Сестрорецкий оружейный завод и его связи с другими промышленными центрами в России и за рубежом

Автор — Михаил Андреевич Носко, эксперт по изучению и популяризации объектов культурного наследия СПб ГБУК «Историко-культурный музейный комплекс в Разливе».

Данная статья посвящена связям Сестрорецкого оружейного завода с другими промышленными центрами, частными конторами, лицами и заказами. Не случайно данная тема интересна с точки зрения изучения завода, которому в этом году [статья написана в 2021 году] исполнилось 300 лет.

Рассказывали старожилы Сестрорецка, что во время возвращения Петра I из Выборга в Петербург император, сидя на пне, где в настоящее время находится озеро Разлив, долго советовался с графом Я. В. Брюсом и полковником де-Геннином по поводу строительства и заложения завода в данной местности. Выслушав донесение полковника артиллерии де-Геннина:

«Не будет ли от оных заводов для много числа уголья, который каждый год потребен в лесах на постройку Кронштадта и жителей в бревнах и в дровах скудности, нужд, также ружье и прочие припасы будут дороже против Олонецких становится», –

Его Императорское Величество изволил рассудить:

«На дороговизну не смотрю, токмо было бы в близости, а что касается до бережных лесов, то для того при оных заводах домны и молотовых указа не быть и железа не делать, а брать из Сибири сколько будет потребно; также и тянутой стали каждый год на 15 000 шпаг, которые отделывать на Сестрорецких заводах».

Строителем завода был назначен полковник Вилим де-Геннин. Он хорошо разбирался в металлургии и в горном деле. Вилим Иванович де-Геннин в это время был командиром Олонецка и директором Петровских Олонецких заводов. Петр I не зря выбрал де-Геннина, так как его опыт, трудолюбие и энергия были известны Петру со времен Великого посольства. Конечно же, и первые строители были пришлые люди из других регионов Российской империи. Первые плотники и мастера были пригнаны с Олонецких заводов для черновой работы и для поставок строительных материалов.

Именным указом были приписаны к заводу крестьяне Кивинованской и Новокирхской деревень Выборгской губернии. Уже позднее, во времена правления императрицы Екатерины II, по её личному выбору управляющим заводом был назначен прусский дворянин Христофор Леонтьевич Эйлер, который начал вкладывать много средств в строительство завода.

При Эйлере начинается каменное строительство на территории завода. Из государственной казны было выделено 75 962 руб. на ремонтно-восстановительные работы. Это поспособствовало некоторой реконструкции фабрики и обновлению оборудования, что в результате положительно сказалось на качестве выпускаемого оружия. В 1789 г. управляющим Сестрорецкого завода был назначен датский дворянин Григорий Петрович фон Бригман. В период его правления на ремонт заводских строений было выделено уже всего 10 081 руб.

Нельзя не затронуть, хотя бы поверхностно, тему поставки металла на Сестрорецкий оружейный завод в XIX веке.

В первой половине XIX в. казенные горные заводы находились в ведении Министерства финансов. Данные заводы должны были поставлять своё ствольное железо на оружейные заводы Российской империи, в том числе и на Сестрорецкий завод, со своей стороны казенные заводы были обязаны принимать данное железо.

Прием данного железа происходил на основе внешнего осмотра и простой механической пробы: загиба его вокруг деревянного столба. Оружейники и артиллерийское ведомство неоднократно жаловались на качество железа с горных заводов. В частности, их не устраивала неоднородность металла. Также часто в металле были включения пузырей газа, а в отдельных партиях военная приемка выбраковывала до 90 % железа.

До 30-х гг. XIX в. особой тревоги по поводу качества металла не было. Вину за срыв производства оружия оружейный завод мог всегда переложить на горные заводы. А горные заводы в свою очередь забракованное железо продавали на рынке по ценам, значительно превышающим государственные наряды.

