Р. Грибанов «Боги войны», рассказы
Содержание
Один против батальона. Василий Зайцев
Почему плакал снайпер Василий Зайцев?
Ишь, Кемску волость им подавай…
Почему ас № 5 СССР летал в тапочках
Техническая интеллигенция Челябинска против Адольфа Гитлера
Забытый подвиг тринадцати русских гвардейцев
«Восточный вал» был взломан миномётами
Наталья Ковшова. Антиснайпер в юбке
Уральский Panzer König против третьего рейха
Как киевлянин на Урале Гитлеру подарок "сварил»
Один против батальона. Василий Зайцев
Участник Сталинградской битвы Василий Зайцев – единственный уроженец Челябинской области, про которого в Голливуде был снят полнометражный художественный фильм «Враг у ворот». Дурацкий, правда, как и большинство американских фильмов про русских, но всё равно круто.
Стрелять из винтовки Василий начал с 12 лет. Отец учил одной дробинкой попасть белке в глаз, причём в тот момент, когда зверёк перепрыгивает с ветки на ветку. Мальчишка так наловчился, что за одну только зиму набил белок столько, что хватило сестре сшить шубку – такой подарок придумал Вася ей сделать. В семье Зайцева с оружием дружили все: стреляли отец, мать, сестра и брат.
Меткий охотник в родной деревне Еленинское (сегодня – Карталинский район Челябинской области) был пастухом, а затем вышел из лесу, чтобы поступить в строительный техникум в Магнитогорске. Окончил его в 1932 году и занялся строительством доменных печей на местном металлургическом комбинате. Понял – не его, вскоре Василий заканчивает 9-месячные курсы бухгалтеров. И трудится вначале счетоводом в райпотребсоюзе, а затем инспектором в Гострахе. Кто бы тогда сказал, что на Урале есть человек, который в одиночку за 38 дней уничтожит батальон врагов…
После призыва в армию в 1937 году будущий супер-снайпер попадает вначале в бронетанковое училище в городе Орёл. По непонятным причинам служба в танкистах не задалась, Василия переводят на Тихоокеанский флот, но не на корабль, а в подразделение береговой ПВО, в воздушно-зенитный дивизион, где он учится бить по самолётам в течение года. То есть якоря парень не зачищал и на океанских волнах покачаться не успел. Вначале Зайцев служит на должности электрика, затем бывший бухгалтер возглавляет команду писарей. И отправляется на 10-месячную учёбу во Владивосток, в окружную военно-хозяйственную школу по подготовке среднего начсостава. После её окончания (на «отлично») уралец становится техником-интендантом второго ранга.
Интересно, что в приказе по флоту документы на присвоение Зайцеву звания где-то затерялись и молодого парня явно затёрли по службе, переведя вновь в рядовые краснофлотцы. Это так обидело Василия, что он в красках обрисовал бардак на ТОФ лично в письме Иосифу Сталину. Только после этого уральца утвердили на сверхсрочной службе, и он стал старшиной береговой батареи на острове Русский. Но карьера будущего стрелкового аса по-прежнему виляет как лиса хвостом, то Зайцева бросают на строительство военных объектов флота (вспомнили его первое строительное образование), то делают начальником финансовой части. В итоге Василий в 1942 году подаёт заявление об отправке добровольцем на фронт. Причём обычным стрелком, а не командиром отделения, как мог бы.
В ночь с 21 на 22 сентября Зайцев с друзьями переправляется через Волгу в Сталинград. И его часть попадает под сильнейшую бомбежку, причем рядом взрывается два больших бензобака, бензин обдаёт Василия с головы до ног, на нём вспыхивает бушлат. Только близость реки спасла парня, он бросается в волны, тушит себя, срывает обгоревшую форму и остается в одной тельняшке. И тут же, босиком, но с винтовкой наперевес (не бросил в панике! Это тут же отметили командиры) вынужден бежать в атаку, вслед за налётом люфтваффе на русских моряков двинулись пехотные волны гитлеровцев, намереваясь оставить Васю в Волге уже навсегда. После того боя в роте Зайцева осталось семь человек. Уралец получил медаль «За отвагу».
Первого своего фашиста Зайцев застрелил из обычной винтовки с расстояния в 800 метров. И с интервалом в 30 минут отправил на тот свет ещё троих немцев. Уже на следующий день Василий получает от командиров оружие с оптикой. И Зайцев убивает немцев уже ежедневно – по одному, по два, по три, а то и по четыре врага. У него появляются ученики – пять человек, теоретические занятия проходят… в вентиляционной трубе метизного завода. А практика – на передовой. Вскоре у Зайцева уже 30 учеников, он лично ходил с ними в засады, убеждался, что люди искусно владеют винтовками.
