48 серия «Ёлка»

«РУСЬ» Центральный Федеральный округ·10 May at 11:01 pm

– Знаешь, Петрова, а как всё же образуется материя, в смысле наш материальный мир? – спросил Кузякин, провожая Петрову до дома.

– А ты посмотри на воду и всё станет понятно.

– Вода как вода, что в ней особенного? – без интереса сказал Кузякин.

– А разве круговорот воды в природе не вызывает у тебя ассоциации с образованием материи? Мы ведь когда-то касались этой темы.

– Ну, о том, как образуется материя, мы точно не говорили.

– Хорошо. Итак, Кузякин, вода – это уникальное творение Создателя.

– Не сомневаюсь.

– И на примере воды, кстати, тоже можно понять и многомерность пространства, и образование материи. Смотри, лёд имеет твёрдое состояние – это наш плотный мир, жёсткий, колючий, хрупкий, холодный, но прекрасный, как снежинки, в неповторимости своего совершенства, – улыбнувшись, сказала Петрова.

– Красиво нарисовала. Уме-е-ешь, не отнять, – похвалил Кузякин, слегка покачав головой, любуясь лаконичностью и изяществом образа, созданного Петровой.

– Нравится? – игриво парировала Петрова, очаровательно улыбнулась Кузякину.

– Ещё бы! – подыграл Кузякин.

– Итак, когда повышается температура окружающего пространства (понимаем как повышение частоты вибрации), твёрдый лёд переходит…

– В жидкое состояние, – закончил фразу Кузякин.

– Правильно. И это уже другой мир, с другими свойствами и возможностями. В нём уже совсем другая жизнь с бесконечным многообразием флоры и фауны. Красиво? – Петрова кокетливо подняла бровки.

– Но это уже не наш мир? – поинтересовался Кузякин.

– Пока не наш, – с улыбкой уточнила Петрова.

– Но в воде-то обитают и плотные существа.

– Оставим их в покое и обратим лучше внимание на медуз, – предложила Петрова.

– Что в них интересного? Они же желеобразные, как вода.

– Точно, они, слившись со средой обитания, фактически стали с ней единым целым, но, тем не менее, эти живые существа остались видимыми.

– Но ведь медузу и воду можно потрогать.

– Можно, но это намёк на разреженное состояние материи более тонких миров. Ты же видишь облака, а потрогать не можешь. Так и Иисуса после вознесения люди видели, а прикоснуться не могли.

– Ну, а третье состояние воды что обозначает?

– Третье?

– Да. Что обозначает газообразное состояние воды?

– Невидимый мир информации. Ты же знаешь, что есть такое понятие, как влажность.

– Ну да, есть. И не потрогаешь, и не увидишь, но, тем не менее, она существует, – задумчиво произнёс Кузякин.

– Вот так на примере воды можно легко увидеть перестроение миров из информации в материю и из материи в информацию.

– Идея стремится к материализации?

– Да! Она из высокочастотной информации, уплотняясь, постепенно превращается в материю.

– Почему же тогда говорят, что сначала было слово?

– Для того, чтобы что-то сказать, Кузякин, должен быть голосовой аппарат, а он может существовать только в материи, без вариантов. Поэтому сначала была мысль.

– С этим даже не спорю, всё логично. А вот ты говоришь, пирамиды... символ построения структуры Мироздания и управления во Вселенной, – Кузякин перевёл разговор на другую тему.

– Тебе что-то не нравится?

– Мне всё нравится, но всё же их строили люди.

– Да, люди, но используя Божественные «технологии». В понимании мироустройства люди того времени были более продвинутыми, чем мы, и заложили в её архитектуре все Божественные Законы в виде строгой геометрии. И при желании их можно понять.

– Ну и что, люди могут ошибаться, Петрова.

– То есть тебе нужен более авторитетный аргумент?

– Ну да. Чтобы конкретно так, без двусмысленного понимания.

– Творец Мироздания тебя устроит? – с улыбкой поинтересовалась Петрова.

– Это вот самое то, что очень хотелось бы услышать. Как говорится, к Творцу вопросов быть не может!

– И ответ, конечно же, нужно выложить за пять минут? – улыбаясь, вновь пошутила Петрова, вспоминая прошлые задания Кузякина.

– Ну, лёгких задач не ставим, чай не первый класс, а 11-ый.

– Хм. Вот. Пожалуйста, – Петрова показала ладошкой на пушистую ёлку, недавно высаженную на газон вместе с другими хвойниками, украсившими дворовую территорию.

