МакКласки «Надежда в моем сердце»-1

Я присоединился к профсоюзу транспортников и разнорабочих (Transport and General Workers' Union) 50 лет назад в возрасте 18 лет. Тогда я только начинал работать планировщиком кораблей в ливерпульских доках. Помню, я пересек проходную в первый день, кто-то вручил мне бланк и сказал: "Ты можешь присоединиться к профсоюзу, сынок".

В то время, я выбирал себе подработку, ожидая распределения на гарантированную работу. Потому в доках я собирался поработать только год.

Меня приняли в колледж для будущих учителей в Бирмингеме. Мой товарищ и однокурсник, Джон Фоли, решил взять годовой перерыв (это большой срок!), и я не захотел учиться без него. Джон собирался стать блестящим учителем. В будущем так и случилось: он проработал в школе 40 лет. Я же нашел работу в доках и собирался ждать его. У меня было три предложения, кем устроиться, и я выбрал одно из них. Другие работы были в страховании (более безопасные в те дни). Но я не искал легкого пути и начал работать в Ливерпульской грузовой компании.

Ливерпуль город профсоюзов. Я не понаслышке знаю что это, так как вырос в семье работяг в террасном доме (типа "два-вверх, два-вниз" - распространенный тип постройки промышленных жилых кварталов с двумя спальнями вверху и двумя комнатами внизу). Родителями мои обычно говорили: "Скорее мы отрежем себе руки, чем проголосуем за Тори". Я не сражался за право присоединиться к профсоюзу, другие сделали это до меня и за меня. И вот я уже вовлечен в профсоюзную борьбу.

Я ребенок шестидесятых. Революция в воздухе: одежда, музыка, политика и, конечно, движение за гражданские права в США, Северной Ирландии и Вьетнаме. Доки кипели жизнью. Умнейших, веселых людей я встречал там, учился у них многому. И хотя они не особо привечали длинноволосых, левых студентов из Парижа и США, но понимали классовые проблемы. Мы обсуждали события в Чили и Южной Африке, и всегда наши беседы были наполнены чувством единения: атака на одного рабочего активиста - атака на всех нас.

За короткое время профсоюзной борьбы мы добились того, чтобы молодые работники получали такую же оплату, как и старшие коллеги. Я стремился стать шоп-стюардом и, добившись этой должности, занимал ее следующие 10 лет. Затем я стал старшим шоп-стюардом. Люди начали убеждать меня принять ставку в профсоюзе. Согласие мое значило то, что полный рабочий я буду посвящать профсоюзной борьбе и после 11 лет счастливой работы в доках – перестану быть докером. Но тогда я не знал всего этого, и понадеявшись на лучшее, в 1979 принял предложение. Я стал ответственным за региональное отделение профсоюза транспортных работников. Хотя и жил я в Мерсисайде, но отвечал за весь Северо-Запад.

Как региональный представитель я был вовлечен в каждый сектор работы профсоюза: от транспорта до автопроизводства, от сельского хозяйства и до сферы самозанятых. По прошествии десяти лет я стал национальным секретарем, а в 2004 - помощником генерального секретаря. Наконец, еще через 7 лет я стал генеральным секретарём профсоюза "Единство", образованном в результате слияния нашего профсоюза и Amicus.

Это был головокружительный подъем. Частично за него я обязан человеку, который получил повышение в то же время, как я получил ставку.

В 1979 году Маргарет Тэтчер была избрана премьер-министром, уже известная своим высказыванием, что "общества не существует". Или даже: "Я в порядке, Джек". Идея, что каждый из нас, живых людей, заботиться только о себе, казалась мне отвратительной, совершенно чуждой тому будущему, которое я стремился создать. С того времени, как я начал работать в Мерсисайде и на Северо-Западе, я видел намеренное разрушение региона, промышленности, сообществ и судеб рядовых рабочих.

Я был в эпицентре шторма. Во время так называемых "боевых годов" Ливерпульского городского совета я участвовал в широкой левой коалиции с профсоюзом на региональном и национальном уровне. Я хотел организовать сопротивление тэтчеризму. Для меня, политическая работа и промышленный труд - основа профсоюзного активизма. И сегодня, после долгих лет жесткой экономии времен Тори, я лишь сильнее убедился в том, что развитие рабочего движения - единственный путь для построения лучшего и сплоченного общества.