Горсть пыли
Лина Хааг – обычная добрая девушка, честная труженица, верная жена и любящая мать, которой довелось жить в страшное время – время нацистского режима в Германии. В своих мемуарах под названием «Горсть пыли» Лина описала процесс становления, расцвета и упадка фашистского монстра, не только очевидцем, но и жертвой которого стала она сама.
Выйдя замуж за Альфреда Хаага, идейного коммуниста, члена Коммунистической партии Германии (КПГ), Лина искренне прониклась идеями коммунизма и стала активной антифашисткой.
Приход Гитлера и его нацистской клики к власти перевернул жизнь многих людей с ног на голову, но в первую очередь именно на коммунистов обрушилась волна репрессий. Те, кто сразу увидели преступную сущность нового режима, кто понимал, что скрывается под бравурными речами о «величии нации» и предупреждали об опасности, какую несёт с собой Гитлер и национал-социализм, были безжалостно брошены на растерзание гестапо, разосланы по тюрьмам и концлагерям.
Так и для супругов Хааг жизнь заиграла новыми, только отнюдь не яркими красками. Вскоре за арестом Альфреда в лапы гестапо попадает Лина. Вслед за депутатами КПГ начались аресты и всех возможных причастных к ним: друзей, знакомых, членов семей, словом, всех, кто мог представлять даже потенциальную опасность для новой власти. Бесконечная вереница допросов, арестов, тюрем, лагерей, физического и морального насилия – вот какая участь ждала Лину, её мужа и всех, кто не хотел и боролся против самого страшного – войны.
О времени, проведённом в заключении, Лина вспоминает со страхом и жгучей ненавистью. Антисанитария, грязь, зловоние, недоедание, бессмысленная тирания надзирателей, постоянный страх, наплевательское отношение к самым элементарным потребностям и правам – всё это создаёт атмосферу, где можно забыть о своём человеческом происхождении. Писательница также отмечает, что отношение к политическим заключённым зачастую даже жёстче, а сроки больше, чем у уголовников. Но все должны понимать, что в такое тяжёлое для страны время любые страдания – это необходимость. Кто-то должен потерпеть и «затянуть пояса», кто-то сгнить в концлагере, какое это имеет значение на пути к будущей, «поднятой с колен» великой Германии?
«Для чтения здесь выдают произведения новейшей немецкой литературы национал-социалистских авторов, шовинистическую литературу, книги о войне, книги, прославляющие войну. Читаю их с чувством возрастающего удивления, тенденция их однозначна и ясна, каждая страница написана как бы по приказу. Они возвеличивают войну, сражения, силу и славу оружия, мощь и неприкрытое насилие. В таких книгах человек – ничто. В них утверждается: государство — это всё, нация — это всё, фюрер – это всё, мы обязаны «свято» хранить традиции нашей истории, обильно политой кровью...»
В своих записках Лина описывает настроения, царившие в обществе с приходом нацистов.
«…Гитлер пришёл к власти. Мы наблюдали массовое безумие, под барабанный бой и звуки фанфар началась добровольная капитуляция народа. Мы не склонили головы, как другие. Мы не сложили добровольно оружия, как другие. Мы предостерегали от этого других. Поэтому нас объявили врагами государства. Являемся ли мы таковыми? Да, от всего сердца. Ибо это государство основной источник зла…»
В это время одурманенный геббельсовской пропагандой народ смотрел с усмешками и презрением на тех, кто в самом начале честно говорил о тупиковости гитлеровского режима и его губительных последствиях. И пока вся страна в едином порыве разражалась восторженными овациями и радостными возгласами в подвалах гестапо и темных карцерах были до смерти замучены или превращены в калек тысячи несогласных.
«...Голые, с переломанными костями, окровавленные, лежат на цементном полу мертвые женщины. Иные пытались забиться под нары или укрыться под столом от смертельных ударов. Скрюченные, истерзанные, окоченевшие, некогда имевшие имя, мужа, детей, родной дом, лежат они здесь с непостижимо застывшим взглядом...»
Самое страшное, что добровольно мучить одних людей шли точно такие же люди. Оглушённые победными фанфарами и забывшие о своем подлинном классовом интересе обыватели.
«Они –обыватели. Но волею обстоятельств они оказались не в финансовом управлении, а в полиции, не писарями магистрата, мясниками, канцеляристами, строительными рабочими или служащими загса, а чиновниками гестапо или эсэсовцами. Они не отличают добро от зла, а делают то, что им приказано. Им не приказано отличать добро от зла, право от бесправия, им приказано искоренять, истреблять врагов государства. Они делают это с той же тупой педантичностью, с тем же немецким усердием и с той же немецкой основательностью, с какой обычно проверяли налоговые декларации, или писали протоколы, или закалывали свиней. С профессиональным усердием, добросовестно и серьёзно стегают они плетьми привязанных к скамье беззащитных женщин, будучи глубоко убеждёнными в том, что тем самым служат государству и своему фюреру.
…Я видела лютые сердца и страшных людей, в которых звериная жестокость могла сочетаться со склонностью к трогательному умилению, и людей, внешне казавшихся безобидными, наивными и простодушными, а на деле –усердных палачей. Ведь факт, что Гитлер, прибегая к отвратительным методам угроз и запугивания, вербовал своих сторонников и помощников не из асоциальных, а из мелкобуржуазных элементов. Таким образом, это не садисты по природе своей, не профессиональные преступники или отъявленные убийцы, а обыватели. Как и другие…»
Капиталистический базис породил самую кровавую в истории надстройку. Но ведь обыватель не должен знать, ставленником и проводником чьих интересов стала эта власть. Обыватель не должен знать, что монополии и капиталисты, производящие вооружение, поставили Гитлера у власти. Снивелировать классовые противоречия и направить простых работяг друг против друга за интересы своего, «национального», «традиционного», «правильного» капитала – такова задача.
Не на основе солидарности и взаимопомощи, а на основе ненависти одних – «истинных арийцев» к другим – «осквернителям расы», «врагам государства» и «изменникам родины» держался этот режим. Самое ужасное, что эти принципы работают и сегодня.
Автобиографические записки Лины Хааг были сделаны уже на закате гитлеровского режима. Рукопись она создавала тайком, каждую минуту находясь в страхе нового ареста. Под свежим впечатлением от вынесенного в годы террора за несколько ночей Лина описала всё пережитое ей. Простыми словами автор передала ту трагедию, которую принёс немецкому народу фашизм. Просто, но оттого сильно.
Будет ли история Лины актуальна и поучительна для нас сегодня? Однозначно да. Стоит помнить, что приход фашистов к власти состоялся вследствие слабости, дезорганизованности и разобщённости левых сил. Пропагандистская машина смогла завладеть умами обывателей потому, что слишком тихо звучал голос альтернативы слева. Поэтому так важно объединяться и действовать уже сейчас, дабы снова не допустить катастрофы и неоправданных жертв новых империалистических войн.