Смерть Мелькора в Дагор Дагорат.

В толкинистическом фэндоме весьма прочно засела концепция Дагор Дагорат, что многие даже не пытаются разбирать её, беря из неё лишь самое красиво описанное. Давайте пробежимся по этой концепции и выясним, а осталась ли она в позднем Легендариуме?

Огромную популярность снискала версия, в которой Турин Турамбар пронзит черное сердце Моргота в ходе Битвы Битв, принеся тому вечную гибель, и подле него будут Эонвэ (мыслящийся на раннем этапе как Фионвэ, сын Манвэ и Варды*) и Тулкас (среди прочих участников числились Эарендиль как тот, кто низвергнет Мелькора с небес, и даже сам Берен, хоть автор и не успел разработать концепцию с его участием достаточно полно). Почти столь же широко распространена версия, в которой самому герольду Манвэ, Эонвэ, выпадет юдоль погубить Моргота – и ради этого ему придется повергнуть весь мир; по-видимому, мечом Келег Айторн (эта тема, появляясь в «Книге утраченных сказаний» и ранней «Лэ о чадах Хурина», находит отклик в поздних теоретических заметках, объединенных Кристофером под общим названием «Преображенные мифы»; согласно этим рассуждениям, Моргота невозможно окончательно истребить без полной дезинтеграции всей материи Арды).

«Однако, существуют потомки людей, которые отвергли Единого. И это зерно зла может вновь прорасти. Даже если мы милостью Единого имеем достаточную власть, чтобы вернуться в Средиземье и исторгнуть Моргота за пределы Арды, мы не можем ни уничтожить все посеянное им зло, ни выявить всех его слуг - пока мы не опустошим всю Арду и не уничтожим всю жизнь в ней, а этого нам не позволено сделать».

(История Средиземья. Том XII. Народы Средиземья. «Проблема Рос». Пер. Мортанга)

«Когда мир сделается много старше и Боги утомятся, Моргот вернется через Дверь, и состоится самая последняя из битв. Фионвэ станет биться с Морготом на равнине Валинора, а рядом с ним будет дух Турина; именно Турин сразит Моргота своим черным мечом, и тем самым окажутся отомщены дети Хурина.

В ту пору Сильмарили будут возвращены из моря, земли и воздуха, и Майдрос разобьет их, и Белаурин с помощью их огня вновь зажжет Два Древа, и опять засияет великий свет, и Горы Валинора сравняются с землею, дабы свет разлился над миром, и Боги, и эльфы, и люди помолодеют вновь и пробудятся их мертвые».

(История Средиземья. Том IV. Устроение Средиземья, «Самый ранний «Сильмариллион»». Пер. С. Лихачёва)

«Вот что рек Мандоса в пророчестве, когда Боги собрались на суд в Валинор, и слух о словах его шепотом передавался среди всех эльфов Запада из уст в уста. Когда состарится мир и устанут Власти, тогда Моргот, видя, что уснула стража, вернется через Дверь Ночи из Вневременной Пустоты; и уничтожит он Солнце и Луну. Но Эарендель налетит на него белым испепеляющим пламенем и прогонит его с высот. Тогда на полях Валинора произойдет Последняя Битва. В тот день Тулкас сразится с Мелько, и по правую руку от Тулкаса будет Фионвэ, а по левую – Турин Турамбар, сын Хурина, вернувшийся из чертогов Мандоса; и черный меч Турина нанесет Морготу смертельный удар и покончит с ним навеки; так отомщены будут дети Хурина и все люди».

(История Средиземья. Том V. Утраченный путь и другие произведения, «Квента Сильмариллион». Пер. С. Лихачёва)

«Ибо предречено, что прежде, чем наступит Великий Конец, Мэлько хитростью своею поссорит Солнце и Луну и Илинсор отправится за Урвэнди через Врата; когда же скроются они, Врата Востока и Запада будут разрушены, и Урвэнди с Илинсором не вернутся. И будет так, что Фионвэ Урион, сын Манвэ, из любви к Урвэнди станет проклятием Мэлько и повергнет весь мир, дабы повергнуть своего врага; и так все сущее в мире рассеется».

(История Средиземья. Том I. Книга утраченных сказаний, часть I, «IX. Сокрытие Валинора». Пер. А. Дубинина)

«Заклятья плел Белег, [Заклятья творил он]
остроту придающие,
Имен кинжалов и клинков гномских
Он много припомнил: пику Огбара,
Секиру Гаурина, что одним ударом
Скалу рассекла чертога Родрим;
Меч Сайтнара; клинки серебристые
Очарованных чад, из цепей откованные
В подземной темнице; острие Наргиля,
Кинжала северного, что в Ногроде скован;
Сверкающий серп грозы беспощадной,
Огненных молний летящие лезвия, -
И Келег Айторн, что мир разрубит».

