Эксперт по решению проблем
23 июля 2024 года начальник Группы управления строительством «Крым» Виктор Анатольевич Рудь отмечает юбилей отличника – 55 лет
Ровно через год Виктор Анатольевич отметит еще одну знаменательную дату – 30 лет работы в отрасли электросетевого строительства. Несмотря на наличие высшего образования, он начал свой трудовой путь в электросетевом строительстве электромонтером-линейщиком 2 разряда. Потом ступенька за ступенькой вырос до должности директора Морозовского филиала «Донэлектросетьстрой» – Мехколонны №80. С сентября 2015 года Виктор Анатольевич является сотрудником ООО «ЛЭМ» – в службе директора по производству работал в должности начальника ГУС «Шахты», «Ростов» и «Крым».
За штурвалом комбайна
– Родился я в небольшом провинциальном городке Морозовске в Ростовской области, – начинает рассказ о себе Виктор Анатольевич. – Находится он в аккурат между двумя городами-миллионниками: до Ростова-на-Дону 252 километра, до Волгограда – 232. Город небольшой, сейчас в нем проживает примерно 25 тысяч человек. К сожалению, численность населения с каждым годом уменьшается. Молодежь не держится, уезжает. Морозовский район у нас считается сельскохозяйственным. А в самом городе есть два серьезных предприятия – филиал известного агрохолдинга АО «Астон», выпускающий растительное масло, и завод по производству навесной и прицепной сельхозтехники ОАО «Морозовсксельмаш», ныне АО «Клевер».
Отец работал водителем, но он рано ушел из жизни, в 1978 году – мне было 8 лет. Мама трудилась в районном финансовом отделе, она по специальности бухгалтер. Однако, когда отца не стало, чтобы побольше внимания уделять сыновьям, мне и моему младшему брату, мама устроилась в Госстрах агентом – там график был посвободнее. Жили мы в своем доме, держали хозяйство – коз, кур, свинюшку. Надо ли говорить, что на нас с братом была возложена вся мужская работа. Мы и косили, и огород копали, и воду носили, и много еще чего делали. Так что к физическому труду я с раннего детства приучен. В школе учился в основном на четверки и пятерки, но где-то и троечки проскакивали. В общем, ударник учебы, как таких в наше время называли.
Летом не бездельничал. Лет с 12 мы с друзьями в полях трудились. Началось с того, что подменяли комбайнеров да водителей, когда они отдыхали после обеда или просто покурить останавливались. Мы тут как тут: «А можно?..» «Ну давай,» – отвечали мужики, которые нас и наши возможности уже знали. И мы наперегонки с пацанами к машинам неслись – кто вперед ЗИЛка или ГАЗона под загрузку поставит.
Дядька двоюродный у меня был комбайнером, учил с этой техникой управляться. В итоге к старшим классам я мог свободно и на штурвальном комбайне работать, и на любом грузовике ездить. Официально летом трудился в ближайшем колхозе, зарплату получал, премии. На мотоцикл себе сам заработал, карманные деньги всегда имел.
Когда мальчишками были, то с улицы домой не загонишь – постоянно какие-то игры, купание в речке, на велосипедах гоняли, а зимой, как только лед встанет, сразу коньки под мышку и к водоему. Потом подросли, тут романтика добавилась: девчата, ночные гуляния, песни под гитару у костра.
С небес на «автомобильные дороги»
– В 1986 году окончил школу, – продолжает Виктор Анатольевич. – Сомнений, куда поступать, не было – только в Качинское высшее военное авиационное училище. Дело в том, что в городе Морозовске базировалась боевая военная часть. Недалеко аэродром, с него до сих пор летают самолеты в так называемые «горячие» точки. А тогда он еще и выполнял функции учебной базы для «первой русской школы авиаторов» знаменитого Качинского училища. Мы мальчишки всегда с завистью смотрели на подтянутых курсантов в красивой форме. А что уж там говорить о девчонках?! Те просто с ума сходили по этим ребятам. Естественно, все парни Морозовска мечтали стать военными летчиками. Вот и мы с другом Андреем рванули в Волгоград и подали заявление в училище. Но, увы, оба не поступили. У меня на медкомиссии нашли какие изъяны в работе «мотора» – повышенное давление. Хотя перед этим ездил в Батайск проходить комиссию от военкомата, и там все было в норме. А другу отказали в поступлении из-за его физических габаритов – он, по мнению местных эскулапов, был слишком крупным и просто бы не поместился в тесной кабине самолета. Вот так моя детская мечта осталась нереализованной. Я, кстати, до сих пор, как услышу гул самолета, с тоской вглядываюсь в небо.