– Что, пожалуйста?

– Ты же просил на примере нерукотворного творения показать структуру Мироздания – смотри! Лучше, чем Создатель, никто не покажет это строение, ведь, как ты помнишь: «Что наверху, то и внизу», по принципу подобия.

– Ёлка-то тут причём?

– Принцип построения Мироздания у Создателя только один – всё на основе Канонов Вечности, а вот многообразие форм, построенных также на их основе, бесконечно.

– И как это укладывается в ёлку?

– Помнишь, когда мы изучали ботанику, то рассматривали и строение семян, наблюдая за их прорастанием…

– А также изучали тычинки, пестики, цветочки и лепесточки. Дальше-то что? – перебил на полуслове Кузякин.

Нисколько не смутившись на нетерпеливый наезд Кузякина, Петрова продолжила:

– Ты же согласен, что эту ёлочку, как и всё вокруг, творил Создатель?

– Без всяких сомнений.

– Ты же признаёшь, что совершенство творит только совершенство?

– Сто процентов! Даже без вариантов.

– Хорошо. Итак, на основе Канона «Что наверху, то и внизу» мы понимаем, что это проекция высокочастотного мира на наш материальный мир.

– Начало впечатляет, – Кузякин тихонечко похлопал в ладоши, намекая на заумность начатого диалога.

– Благодарю, – не растерявшись, парировала Петрова, сделав изящный реверанс, подыграв Кузякину, и серьёзно продолжила:

– Смотри, есть точка совершенства – это Абсолют. Есть точка в нашем мире, в данном случае, как пример это семя ели. Вдумайся на секунду, что в нём закодирована вся информация об условиях, при которых начнётся творение новой жизни: каким оно должно стать, чем питаться, как размножаться, с кем и как взаимодействовать. Все энергии плюса и минуса сбалансированы в этом семени как единое целое.

– Да, мы это с тобой уже разбирали. Здесь вопросов нет.

– Хорошо. Итак, началось творение. Все силы точки, в смысле семени ели, пришли в движение. Одна сила устремилась к Солнцу, а другая…

– Во тьму, вглубь земли, – сосредоточенно произнёс Кузякин, начиная осознавать новую грань восприятия Божественной структуры пространства.

– Движение вглубь земли, Кузякин – это тоже силы творения, но с другим знаком и другими задачами.

– Как-то не очень понятно с этими силами.

– Ну, смотри, когда ты что-то изобретаешь – это творческий процесс. А вот когда ты собираешься реализовать своё творчество, то в тебе включается холодный расчёт бескомпромиссного инженера и аналитика. При этих двух составляющих воплощается творение.

– Ну, в общем-то, согласен.

Петрова улыбнулась, подошла поближе к ёлочке и пальчиком коснулась самой высокой почки.

– Ну что, вернёмся к ёлочке?

– Согласен, – кивнул головой Кузякин.

– Смотри, эта почка есть начало ростка. Она одна и единственная, которая задаёт направление движения к Солнцу.

– Хм. Прыжок из детства к Солнцу?

– У Бога нет прыжков. У Него только Покой Вечного Движения и Вечная Эволюция Пространства.

Кузякин не стал возражать на высказывание Петровой.

– Следом за главной почкой появились почки, давшие направления в стороны – это фракталы. Они подобны центральной почке – по образу и подобию со всеми её свойствами и возможностями творения - с единственным отличием.

– Каким? – поинтересовался Кузякин.

– Если в центральной почке Силами Творения заложена программа развития ввысь, к Солнцу, то все остальные веточки развиваются по горизонтали. Самый нижний уровень еловых веток почти касается земли, образуя самый большой диаметр. Это как материальный мир, а вот верхние иголочки, Кузякин, видят небо синее, солнышко и звёзды.

– А нижние, значит, видят улиток, жучков да паучков вместе с мухоморами или ещё какой-нибудь живностью. Да-а, интересная аналогия…

– И заметь, все иголочки у ёлочки одинаковые, что высшего уровня, что низшего. Нет среди них ни первых, ни последних. Они все равны независимо от уровня в пирамиде.

– Ты хочешь сказать, что Иисус равен мне или тебе?

– Мы все равны перед Богом, Кузякин, как и иголки ели низшего и высшего уровня равны между собой, а вот уровень сознания и ответственности за мысли и дела у нас, конечно же, разный, что и позволяет выстроить пирамиду по духовному принципу.

