохода, — работает на самого себя и продает свой собственный продукт, то он рассматривается, во-первых, как свой собственный работодатель (капиталист), который применяет самого себя в качестве рабочего; затем как свой собственный земельный собственник, который применяет самого себя в качестве арендатора»
[17] — Г. Лернер, «Возникновение феминистского сознания»
[18] — К. Маркс и Ф. Энгельс, «Манифест Коммунистической партии»
[19] — K. Grosser, L. McCarthy «Feminism is rising above the capitalism that exploits it»
[20] — Freie Frauen, «Левое движение и сексизм»
[21] — Freie Frauen, «Недопустимое поведение в левом движении»
[22] — Freie Frauen, «Сексизм и травля в левом движении»
[23] — Left Wing, «Является ли феминизм частью левого движения?»
[24] — Беспартийные коммунисты, «Коммунисты и "женский вопрос". Часть 1»
[25] — Всемирная кампания за права человека, «Дискриминация в отношении женщин: конвенция и комитет»
[26] — Glass Ceiling Commission