Вернулся домой, тут в самом разгаре сезон у колхозников. Сел на комбайн, включился в работу. Приезжает Андрей и предлагает: «Поехали поступать в институт инженерно-строительный.» Я сначала отказался. Ну какой институт, тут уборочная полным ходом идет. Но он был настойчив. «Не поступим, – говорит, – так хоть время весело проведем.» Его повышенный интерес к Волгограду я хорошо знал: его девушка Лена, будущая, кстати, жена (до сих пор вместе живут), уже училась в этом вузе (она на год старше) – естественно, он хотел быть поближе к ней. В общем, уговорил он меня, собрал я свой желтый чемоданчик и отправился получать образование. Причем, ехали, даже не зная на кого будем учиться. Решение было принято уже в стенах института, когда мы стояли у стенда с названиями факультетов. Выбрали для себя АД (смеется) – «Автомобильные дороги». Шутили: «Может гаишниками станем!» Даже и не думали, что это как-то будет связано со строительством. В итоге – поступили. Ну и началась у нас веселая студенческая жизнь: сессии, колхозы, стройотряды, девчонки, дискотеки и т.д.
Командир машины боевой
После второго курса Виктор Анатольевич Рудь был призван на срочную службу в армию. Служил в Чечне в учебном танковом полку, который базировался в селе Шали (сейчас – город). Батальон, в который он попал, готовил командиров танка и наводчиков. Через полгода ему присвоили звание сержанта, назначили на должность командира среднего танка и оставили в учебке.
– Помню, как сдавали нормативы во время штатной проверки, – рассказывает Виктор Анатольевич. – Хорошо ездить и метко стрелять у нас умели только несколько человек, я в том числе. Во взводе примерно 25 человек, и в ходе учений все должны были показать свои умения. Три дорожки – три танка. Проверяющие далеко – на командной вышке. Оттуда и не видно, кто к танку бежит. Вот мы практически тремя-четырьмя экипажами обеспечивали подразделению отличные показатели в боевой подготовке.
Был старшиной второй учебной танковой роты. Уволился в должности гвардии старшего сержанта. Причем, благодаря известному указу Президиума Верховного Совета СССР, подписанному Михаилом Сергеевичем Горбачевым в июле 1989 года, служил я всего год и два месяца. Документ этот, если кто не знает, освобождал студентов от срочной службы в армии.
После демобилизации хотел было забросить обучение. Мысли были такие: да кому это высшее образование нужно, надо сразу «устраивать жизнь». Отказался от задуманного после разговора с двоюродным братом Сергеем. Он к тому моменту в автотранспортном предприятии работал, людей на «Икарусе» возил. «Вот смотри, – сказал он мне. – Есть у нас отрядный (ну это как мастер сейчас в нашей строительной отрасли), на автобусе он не горбатится, как мы по много часов в день, всегда ходит в чистеньком. Придет в контору, бумажки какие-то подпишет и целый день непонятно чем занимается. Не работа – мечта. А все почему? Да потому, что у него образование есть.» Как-то на меня этот его спич подействовал – восстановился в вузе и через три года получил диплом о высшем образование.
Директор магазина
– После окончания института было много предложений, – вспоминает Виктор Анатольевич. – Дед двоюродный, дай Бог ему здоровья, который до сих пор живет на севере Иркутской области в поселке Витимский Мамско-Чуйского района, звал к себе. Обещал интересную работу по специальности и большие зарплаты. Крестный в Нижневартовск приглашал. В Волгограде вполне мог остаться – были хорошие вакансии. Однако я в то время очень хотел домой. Может потому, что мама там одна оставалась. В общем, вернулся в Морозовск в 1992 году и... почти сразу женился. А через год стал отцом – старшая дочь родилась. А вот с работой не все так удачно сложилось: начало 90-х – достойную работу найти непросто, а уж по специальности и подавно. В итоге мы с другом ударились в коммерцию – тогда благодатные времена для этого были. Я, кстати, еще будучи студентом попробовал себя на этом поприще. Летал в Благовещенск за китайскими спортивными костюмами. Продавали потом их в пять раз дороже, чем они стоили. Реализация одного костюма практически окупала всю поездку. Такие вот были времена.
Наш с товарищем бизнес в Морозовске изначально пошел удачно. Зарегистрировались как товарищество с ограниченной ответственностью «Виста». Развернулись неплохо: открыли две торговые точки в проходных местах, магазин. Потом даже позволили себе новый ГАЗ-3307 прикупить –будку на него поставили, чтоб товары возить. Все официально. Я директором магазина по Трудовой книжке числился. Были планы гонять автомобили из Тольятти на продажу... Но потом что-то сломалось в этом отлаженном механизме из-за одного кредита. Мы его взяли по просьбе наших партнеров из Новочеркасска. Не буду вдаваться в подробности, но отдавать деньги в итоге пришлось нам. Продали все, что можно было, рассчитались, но дальше заниматься коммерцией мне уже как-то расхотелось.
Какое-то время вместе с кумом строили дома. Просто брали подряды и строили. В простонародье это называется шабашка. Три больших хороших дома возвели – с нуля (фундамента) и до самой крыши. Я и себе тогда дом кирпичный построил. Потом и в этой деятельности какие-то перебои начались – то есть работа, то нет. В 1994 году устроился на одно предприятие автослесарем в ремонтно-механическую мастерскую, но изначально понимал, что это временное явление.
