Финские сани в Сестрорецке
Расшифрованные рукописные воспоминания коренной жительницы посёлка Разлив Ирины Михайловны Александровой.
Финские сани, точнее их первое упоминание, датируется 1880 годом, в Швеции. Там же был открыт первый клуб финских саней. Позже, в 1891 г. уже в Финляндии в городе Оулу полковник-энтузиаст Эдвард Фюруйельм организует гонки на финских санях среди соседей.
Естественно, Финляндия от Сестрорецка — «рукой подать», а всё лучшее перенималось быстро... Культура передвижения на «финках» в Сестрорецке быстро вошла в быт. Они удобные, быстрые, манёвренные — без них уже никуда... Только выпадет снег, только встанет лёд на озере Разлив и окрепнет дорога, — так всё население Сестрорецка и ближайших посёлков встаёт на сани. «Чем они хороши?» — спросите вы. Да тем, что они подвластны любому возрасту — от немощных стариков до юных школьников.
Полозья для санок ковали на Сестрорецком оружейном заводе в чугунно-литейном цехе. Кстати сказать, в нём работал мой дед Леонтьев Иван Васильевич...
При каждом доме «финок» было не менее 5–6 пар. Дети на них приезжали в школу, служащие и рабочие — к заводу. А пожилой народ днём отправлялся на них по магазинам, в поликлинику и т.д. Зимы в далёкие года были устойчивые и долгие, и этот чудо-транспорт очень выручал местных жителей.
Представьте себе на минутку поездку в общественную баню. На санях могут сидеть двое детей, здесь же уместились два тазика и два мешочка с банными принадлежностями и чистым бельём. Во дворе возле бани собиралось столько санок, что от их разноцветья пестрило в глазах. А при выходе долго искали свои, уже припорошенные снегом сани... Особенно красочные разноцветные финские сани было любопытно наблюдать у больших общественных зданий — будь то бани, кинотеатр «Прожектор», парк «Дубки» и т. д.
Без «финок» невозможно себе представить поездку на рынок, в лабаз, а после революции и в гастроном. А приболевших членов семьи только на «финках» можно было доставить до поликлиники или больницы, или пришлось бы потратиться на извозчика. В 1946 году именно на «финках» мама отвозила меня в детский сад, в Сестрорецк, на Малую Канонирскую, д. 11. Для быстрой езды по скользкой дороге обязательно на толчковую ногу одевался «бузулук» (назову его «металлический гребешок»), который плотно крепился к подошве валенка. А после войны мы, дети, не имея «бузулука», на подошву сапога приклеивали полоски наждачной бумаги.
После революции, когда закрывались церкви (так случилось и с нашей красавицей сестрорецкой святыней — церковью Петра и Павла), венчания отменили, а регистрацию брака осуществлял исполком. Так, мои соседи по Разливу (3-я Тарховская, д. 40) регистрировали свой брак зимой, и молодой жених Шавыкин Георгий Иванович (в будущем друг и соратник Всеволода Боброва) — известный спортсмен Сестрорецка — подвез к загсу свою невесту Клавдию Борисовну именно на «финках». И, чтобы быстрее домчать — через лёд по озеру! И что интересно, когда отмечали Клавдии Борисовне 90-летие, именно на «финках» я доставляла гостей к столу!
А теперь вспомним 1936 год… Сестрорецкие спортсмены Инструментального завода им. Воскова пожелали доказать всему миру, что финские сани могут быть частью спортивных соревнований на Олимпиаде! Для этого была подобрана команда из 15 рабочих-спортсменов. С заводоуправлением была договоренность, что рапорт об успешной работе завода, о его перевыполнении плана команда сестрорецких спортсменов, они же лучшие рабочие, доставят в Москву, в Кремль товарищу Орджоникидзе лично, приехав своим ходом из Сестрорецка на финских санях.
Пятеро спортсменов-рабочих из Сестрорецка шли на санках до столицы две недели. Договаривались о ночлеге где и с кем придётся. Однажды вошли в село и остановились заночевать в доме кузнеца. Кузнецу так понравились эти восхитительные «финки», что он решил за одну ночь изготовить новые, точно такие же, и подарить спортсменам.
Доказательством этого редчайшего пробега являются наручные часы, подаренные Шушпанову Михаилу Ивановичу, с дарственной надписью: «От ЦК Союза Станкостроения. 1936 г. За успешный пробег на санях Сестрорецк — Ленинград — Москва».
Зимы в Разливе бывали разные — то заваливало нас снегом, а то мороз до минус 25 градусов и ни одной снежинки. Лёд на озере как зеркало, ноги сами пускаются в пляс, …жутко хотелось пролететь под свист ветра по зеркальной глади озера... Весенние каникулы, 1956 г., я в девятом классе. Ко мне в гости приехали мои старинные друзья из Ленинграда брат и сестра… Вика и Алик. Мы вышли на лёд на двух санях. Неожиданно Алик предлагает: «И зачем мы должны работать ногами как птицы при таком хорошем ветре. Давайте распахнем пальто и полетим как птицы, как летучая мышь!». Скорость была адская, дух захватывало. Уже через минут 15–20 мы были на том берегу озера, у шалаша В. И. Ленина. Обратно было труднее. Позже был тяжелый бронхит, но зато какой пролёт!
На лето финские сани поднимали на крышу сараев. Полозья были вечными, а деревянную часть время от времени обновляли.
С тех пор, как Сестрорецк стал застраиваться каменными домами, а деревянные, старинные дома сносили, — стали пропадать и сани. Лоджии да балконы есть далеко не у всех — хранить негде. Хотя в советское время в спортивных магазинах продавались складные финские санки. К тому же где-то в 1953–1954 гг. пустили по Сестрорецку автобус. Посёлки Разлив, Тарховка, Александровская и Горская долго оставались полностью «деревянными», но тяга к финским [саням] год от года слабела… Как ни странно, мои финские сани на сегодняшний день оказываются единственными сохранившимися в Разливе с тех давних времен (полозья 1900 г.).