Когда в постели третий - лишний

Слишком многим сегодня мешает получать удовольствие от интимных отношений таинственный третий, нагло лезущий к ним в постель. Этот странный коллективный субъект многолик: то он является в образе репрессивного государства и “традиционной морали”, то в лице навязчивой рекламы... а то и в образе оголтелых “борцов за гендерное равенство”. Результат же всегда одинаков - необходимые для здоровых отношений свобода, доверие и равноправие оказываются нарушены.

Секс как первый объект регуляции

Секс был первым в человеческой истории товаром. Ну а коль скоро политика есть функция экономики, то вполне логично и то, что он же был и одним из первых объектов государственной и, шире, общественной регламентации. При к сексуальным отношениям между полами примешивалась совершенно внешняя, чуждая им сугубо экономическая необходимость. Собственно, так и родился на свет назойливый третий лишний, мешающий людям получать здоровое и полноценное удовольствие от половой жизни.

Своё развитие он получил в самых разных политических и идеологических институтах докапиталистического общества. Здесь и жёсткая классовая сегрегация в половых отношениях, и право первой ночи, и ханжеская религиозная мораль, балансирующая между явным уродливым целомудрием и плохо скрываемым развратом. Сексуальные комплексы экономически угнетённого, эмоционально подавленного человека были отличным механизмом управления.

Так, в некоторых армиях ещё древнего мира старались поддерживать полное половое воздержание - чтобы сублимировать нереализованное половое желание в агрессию. Той же цели, наряду с прочими, служил и целибат священников и монахов, чья нерастраченная половая энергия конвертировалась в религиозный фанатизм. И верхушка церквей ради этого мирилась и кое-где продолжает мириться с педофилией и прочими “грешками” господ в сутанах.

Ещё один крайне распространённый механизм внешнего регулирования половой жизни - так называемое добрачное целомудрие. Сколько только хвалебных од не воздавали этому, в сущности своей, мерзкому явлению ханжи в рясах и без! А ведь истинная причина заботы о девственности невест - подход к женщине как к вещи, как к товару. К покупателю должен переходить целый, неиспорченный товар. И в тех культурах, где в будущей жене, наоборот, ценилась физическая крепость и половая опытность, никто не носился с девственностью как дурень с писаной торбой.

Так, в деревнях русского Поволжья парням и девушкам разрешали гулять до брака, сколько влезет. Та же ситуация наблюдается и во многих африканских племенах. Если девушка живёт активной половой жизнью - значит будет здоровой женой и матерью, нарожает много детей. И, надо сказать, в такой позиции есть немало здравого смысла. По крайней мере, в условиях замкнутого сельского быта, незнакомого с массовыми венерическими заболеваниями.

Сексуальное отчуждение в эпоху “равенства полов”

Почему мы взяли равенство полов в кавычки? Вовсе не потому, что мы якобы в него не верим и считаем несбыточной мечтой. А потому, что даже на высшей точке социального прогресса, которую достигало общество в последние два столетия, о настоящем равенстве полов говорить и не приходится. В лучшем случае к сохранившемуся патриархату присобачили элементы матриархата, якобы компенсирующие приниженное положение женщины. То есть мы имеем не равенство, а два неравенства.

Но, так или иначе, успехи рабочего и феминистского движения существенно изменили обстановку. И третий лишний изменился вместе с ней. Расширение половой свободы и формальное равноправие полов создали немалую угрозу для той логики дефицита, на которой зиждется капитализм, особенно в его поздней стадии. Наш таинственный незнакомец прекрасно понимал: если сексуальное удовлетворение перестанет быть дефицитом, ему придётся исчезнуть. Окончательно.

Однако для здоровых половых отношений нужны не только свобода и равноправие, но и доверие. И наш герой решил этим воспользоваться, разжигая недоверие между полами. Агрессивный буржуазный феминизм, не так давно появившийся “маскулизм”, мелочная регуляция вопросов полового согласия ( (https://knife.media/sexual-contract/ )- вот его оружие. Надо сделать так, чтобы люди оставались одинокими, отчуждёнными друг от друга и неудовлетворёнными. Более того, желательно, чтобы и тем, у кого секс всё-таки есть, он не приносил удовлетворения. И здесь есть свои очень интересные механизмы, основанные на гиперкомпенсации и статусном потреблении.

Так, со свойственной ей навязчивостью в постель к гражданам лезет реклама и, шире, весь комплекс капиталистических институтов навязывания потребления. Едва ли индустрия моды смогла бы получить такое огромное развитие, если бы не миллионы мужчин и женщин, пытающихся привлечь полового партнёра с помощью яркой и необычной одежды. Забавное дело - мы напяливаем на себя целую кучу шмоток лишь только для того, чтобы в итоге избавиться от них и предстать друг друг перед другом в костюмах Адама и Евы.

Кроме того, сама реклама не только использует половую неудовлетворённость масс, но и активно её воспроизводит. Мол. если твоя девушка,как бы она тебе ни нравилась, не имеет внешность “модели” - то есть гипертрофированной вешалки для статусного шмотья, то ты лузер. Ищи другую или потраться на пластического хирурга или гербалайф для любимой. Если твой парень - далеко не красавец с мерседесом и прочими атрибутами настоящего мачо, то нафига тебе он сдался. Таким образом, личное удовольствие приобретает черты навязанной извне необходимости.

Много сделала для “третьего лишнего” и популяризация образа женщины как “стервы”, которой занимаются без устали всевозможные женские журналы. Мол, девочка, если ты легко и без сопротивления отдаёшься мужчине - то ты какая-то дура, которую просто используют. Оборотной стороной медали является идеология “пикапа”, на которой наживаются всевозможные ушлые дельцы. Впрочем, над “гуру пикапа” уже давно и заслуженно смеются в интернете. Какие-то неудачники с “усиками девственника” учат нас, как общаться с девочками. Вот умора.