Линейщик с высшим образованием
– А мама моя в то время работала в Мехколонне №80, филиале треста «Донэлектросетьстрой». Однажды зовет меня и говорит: «Я тут узнала, что на предприятие механик требуется. Ты сходи к начальству, попробуй устроиться.» «Ну какой из меня механик?» – отвечаю. Но мама убедила, что мне просто необходимо познакомиться с директором мехколонны Иваном Никифоровичем Бессмертным. Пришел, показал диплом. В ответ один в один мои слова, которые я накануне маме сказал: «Ну какой из тебя механик?!» На том и расстались. Однако через неделю, мама пришла с работы и сообщила, что меня зовут в дирекцию в 8 часам утра. «Ты уж оденься поприличнее, – сказала. – Да будь посговорчивее.»
Утром прихожу, в кабинете директора планерка: сидят прорабы, заместители, другие специалисты, во главе стола Иван Никифорович. Все свои вопросы обсудили, потом Бессмертный говорит: «Вот у нас молодой специалист Рудь Виктор Анатольевич, закончил институт по такой-то специальности. Есть предложение взять его на работу». Присутствующие пошушукались, посмеялись над записью в моей трудовой «директор магазина», но тем не менее решили меня трудоустроить – на первое время электромонтером-линейщиком в бригаду. После совещания вышел вместе с Владимиром Михайловичем Капылковым, он тогда прорабом был, а позже стал руководителем Мехколонны №80. Он и рассказал мне суть моего приема на работу. Изначально требовался помощник прораба, и именно эту должность примеривали на меня, но, так как я был совершенно не знаком со спецификой электросетевого строительства, отправили «в поля» немного «повариться» в профессии. Меня такой расклад полностью устроил, а работы, даже самой тяжелой, я никогда не боялся. Любой техникой могу управлять – и комбайном, и бульдозером, и трактором, и грузовиком; многие строительные профессии освоил, когда дома строил, и столяр, и плотник, и каменщик, и бетонщик, могу даже сварщиком, если нужно.
15 мая 1995 года я был принят на работу в Мехколонну №80 треста «Донэлектросетьстрой». Получается в следующем году круглая дата будет – 30 лет как я тружусь в отрасли электросетевого строительства. Первый объект – строительство ВЛ 110 кВ в Каменске-Шахтинском (примерно 140 км от Морозовска). Первый бригадир – Владимир Иванов. Очень толковый специалист был, обязанности прораба запросто мог выполнять, некоторые объекты, можно сказать, тянул самостоятельно. Когда выезжали в командировку, он лично комплектованием занимался – от сложного оборудования до последней гайки. «Бугор» все с уважением называли Володю. К сожалению, его жизнь скоро трагически оборвалась. Впрочем, с работой это не связано.
В бригаде меня приняли очень хорошо. Курс молодого линейщика начался еще на стадии выезда на объект. Была тогда традиция: после получения в кассе полевых (читай, командировочных) грузились в автобус и по дороге к месту работы, а путь часто был не близкий, заезжали в магазин. Ну дальше – понятно, затаривались по полной и в течение двух-трех дней к рабочим даже не подходи... Но зато потом выкладывались даже не на сто, а на двести процентов – могли самые невероятные планы выполнять. Вахты, кстати, в то время были вполне щадящие: 10 дней работаешь, 5 дней отдыхаешь. Ну как пять дней... Отъезд и приезд шли в счет выходных. Так что отдохнуть получалось 3-4 суток, потом снова на работу.
Работа мне сразу понравилась: во-первых, интересная, а, во-вторых, результативная, то есть сразу видишь результат своего труда. Коллектив, в который я попал, был просто замечательный. Каждый из работников знал, что нужно делать, никого не требовалось подгонять. Ну и руководил этим слаженным «ансамблем», как я уже сказал, очень грамотный «дирижер».
Зарплата в первое время у меня была не слишком высокая – проедал больше, чем зарабатывал. Но это понятно, я ведь в первый месяц трудился как ученик линейщика, а потом мне присвоили 3-й разряд. С полгода я набирался опыта, работая в бригаде, затем высшее образование все же сыграло – меня перевели в мастера летом 1995 года. Причем, произошло это как-то обыденно – просто сказали, что с завтрашнего дня будешь мастером. Я к данному факту отнесся спокойно: и в качестве линейщика чувствовал себя комфортно, и в работе мастера были свои плюсы. Тогда за счастье воспринимал уже то, что удалось устроиться в мехколонну. Ведь брали-то далеко не всех. Организация была сильная, мощная, зарплаты высокие, если сравнивать с другими предприятиями Морозовского района. Так что текучки кадров не было. Получается, мне в какой-то степени повезло. Спасибо маме, надоумила. В итоге вот нашел свое призвание в жизни.
Учился работать
Его карьера, меж тем, развивалась стремительно: весной 1997 года Виктора Анатольевича Рудя уже назначили прорабом. Причем, никаких курсов повышения мастерства по основной профессии никогда не заканчивал, учился всему в ходе работы.