В 1830–1840 гг. началось перевооружение европейских армий на винтовки; по сравнению с гладкоствольными ружьями винтовки могли стрелять не на 300 шагов, а на 1 200. С 1848 г. армии Франции, Пруссии и Англии начинают полное перевооружение на винтовки системы Минье. В этот момент в России не хватало металла для производства гладкоствольных ружей. В 1843–1849 гг. горные заводы экспериментировали с методами заварки стволов.

В 1849 г. проводились эксперименты по производству заварки стволов из пудлингового железа. Полоса скручивалась в трубку не вручную молотками, а прокаткой под валиками разного профиля. Приглашенный мастер И. Тальбом внедрит данную технологию, но она не приживется. Дело все в том, что данная технология использовала каменный уголь, на тот момент адаптировать ее на древесный уголь не удалось.

К середине XIX в. конфликт между горняками и оружейниками достиг своего апогея. Из-за высокого процента брака увеличивался расход на содержание оружейных заводов, убыток несли оружейники, из-за этого завод ввергался в бедственное положение. Самое страшное – возрастала стоимость оружия, что для Сестрорецкого оружейного завода было очень критичным явлением на протяжении трех веков. В итоге при огромном браке замедляется производство оружия, перевооружение армии затягивается на долгое время.

В 1857 г. на заводе были проведены испытания литой стали заводов Обухова. При заварке стволов литая сталь показала себя с наилучшей стороны. Был и единственный недостаток – это цена 1,60–2 руб./пуд – в 2 раза дороже железа, но он компенсировался почти полным отсутствием брака.

В 1862 г. Сестрорецкий оружейный завод закупал готовые стальные стволы в Вестфалии на производстве Бергера. Также сталь поставлялась и Ижевским заводом. После принятия в 1870 г. на вооружение армии винтовки Бердана № 2 калибром 8,4 мм стволы можно было изготавливать только из стали. В 1871 г. Бергеру были заказаны стволы на сумму 115 000 руб. Данный факт показывает зависимость не только Сестрорецкого завода, но и всех оружейных заводов Российской империи. В 1872 г. Военное министерство наладило поставки стали с частного Обуховского завода, а также на Сестрорецкий завод приходили поставки и с казенных Пермского пушечного и Златоустовского заводов. В 1880 г. единственным поставщиком стволов стал Ижевский сталеделательный завод. В 90-е гг. XIX в. Сестрорецкий завод получал поставки металлов с Брянского, Путиловского, Обуховского, Златоустовского заводов.

Касательно поставок станков и оборудования примером может служить развитие производства взрывателей безопасного типа 4 ГТ и 6 ГТ на заводе в 1910 г.

Начало данного производства связано с тем, что после перевооружения Русской армии 3-линейными винтовками образца 1891 г. министерство начинает ставить вопрос не только о сокращении нарядов на завод, но и об его закрытии:

«Для России иметь три оружейных завода – “большая и ненужная роскошь” и что один из них, Сестрорецкий, как наименее мощный и к тому же расположенный поблизости границы, можно ликвидировать без всякого вреда для обороны».

Главное артиллерийское управление (далее ГАУ) всеми силами пыталось сопротивляться закрытию завода. Понимая сложившуюся ситуацию, ГАУ начало в срочном порядке выдавать заводу разнообразные наряды в виде котелков, кавалерийских пик, поверочного инструмента, образцов лекал винтовок, разработки новых автоматических винтовок, а также и взрывателей.

Производство взрывателей на заводе началось в 1910 г. Завод получил наряд в размере 170 тыс. шт. марки 6 ГТ и 119 тыс. шт. взрывателей марки 4 ГТ. Было принято решение временно разместить производство взрывателей в Инструментальной мастерской завода, а в дальнейшем уже начать строительство отдельного здания под мастерскую. До этого размещения с 1 июня 1909 г. по 1 июля 1910 г. Инструментальная мастерская получила всего 1 новый станок для производственных работ.

15 октября 1910 г. Хозяйственный комитет завода послал приглашения частным представителям фирм за № 2511 на торги по поставке станков для изготовления взрывателей, которые в итоге состоятся 9 ноября того же года.