(История Средиземья. Том III. Лэ Белерианда, «Лэ о чадах Хурина». Пер. А. Хромова)

Но тут следует понимать, что Дж. Р. Р. Толкин не привёл к завершению ни одну из концепций Дагор Дагората, что и стало причиной удаления Кристофером Второго Пророчества Мандоса из опубликованного «Сильмариллиона». Помимо всего прочего, Толкин-отец в конечном итоге пришел к заключению, что подобные предания о будущем (в частности, о «Втором Пророчестве») являются людским творчеством и имеют нуменорское происхождение (это – необходимо отметить – отнюдь не означает, что Профессор не намеревался включать его в окончательный вариант «Сильмариллиона»). Об этом подробно рассказал толкиновед Майкл Мартинес в своей статье: Почему Толкин не включил второе пророчество Мандоса?

Впрочем, кое-какие намёки о нём сохранились и там.

«(…) но сказано было, что музыку еще более великую сотворят перед престолом Илуватара хоры Айнур и Детей Илуватара по окончании дней. Тогда темы Илуватара будут сыграны как должно и, звуча, обретут Бытие; ибо каждый поймет тогда до конца, что назначил Илуватар его теме, и каждый постигнет разумение другого, и возрадуется Илуватар, и зажжет в их помыслах скрытое пламя».

(Сильмариллион, «Айнулиндалэ». Пер. С. Лихачёва)

«Говорят они, будто Аулэ Творец, коего зовут они Махал, заботится о них и сзывает их после смерти в особый чертог Мандоса и что объявил он их Праотцам в давние времена, будто в Конце Илуватар благословит и их и назначит им место среди своих Детей. Тогда станут они служить Аулэ и помогать ему в возрождении Арды после Последней Битвы».

(Сильмариллион, «Квента Сильмариллион: Об Аулэ и Йаванне»)

«Здесь кончается «СИЛЬМАРИЛЛИОН». Если картины тьмы и гибели заслонили в нем образы величия и красоты – такова была встарь судьба Арды Искаженной; изменится ли мир и удастся ли исправить Искажение, ведомо, может статься, Манвэ и Варде; но не открывают они того, что знают, и в пророчествах Мандоса о том нет ни слова».

(Сильмариллион, «Квента Сильмариллион: О плавании Эарендиля и Войне Гнева»)

«Король же Ар-Фаразон и смертные воины, ступившие на землю Амана, погребены были под обломками скал; говорится, будто так и лежать им в каменном склепе Пещер Тех, кто Забыт – вплоть до Последней Битвы и Судного Дня».

(Сильмариллион, «Акаллабет»)

В вышеуказанных цитатах (как и в целом в тексте опубликованного "Сильмариллиона") нет ни слова касательно роли Мелькора и Турина в Последней Битве, как, впрочем, и вообще каких-либо подробностей о ней – вместе с тем в вышедшей в 2007 г. повести о чадах Хурина Стойкого (соответственно озаглавленной как «Дети Хурина») есть примечательная фраза: «— Если из нас троих кто и вероломен, то это я; да только не по своей воле. Но что же собственная твоя судьба, что слухи об Ангбанде? Что смерть и разрушения? В повести Мира Аданэделю отведено место не из последних; и однажды, в далеком будущем, он померяется силой с самим Морготом» (Дети Хурина, «Турин в Нарготронде». Пер. С. Лихачёва). Невозможно доподлинно постичь, что это обозначает – то, что Турамбар будет биться с Морготом наравне с остальными в Конце Времен, или то, что именно его рукой тот будет навеки ниспровергнут; в любом случае, факт подобного упоминания в высшей степени знаменателен.

Эссе Дж. Р. Р. Толкина про передачу мысли – Осанвэ-кэнта – говорит, что Мелькор был окончательно повержен после Войны Гнева (что предполагает прямое вмешательство Илуватара).

«Война была успешной для Валар, а разрушения удалось свести к небольшому
(хоть и прекрасному) Белерианду. Моргот был взят в плен в физической форме [9], в ней доставлен в лице простого преступника в Аман и представлен Намо Мандосу как судье и палачу. Его изгнали из Благословенного Королевства и казнили: убили, как одного из Воплощенных. Тогда стало ясно (в первую очередь Намо и Манвэ), что, глубоко рассеяв свою силу в материи Арды, Моргот потерял прямую власть над ней, и все, что "он" (остаток цельного существа) сохранил в качестве "себя", заключалось в искромсанном и умалившемся духе, населявшем им же созданное тело (теперь "он" полюбил его). Лишившись тела, Моргот стал слабым, "бездомным" и пребывал в растерянности и "неприкаянности". Как известно, он был ввергнут в Бездну [10]. Это значит, что Моргота поместили вне Пространства и Времени, вообще вне Эа; но такое действие предполагает прямое вмешательство Эру (по просьбе Валар или без таковой). Однако это может быть неточный* пересказ изгнания или побега его духа с Арды».