– Только однажды меня директор мехколонны отправил на месяц на учебу в Ростов-на-Дону. Но с электросетевым строительством это никак не связано. Просто предприятие наше в целях получения дополнительного заработка включилось в программу газификации района – подрядилось строить межпоселковый газопровод. Директором к тому моменту был уже Владимир Михайлович Капылков, Иван Никифорович Бессмертный ушел в трест на повышение. Мы тогда закупили техники, оборудования специально под новое направление, отправили работников учиться, меня вот в том числе... Однако потом что-то в этом деле не срослось, и мехколонна продолжила заниматься привычным для себя делом. Строили самые разные линии электропередачи: от 0,4 кВ до 110 кВ, а иногда и более высокого напряжения. Двухцепную ВЛ 220 кВ для Ростовского электрометаллургического завода (РЭМЗ) вот, к примеру, поставили. Я поначалу был в основном специалистом по ЛЭП, но позже и с подстанциями пришлось столкнуться. Бригады в то время в мехколонне были универсальными, то есть могли выполнять весь цикл работ в электросетевом строительстве: от установки фундамента до монтажа проводов.
Танк вместо вертолета
В 2000 году в Сальске во время работ по электрификации железной дороги нужно было убрать старые и поставить новые переходные опоры ЛЭП в весьма стесненных условиях. На одном из участков об установке металлоконструкции привычным для линейщиков Мехколонны №80 способом (с помощью большого крана) не могло быть и речи. Собирались заказывать вертолет. Но дело это весьма хлопотное и дорогое. И тогда директор Мехколонны Владимир Михайлович Капылков вызвал к себе Виктора Анатольевича Рудя.
– «Собирайся, – говорит, – Витя, в командировку, разберись на месте, может что-то придумаешь,» – вспоминает Виктор Анатольевич. – Приезжаю. Собираю бригаду. Впрочем, бригады как таковой там и не было. Совершенно разномастный коллектив: кто-то с пенсии вернулся, скучно стало, кого-то выгоняли за разные провинности, но потом вернули, кто-то вообще впервые оказался на подобном объекте. Правда, люди оказались дисциплинированные, слушали очень внимательно и потом делали все так, как им говорили. Главным моим советчиком был Владимир Александрович Лавров. К тому времени он на многих электросетевых объектах высокого напряжения побывал, строил даже 500-ки в Сибири. Потом приехал к нам и стал настоящим наставником для многих морозовских линейщиков. Ушел на пенсию, но я его вызвал на работу – ну нельзя такими опытными кадрами разбрасываться.
Ситуация возникла непростая: необходимо было установить новую опору У110-2+14 на весьма ограниченной площади. Там едва нашли место, чтобы выложить все необходимые детали и собрать габаритную металлоконструкцию. А ведь ее еще нужно было подтянуть на нужную позицию, установить, и здесь ну прямо затык: там территория какой-то организации, там железная дорога, там крутой овраг. Выход напрашивался только один – ставить вертолетом. Но это сначала нужно согласовать с руководством, с заказчиком, потом договориться с исполнителями, подписать кучу документов, ну и по цене это совсем не дешевое удовольствие.
Ситуация усугублялась еще и тем, что старую опору нельзя было снимать пока не поставим новую. Линия была действующая и отключать ее на долгое время никто бы не разрешил. Тут надо уточнить, что метод «падающей стрелы», с помощью которого поднимают большие опоры, в Мехколонне №80 в то время не практиковали. Не было надобности. Опоры ведь мы в основном небольшие тогда ставили. Да что там мехколонна, во всем тресте «Донэлектросетьстрой», насколько знаю, даже самой конструкции «падающей стрелы» к тому моменту никогда не было.
Как человек ответственный и любопытный одновременно, я в свободное время часто занимался самообразованием, изучал различные методики электросетевого строительства, читал специальную литературу. Про подъем опоры с помощью «падающей стрелы» знал и, если честно, всегда мечтал сам поучаствовать в данном процессе. А тут возникла мысль: а почему бы не попробовать поднять новую опору, которая лежит собранная, но к ней ни на чем не подъедешь, через старую опору, используя некоторые моменты метода с «падающей стрелой». Поделился своими соображениями с Владимиром Александровичем Лавровым. Тот с некоторым скептицизмом, но одобрил – можно, говорит, попробовать. Еду на завод в Сальске, который какие-то станки выпускал, и заказываю там два вала и два блочка. Их мы потом закрепили на верхней части опоры, распределили по нагрузкам. Всю конструкцию придумывал буквально на ходу. Советовался только с Лавровым. Он мне: «Витя, ты, конечно, авантюрист, но может сработать.» Позвонил Владимиру Михайловичу Капылкову, рассказал про свою задумку. Он без разговоров дал согласие.
