Подвижные соединения. А че толку?

Ну правда! Вот у немцев была куча танковых и мотопехотных дивизий в 1941-м. И что? Смогли они быстро доехать до Москвы? Нет. Всё равно двигались в среднем с темпом пехотных дивизий. Тем более, что толку, что танковые дивизии прорываются и пытаются кого-то окружать? Ведь они в этот момент как бы сами окружены! Значит нас где-то обманывают! Вот и разберемся.

И нет, автор не сошел с ума. Автор просто следит за различными обсуждениями исторических вопросов в среде интернет-комментаторов. Ведь мне ж не историкам надо в первую очередь объяснять азы, а обычным людям. Ну вот обычные люди и не понимают, зачем это нужно. Условно разделим это непонимание на два направления: про темп движения и про окружение.

Итак, начнем с темпов движения. Ну ведь реально, если взглянуть на карту, посчитать дни, километры, то выяснится, что и немцы не двигались на Москву с темпом танков, да и наши в ответ тоже особо быстро не шли. Так-то если в среднем подсчитать, у меня вообще получилась средняя скорость РККА порядка 2 км/ч. О чем это нам говорит? Да ни о чем.

Люди зачастую понимают военное дело очень странно. Вот у меня был случай, один человек всерьез считал, что в ВМВ войска наступали широким фронтом. Что вот как показывают на картах – на 10-е число вот такое положение в целом, а на 20-е – вот такое, вот продвинулся условный Н-ский фронт. Что это значит? Ну так вот весь фронт поднялся и продвинулся, прям с первого дня вот все пошли в атаку. А немцы отступили. Так и воюют. Про создание ударных кулаков, концентрацию сил, прорывы в глубину на узком участке реально далеко не все знают. Многих больше интересуют ТТХ танков. И поэтому раз за разом люди рассказывают, что, мол, нет никакого смысла иметь двадцать танковых дивизий и десять моторизованных, если вся остальная масса пехоты идет пешком. Всё равно наступление будет с темпом этой самой пехоты.

Разумеется, в реальности подвижные соединения в наступлении нужны не для того, чтобы просто быстро ехать, сдвигая «линию контроля», как в некоторых играх. Не для «закраса» областей, короче. Нужны они для того, в первую очередь, чтобы, прорвавшись в глубину, на очень большой скорости устремиться дальше, перехватывая линии снабжения противника и пути к отступлению. Быстрее, чем противник может выставлять какие-то контрмеры, или, хотя бы, отступать.

Пехотой не захватить в стремительном рывке переправу в Калаче-на-Дону (операция Уран). Это должны сделать моторизованные и механизированные части. Другие просто не успеют. Зато такой рывок оказывает решительное воздействие на операцию в целом. Не потому, что фронт резко продвинулся к Берлину. А потому что немцы в Сталинграде внезапно оказались лишены снабжения, а отбить переправу быстро не выйдет, потому что там наши войска сидят. Пусть и, формально, как бы в окружении (а реально порой вообще в пустоте).

Это примерно так и работало от месяца к месяцу, от сражения к сражению – подвижные соединения рывком прорывались вперед, отрезали дивизии противника, окружали их и уничтожали во взаимодействии с подходящими позже пехотными соединениями. Одновременно не давая противнику вырваться или пробить коридор извне. При попытке сделать то же самое пехотой противник просто успеет опомниться и поставить заслоны. А вот ставить заслоны перед едущими на оперативном просторе танками, БТР-ами, мотоциклистами сложно – поди угадай, где они, и куда они едут.

Разумеется, наличие подвижных соединений ускоряет действия армий. Имея возможность окружать и уничтожать, или на худой конец заставлять противника резко и далеко отступать, бросая всё, мы даем своей «пешей» армии продвигаться. Иначе это будут битвы за избушку лесника с мизерным продвижением и кучей потерь. Ну или отдельные успешные операции тоже с не очень большим продвижением.

Теперь по поводу того, что наступающие в глубину танковые и мотопехотные соединения сами в этот момент находятся в окружении. И поэтому все решительные действия в отрыве от пехоты (не своей мотопехоты, а пехотных соединений), все эти рывки, это всё от лукавого, и надо всей массой пехоты наступать, не отрываясь друг от друга. А то ни дай Бог окружат. Реально часто встречаемое заблуждение, кстати. Нет, формально как будто бы выглядит так. А на деле всё было сильно иначе.

Суть в том, что наступающий знает, где будет наступать. А обороняющийся обычно – нет. Иногда бывает так, что план в какой-то мере распознается, но зачастую сведений недостаточно, чтобы собрать силы именно там, где будет удар. А вот наступающий как раз именно это сделает – соберет силы и ударит. А это значит, что его силы будут превосходить силы обороняющихся. То есть он сначала задавит оборону огнем и прорвет ее, а потом отправит в глубину подвижные части.

Вспомним опять рывок к Калачу. Находились в ходе рывка наши танкисты в окружении? Формально они как бы среди врагов были. А реально? А реально они фактически в пустоте с зажженными фарами шли. Это вообще характерно для наступлений, что в определенный момент прорывающиеся части оказываются в эдакой «пустоте» - на оперативном просторе. Кто там в этой пустоте будет «окружать» танкистов? (Слово «пустота» не надо понимать совсем буквально. Разумеется, в глубине у противника есть какие-то тыловики, транспорт, хлебопекарни, управления всем на свете, и так далее. Но много ли кто из них сможет оказать внятное сопротивление даже ротной боевой группе с танками?)

