Становление капитализма в России. Часть 2 — Начало девяностых.
CCCР. 1990-1991 гг.
Берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить!
(с) Борис Ельцин
История «лихих девяностых» настолько насыщена событиями, что практически каждый год нужно разбирать под отдельным подзаголовком. Так как в этом обзоре рассматриваются в основном экономические аспекты трансформации российского общества, имеет смысл ограничиться лишь перечислением главных геополитических событий, произошедших в терминальные годы существования советского государства:
1990.01.19 — Ввод советских войск в Баку - погибло 125 человек.
1990.03.11 — Литовский парламент заявляет о восстановлении независимости Литвы.
1990.03.23 — В Вильнюс вводятся советские войска и танки.
1990.06.12 — Парламент РСФСР провозглашает суверенитет республики.
1990.07.27 — Белоруссия приняла декларацию о суверенитете
1990.08 — Декларации о суверенитете Туркмении, Армении, Таджикистана
1990.10.24 — Закон о вступлении в силу нового союзного договора - о главенстве союзных законов над республиканскими
1990.12.12 —Чрезвычайное положение в Южной Осетии
1990.12.17 — Горбачев получает чрезвычайные полномочия
1991.02.09 — Референдум Литвы о независимости (за 90,5% голосов)
1991.02.19 — Президент РСФСР Б. Ельцин потребовал отставки М. Горбачева.
1991.03.17 — Референдум о сохранении СССР (6 республик бойкотируют).
1991.06.12 — Выборы Ельцина президентом РСФСР
1991.08.19 — Августовский Путч
1991.12.08 — Беловежские соглашения о ликвидации СССР
1991.12.25 — СССР прекращает существование.
К началу девяностых в России фактически сформировалось два центра власти. Первый — союзный, во главе с Горбачевым и консервативными коммунистическими элитами. Второй — российский, который возглавлял председатель Верховного Совета РСФСР Борис Ельцин. Однако, в отличие от 1918-го года, на этот раз верх взяли либералы, и баланс сил к началу 1991-го года определенно склонился в сторону Ельцина.
Если говорить об экономике, то ее к началу девяностых уже фактически не существовало. В стране еще в конце 80-х была введена карточная система, крупные производства остановились, а из-за разрыва цепочек поставок в голодающем СССР массово «утилизировались» продукты питания, быстро приходящие в негодность из-за простоя на ж/д путях. Сложилась парадоксальная ситуация: пропитание было, но из-за полной остановки экономики оно просто «не доезжало» до крупных городов. В результате, на окраинах Москвы и Ленинграда можно было найти целые горы испорченных продуктов, сваленных из проходящих мимо составов.
22 января 1991 года была проведена так называемая «Павловская реформа». Суть ее состояла в том, чтобы вывести из обращения определенное количество денежной массы, которая к 1991-му году многократно превышала имеющиеся в распоряжении государства товарные запасы. Иными словами, если раньше государство могло создавать иллюзию обеспеченности товарами благодаря искусственному дефициту, за счет чего населению казалось, что текущей денежной массы в обращении и вкладах вполне хватает для покрытия хотя бы базовых продовольственных нужд, то с началом либерализации неожиданно выяснилось, что реальная стоимость рубля гораздо меньше, чем декларируемая государством. Валентин Павлов, премьер-министр СССР, не придумали ничего лучше, чем под эгидой «борьбы с фальшивомонетчиками» объявить о выпуске новых банкнот и максимально сжатом (3 будних дня) сроком обмена старых банкнот на новые. При этом, существовал потолок обмена: фактически, обменять можно было не более 1000 рублей на человека. Благодаря подобной махинации, государству удалось изъять часть денежной массы из обращения, однако эта реформа окончательно подорвала веру населения в правительство Горбачева. При этом, так и не был ликвидирован катастрофический избыток рублей в обращении, который в результате «выстрелил» после либерализации цен в 1992-м году.
Пожалуй, единственная серьезная для страны либеральная реформа, предложенная в этот непростой период, была программа «500 дней» за авторством Григория Явлинского и Станислава Шаталина. Программа состояла из 4-х этапов:
- I (100 дней) — масштабная приватизация.
- II (150 дней) — либерализация цен.
- III (150 дней) — стабилизация рынка.
- IV (100 дней) — начало «подъёма».