Чтобы осуществить задуманное, нужна была хорошая лебедка, опора ведь 16 тонн весит. Поехал к железнодорожникам договариваться, к начальнику восстановительного поезда. Объяснил ему задачу, он сразу: «А ППР (проект производства работ) есть?» Я сначала опешил, но быстро сориентировался и говорю: «Будет!» Договорились по цене. Приезжаю в строительный городок. По дороге купил ватман, почему-то желтого цвета. И пока ребята в вагончике кушать готовили, я на большой картонной коробке из-под телевизора начал мудрить проект производства работ. Это сейчас данный документ порой из себя толстенную книгу представляет, а тогда все попроще было. Нарисовал проект, как я сам его видел – где опора будет, как мы ее цеплять будем, как поднимать, какие-то описания. В нужном месте написал «Подтверждаю» и расписался. Привез ППР к железнодорожному начальству, они мне печать поставили, то есть согласовали. Договорились ставить опору на следующий день. А это 23 июля, у меня как раз день рождения. Ветер, как назло, поднялся сумасшедший. Железнодорожники подогнали восстановительный поезд на ближайшее расстояние, на которое можно было подъехать к опоре. Накидали шпал, спустили танкетку (на базе танка Т-55). Этот тягач, оборудованный 40-тонной лебедкой, используют в случае аварии на железной дороге, когда нужно расцепить вагоны. Поставили танкетку в овраге, пропустили трос лидер через блочки по верху, закрепили за макушку новой опоры. В итоге, у нас получилась не «падающая стрела», а стоячая. Начали тянуть и... у нас все получилось. Поставив новую опору, мы потом по той же технологии, переставив блоки, положили старую на противоположную сторону в овраг, рядом с железной дорогой. Когда стало понятно, что наша авантюра удалась, и все прошло без происшествий, я позволил себе стакан русского успокоительного, вспомнив, что у меня день рождения. Много линий мы в те времена построили в Сальском районе, но такую технологию больше нигде не применяли.
«Падающая стрела» собственного производства
Очень скоро Виктор Анатольевич Рудь внедрил в Мехколонне №80 и настоящую «падающую стрелу». Все началось с того, что организации вновь поручили делать переходы через железную дорогу. По проекту использовали 20-метровые металлические решетчатые стойки – на подобных опорах висят провода контактная сеть железной дороги. И в одном месте ну никак – ни физически, ни даже теоретически – такие стойки не вписывались в проект. Решили ставить железобетонные стойки СК-26. Утвердили изменения у заказчика и благополучно все сделали. А две неиспользованные металлические опоры привезли на базу мехколонны – ну мало ли, вдруг когда-нибудь пригодятся. И ведь действительно пригодились. Причем, очень скоро.
– В 2001 году мы делали переход ЛЭП через реку Северский Донец, – рассказывает Виктор Анатольевич Рудь. – Опоры были высокие, привычным для нас способом (подъемным краном) ставить их было проблематично. Я к тому моменту был уже заместителем начальника Мехколонны №80, предложил руководству: а давайте свою «падающую стрелу» изготовим и попробуем с ее помощью конструкцию поднять. Мою идею согласовали. Дали задание сварщикам, и они из тех самых решетчатых железнодорожных стоек соорудили отличную «стрелу». Повторюсь, что в тресте «Донэлектросетьстрой» подобным способом опоры никогда не ставили. Наверное, можно было купить стандартную «падающую стрелу» и пригласить специалистов из другого предприятия, которые уже применяли этот метод на практике, но мы решили, что все будем делать сами.
Естественно, как инициатора, старшим в этом деле назначили меня. Ни фото, ни видео самого процесса подъема опоры с помощью «падающей стрелы» у меня не было. До всего пришлось самому доходить. В помощь была только старая книжка, еще 1950-х годов, с картинками очень плохого качества. Когда занимался расчетами, то коллеги улыбались, кто-то может, глядя на меня, крутил пальцем у виска (смеется). Ну там действительно забавная картина была: я купил бумагу-миллиметровку, вырезал модель опоры в определенном масштабе. Высчитал как конструкция будет лежать, где нужно выставить «падающую стрелу». Шарниром у меня являлась иголка с нитками, тяговым устройством обыкновенная резинка. Нужно было ровно тянуть и фиксировать с помощью линейки все важные моменты. Я все записывал, что-то изменял. И в итоге добился того, чего хотел – моя бумажная модель поднялась четко, нигде ничего не закусило. Можно было приступать к реальному подъему.
«Падающую стрелу» мы, как я уже сказал, сделали сами из железнодорожных стоек, добавив к ним конусный низ и, где нужно, приварив полутрубки и трубы. Получилось весьма оригинальное изделие. Обычная монтажная «стрела» чаще всего сделана из трубы. Были у нас и другие весьма серьезные отличия в оснастке. По применяемой ныне технологии тяговый трос прикреплен к «падающей стреле» намертво, и та при подъеме за ним тянется. Я же изготовил конструкцию с замком, который при подъеме, когда трос поднимался выше «стрелы», выходил вверх. И это была основная тяга, а параллельно еще «падающая стрела», которая держалась на вожжах, помогала – она плавно ложилась на землю, а опора так же плавно поднималась. Кстати, здесь ничего своего я не придумал – все было в той старой книжке по технологии электросетевого строительства.
Уже потом, работая с той оснасткой, которая применяется повсеместно, я понял, что у нас тогда было все немножко не так. Это, видимо, два разных типа метода «падающей стрелы».
Можно сказать, что я внедрил в тресте «Донэлектросетьстрой» технологию подъема опор с помощью «падающей стрелы». Очень своевременно, кстати. Наша «самоделка» мгновенно стала востребованной. Почти сразу мы получили заказ на строительство подстанции и линии электропередачи к строящемуся Ростовскому электрометаллургическому заводу. Там мы опоры поднимали новым для себя методом. Потом уже редкий наш объект обходился без использования «падающей стрелы». Запомнилось, как в 2007 году на переходе через железную дорогу мы с помощью нашего детища ставили две опоры в габаритах 330 кВ – 2ВТ+14. Вес одной конструкции был 56 тонн.