Вскоре Зайцев получает важное задание, уничтожить немецкого снайпера, который охранял вражеский ДОТ. На огневую точку готовилась атака, и чтобы её не сорвал гитлеровский стрелок, ликвидировать его отправили Василия. Охота продолжалась более пяти часов, ни на какие уловки вроде ложно поднятой каски хитрый фриц не реагировал и себя не выдавал. Тогда Зайцев приподнял над бруствером варежку… И она тут же была пробита метким выстрелом. Уралец рассмотрел испорченную вещь, по пулевому каналу определилв, в какой стороне находится немецкий снайпер. И долго глядел туда с помощью перископа. И уловил-таки момент, когда враг решил сменить позицию. Зайцев выпрыгнул из окопа сам и убил противника. И тут же открыл огонь по амбразурам ДОТа, не давая пулемётчикам открыть огонь по русской пехоте, немедленно бросившейся в атаку.
Следующего снайпера вермахта Зайцев поймал на живца – соорудил ростовую куклу, а для полной схожести с человеком сунул ей в «рот» горящую самокрутку. Враг поверил, выстрелил, обнаружил себя. Всё, гад, прощайся с жизнью! Зайцев сообщил координаты артиллеристам и те перепахали окоп со снайпером снарядами.
17 декабря 1942 года Зайцев с четырьмя учениками-снайперами за один час уничтожил 28 солдат неприятельского миномётного расчёта. Наши зашли к немцам с тыла (особенность боёв в условиях городской черты), пехота изобразила ложную атаку, гитлеровцы выскочили к орудиям и все были убиты. Подобный трюк был повторён через пару дней в другом месте, Зайцев и шестерка его учеников за полтора часа ликвидировали 46 немецких артиллеристов. С 5 октября по 10 января на счету Зайцева числилось уже 242 застреленных врага.
Однажды Зайцев устроил засаду в разваленной печи. И его накрыло артиллерийским обстрелом, сильнейшим образом контузило. Два часа храбрец пролежал без сознания. Выбрался из-под обломков, пополз к своим, но обнаружил, что бос - взрывом сорвало с ног сапоги. Зайцев вернулся к печи, отыскал обувь и с сапогами подмышкой (и с винтовкой на шее, опять не бросил оружие) побежал к родному окопу. Причём его явно видели немцы, но не стреляли, видимо удивившись от этакой картины – в лунном свете по сугробам петляет босой красноармеец с большими сапогами (у Васи был 45-й размер) в руках и со сломанной СВТ-40 на шее.
Специально для ликвидации уроженца Челябинской области из Германии в Сталинград был командирован начальник школы снайперов СС штандартенфюрер Хайнц Торвальд (на передовой работал под псевдонимом Эрвин Кёниг). Его оружие оснащено 10-кратной оптикой (у остальных снайперов СССР и Германии стандартные прицелы были с трёх-четырёхкратным увеличением), с которой на охоту выходили только виртуозы снайпинга.
В немецкую армию набирали снайперов из числа бывших спортсменов, которых ценили за умение лучше других всадить пулю в яблочко мишени. А вот в русские снайперы шли в основном бывшие охотники, обладающие в первую очередь искусством маскировки, когда зверь не должен почуять стрелка, и тогда можно бить наверняка. Уралец Зайцев вновь устроил классическую охоту на живца, используя вместо приманки каску, которую поднял над окопом его помощник. Хвалёный фриц просто недооценил нашего стрелка, пролежав сутки в засаде, немец расслабился и клюнул на лёгкую добычу.
Бах! И стальной шлем «живца» пробит навылет, но Василий заметил после вражеского выстрела блик от оптики немца. Выдал себя Кёниг, это вам не уютная галерея в тире, а смертельная охота. Через секунду в логово фашистского зверя полетел уральский свинцовый подарок. Русский и немец «померялись прицелами». Но выигрывает не тот, у кого больше, а тот, кто лучше умеет. В Сталинградской битве победили наши.
Почему плакал снайпер Василий Зайцев?
Патроны для СВТ-40, сделанные в Челябинске
(ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ РОМАНА ГРИБАНОВА "БОГИ ВОЙНЫ")
Эй, поколение «Орбита» без сахара! Вы когда-нибудь пробовали жевать жвачку из парафина, смешанного с битумом? И не пробуйте, вообще не вкусно... Зато очень хорошо помогает от голодных обмороков. Именно такую жуткую бодрящую смесь предлагала своим подругам на патронном заводе Челябинска Виктория Сумеркина. Когда не знаешь, чего тебе хочется больше – есть или спать, девушки помнили: больше всего нужно сейчас, чтобы их парни громили фашистов на фронте. А для этого мужчинам нужны патроны, врагов – море, значит, патронов надо бесконечное множество. Что ж, смешивался битум с парафином, при пережёвывании заглушавшие острое чувство голода и желание спать. В бой! Ребятам на передовой сейчас труднее.