Явлинскому удалось заручиться поддержкой Ельцина (программа была утверждена ВС РСФСР), однако остатки коммунистического правительства во главе с Горбачевым (рассчитывая, судя по всему, на чудо) радикальную либерализацию экономики отвергли, предложив объединить «500 дней» с коммунистическими догматами развития, преобразовав ее в так называемый «План президента СССР» (стоит отметить, что автором коммунистической программы был бывший секретарь КПСС Николай Рыжков, который в сентябре 2021-го года в 92-х летнем возрасте переизбрался в Совет Федерации). Так как план Явлинского подразумевал трансформацию всего СССР, а не только России, а на уступки правительству Горбачева в конце 90-го уже никто идти не хотел, то реализовать «500 дней», к счастью для Явлинского, так и не получилось. К счастью, потому что уже в следующем 1992-м году Россия преступила к осуществлению реформ Гайдара, которые во многом основывались на программе «500 дней» и которые запомнились в народе как одни из самых провальных и несправедливых экономических реформ в истории страны. А программа «500 дней» так и осталась утопическим мифом, который «имел все шансы на успешное осуществление и безболезненный переход к рыночной экономике». К декабрю 1991-го реформировать уже было нечего: СССР официально прекратил свое существование.
Семибанкирщина
Я — русский. У нас так принято.
(с) Михаил Ходорковский
На этом этапе необходимо сделать небольшое отступление от хронологического изложения событий и составить примерную политическую картину в молодом российском государстве до конца 90-х годов. Распад Советского Союза полностью обрушил традиционную для страны вертикаль власти. КПСС была расформирована, однако позиции коммунистов, особенно ко второму сроку Ельцина, были очень сильны. Из-за постоянного конфликта президента и парламента центральная власть в стране была крайне ослаблена. Две чеченские войны, катастрофическое состояние экономики, глубокие социальные потрясения — все это привело к тому, что в России расцвели бандитизм и олигархия, которые естественно проникали во властные структуры. Нужно понимать, что практически все фамилии, встречающиеся в этой статье, так или иначе связаны с хищением миллионов долларов бывшей государственной собственности. Так, ранее упоминавшийся Рыжков был причастен к созданию кооператива, который в 1990-м году попытался вывезти за границу 12 танков Т-72, задекларированных как тягачи.
Бандитизм, олигархия и коррупция в определенном смысле стали «новой нормальностью» для России в 90-х годах. Масштаб воровства при президентстве Путина даже близко не сопоставимы с тем, что происходило в стране в девяностые. Весьма характерен следующий пример: после технического дефолта в 1998-м году, МВФ выделил ЦБ РФ стабилизационный кредит в размере $4.7 млрд. Этот кредит… просто исчез. 5 миллиардов долларов буквально растворились в карманах властных структур, а остатки тех злополучных траншей еще долго потом находили в швейцарских и американских банках на счетах у неназванных лиц и офшорных компаний.
Стоит отдельно выделить список лиц, которые даже по меркам девяностых воровали в беспрецедентных масштабах. В народе они получили название «Семибанкирщина», по аналогии с Семибоярщиной, правившей Россией в период политической нестабильности в начале 17-го века. Полностью этот список оформился в так называемом «Письме 13-ти», которое фактически было ультиматумом и Ельцину, и Зюганову, и содержало в себе призыв к «политическому компромиссу» (с олигархами), а также констатировало, что «В России более половины детей от смешанных браков.» и что «Мы все —россияне, и попытка разделить нас на чистокровных и инородцев противоречит самой сути державного собирания народов России».
Под письмом подписались 13 человек, 7 самых «ярких» представителей которых, по разным и субъективным оценкам, были:
1) Михаил Ходорковский
2) Борис Березовский
3) Владимир Гусинский
4) Михаил Фридман
5) Владимир Потанин
6) Александр Смоленский
7) Петр Авен
К началу дефолта в 1998-м году, в руках у этих исключительно русских «предпринимателей» находилось практически 70% производственного потенциала страны, а Борис Ельцин, победивший на выборах в 1996-м только благодаря олигархам, уже практически полностью контролировался «крупным бизнесом». К 1999-му году стало понятно, что необходим транзит власти, и в своеобразной внутренней борьбе олигархов победил Борис Березовский. Его блок «Единство» (c медведем на эмблеме) на парламентских выборах в 1999-м занял второе место, уступив лишь коммунистам, а его кандидат в президенты (никому неизвестный КГБ-шник из команды Собчака) был назначен Ельциным и.о. после добровольной отставки последнего. К началу 2000-го Березовский уже точно знал, что президент и парламент находятся под его контролем, поэтому без стеснения отправлял в Кремль открытые письма, критикуя законопроекты своего нового ставленника и прямо диктуя, каким образом нужно устраивать власть в стране. Борис Абрамович пока не подозревал, чем для него это обернётся.