Другие сферы идеологии тоже стараются изо всех сил, мешая свободному и доверительному общению между полами. Борцуны за политкорректность создают и продвигают отталкивающий образ мужика как грязного, агрессивного животного, которого надо постоянно держать в узде и наказывать. Это вызывает со стороны мужчин либо агрессивное неприятие самой идеи равенства полов, либо подчинение и превращение в импотента и размазню.

Кроме того, вся эта свистопляска превращает секс в отличный инструмент для политических игр. В этом плане очень показательны сексуальные скандалы на сцене нашего политического цирка. Например, нашумевшее дело французского политика Доминика Стросс-Кана. Не отстают от политиков-мужчин и женщины. Так, некогда известный либеральный политик, а ныне политический труп Ирина Хакамада даже посвятила этому вопросу целую книжку. Вообще, то, как удовлетворяют свои сексуальные желания политики, чиновники и прочие представители правящего класса - это отдельная тема. Чего только стоит похождения Василия Якименко с проститутками.

Не стоит забывать и о “старом добром” охранительном мракобесии в половых вопросах, на котором делают свои политические капиталы самые разные силы: и радикальные исламисты, и американские протестантские фундаменталисты, и политические клоуны типа Виталия Милонова с Еленой Мизулиной. К слову о последней - сынок этой, так сказать, кариатиды “традиционной нравственности” занимается в Голландии бизнесом, связанным обслуживанием гей-сообщества. Это, пожалуй, всё, что надо знать об отечественных борцунах за “семейные ценности”.

Резюмируем: третий лишний лезет к нам в постель изо всех щелей, и описанные выше механизмы - это ещё далеко не всё. Главная цель всех описанных институций, - помешать сексу быть самим собой: сугубо личной сферой доверительного и свободного полового общения между людьми.

Сексуальное самоотчуждение в современном мире

Наши старые знакомые, философы Андрей Коряковцев и Сергей Вискунов развивают в своих работах выведенное ещё Фейербахом, Марксом и Энгельсом понятие самоотчуждения. Так вот, в сексуальной сфере оно имеет целый спектр проявлений. Не имея возможности получить какое-никакое сексуальное удовлетворение, многие ищут выход в его суррогатных формах.

Первый его вариант - обращение к услугам проституции. Нет, вы не ошиблись. Ведь в идеале проститутка (не важно какого пола) для клиента - это не субъект, с которым он совместно получает удовольствие, а живая вещь, с помощью которой он просто самоудовлетворяется. Исключения говорят только о сбое в логике товарного фетишизма. Ровно так же относится к своей жертве и насильник (или насильница). Насильник тоже воспринимает свою жертву как вещь: как инструмент сексуального самоудовлетворения, властного самоутверждения, но никак не субъект. Назвать такое сексом в собственном смысле - всё равно, что смешивать секс с онанизмом и самоутверждением.

Более того, логика самоотчуждения проникает и в добровольные отношения. Отсюда постоянные истории о бесчувственных мужчинах-скорострелах и холодных девушках-”брёвнах”. В любом случае, если половые отношения превращаются, используя юридическую терминологию, из личных в вещные, они теряют свою природу. И каждый раз за спиной самоудовлетворящющегося человека стоит “третий лишний”, вмешивающийся в процесс и зорко следящий за тем, чтобы, не дай боже, не возникло элемента взаимности.

К слову о мастурбации: многие люди, будучи эмоционально не готовы к полноценному половому общению с живым человеком иногда превращаются в идейных онанистов. По сети гуляет мем: Girlfriends are for losers who can’t download pron. Девушки - для лузеров, которые не могут скачать порнуху. Свою собственную капитуляцию на половом фронте человек силится подать как победу.

Дело доходит и до того, что отчаявшись получить удовлетворение от любой - настоящей или суррогатной формы половой жизни, человек приходит к мысли: а зачем? Так растёт армия асексуалов, которые пытаются убедить остальных в том, что в запихивании одного куска мяса в другой нет ничего приятного, интересного и вообще стоящего. Но матушка природа жестоко мстит нашим асексуалам, усугубляя живущие в их сознании психологические комплексы. В их сознании секс тоже превращается в бога - только с отрицательным знаком. Вернее, с рогами и хвостом.

С социальной же точки зрения идейный дрочер или асексуал - такой же раб капиталистической системы, как и типичный “мачо” или “стерва”. Только башляет он не модным брендам или индустрии проституции, а порнобизнесу и нечистым на руку идеологам. Что же до насильников - то эти ребята мало того, что кормят наш театр безопасности, так и дают повод для всевозможной брехни. И это вполне закономерно - самоотчуждение является лишь интериоризацией царящего в обществе отчуждения, в том числе и между полами.

Свобода, равноправие и доверие

Итак, здоровые половые отношения - это всегда свободные, равноправные и доверительные отношения между людьми, которые воспринимают друг друга не как вещи, а как субъекты. Иначе в постель неизбежно влезает многоликий “третий лишний” и всё портит, оставляя их неудовлетворёнными. А общество получает многочисленные побочные эффекты в лице изнасилований, массовых неврозов, фанатизма и прочей мерзости. Ну а капитализм - ещё одну опору в лице целой отрасли экономики, наживающейся на сексуальной неудовлетворённости людей. Так что, ложась в постель, убедитесь, что к вам в не прокрался “третий лишний”. И не будьте мудаками - дарите наслаждение друг другу. Ведь таинственный "третий лишний" - это сила социального отчуждения, вторгающаяся в сферу личных половых отношений. И борьба с ним - это дело не только личное, но и общественное. Иначе всё было бы просто, очень просто.

Источник: Лаборатория Будущего