При этом в первые полгода выполнять наряды на взрыватели придется на оборудовании, которое уже находилось в Инструментальной мастерской. Новые же станки, специально выписанные для изготовления взрывателей, были присланы только через полгода, так Инструментальная мастерская в 1911 г. получила 6 станков: поверочный станок Пратт и Витни, двойной полировочный станок с полировочным кругом и с полировочным ремнем инженера Струка, шлифовальный станок с металлическимидисками инженера Струка, револьверный малый станок Пратт и Витни, токарно-револьверный большой Пратт и Витни, электрический сверлильный станок Шухард и Шютте. Данного количества станков было недостаточно для исполнения нарядов. Причины же такого малого количества станков связаны с несколькими особенностями поставки оборудования:

1. Проходило большое количество времени в период торгов между выбором поставщика и заключением контракта.

2. Сами сроки поставки: чем меньше срок, тем быстрее можно запустить работу на данном станке, но чаще всего станок могли доставить в промежутке 3,5–6 месяцев.

3. Часто станки не доходили до завода в назначенный срок из-за задержек на заводе изготовителя, логистики, таможенных факторов.

4. Станок могли забраковать, приходилось ждать новой поставки станка либо его ремонта, что впоследствии сказывалось на ходе выполнения наряда.

По итогу завод смог выйти на валовое производство взрывателей 6 ГТ только к концу 1912 г. Это было связано в первую очередь с неготовностью оборудования. Часть станков была доставлена с крупными недочетами, потребовавшими в некоторых случаях замены и переконструирования отдельных частей. Другая часть станков, заказанная русским фирмам, вовсе не была поставлена.

Как пример, на 25 августа 1912 г:

«Взрывательная мастерская не получила. Двойных сверлильных станков Завода Бромлей не доставлено 3 станка, доставлено 7 станков, из них неисправных 2 (исправляются). Контрактные сроки были даны до 30 ноября 1911 г. – 2 станка отсрочены до 20–25 января с. г. 8 станков до 10 марта 1913 г. Кобестанный станок Брянского завода доставлено 2 станка. Не доставлено 30 станков. Контрактные сроки к 1 февраля 5 станков. К 1 июня 1913 г. 27 станков».

Из-за данной ситуации завод был вынужден послать за границу старшего механика завода Коповалова за покупкой станков наличными деньгами.

Также летом 1913 г. появятся трудности с производством взрывателей из-за некачественной стали. В рапорте начальнику ГАУ сказано следующее:

«Некоторые и довольно большие затруднения вызвала большая трудность обработки стали Путиловского завода, заготовленной для взрывателей. По сравнению с Сормовской, к которой завод хорошо приспособился. Пришлось готовить особые гребенки, что и задерживает в настоящее время дальнейшую работу. Необходимый инструмент будет, однако, скоро готов, к середине июня».

Летом 1913 г. при получении станков возникли сложности с установкой нового оборудования. Завод столкнулся еще с одной огромной проблемой: дефицитом заводских помещений под установку станков. Инструментальная мастерская к лету 1913 г. не обладала должным количеством свободного пространства под станки. В итоге при составлении сметы на 1914 г. было заложено 11 000 руб. на капитальное переустройство железобетонного здания для изготовления взрывателей.

Но также вследствие предписания ГАУ от 20 июня 1913 г. за № 28193 Начальник завода представил проект расширения завода с ассигнованием для этих целей 1 400 000 руб. Из данной суммы предполагалось продолжить существующую мастерскую для изготовления взрывателей постройкой нового каменного корпуса № 6 площадью 212 кв. саж. за 89 350 руб.

На 1 января 1914 г. был составлен проект по постройке здания для мастерской по изготовлению взрывателей. Затягивание начала строительства и утверждение проекта было связано с выходом из первоначальной сметы. Так, в запросе начальника ГАУпо 2 отделу, отделению 2, стол 1, от 2 апреля 1914 г. № 16197 можно найти следующее:

«При испрошении кредитов на расширение и оборудование технических артиллерийских заведений для исполнения предстоящих крупных нарядов были составлены перечни различных работ и заказов на механизмы и станки, причем эти перечни составлялись в пределах предназначенной каждому техническому заведению суммы. Как ныне начинает выясняться, примерно назначенных средств не хватит не только на исполнение таких работ и заказов, которые уже включены в перечни, но и самые перечни предполагаемых работ пришлось несколько сократить, дабы не выйти из примерно назначаемой суммы.

