Алексей Цветков о неравенстве: что делать?

Итак, доля доходов верхнего 1% по сравнению с доходами всего остального населения в России превысила французский уровень ещё в начале 1990-х, а американский уровень — в начале нулевых.

Что касается доли 1% в национальном богатстве (собственности), то тут Россия абсолютный лидер социального расслоения среди всех хоть сколько-то развитых экономик мира.Если совсем по-простому, ровно сто человек (в процентах это вообще не изобразимо, правда?) владеют 10% общего богатства страны, а ровно половина всего населения страны суммарно владеет менее чем 5% того же самого общего пирога.

Понятно, что при таком расслоении (динамика неутешительная) никакое развитие невозможно, а возможно только дальнейшее одичание, деградация институтов, архаизация всех отношений и окончательное сползание страны в третий мир.

​

Что тут в принципе можно сделать (не впадая в революционный утопизм)? Как эта ситуация могла бы быть исправлена даже и в рамках существующей системы?

1. Природная рента (это основа местной экономики) должна тратится в общенациональных интересах. У нас по разным оценкам от 50 до 100 миллиардов долларов в год выводится правящим классом в офшоры. Фактически, это деньги, которые получены с природной ренты и местная буржуазия вкладывает их в западную экономику т.е. в развитие тамошней (а не тутошней) демократии и её институтов. Это называется "красть будущее у собственного народа".
2. .Нужна прогрессивная налоговая шкала, а сейчас она типа плоская, но на самом деле регрессивная. То есть чем вы богаче, тем фактически меньше (в пропорциональном смысле) налогов вы платите. Ни в одной развитой стране подобной налоговой системы нет. Везде, где люди живут нормально — прогрессивная шкала. Популярные разговоры про то, что если сделать у нас прогрессивную шкалу, то все будут получать "черную" зарплату в конвертах, это не аргумент, а демагогия в пользу неравенства. Никто ведь не отменяет статей за преступления только на основе того, что "они же всё равно будут их тайно совершать", правда?
3. Нужны серьезные налоги на роскошь, богатство (собственность), наследство. Без этого ничего не выровнить никогда до хотя бы относительно европейского уровня.
4. И, наконец, главный аргумент — рост пирога. Господствует выгодное господствующей элите заблуждение, что рост неравенства приводит к росту общего пирога, а вот снижение неравенства неизбежно уменьшит и сам пирог. Это общее место неолиберальной риторики, у которого подозрительно мало эмпирических подтверждений. Вкладывание денег в технологический апгрейд промышленности (а не в быстрый цикл прибыли) и инфраструктуру + в качественное и доступное (т.е. бесплатное) образование всех уровней + в качественную и доступную (т.е. бесплатную) медицину всех уровней = рост общей мощности экономики. Деньги на такое первоначальное "вкладывание" получаются из первых трёх пунктов (см выше) + из изменения нынешних бюджетных приоритетов + из введения "косвенных налогов" (т.е. проектов, которые нельзя не финансировать) на верхние 10%, без такой "дани", полностью выплаченной обществу, в России нельзя будет оставаться богачом.
   Если сделать эти четыре вещи, это всё равно будет капитализм с его классовым неравенством, неснимаемыми противоречиями, неизбежной ложью элит и идиотизацией масс, но это станет ближе к Европе, это будет общество с более широким средним классом и более сопоставимыми стартовыми возможностями для каждого.

Но ничего этого при путинизме мы не увидим по оскорбительно простой причине — ведь это сделает правящий класс несколько беднее и заметно ослабит его власть на всех уровнях (увеличив возможности для большинства). Ведь это снизит российский уровень неравенства к французским (кошмар!) или вообще к норвежским (лучше смерть!) показателям.

Реальная угроза революции — вот единственный аргумент, который мог бы убедить правящий класс пойти на это, но очевидный парадокс в том, что когда есть такая реальная угроза, эти четыре реформистских меры уже не нужны, потому что люди, способные к восстанию и самоорганизации уже хотят гораздо большего и правильно делают. В состоянии революционного подъема люди задумываются не о том, как делить пирог, а о том, кому принадлежит сама пекарня. На этой диалектической ноте я бы и закончил играть в игру "а что бы ты сам сделал, если бы завтра вдруг стал Путиным и Медведевым одновременно?"

Алексей Цветков