Воспоминания экскурсанта музея «Сарай Н. А. Емельянова»

Автор — Вячеслав Николаевич Самоходкин, канд. ист. наук, заведующий музеем «Шалаш В. И. Ленина»

Поздним вечером 9 июля рабочий Сестрорецкого оружейного завода Николай Александрович Емельянов отправился на выполнение конспиративного партийного задания, которое впоследствии обессмертило и его имя, и его знаменитый сарай.

Но как же рассказывал об этих судьбоносных событиях сам Николай Александрович? Мы предлагаем Вам ознакомиться с рассказом одного из посетителей музея «Сарай Ленина», прибывших в Разлив с экскурсией в августе далекого 1934 года, Михаила Сергеевича Володина. Ему повезло: экскурсоводом его группы стал лично человек, скрывавший у себя на участке в июле 1917 г. вождей большевистской партии Владимира Ленина и Григория Зиновьева. Вот как об этом вспоминал экскурсант спустя много лет, в 1967 году:

«Давно это было. Но то, что я услышал в один из августовских дней 1934 года, мне запомнилось навсегда. Не забывается оно потому, что речь шла об очень значительном, о жизни Владимира Ильича Ленина в июльские и августовские дни 1917 года, а вел ее Н. А. Емельянов, старый коммунист, которому Центральный комитет поручил укрывать вождя партии от ищеек Временного правительства.

Нас, экскурсантов дома отдыха, Н. А. Емельянов встретил на одной из улочек Сестрорецка. Он стоял у дома, в котором провел несколько суток Владимир Ильич.

— Вот сюда, в этот дом, привел я тогда вождя нашей партии и революции — начал свой рассказ Н. А. Емельянов и потом неторопливо повел разговор о том, как он встречал и провожал В. И. Ленина.

Встречать Н. А. Емельянову пришлось Владимира Ильича поздно вечером в Новой Деревне — на первой остановке поездов, идущих с Финляндского вокзала*.

Было это в ночь с 9 на 10 июля старого стиля. На место встречи Владимир Ильич прибыл буквально за несколько минут до отхода последнего поезда. Сели они второпях в самый ближайший вагон и не очень удачно. Вагон был заполнен подвыпившими офицерами, возвращающимися к себе в гарнизон из Петрограда после воскресного «отдыха». Пьяные военные пели неприличные песни, в том числе и про Ленина.

— Молодым я был сильным и мог справиться с двумя и тремя — говорил, улыбаясь, Н. А. Емельянов, — но их, подвыпивших военных, был почти целый вагон, и я не мог отомстить им за неприличные песни, да и потом, самое главное было не обратить на себя внимание.

— Владимир Ильич не смог долго пробыть в вагоне. Он вышел из него в тамбур, затем сел на подножку и так доехал до Сестрорецка. Н. А. Емельянов все время находился недалеко от Владимира Ильича.

Поздней и темной ночью вышли в Сестрорецке они из вагона и направились к дому Н. А. Емельянова. По пути Владимир Ильич очень подробно расспрашивал Н. А. Емельянова о его семье. Н. А. Емельянов рассказал В. И. Ленину о жене, детях, дал характеристику старшим сыновьям. У Владимира Ильича несколько упало настроение, когда он узнал, что у Владимира Ильича есть маленькие дети. Временное правительство за «голову» В. И. Ленина объявило большую сумму денег. Много в то время было всяких прохвостов, которые за деньги могли сделать любое вероломство. А от детей очень трудно скрыть тайну. Выбежав на улицу, они обязательно поделятся новостями, вновь увиденным.

Заинтересовался Владимир Ильич и вторым сыном Н. А. Емельянова**, состоявшим в партии анархистов. Было ему лет шестнадцать и почему он примкнул к анархистам, он, видимо, и сам не отдавал себе ясного отчета.

Когда Н. А. Емельянов с Владимиром Ильичом подошли к дому (а дом ремонтировался в то время), Н. А. Емельянов провел В. И. Ленина сразу на чердак. Утром и днем следующего дня по просьбе Владимира Ильича Н. А. Емельянов направил к В. И. Ленину своего сына “анархиста”. Первый вопрос, который задал юноше Владимир Ильич Ленин был: «Почему он вступил в партию анархистов, а не большевиков?» Сын Н. А. Емельянова ответил, что большевики украли у них программу и поэтому он не пошел к ним. На вопрос Владимира Ильича, а выполняют ли большевики эту программу, молодой Емельянов ответить не мог, а после вопроса о его отношении к программе, юноша, не зная, что ответить, пустил слезу. Так закончилась встреча В. И. Ленина с молодым “анархистом”…»

* Здесь экскурсант ошибается: сам он, очевидно, поехал в Разлив с Финляндского вокзала, поскольку в 1925 году железнодорожные пути Приморско-Сестрорецкой железной дороги были переведены на Финляндский вокзал. Емельянов же в 1917 году встречал Ленина и Зиновьева на Новодеревенской набережной, после чего повел их на Приморский вокзал, от которого начиналась в ту пору Приморско-Сестрорецкая железная дорога, ведущая в Разлив.

**Имеется в виду Кондратий Емельянов.