Если ты уже учишься, тебе интересно и нужно, то лучше учёбу не бросать

Некоторая наша молодёжь рвётся поучиться в Китай, а там говорят: «У нас и так перепроизводство выпускников, много молодых специалистов, которые не востребованы на рынке и которые пополняют армию безработных». В российских СМИ большое аналитическое исследование, которое доказывает, что всё-таки лучше получить высшее образование, а не бросать обучение в надежде сделать успешный бизнес или открыть стартап. Посыл в том, что якобы сейчас бесполезность высшего образования стала популярной идеей: платное обучение дорогое, да и трудно поступить. Лучше придумать что-то своё, спокойно получать денежки, а потом оформлять иностранные паспорта. Выпускники университетов получают в полтора раза больше уже на старте карьеры, как свидетельствует статистика. Лучший способ - не сделать карьеру, а пойти работать сразу после школы. Явное преимущество у выпускников-предпринимателей, в отличие от тех, кто не доучился.

Сергей Михеев: Я считаю, что каждому своё. Если ты не хочешь получать высшее образование, то и не получай его. Если считаешь, что реализуешь себя как-то по-другому, то пожалуйста. Получать высшее образование ради «корочки» - это только занимать чужое место, и я не вижу в этом смысла. Другой вопрос, когда человек бросает учёбу ради заработка, это чаще всего связано с жизненными обстоятельствами. В прошлые годы и во времена наших родителей большинство людей училось на вечернем обучении, потому что надо было зарабатывать деньги и на что-то жить. Моё мнение: если ты уже учишься, тебе интересно и нужно, то лучше учёбу не бросать и по возможности сочетать с подработкой. Но если ты не поступал и не хочешь, тогда почему бы и нет.

Понятие «карьера» довольно туманное. Что есть карьера? Кому-то карьера не нужна: человек хочет обеспечить себя, свою семью, и ему больше ничего не надо. У кого есть амбиции, способности и возможности, тому высшее образование никогда не помешает.

Вопрос слушателя: «Неужели для работы в туристической сфере обязательно нужны люди с высшим образованием? Теперь чуть ли не каждый вуз их готовит. Не перебор ли это?»

Сергей Михеев: Про туристическую сферу не знаю. Думаю, что туристические специальности в вузах – это чисто про деньги. Сомневаюсь, что на эти специальности есть бюджетные места. Это специфическая отрасль. Может быть, где-то это нужно, а где-то не нужно. Я больше про традиционные понятные вещи. Здесь же вопрос выбора профессии. В каких-то профессиях без высшего образования вы не сможете обойтись: например, чтобы стать инженером. Конечно, есть самоучки, но их единицы. Понятно, что если вы придёте устраиваться на должность инженера, то у вас попросят диплом. Другое дело - новомодные специальности, порождённые последними десятилетиями развития непроизводительных сфер деятельности. Такие дипломы притянуты за уши. Поэтому всё зависит от конкретной сферы деятельности.

Что касается инженерных специальностей: видел интересную статистику, где специальности в США распределены по наивысшему и наименьшему доходу за всю жизнь. Под «верхом» подразумевают специалистов в сферах IT, финансов, здравоохранения, управления и инженеров. Трудно представить, потому что у нас некоторое время назад считалось, что это человек, который средненько зарабатывает. А в США инженер на вершине денежной пирамиды. «Низ» у американцев – это представители социальных и гуманитарных специальностей, сферы обслуживания и розничной торговли. Американцы говорят, что разница между «верхом» и «низом» в зарплатной иерархии - почти 3-4 млн долларов за всю трудовую деятельность. Там всё и дорого стоит.

Сергей Михеев: Думаю, что это в первую очередь те, кто создаёт технологии, работает на производстве (где оно осталось). У нас с этим был мощный разрыв, который заключался в том, что в советское время в системе уравниловки сравнивать подобные показатели было довольно тяжело. Потом, когда значительная часть сферы применения инженерного труда была уничтожена и с падением государственного финансирования в отраслях ВПК, ситуация изменилась настолько радикально, что инженеров почти не осталось. В данном случае перед нами задача – догнать и перегнать Америку. В каком смысле? Возрождение престижа и обеспеченности людей специальностями, которые могут производить технологии. Нам это крайне важно. Мы можем сделать и освоить многие вещи, но инерция реформ 1990-х годов, помноженная на коррупцию и другие проблемы, не позволяет продвинуться. Например, могли бы делать телефоны, если бы по-другому была организована сфера деятельности инженеров.

Комментарий слушателя: «У всех моих родственников высшее техническое образование с красным дипломом, включая меня. Никто не работает по специальности. Прекрасно устроились в жизни. Жалеют только о потерянных деньгах родителей и моего времени».

Сергей Михеев: К сожалению, Вы попали в соответствующий исторический период. Он не самый лучший для тех, кто имеет техническое образование. Надеюсь, что это будет преодолено, потому что это ненормальная ситуация, особенно для России, когда мы практически всё покупаем за рубежом. Замечательно, что Вы прекрасно устроились, но это печальная ситуация.

Мы сейчас молодых людей агитируем идти учиться, получать рабочие, инженерные специальности, но где они будут работать? Создаются ли рабочие места? Или они должны будут с боем их отбивать у трудовых мигрантов, которые приехали?

Слушатель спрашивает: «Когда будут при помощи олимпиад отбирать на полное государственное обеспечение учащихся?» Наверное, учащихся вузов, хотя мне попадалась информация, что большинство бюджетных мест в вузах для тех, кто победили на школьных олимпиадах. Эта практика есть.