Ростовская, Волгоградская, Вологодская, Самарская области... Почти десять лет созданная умельцами морозовской мехколонны «падающая стрела» колесила по объектам электросетевого строительства. А последнее пристанище, насколько я знаю, нашла в Калининградской области – туда на строительство линии электропередачи ее увез мой коллега Алексей Барилов, да так и оставил ее местным строителям.
В должности главного инженера
В октябре 2009 года Виктор Анатольевич Рудь уволился из ставшей для него родной Мехколонны №80. Ушел, говорит, из-за разногласий с владельцами. Предприятие стало частным, причем, выкупили его, по мнению нашего героя, очень далекие от строительства люди.
– Я к тому моменту был уже начальником Мехколонны №80 (с декабря 2007 года), – говорит Виктор Анатольевич. – Пытался найти общий язык с новыми хозяевами, говорил им как надо и как не надо делать, высказывал свою точку зрения, однако меня просто не слышали. И тогда я прямо в кабинете написал заявление об увольнении по собственному желанию, положил на него, как сейчас помню, шариковую ручку и вышел за дверь. Все! Жалел потом только об одном, что не забрал из архива предприятия некоторые весьма интересные старые книги и справочники по электросетевому строительству. Там они особо никому не нужны были и, думаю, через какое-то время их просто утилизировали. Представляете, там был большой телефонный справочник с указанием сотрудников всех мехколонн Советского Союза. Практической пользы он уже тогда, скорей всего, не представлял, но с исторической точки зрения это ж такой раритетище! Тысячи фамилий людей, которые развивали в нашей большой стране систему электросетевого строительства.
В ноябре 2009 был приглашен главным инженером ОАО «Ростовское энергетическое автотранспортное предприятие». Специфика осталась прежней – строительство линий электропередачи. У нас тогда многие специалисты из Мехколонны №80 в эту фирму ушли. Строили ВЛ 220 кВ Тихорецк – Витаминкомбинат, потом ВЛ в габаритах 500 кВ с выходом из ПС Центральная в Шепси, дальше ВЛ 330 кВ Нальчик – Владикавказ, ВЛ 330 кВ Черкесская – Зеленчукская с расширением ПС Черкесская. Приходилось и в горах ЛЭП вести. Проработал в этой организации три года – с ноября 2009 по октябрь 2012 года. Трудился бы и дальше, но и здесь началась знакомая мне уже потеха с банкротством. Вдаваться в подробности для чего это нужно собственникам я не стал, как и большая часть сотрудников головного офиса. Позвали в ООО «Росэнергострой» дочернее предприятие известной компании ОАО «ГлобалЭлектроСервис». Та же должность – главный инженер, те же задачи – строительство электросетевых объектов, и тот же срок, на который я задержался на этом месте работы, – три года. И даже причина моего увольнения идентична – предприятие начали банкротить.
В ООО «ЛЭМ»
Еще будучи сотрудником ООО «Росэнергострой» Виктор Анатольевич Рудь познакомился с Геннадием Александровичем Грибановым, директором по производству ООО «ЛЭМ». Тот рассказал, что компания, которую он представляет, собирается строить электросетевые объекты на юге России, в частности в Ростовской области. А через какое-то время Виктору Анатольевичу предложили работу в ООО «ЛЭМ». И так как на прежнем месте перспективы были весьма туманные, в сентябре 2015 года он без особых раздумий согласился.
– Основные силы компании тогда были стянуты в Краснодарский край – на строительство объектов Энергомоста на Крымский полуостров. Но одновременно в Ростовской области была начато строительство линии электропередачи 220 кВ Шахты – Донецкая с заходами на ПС Шахты и реконструкцией ПС Донецкая. Меня назначили начальником Группы управления строительства (ГУС) «Шахты».
Через год начали строительство ВЛ 500 кВ Ростовская АЭС – Ростовская в Ростовской области протяженностью около 300 километров. Так как строительных участков было много, создали дирекцию по строительству, в которой я занимал должность главного инженера. Ну а осенью 2019 года мы заехали на полуостров Крым. Работы здесь было непочатый край: местные подстанции и ЛЭП давно нуждались в реконструкции – так что задержались тут надолго.
Крымская пятилетка
– В Крыму мы уже пять лет работаем, – поясняет Виктор Анатольевич. –Первыми объектами в 2019 году стали реконструкция подстанций 110 кВ Восточная и 110 кВ Южная. Обе подстанции находились в плачевном состоянии. Работы выполняли собственными силами ООО «ЛЭМ»: на ПС 110 кВ Восточная строительным участком руководил Алексей Борисович Няников, на ПС 110 кВ Южная – Владимир Александрович Погорелов.
Потом достраивали двухцепную кабельно-воздушную линию от Симферопольской ПГУ-ТЭС до ПС 110 кВ Южная и ПС 110 кВ Центральная. Фирма, которая первоначально выиграла этот контракт, не сумела выполнить свои обязательства, объявила себя банкротом. Объект передали ООО «ЛЭМ». Объем работы был большой, а сроки весьма сжатые. Но наши строители справились: СПб филиал ООО «ЛЭМ» за полгода этот объект до ума (читай, до сдачи) довел, начальником строительного участка был Анатолий Леонидович Тарасов. Мы тогда значительную часть Симферополя прокололи – подземный кабель прокладывали.
