Шостакович vs. Прокофьев, или лучшая обложка “Музыкальной жизни”

Неожиданно для нас самих в голосовании за лучшую обложку “Музыкальной жизни” в 2021 году лидируют не глянцевые фотосессии, а “исторические” номера с Прокофьевым и Шостаковичем. С небольшим отрывом побеждает последний :)

Интересно, что двух главных композиторов СССР сравнивали и продолжают сравнивать постоянно. Вот несколько выдержек на эту тему из интервью известных музыкантов:

Дирижер Василий Петренко:

«Шостакович — экзистенциальный композитор. Разница между ним и Прокофьевым состоит в том, что Прокофьев всегда писал о других людях. Прокофьев — это окружение, всегда общество, всегда массы. А у Шостаковича — всегда один человек. Эта линия пошла от Малера, а еще раньше — от Бетховена: среди огромного количества людей, страстей, событий — всегда судьба одного человека. Даже в больших сочинениях у Шостаковича, например, в 13-й симфонии «Бабий Яр» — общечеловеческая трагедия, но она все равно проходит через призму одного человека.

Экзистенциальность присуща русскому человеку. Мышление, которое все подвергает сомнению, в том числе, существование самого себя. Если у Прокофьева в большинстве произведений хэппи энд или, как минимум, сразу ясно — трагический или счастливый конец, то у Шостаковича каждый решает для себя».

(из интервью Анны Фирстовой: https://www.pravmir.ru/shostakovich-ponimal-odinochestvo-a-nyneshnemu-obshhestvu-eto-ochen-sozvuchno/ )

Виолончелист Мстислав Ростропович:

«Трудно придумать двух более диаметрально противоположных людей. Прокофьев, если тебе доверял, не резервировал своего мнения — ни о тебе, ни о других. Он прибежал в артистическую, когда я сыграл Вторую виолончельную сонату Мясковского, и, в общем-то довольный, говорит: «Когда вы играете на низких струнах, то ни одной ноты не слышно, ни одной!» Это было сказано при других, с наивностью и детским восторгом. Я так растерялся, что даже побледнел. Тогда Прокофьев добавляет: «Но зато когда вы переходите на струну ля —всё слышно».

Мне такую историю рассказывали. Виолончелист Березовский впервые показывал концерт Прокофьева, дирижировал Мелик-Пашаев. Полный провал. Когда Прокофьев вошел в артистическую, то Мелик-Пашаев и Березовский замолчали, как приговоренные к электрическому стулу. И Мелик-Пашаев спросил: «Ну как, Сергей Сергеевич?» Прокофьев улыбнулся и отвечает: «Хуже не бывает!» Но улыбнулся с полным оптимизмом.

[Шостакович] Всегда всё хвалил: «блестяще, блестяще». И только если он ценил человека как большого музыканта, тогда он мог позволить себе критику. Шостакович мне всегда повторял: «Ну зачем, зачем такого-то критиковать, если он не может сделать лучше?» Иногда меня это поражало. Исполнение или сочинение из рук вон плохое, а Шостакович встаёт и говорит: «блестяще, блестяще».

Если Шостакович дружил с человеком, любил его, тогда он мог быть более откровенным. Тогда он мог ошарашить совершенно неожиданными суждениями, очень для него сокровенными. Но вообще, был очень скрытен, очень осторожен. А вот Прокофьев, повторю, никогда не резервировал своей точки зрения. Никогда. Поэтому с Прокофьевым было гораздо легче. Правда, от него в минуту наибольшего благорасположения всегда могла поступить очень неприятная шпилька».

(Из интервью Соломона Волкова https://www.chayka.org/node/1462 )