– Точно? – с сомнением спросил Кузякин.

– Да. Сколько нужно трудиться человеку, избавляясь от пороков и несовершенства, чтобы стать совершенным? – спросила Петрова.

– Ну не знаю.

– Вот, всё зависит только от самого человека, Кузякин.

– А что на нижнем уровне нет света, что ли? – иронично спросил Кузякин.

– Почему нет, каждый уровень в пирамиде обладает светом, но разной интенсивности. Поэтому наличие света внутри определяет уровень в пирамиде Вечности, ведь и нижний уровень тоже есть часть пирамиды.

Кузякин протянул руку к ёлке и аккуратно взял её за лапу так, чтобы иголки не смогли уколоть ладонь.

– Знаешь, Петрова, у меня никогда не возникала такая мысль, что простую ёлку можно рассматривать как пример строения Вселенной…

– Можно Кузякин, можно. И даже нужно. Ведь всё вокруг создано Богом по...

– Постой, но ты ничего не сказала о корнях, – снова перебил Кузякин Петрову.

– Да, действительно. У Бога два вектора развития, впрочем, как и у человека, Кузякин.

– Центробежное и центростремительное движение, – задумчиво произнёс Кузякин, анализируя сказанное Петровой.

– И крона, и корни ёлочки есть одно единое целое, в миниатюре повторяющее всё Божественное пространство, но развивающееся в разных направлениях.

– А вот подземный мир, он какой?

Петрова пристально посмотрела на Кузякина и, после паузы, продолжила:

– Знаешь, он хоть и есть, но подземный мир меня не интересует.

– Но ведь ты сказала, что это Единое Целое.

– Да. Это правда. Не может быть кроны без корней, как и корней без кроны.

– Это настолько очевидно, что, наверное, не стоит заострять на этом внимание.

– Понимаешь, Кузякин, мы говорим не о ёлочке, а о многоуровневом пространстве, сотворённом Богом. И ёлочка существует только потому, что Создателем найден такой баланс соотношения Сил Творения и Сил Сдерживания, при котором наступает Великая Гармония Творения.

– Ну да, я понимаю, что в мире Бога всё сбалансировано.

– Ну а всё же, раз всё есть пространство Бога, какой мир там? – Кузякин ещё раз попытался затронуть эту тему.

– Ты помнишь сказку про Дюймовочку?

– Мультик смотрел в детстве. Кроты там ещё прикольные со счётами.

– А помнишь, прежде чем окончательно опуститься под землю, кроты позволили Дюймовочке проститься с Солнышком, выполнив её сокровенное желание.

– Ну, и что?

– Солнышко не могло не откликнуться на её сердечную просьбу помочь ей выбраться из лап того мира, в котором ей предлагалось остаться.

– Почему же оно не откликнулось раньше?

– Человек должен пройти все испытания, которые ему приготовила судьба, и понять, что для него всего дороже – путь к Свету или жизнь во тьме.

– Значит, кто-то выбирает сияние звёзд в небе, а кто-то – блеск золота в земле… Интересно... – задумчиво произнёс Кузякин.

Петрова посмотрела в сторону Кузякина, оценив его сравнение.

– Ты прав, поэтому, когда зов произнесён, он услышан и никак иначе. В последний миг рука помощи всегда будет протянута тому, кто просит о помощи в устремлении к Свету. Люди всегда втайне надеются на поддержку Бога, Кузякин!

– Значит, Силы Света так и ждут, чтобы человек протянул им руки, чтобы они смогли вытянуть его из мрака Тьмы?

– Конечно, только эти слова должен произнести сам человек, проявив волю и искреннее желание быть на стороне Сил Света.

Кузякин задумался, оценивая сказанное.

– Знаешь, Петрова, мне понравились твои сравнения.

– Ну что ж, я очень рада. Надеюсь, что теперь у тебя сложилось целостное понимание о Мироустройстве?

– Ну, в общем-то, да, – многозначительно произнёс Кузякин.

– Что, есть ещё вопросы? – удивлённо спросила Петрова.

– Пока нет, но ты же знаешь, пределу познания нет границ, – с тонким юмором подытожил Кузякин.

– А-а-а, ну тогда другое дело… – подыграла Петрова, поддержав юмор Кузякина, и ребята дружно засмеялись.

Автор Алексей Карлов, Москва

Прочитать предыдущие серии можно по ссылкам:

Пролог