Затем строили двухцепную линию электропередачи 110 кВ от ПС 220 кВ Кафа до ПС 110 кВ Виноградная. Цель этого проекта: выдача мощности от ПС 220 кВ Кафа для строящегося вблизи Феодосии Индустриального парка. ПС 110 кВ Виноградная построили одновременно с линией. Начальником строительного участка здесь был Сергей Алексеевич Балюк. Подобные объекты – это просто мечта для электросетевых строителей. Строили их в чистом поле, среди виноградников, и никакие коммуникации нам не мешали. Однажды только нарвались на водопровод, который пришлось переустраивать, да раз еще делали примыкание дороги. И это все. Для сравнения: в городе обычно имеем дело с реконструкцией действующих подстанций, с работающим оборудованием. А это наряд-допуски для сотрудников, отключения в самое неудобное время и на очень короткий срок, а также море согласований от самых разных инстанций.
Кроме уже названных выше объектов ООО «ЛЭМ» реконструировало ещё несколько подстанций в Крыму: ПС 110 кВ Евпатория, ПС 110 кВ Мойнаки, ПС 110 кВ Северная и ПС 110 кВ Фотон.
«Сохранить связь между поколениями»
– А были какие-то сложности во время вашего пребывания в Крыму, связанные с событиями, происходящими в настоящее время на сопредельной территории?
– Прямых атак на наши объекты, к счастью, не было – работу мы ни разу не останавливали. А вот осенью 2022 года, когда был совершен подрыв на Крымском мосту, пришлось немного понервничать. У нас тогда на подходе были трансформаторы. Проезд по мосту закрыли и весь крупногабаритный груз отправляли с большой земли паромом, а там очереди были огромные. Нам пришлось потратить немало времени и ресурсов на решение возникших транспортных вопросов. Но в итоге оборудование на строительные площадки было доставлено вовремя.
А еще, пока автомобильный мост ремонтировали, весь грузовой транспорт пускали через Мелитополь и Мариуполь. Представляете, насколько изменились сроки доставки и стоимость перевозки. Мы же все заказы делали на ближайших к нашим объектам предприятиях. Возьмем, к примеру, Краснодар – вот он рядом, через мост переехал, и ты в Крыму. А тут приходилось возвращаться в Ростов, потом Мариуполь, Мелитополь, то есть делать большой круг. Кроме того, некоторые водители просто отказывались ехать на сопредельные территории. Пришлось приложить немало усилий для выдерживания сроков поставки строительных материалов, так как график выполнения работ по контрактам никто не отменял.
– Какие функции выполняет Группа управление строительства?
– Я называю наше подразделение «группой решения проблем», потому что все возникающие в ходе реализации проекта проблемы стекаются именно к нам. Мы формируем исполнительную документацию реализуемых объектов, так как строительных участков на объекте может быть несколько. Работаем в тесном контакте с заказчиком, это наша приоритетная задача. У нас есть группа технического надзора, есть специалисты, взаимодействующие с различными контролирующими органами. Вся техническая документация находится в ведении ГУС: на каждый шкафчик, на каждый прибор, на любое оборудование есть свой паспорт, свой сертификат, и все это мы должны предъявить по первому требованию надзорных органов. По штату под моим руководством, к примеру в ГУС «Крым», трудятся 13 человек. Однако в пиковые моменты, когда приближается момент сдачи того или иного объекта, количество сотрудников заметно увеличивается. Люди приезжают, чтобы помочь нам обрабатывать исполнительную документацию, объем которой в такие дни значительно возрастает. Удаленно работать в таких случаях не получится – замечания и пожелания стройконтроля нужно оперативно исполнять на местах.
– Девятый год вы являетесь сотрудником ООО «ЛЭМ». Поделитесь впечатлениями о работе в этой компании.
– Мне нравится в ООО «ЛЭМ» профессиональный подход на всех этапах деятельности. Нравится, что руководители компании поддерживают старые традиции электросетевого строительства, которые тянутся еще с советских времен. Нравится, что здесь поощряется наставничество, что здесь готовят собственные кадры, что помогают молодым специалистам побыстрее найти свой путь в жизни. Я тоже считаю, что цепочку между поколениями рвать нельзя. Только так можно с уверенностью смотреть в будущее.
Кстати, моя младшая дочь работает в ООО «ЛЭМ» – в ростовском офисе помощником делопроизводителя. Одновременно она заочно учится в институте. А старшая дочь вышла замуж за офицера и сейчас живет в подмосковном Монино. Ну а, скажем так, родовое гнездо у меня остается в Морозовске – там жена Татьяна, с которой мы уже больше 30 лет вместе, там мама и брат. Там меня всегда ждут.