Разве что экстренно переброшенные резервы. Ну или уже имеющиеся на всякий случай. Если резервов окажется много, значит изначально скорее всего операция планировалось из недостаточно корректных разведданных. А если не очень много, то наступающие с ними скорее всего справятся – ведь у них превосходящие силы. Они ж их собрали для удара, предполагая, что какие-то подвижные резервы у противника будут, и их придется побеждать. Это маневренное сражение, они интересны и динамичны, это отдельный вид искусства боя подвижного соединения. Решаемая задача, в общем.

Но постойте, ведь если танковые и мотопехотные части прошли в глубину и оторвались от своей пехоты, фронт противника может просто схлопнуться обратно, и всё! И вот тут-то они окажутся в окружении. Плюс снабжение им надо постоянно отправлять, тоже непросто. Как быть?

Тут сразу несколько вещей. Для начала – схлопнуть фронт перед лицом наступательной операции не так-то просто. Его сначала прорвут, а потом только танкисты уедут от пехоты. В этот момент фланги в месте прорыва уже будет держать пехота. Если держащие оборону части попытаются отступить, то наступающая пехота будет на них нажимать. Поди там организуй контрудар имеющимися силами, если тебя долбят, как только могут. Такое иногда бывает, если наступление проводится слабым составом сил или по неудачному плану, продвижение пехоты слишком медленное, она не наседает на противника. Но плохое выполнение упражнения не делает само упражнение плохим.

Вторая особенность – это то, что для полноценной атаки на фланги прорыва нужно собирать силы. Их надо откуда-то брать, перемещать, собирать в кулак. Двумя полками или одной дивизией мощного удара не сделать. А это всё требует времени, противник ждать не будет. Он прорывается всё дальше и дальше, в том числе и пехотой.

Третье – изначально подвижные части уходят в прорыв, неся на себе часть тылов. Т.е. они не прям вот с колес снабжаются. Когда организован прорыв, то в него уезжают и боевые части, и тыловые, несущие на себе боекомплект, топливо, запасные части, и что там еще понадобится в прорыве. Да, это не бесконечные ресурсы, но на какое-то время хватит. Что же до топлива, то танки его в себе везут довольно много, особенно советские с дизельными двигателями имели большой запас хода на возимом топливе.

Ну и четвертое – части, по которым нанесли удар, приведший к опрокидыванию их фронта, прорыву и устремлению значимых сил в глубину – они нередко представляют из себя не очень хорошее зрелище. Это части разгромленные или полуразгромленные, понесшие потери, им надо отступить, восстановить организацию (банально понять, кого нет, кто есть, наладить связь, передать командование частями, если часть командиров не на месте). Они уже какое-то время ведут бои, причем неуспешные. Они будут вообще-то в довольно плохом состоянии. Не совсем то, что надо для нанесения мощных контрударов. Задача-то нетривиальная. Было б это так просто, оно б случалось сплошь и рядом. А поди ж ты, сплошь и рядом случались в ВМВ прорывы, а не наоборот. Хотя наоборот тоже бывало.

И что же в итоге? А в итоге традиционное положение. Самые лучшие военные умы у нас в комментариях. Немецкие и советские военачальники – дубы дубами. Зачем-то понапридумывали каких-то глупостей, какие-то подвижные соединения никому не нужные, прорывы какие-то – тьфу. Плюнуть и растереть. Еще и формировали эти соединения прям многими десятками – наверное, это попил бабла. Ну или как там, чуть что непонятно, пишут в комментах?

На деле военные, конечно, порой ошибаются. Но вот так, чтобы у военных вообще всех крупных стран-участниц ВМВ вдруг случилось массовое помешательство в одном направлении, – это вариант маловероятный. А значит зачем-то это было надо. Может затем, зачем оно реально применялось? Я вот склоняюсь к такому выводу. А вы?

Илинич Виталий.

Поддержать автора добровольным пожертвованием:

Карта Сбера — 2202 2061 5462 2430

https://vk.com/logicofwar. Мой авторский паблик по истории и военному делу. В нем вы найдете эту и многие другие мои статьи.

Логика войны - YouTube . Мой канал с видеороликами по военному делу и истории.

https://t.me/theLogicofwar. Логика Войны теперь и в Телеграмме

Логика войны/Виталий Илинич - эксклюзивный контент на Boosty. - Страничка на Бусти. Буду рад вашей поддержке.

https://vk.com/fretless.plague. Личная страничка автора.

https://vk.com/catx2. Коллективный исторический паблик авторов. Там есть всё.

Материалы в паблике «Логика войны» написаны в том числе с целью создания негативного отношения к идеологии нацизма. Автор осуждает нацизм, преступную политику нацистов и методы, которыми они пользовались, и не ставит целью их пропаганду и оправдание. Также материалы имеют целью прославление Красной Армии и ее Победы над Вермахтом. В материалах могут рассматриваться история и военное дело, в том числе инструменты и методы, с помощью которых гитлеровцы пытались достичь своих преступных целей. Однако, какими бы ни были эти инструменты и методы, автор напоминает, что победила Красная Армия, при поддержке Союзников по Антигитлеровской Коалиции.