[9] Конечно, это было сделано сразу после разгрома Утумно.
[10] Ср. завершение "Сильмариллиона": "А Моргота Божества извергли через Врата Тьмы в Безвременную Бездну за Стенами Мира".
* Ведь люди (и даже эльфы) склонны путать Бездну как концепцию НеБытия вне Творения или Эа с концепцией обширных пространств внутри Эа, особенно лежащих вокруг "Королевства Арда" (известного нам как Солнечная Система).

(История Средиземья. Том X. Кольцо Моргота, "Часть пятая. Преображенные Мифы". Пер. А. Кутузова)

«Потому лишь под конец и не без прямого слова Эру и не без Его мощи был Мэлькор окончательно ниспровергнут и навеки лишен власти творить или уничтожать».
(Виньяр Тенгвар, №39, «Осанвэ-кента». Пер. С. Таскаева)

В этой связи весьма любопытна мысль про семена [лжи и обмана], посеянные рукой Мелькора, каковые взойдут и умножатся, невзирая на то, что рука удалена:

«Моргота же Боги через Дверь Безвременной Ночи исторгли в Пустоту, что за Стенами Мира; и к двери той навеки приставлена стража, и хранит твердыни небес Эарэндэль. Но не всякая ложь, что Мэлько, Моэлэг могучий и проклятый, Моргот Бауглир, Темная Мощь Ужаса, посеял в сердцах людей и эльфов, сгинула, и Боги не в силах истребить ее, и, принесшая немало горя, жива она и по сей день» (История Средиземья. Том IV. Устроение Средиземья, «Самый ранний «Сильмариллион»». Пер. С. Лихачёва); «Некоторые считают, что хотя тогда зло можно было бы умерить, его невозможно было бы уничтожить даже в случае раскаяния Мэлько, ибо исходившая от него сила не подчинялась более его воле. Само естество Арды подверглось искажению. Семена, что сеет рука, взрастут и умножатся, хотя рука и убрана» (Виньяр Тенгвар, №39, «Осанвэ-кента»); «И в мире станет одним великим злом меньше. После, конечно, могут нагрянуть и другие беды: Саурон и сам — только посланник, слуга, не более. Но не в нашей власти управлять всеми отливами и приливами в этом мире. Нам достаточно выполнить то, ради чего мы посланы на землю, сиречь — выкорчевать зло на полях, которыми мы ходим, дабы те, кто будет жить после нас, могли расчистить землю к севу. А какая у них будет погода — это уже от нас не зависит» (Властелин Колец, Возвращение Короля, часть 5, глава 9, «Последний Совет». Пер. М. Каменкович и В. Каррик).

В опубликованных при жизни автора работах тема Конца Арды и Последней Битвы намёком упомянута лишь в главе «Туман над Курганами» из «Властелина Колец», когда умертвия наложили заклятие сна на хоббитов, и их спас Том Бомбадил. Умертвия упоминали знакомые картины – уничтожение Солнца и Луны, восстание слуг Тёмного Властелина и самого Врага (здесь очевидным образом подразумевается Моргот). Том Бомбадил же в свою очередь грозится отправить умертвий за вечно запертые врата, здесь речь, вне всякого сомнения, идёт про Двери/Врата Ночи.

Впрочем, умертвия не могли точно знать о будущем, это открыто лишь тем, кому сам Эру открывал его. Эру мог в любой момент вмешаться и прервать Повесть. Вполне возможно, что не Мелькор вернётся в Конце, а один из его слуг станет новым олицетворением зла и возвысится до Тёмного Властелина, как это уже было прежде, особенно с учётом многочисленных метафор про «семена посеянные его рукой, что взойдут и умножатся». Что же до текста «Преображенных Мифов», то там идёт лишь предположение о возможном возвращении Мелькора, а не утверждение оного.

* Концепция «валаринди» (чад валар) присутствует во всех текстах вплоть до «Поздней Квента Сильмариллион» (хоть и была впоследствии отвергнута); по ней Готмог, к примеру, был сыном Мелькора и великанши Флуитуин, а Телимектар – сыном Тулкаса.

Статья: Elvenstar.