Отзывы коллег
Бурыкин Алексей Николаевич, старший руководитель проекта ООО «ЛЭМ»
– С Виктором Анатольевичем познакомился в 2019 году, когда мы на Крымском полуострове начали работать. Он был назначен начальником ГУС «Крым». Сразу видно, что человек с опытом работы в электросетевом строительстве. В предмете разбирается досконально. При принятии решений часто действует не по шаблону, не так как прописано в правилах, учитывает реальную обстановку, которая складывается на местности. Проявляет гибкость – у него всегда есть какие-то альтернативные варианты. При строительстве объектов, что линейных, что площадных, иной раз нужно принимать нетривиальные решения. Он посоветует, предложит что-то, отталкиваясь от своего жизненного опыта, от тех ситуаций, которые у него складывались на смежных участках. Неконфликтный, но при этом открытый и прямой.
В человеческом плане Виктор Анатольевич открытый, дружелюбный, с развитым чувством юмора, компанейский. Внимателен к персоналу, которым руководит. Идет на встречу, когда нужно помочь. Горой стоит за свой коллектив. Думаю, сотрудникам из его команды работать с ним очень комфортно.
Балюк Сергей Алексеевич, начальник строительных участков на территории Республики Крым
– С Виктором Анатольевичем мы познакомились на ростовской линии 500 кВ. Он там тоже начальником ГУС был. Отношения сразу сложились очень хорошие. Он человек ответственный, деятельный и много знающий. Если возникают какие-то вопросы, реагирует мгновенно: знает, что делать, с кем связаться, с кем переговорить. Решает любую проблему в кратчайшие сроки.
Было время, когда все обязанности ГУСа лежали на начальниках строительных участков и, честное слово, мы просто зашивались. В моей практике были такие эпизоды. Тут строить надо, графики горят, а приезжает какая-то проверка, и ты должен бежать к ним, водить их по объекту, все рассказывать, показывать. Сейчас все эти функции возложены на ГУС.
Если нужно решить земельный вопрос, вопрос с отключением-подключением, вопрос с дорогами, и многие другие вопросы, то Виктор Анатольевич тут как тут. Очень грамотно работает с представителями властных структур, надзорных органов. Уметь договариваться и находить компромиссные решения – это очень непросто и важно для специалиста на такой должности. Нужна хорошая репутация, талант дипломата, ну и понимание самого предмета. Виктор Анатольевич всеми этими качествами, безусловно, обладает.
Он боец невидимого фронта. Его работа, вроде как, и не заметна для многих. Вдруг, раз-два, и все решилось: документ подписали, разрешение выдали, объект сдали и т.д. Все вроде как само собой. Однако мы-то строители знаем, что за всем этим стоит кропотливая работа Виктора Анатольевича и его команды.
А еще у Виктора Анатольевича, несомненно, есть дар наставника, учителя. Мне как-то выпало работать на одном из объектов, где начальником ГУС был его ученик. Все было точно так же деловито и комфортно, как и при сотрудничестве с самим Виктором Анатольевичем.
Котов Сергей Александрович, генеральный директор ООО «ДЭК»
– С Виктором Анатольевичем знаем друг друга уже полтора десятка лет. В 2009 году его пригласили на должность главного инженера в Ростовское энергетическое автотранспортное предприятие, я был его руководителем. С самого начала у нас сложились хорошие отношения. Ситуации были разные – трудные, тяжелые, близкие к критическим, но на протяжении всех лет нашего сотрудничества я всегда чувствовал рядом с собой надежное плечо не просто коллеги, а хорошего товарища, настоящего единомышленника. На этого человека всегда можно положиться, зная, что он никогда не подведет. А плюсом к его надежности шли еще профессиональные качества, неиссякаемая работоспособность и упорство, в хорошем смысле этого слова. Кроме того, Виктор Анатольевич очень компанейский человек, с хорошим чувством юмора. Он из тех, с кем можно и плодотворно поработать, и хорошо отдохнуть.
Потом судьба разбросала нас на какое-то время. Вновь встретились, когда он был уже сотрудником ООО «ЛЭМ». Здесь мы оказались совсем в другой ипостаси. Он начальник ГУС компании заказчика, я руководитель подрядной организации. Спорные моменты случаются, в нашей непростой сфере деятельности без них никак, но каждый раз, встречая Виктора Анатольевича, я вижу его лучезарную улыбку. Работа работой, но человеческие отношения для него на первом месте в любой ситуации.
В профессиональном плане он заметно вырос за эти несколько лет. И не мудрено, ведь цели и задачи, которые на него возлагаются в ООО «ЛЭМ», намного шире и сложнее, чем были на прежних местах его работы.
Виктор Анатольевич относится к разряду людей, которые без работы жить не могут. И работа эта в его понимании должна быть не тихая и спокойная, а кипучая, живая, с ежедневным преодолением трудностей. Это его стихия. И сейчас он точно на своем месте. Хочу пожелать, чтобы работа эта продолжалась как можно дольше, приносила ему материальное и моральное удовлетворение, и самое главное, чтобы на все это хватало здоровья. Но при этом, чтобы всегда находилось время на отдых, на личную жизнь, на общение с родными и близкими.
Его нынешнюю юбилейную дату я назвал бы «круглый отличник». Виктор Анатольевич такой и есть: и в работе, и в жизни.