Идеология финансового управления – это и есть чужие правила
Премьер-министр России Михаил Мишустин назвал промышленность основой для развития России на стратегической сессии, посвящённой укреплению индустриального сектора. Чтобы обеспечить надёжную работу значимых инфраструктурных объектов страны, важно исключить их зависимость от импортных деталей, считает М. Мишустин. Он заявил, что надо непросто заменить зарубежные товары, но и запустить производство совершенно уникальной отечественной продукции. Важно обеспечить возможности для формирования совершенно новых рынков прорывных отечественных разработок. Подытоживая сказанное, промышленность – это основа развития России. Что говорят цифры? Они говорят о том, что промышленность переживает непростые времена, как и вся страна. По данным Росстата, за январь-август 2026 года индекс промышленного производства в России составил 100,0% по сравнению с январём-августом 2025 года. Скажу так: промышленная экономика на старте. Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН провёл опрос среди крупных промышленников. Они сказали, что готовы наращивать выпуск продукции и брать больше денег на инвестиции, когда ключевая ставка будет в районе 7-8% годовых. Среди них прозвучала такая мысль: компании стараются строить инвестиционные планы так, чтобы в итоге получать прибыль, а не работать в убыток.
Сергей Михеев: Удивительно (смеётся)!
Капиталисты, что с них взять?
Сергей Михеев: Во-первых: слова М. Мишустина абсолютно правильные. То, что он говорит, – это аксиома, но её приходится доказывать в наше время в споре с людьми, которые говорят, что «это никому не нужно - век индустрии прошёл». Прошёл, как же! Вы ездите в машинах и в карманах имеете мобильные телефоны! Все те, кто производят, держат руку на пульсе. Поэтому слова премьер-министра о том, что «промышленность – это важнейший фактор развития», можно только поддержать.
Во-вторых: по словам Мишустина, правительство планирует вложить триллионы рублей в разработку новых технологий. Всё-таки оно планирует. Это к вопросу о том, можно ли в ситуации абсолютной рыночной экономики без регулирования и планирования со стороны властей сидеть и думать, что всё само собой как-нибудь наладится? На мой взгляд, нельзя. Оправданно то, что у нас смешенная модель экономики, но этого недостаточно, потому что планирования и прямого участия государства в экономике должно быть больше. Если мы видим, что задача развивать промышленность есть, а самого развития промышленности нет, значит, надо покопаться в концепциях, методах решения проблем и пр.
Сейчас у нас есть Министерство «хорошего настроения», которое твердит: «Отрицательный рост». Надо же такое выдумать! До этого даже не додумались схоласты древности!«Отрицательный рост» экономики – это падение. Эксперты считают, что мы находимся в состоянии стагфляции, когда экономика в застое, а инфляция всё равно растёт. Очевидно, что здесь есть логический тупик, потому что рыночно-финансовая логика не даёт развиваться производству. Даже премьер-министр справедливо заявляет, что производство – это наша цель и по-другому никак. Этот конфликт очевиден. Не знаю, сколько можно ходить вокруг него хороводом, но жизнь подпирает.
Мы всё время обсуждаем новости из враждебных государств о том, что они готовятся к войне. Как они это делают? Всячески стимулируют своё производство там, где могут это сделать. Да, у них тоже есть проблемы, но они этим занимаются серьёзно, борются с зависимостью от китайского импорта и пр. Если мы видим, что цели и задачи, которые стоят перед нами, входят в противоречие с механизмами, которыми управляется экономика, значит, надо менять механизмы; или отказаться от целей и сказать, что «мы никакая не мировая держава, и напрасна вся борьба за наши интересы» (против чего я всегда категорически возражаю); или надо смотреть, почему то или иное не работает. Могут сказать: «Полно денег уходит на войну, и много людей находится на фронте». Да, всё так, и, несомненно, задача окончания СВО более чем актуальна. Однако во время ВОВ в разы больше людей находилось на фронте и куда больше был масштаб боевых действий, но всё равно наращивалось промышленное производство - и не только товаров, которые напрямую являются оружием, но и многого другого. За годы войны освоили выпуск новейшей техники.
В кратчайшие сроки.
Сергей Михеев: И самолётов, и танков, которые потом стали основой для послевоенного развития промышленности. Да, это было достигнуто очень серьёзным напряжением, но прецедент есть. Если вам не нравится прецедент ВОВ, когда было стопроцентное урегулирование экономики, тогда посмотрите пример роста капиталистической экономики Российской империи в начале XX века: тогда тоже были войны и по тем временам достаточно серьёзные (Русско-японская война и другие). Однако 1913 год показал более чем впечатляющий результат промышленного роста. Значит,в то время как-то находили способы, а сейчас упёрлись в догматизм, что «нельзя, невозможно». Премьер-министр говорит, что надо развивать, а условное Минэкономразвития спорит, что «не получится». Кто кем управляет в конечном итоге?
Когда мы говорим: «Вот будет война. Всё очень сложно. Что вы расслабились? Давайте, не расслабляйтесь!», хочется спросить, в чём выражается подготовка к более сложным испытаниям? Ведь за всем этим пристально наблюдают со стороны. Это надо понимать. Когда мы констатируем «отрицательный рост», точнее ноль или минус, то всё это учитывают. Помните старый советский фильм «Сказка о потерянном времени» (1964 год), когда четверо старых злых волшебников, чтобы вернуть себе молодость, решили разыскать ленивых детей, которые потерянное ими время пускают по ветру? Также делают и наши недруги! Мы радуемся их проблемам, а неприятели радуются нашим, и при этом они умные, хищные и всё прекрасно понимают. Они видят, что, если мы год за годом демонстрируем тупик, то надо этим пользоваться. А этот тупик в значительной степени обусловлен рыночной идеологией финансовой политики страны. «Вот инфляция»: значит, можно больше ничего не делать? Здесь виден концептуальный конфликт. Сколько лет это будет продолжаться, сказать невозможно, а всё стоит на месте. Рост промышленного производства равен нулю, а в следующем году обещают «минус».
