«Без лица»: вот так начнёшь изучать семейные портреты и поверишь в переселение душ
Автор: Костя Скворцов. Редактор: Саша Ремизова.
В российский прокат вышел южнокорейский детективный триллер под названием «Без лица». Режиссёр Ён Сан-хо, поставивший знаменитый зомби-хоррор «Поезд в Пусан» (2016), представил свою новую ленту на фестивале в Торонто. Критики в Корее и в мире в целом не очень тепло приняли новую драму Ён Сан-хо, посчитав её чересчур депрессивной, грузной и суровой. Так ли это — время разбираться в нашем материале.
У слепого мастера по имени Им Ён-гу (Квон Хэ-хё), знаменитого изготовлением именных печатей, берут интервью. Пожилой ремесленник достиг в своём деле невероятных высот — теперь годы бедности и нищеты для него и его сына позади. Приехавшие к нему журналисты — тому подтверждение (причём приезжают с телевидения к нему не впервые). Сюжет о нём воспевает его честный труд и непростой путь. В один из дней родным становится известно, что во время строительства нового здания было найдено тело, которое принадлежит давно пропавшей жене слепого мастера, Чон Ён-хи (Щин Хён-бин). Судя по останкам, сорок лет назад она была убита. Их сын, Дон-хван (Пак Чон-мин), вместе с журналисткой (Хан Джи-хён) решают раскрыть правду. Он — чтобы найти фотографию мамы и узнать, какой она была, а она [журналистка] — потому что почувствовала новый, более интересный сюжет.
Структурно фильм поделён на несколько интервью, каждое из которых раскрывает крупицу истории отца Дон-хвана и его матери. Она работала на ткацкой фабрике, он делал свои печати рядом: его ларёк стоял в переулке у фабрики. Как становится ясно от людей, которые её знали, все на производстве считали и называли её «уродиной». Сама же Ён-хи была невероятно доброй и всегда стремилась всем помогать. Однако окружающие не ответили ей взаимностью. Издевательства от руководства, которые сразу же «оправдывают» аналогичное поведение со стороны сослуживцев, выстраивают в фильме мир жёсткой иерархии, царившей в Южной Корее тогда и, скорее всего, продолжающей до сих пор, где сильный «право имеет», а слабому остаётся лишь повиноваться. Малейший бунт в этой вселенной в первую очередь будет подавлен даже не «сильными мира сего», а другими «слабыми», которые захотят просто подняться по лестнице вверх. Ён Сан-хо не доводит линию с критикой мироустройства до современности, оставляя это, кажется, додумывать каждому из зрителей. Зато он буквально указкой, по-учительски, напоминает нашей совести о том, что где-то в мире есть несчастные. В изменившемся мире по-прежнему есть место «уродливому» конформизму и соглашательству, которые подчас ранят людей куда сильнее.
Здесь стоит отметить, что Ён Сан-хо — удивительный режиссёр. Его по праву можно считать настоящим автором и творцом. Какой истинный художник живёт только успехом? Ему нужны провалы и падения как воздух — это аксиома. Иначе было бы неинтересно продолжать. Перед каждым фильмом Ён Сан-хо крутит рулетку удачи и всегда имеет шансы 50/50: шедевр или полный провал. Об этом иронизируют и в интернете, и в статьях о постановщике. Всегда за успешным его проектом следует что-то невыразительное, вызывающее у фанатов и профессионального сообщества лишь недоумение. И не получаются у режиссёра чаще всего социальные сюжеты: стремление к важному морализаторскому заявлению, вполне возможно, просто в крови у Ён Сан-хо, но каждый раз, когда до них доходит дело, зрители зачастую отворачивают от экранов свои взоры. За это критиковали «Зов ада» (2021–2024), его сериал о людях, получивших предсказание о собственных смертях, за это же сейчас критикуют «Без лица».
Впрочем, не получился у Ён Сан-хо не социальный мотив, который всё-таки понятен, а драматический накал. Финальным сценам явно не хватает драматизма, из-за чего концовка выглядит не так эффектно, как могла бы. Эти аккорды должны были разрешить всю историю, должны были поставить убийственную точку, но, кажется, режиссёр обошёлся лишь многоточием…
Материал подготовлен для VK группы Издания «Интертитры»