Данное отступление, выбивающееся из сугубо экономического характера статьи, сделано не случайно. Впервые за долгое время у власти в России находились люди, которые не стремились радикально улучшить уровень жизни населения, а руководствовались исключительно личными мотивами. Так или иначе, и в Российской Империи, и в Советском Союзе политические элиты проводили те или иные реформы в первую очередь исходя из своего видения будущего страны. Мотивы личного обогащения, безусловно, присутствовали, но были всегда далеко не на первом месте. В свою очередь, реформы и экономические эксперименты 90-х следует рассматривать через призму того, что у этих реформ всегда была группа выгодополучателей, которые «очень удачно» оставались в выигрыше, когда в результате очередного раунда приватизации банкротились целые индустрии. За примерами далеко ходить не надо — «настоящий русский патриот» Березовский в период между Чеченскими войнами передал Шамилю Басаеву 2 миллиона долларов. Разумеется, исключительно из гуманистических побуждений.
Либерализация цен. 1992 г.
Шли к рынку, а пришли к базару
(с) Виктор Черномырдин
6 ноября 1991 года формируется правительство Ельцина-Гайдара, а уже 2 января 1992 года осуществляется «либерализация цен». С этой даты начинается рыночный период в экономике России. 90% цен освобождается от государственного регулирования, одновременно с этим освобождается внешняя торговля. Согласно общепринятой точке зрения, фиксированные цены на потребительские товары были в СССР занижены, что вызывало повышенный спрос, а это, в свою очередь, — нехватку товаров. Предполагалось, что при коррекции цен товарное предложение в новых рыночных ценах будет выше старого примерно в три раза, что обеспечит экономическое равновесие.
Однако в дальнейшем либерализация цен не была согласована с монетарной политикой: с апреля 1992 года Центробанк начал осуществлять масштабную выдачу кредитов сельскому хозяйству, промышленности, бывшим советским республикам и эмиссию рубля для покрытия дефицита бюджета. Это привело к взлёту инфляции осенью, которая по итогам 1992 года составила 2600 % и тем самым ликвидировала все сбережения советского периода.
Сочетание потерь сбережений, экономического спада, задержек с выплатой зарплат в условиях гиперинфляции, резко выросших неравенства в доходах и неравномерного распределения заработков между регионами привело к стремительному падению реальных заработков для значительной части населения и её обнищанию. Доля бедных и очень бедных домашних хозяйств между 1992 и 1995 годами увеличилась с 33.6 % до 45.9 %.
В то же время, в момент либерализации внешней торговли в 1992 году мировые цены на нефть и нефтепродукты, как и на цветные металлы были существенно (иногда на порядок или даже на два) выше внутренних цен. Соответствующую ренту извлекало в основном государство. После освобождения внутренних цен началось их сближение с мировыми. Если бы процесс происходил мгновенно, то исчезла бы и рента. Однако в действительности реакция цен на институциональный шок длилась несколько лет. Громадные доходы перешли в руки тех, кто оказался в нужное время в нужном месте и преуспел в процессе поиска ренты. Иными словами, определенная группа людей (часто, c криминальным прошлым) практически одномоментно присвоила себе сверхдоходы от продажи нефти за рубеж, которые могли быть использованы для финансирования дефицитного бюджета.
После фактической конфискации всей рублевой денежной массы у населения, правительство решило начать приватизацию предприятий. Естественно, абсолютное большинство граждан бывшего СССР оказалось неспособным принять участие в приватизации малых и крупных предприятий, так как весь накопленный капитал просто растворился в гиперинфляции. Ваучерная приватизация — еще одно «изобретение» команды Гайдара и Чубайса, однако подробнее тема приватизации будет освещаться уже в следующей части.
Выводы
Практически ставшие нарицательными слова «Шоковая терапия», «прихватизация» и «либерализация цен» говорят сами за себя. Экономические реформы начала девяностых ознаменовали собой полный крах годами копившихся противоречий в советской системе. Гиперинфляция уничтожила все накопления населения, а поток дешевых китайских товаров, хлынувших в Россию в результате либерализации внешней торговли, практически полностью обанкротил советскую легкую промышленность (которую, при соблюдении грамотных протекционистских мер, можно было хотя бы частично сохранить).
Среди историков и экономистов до сих пор нет консенсуса по поводу того, насколько реформы Гайдара были необходимы, неизбежны и в принципе выполнимы с учетом того политического хаоса, в котором находилось государство в начале девяностых годов. Можно найти десятки работ, как критикующих, так и оправдывающих меры, на которые пришлось пойти правительству, чтобы наконец «перезапустить» российскую экономику на рыночных рельсах. Примечательно, что «шоковая терапия» была также проведена в послевоенной Германии, и куда менее болезненно прошла в Польше. Однако сторонники Гайдара могут возразить, что масштабы экономики России (как и масштабы политической анархии) были абсолютно беспрецедентными, и радикальный переход к рынку в таких условиях не мог не сопровождаться тяжелыми социальными и экономическими потрясениями.
В конце концов, в результате реформ, к середине девяностых, некогда вторая крупнейшая экономика в мире, находясь в глубочайшем социальном, политическом и экономическом кризисе, постепенно начала совершать переход к капиталистической модели экономических отношений.