С одной стороны, заявление Мишустина можно только поприветствовать, и хорошо, что на уровне осознания это есть. Ещё обещают вкладывать деньги в новые технологии. С другой стороны, явно, что механизмы финансового регулирования, которые были заложены в 1990-е и 2000-е годы, не работают и тормозят развитие. Нам нужно промышленное производство со всех точек зрения: с точки зрения не только независимости, но и новых высококвалифицированных рабочих мест, возрождения конструкторских и инженерных школ. Мы всё агитируем молодых людей пойти на инженерные специальности, а где они будут работать? Назовите тысячи и десятки тысяч рабочих мест для инженеров, которые они должны занять! В год появляются тысячи выпускников инженерных вузов: куда они пойдут работать? Они в итоге будут рисовать картинки через ИИ! К сожалению, потеряют квалификацию и ничего не смогут сделать, потому что «не позволяет инфляция». Любим постоянно повторять, что мы «освободились от чужого влияния», «не будем играть по чужим правилам», а сами играем по чужим правилам, даже этого не замечая! Идеология финансового управления – это и есть чужие правила. Всё то, что нам рассказывают про «ключевую ставку» и всё остальное, - это и есть чужие правила. Не мы их выдумали - нам их дали, а мы приняли и по ним живём.
Чужие правила обычно воспринимаются так: «Мы не будем подчиняться командам из США!»; «Нам сказали замолчать, но мы не замолчали!» Всё это хорошо, но есть более глубинные вещи, регулирующие жизнь страны. И многие из них остались такими же, какими были заложены в 1990-е годы, особенно в экономике. Если в пропаганде, искусстве, идеологии что-то поменялось, да и то под «пинками» истории, то в экономике поменялось очень мало. Здесь мы упираемся в отсутствие суверенной экономической школы, которая на данном историческом этапе дала бы рецепты. Это всё равно, что, например, вы говорите доктору, что у вас где-то болит, он назначает вам таблетку, а вы отвечаете, что она вам не помогает. Значит, всё - до свидания! Что вам делать? Это означает лечение? Нет - означает отписку, «галочку».
Сейчас нам рассказывают о «супервозможностях ИИ». Но попробуйте создать несколько альтернативных моделей развития и просчитать их. Хотя просчитываемые модели не всегда верны и часто дают сбой, но всё равно. А вы нам всё показываете замечательные рекламные картинки какой-то жизни, которая неизвестно где и когда будет. Я с удовольствием прочитал отчёт заседания правительства и слова Мишустина. Они совершенно правильные, и вопрос только в том, как теперь всё это реализовывать. Правительство выделяет триллионы на развитие технологий, а не бизнес.
Вы говорили, что Европа борется с зависимостью от Китая. Она сделала смелый шаг: признала зависимость от китайского импорта; но что дальше делать, пока не знает. В Китае любой стартап, связанный с тем, что может дать плюс экономической мощи страны, поддерживается государством. Стартапы на первых порах убыточные и субсидируются государством; выход на внешние рынки тоже субсидируется государством.
Сергей Михеев: Это хорошо. Китай понимает, что, если он начнёт играть по американским правилам или по правилам европейских учебников по экономике, то просто провалится. Эти правила написаны теми, кто уже ограбил огромное количество других государств, колоний, а потом стал рассказывать, как правильно жить. Вы же понимаете, какой «успех» Запада? Он когда-то (лет 500 подряд) грабил половину мира, а теперь говорит, что «наше благополучие основано на такой-то экономической теории». Как насчёт стартового капитала? Откуда это всё взялось? Потом западники говорят, что «по-другому нельзя». А наши «учёные» (управленцы, банкиры) в сфере экономики всё это восприняли: то ли сознательно этому подыгрывают, то ли несознательно. У них такая догматизация, что «никого не вижу, ничего не слышу, никому ничего не скажу».
А вы попробуйте создать другую модель! В Китае совершенно другая модель финансового управления, хотя там тоже действует масса рыночных механизмов. Попробуйте вывезти деньги из Китая - вас тут же на стадионе публично расстреляют или вы исчезните с пленума Центрального комитета Компартии Китая. Все это прекрасно знают. Слова премьер-министра поддерживаю, но как всё это делать? Здесь несколько тупиков, и мы в сложном положении, чтобы бесконечно играть в подражание западным экономическим теориям.
По поводу промышленности: никакая сфера услуг, никакие информационные технологии и никакое рисование картинок никогда не заменят производство! Всё это обман. Можно создавать дополнительные сферы деятельности, чтобы с этого получать налоги, но заменить промышленность, производство они никогда не смогут. Если вы имеете деньги, но не имеете собственного товара, то этот товар покупаете у кого-то ещё, а когда покупаете у кого-то ещё, то это зависимость. Такая модель экономики: а. несуверенная; б. будет склонять страну к глобальному подчинению, потому что надо подчиняться тем, кто вам поставляет товары, услуги, технологии и всё остальное. Мишустин прав, но остался вопрос: что делать?