В виду сего предписываю Вам в кратчайшие срок не позднее 15 апреля сего года представить по прилагаемой форме полный перечень всех работ и заказов, необходимых вверенному Вам заводу для доведения его производительности до требуемого размера, по возможности придерживаясь тех границ, которые были установлены при составлении первоначального соображения, и указать: какая сумма потребуется для осуществления каждого из мероприятий перечня и какую Вы полагали бы израсходовать на него в настоящее время, не выходя из пределов общей суммы, предназначенной уже ныне вверенному Вам заводу».

В ответе начальник завода просил ГАУ выделить на постройку здания дополнительно 51 150 руб.

К 1914 г. завод постепенно должен был довести выпуск взрывателей до общего объема в 1000 шт. в день (700 шт. 6 ГТ и 300 шт. 4 ГТ) с постепенным увеличением производства в день по мере поступления нового оборудования. Но в итоге из-за череды проблем с поставкой станков, нехватки площадей для установки их и нехватки стали за январь 1914 г. Сестрорецкий завод изготовит 15 955 взрывателей марки 4 и 6 ГТ – в совокупности в один рабочий день 600– 700 взрывателей.

В 1914 г. месячный выпуск взрывателей постоянно колебался – от 20 000 шт. в феврале 1914 г. до 11 765 шт. в ноябре того же года. За весь 1914 г. завод смог изготовить 182 091 шт.

Благодаря архивным документам и статьям мы можем проследить связи с другими заводами и частными лицами. Тем самым мы видим, что завод не был «закрытым» казенным учреждением. Тесное сотрудничество с поставщиками помогало заводу существовать и функционировать, и выполнять непосредственно государственные заказы.

Источники:

1. История Сестрорецкого оружейного завода. Период первый (1714–1735 г.) // Оружейный сборник / ред. В. Бестужев-Рюмин. 1900. Ч. 2.
2. Русский библиографический словарь. Щапов-Юшневский. СПб., 1912. С. 196.
3. Рудакова Л. П. Иностранцы на русской службе. Сестрорецкий оружейный завод во второй половине XVIII – первой четверти XIX веков // Курортный район. Страницы истории. Вып 7. СПб.: ООО «ИТД «ОСТРОВ», 2012.
4. Шумкин Г. Н. Производство ствольного железа на казенных горных заводах Урала в середине XIX в. // Запад, Восток и Россия: Символы Власти и Власть Символа: Вопросы всеобщей истории: Сб. научных и учеб.-метод. трудов (Ежегодник). Вып. 15 / под ред. проф. В. Н. Земцова.
5. Шумкин Г. Н. Производство чугунных орудий на Урале в середине XIX века // Война и оружие. Новые исследования и материалы. Труды Восьмой международной научно-практической конференции: в 4 ч. СПб. : ВИМАИВиВС, 2017. Ч. 4.
6. Барсуков Е.З. Артиллерия русской армии (1900–1917 гг.). В 4-х т. М.: Воениздат, 1948–1949.
7. ВИМАИВиВС. Ф. 6. Оп. 61. Д. 52.
8. ЦГИА. Ф. 1290. Оп. 1. Д. 822.

Отмечаем, что данная статья была представлена на I Научной историко-культурной конференции «Разливские чтения» в 2021 году, которая была посвящена теме «Сестрорецк – культурный и промышленный центр». Прочитать другие доклады можно по ссылке — https://razlivmuseum.spb.ru/upload/iblock/81c/hv4ysytr6jlhodf6eko14q0efcu2jxfm/Sbornik_Razlivskie-chteniya-2021_2022.pdf