Сергей Михеев: Точно сказать не могу. Знаю, что олимпиадники входят в категорию льготников, которые первоочередные на получение бюджетных мест. Понятно, что сейчас есть большая категория льготников, – это дети участников СВО. Некоторые жалуются на то, что льготников разного уровня слишком большое количество. Надо понимать простую вещь: с одной стороны, льготы необходимы, в том числе детям тех людей, которые, рискуя жизнью, проливают кровь, а иногда погибают; с другой стороны, ясно, что примут, но доучиться до конца – это большая проблема. Есть реальная возможность перейти во время учёбы с платного обучения на бюджетное в зависимости от успеваемости.

Да, если ты хорошо учишься, то вуз тебя может перевести на бесплатное обучение. Другой слушатель пишет: «Какие инженеры! Слежу за ЕГЭ в течение многих лет - математика становится с каждым годом всё проще, а проходные баллы в вузы - всё ниже».

Сергей Михеев: Вы молодец, что следите за этим много лет. Я не слежу, поэтому не могу здесь ничего сказать. Но мы говорим, как должно быть. К сожалению, мы с Вами находимся в историческом периоде очень тяжёлых испытаний, связанных с распадом великой страны и с серьёзным кризисом в экономике, который обрушил целые отрасли знания и жизни миллионов людей. Так не должно быть и это неправильно! Вопрос в том, чтобы России выйти на более самодостаточную и технологичную стезю развития. Я уверен, что никакой ИИ и никакие «креативные индустрии» погоды не сделают. Если мы сами не будем производить конкретные товары, то постоянно будем плестись в хвосте и всё время зависеть от других. А чтобы их научиться производить (возродить), нужны инженеры, конструкторы, технологи и т.д.

Насколько я помню, у ЕГЭ есть математика базового уровня и есть профильный уровень, который гораздо сложнее. Не знаю, за каким уровнем следит наш слушатель.

Сергей Михеев: Очень правильное замечание. Да, есть специализация по математике, где более сложные задания, а есть базовый уровень, который попроще.

Слушатель считает, что «умных нужно в шарашки собирать». Наверное, имеет в виду закрытые КБ советского периода нашей истории.

Сергей Михеев: Бить их каждый день палкой - и они от этого станут ещё умнее! Я так не считаю.

Снова«рынок должен всё разрулить»?

Сергей Михеев: Нет, не рынок, а государственная политика. Но она не может повторять ситуацию «шарашек», потому что в конечном итоге это тоже даст массу негативных последствий. Давайте попробуем создать такую государственную систему стимулирования (и удержания кадров), которая бы без насилия давала результат. Считаю, что это возможно, только над этим надо работать.

Тогда были одни проблемы, а сейчас другие: слишком большая открытость; слишком сильное влияние рыночной идеологии (убыль/прибыль); слишком серьёзное влияние коррупционных факторов. С этим можно побороться и необязательно куда-то загонять. В нынешних условиях это будет даже невозможно: для этого надо будет радикально изменить жизнь всей страны. Если всю страну загнать обратно в «шарашку», тогда да, но это не получится - вот в чём дело.

Слушатель пишет: «Само государство определило правило игры, зачем-то задав для многих видов деятельности высшее образование, но всегда главная профессия – это инженер. Именно инженер держит в руках науку, технологии, культуру, образование, журналистику и даже политику. Именно поэтому в прошлые годы уничтожали инженерную деятельность».

Сергей Михеев: Какая-то мудрёная схема, и не понимаю, как это определяет всё. Повторю, что есть профессии, которые требуют особого усиленного знания. Высшее образование как институт передачей этого знания и занято. Есть и те, которые не требуют такого.

Насчёт того, что «от инженеров зависит всё»: к сожалению, вспоминая перестройку, одними из тех, кто горячо её поддерживал, были инженерно-технические работники (ИТР), которые и стали главными пострадавшими. Для того, чтобы понять, что происходит, одного инженерного образования мало. Вспомните, что вся либеральная банда серьёзно базировалась на НИИ, ИТР, который первый и вылетел вместе с учителями, врачами и всей интеллигенцией.

Много комментариев о зарплатах. Слушатель считает, что «у нас на вершине зарплата доставщиков». Нет, есть те, кто зарабатывает побольше. Это примерно как в США – финансовый сектор и IT.

Сергей Михеев: Перекос в экономике очевидный. Чем он опасен? Это неправильная логика и философия формирования элиты. Здесь получается так, что элита - это тот, у кого больше денег, а это губительно для любой страны, потому что элита не может определяться этим фактором. Это стало одним из разрушительных факторов 1990-х годов, когда те, кто действительно мог отвечать за развитие государства, оказались не у дел (включая инженеров). Кто оказался элитой? Те, кто чисто бандитскими способами присвоили много денег, и поэтому эти люди повылезали наверх.

Это вопрос формирования элиты, а кто является элитой государства? Если единственный критерий - сколько денег ты присвоил, то это начало конца. Я всегда говорю, что не люди для экономики, а экономика для создания социальной сферы, формирования возможностей для жизни людей. А структура экономики зависит от того, кто является уважаемым человеком. Если уважаемый человек – это бандит, который сделал себе состояние, то вашему государству конец. К сожалению, с нами это и произошло в 1990-е и 2000-е годы, и этот след тянется до сих пор.

Комментарий слушателя: «Айтишник не выживет без хлебороба, значит, оплата труда у них должна быть равной». Это в идеале.

Сергей Михеев: Какой-то студент, который пишет программы,- тоже «айтишник». Ну и что? Жизнь всё покажет.