Виктория Сумеркина успела закончить только восьмой класс челябинской школы N 36, как летом 41-го в её жизнь ворвалась война. А в Челябинск хлынули эвакуированные, переехавший в южноуральскую столицу наркомат боеприпасов в срочном порядке создавал патронный завод на базе прибывших предприятий из Калинина, Тулы и Ворошиловграда. 36-ю школу превратили в госпиталь, а сама Виктория пошла в педагогический институт, нет, не учиться, а помогать переносить парты в библиотеку, всё остальное здание Челябинского педагогического заняло оборудование патронного производства. А кадровые рабочие-боеприпасники получили в помощницы Викторию Сумеркину и несколько сотен её ровесниц – челябинских девчонок от 14 до 17 лет. Их нужно было за несколько недель научить делать винтовочные и автоматные патроны, которые в огромных количествах требовались
«Дорогой мой боец, здравствуй! Эти патроны мы сделали для тебя, постарайся, чтобы каждый из них попал по ненавистному врагу. А сам сумей воевать так, чтобы ни одна фашистская пуля тебя не задела. Мы ждём тебя дома живым и здоровым. Ждём с победой!» – такие записки на фронт вкладывали в коробки Виктория с подругами, пакуя пачки с «педагогическими» патронами. Девушки хотели подкрепить мужчин не только сделанными собственноручно боеприпасами, но и нежным любящим словом. Когда у станка приходится работать по 12 часов подряд, когда ног и рук не чувствуешь от невероятной усталости, когда ночевать приходится прямо в цехе, чтобы наутро не опоздать на работу, и вместо пухового одеяла ты с подругой укрываешься брезентовым кожухом от станка (отопления не было), когда не стоит даже мечтать о танцах на выходных, потому что больше нет у страны выходных, помогает только романтика. Вот победим врага и будем танцевать!
За дневную смену руки юных девчонок переносили тяжести в несколько сотен килограммов. Но Виктория Сумеркина не только выдержала этот невыносимый темп, но и взялась работать сразу на четырёх станках. Результат – перевыполнение патронного плана вдвое, на 200 процентов, и премия за это – талон на бесплатный пошив туфель на местной обувной фабрике. И в новых туфлях, нет, не на танцплощадку, а сразу в цех, покрасоваться перед подружками, не забывая при этом следить за работой своих станков. Битумом, кстати, девушки заклеивали бумажные коробки с патронами, затем коробки опускали в ванночку с расплавленным парафином. А остатки – на жвачку. На свидания будем ходить потом и щеголять по улицам в новых туфельках – после. А сейчас всем нужна Победа, а фронту – патроны, патроны, патроны.
Спустя много лет после войны лучший в мире снайпер, уроженец Челябинской области Василий Зайцев специально приехал на встречу с бывшими работницами патронного завода N 541. Закалённый в огне Сталинградской битвы меткий стрелок плакал, слушая воспоминания девушек. И твердил одно: ни один сделанный руками челябинок патрон не прошёл мимо цели. Девочки, мы победили!
Ишь, Кемску волость им подавай…
(ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ РОМАНА ГРИБАНОВА "БОГИ ВОЙНЫ")
Войну 40-летний уроженец Верхнего Уфалея Иван Дмитриев встретил генералом. В морской бригаде Балтийского флота он командовал артиллерией. Немцы один за другим захватывают города Прибалтики, запирают наш флот в Финском заливе, вплотную приближаются к Ленинграду. Уральского моряка назначают на военно-морскую базу, расположенную на балтийском полуострове Ханко. База прикрывала морские подступы к городу на Неве. И орудия Дмитриева метко били по врагу, задерживая фашистов на день, на два, на драгоценную неделю, давая возможность ленинградцам укрепить оборону.
Генерал и артиллерист не отсиживался в подземных безопасных казематах базы. Наоборот, именно Иван Дмитриев сформировал из защитников Ханко группу морской пехоты, осуществив десант на соседние острова, которые стремились занять союзники гитлеровцев – финны. В отряд Дмитриева вошли 250 человек, только добровольцы, только самые отчаянные и мужественные балтийцы. Вместе со своим командиром моряки называли себя «гангутцами», ведь Ханко располагался ввиду мыса Гангут, именно здесь Пётр Первый в 1714 году одержал победу в морском сражении со шведами. Причём 200 с лишним лет спустя шведы тоже получили от русских моряков хорошего пинка. Дело в том, что в финских военных частях, окруживших Ханко, состояло большое число добровольцев из Швеции – поклонников Адольфа Гитлера. После десантных операций отряда Дмитриева их количество значительно уменьшилось. Ишь, Кемску волость им подавай... Наши моряки захватили 19 островов, прилегающих к полуострову Ханко, и тем самым значительно укрепили позиции защитников военно-морской базы. Финны вынуждены были перейти к обороне. Ленинградцы выиграли немного времени.
Во время обороны Ленинграда уральский моряк-артиллерист стал ещё и... железнодорожником. Именно на железнодорожные платформы поставил свои орудия Иван Дмитриев и успешно наладил мобильную контрбатарейную борьбу с гитлеровцами. Пушки врага уже не били по блокадному городу безнаказанно, а главное, значительно снизилась их точность. Дело в том, что Дмитриев и его артиллеристы «ослепили» своих противников. Пользуясь железнодорожными путями, моряк быстро доставлял расчёты зенитных орудий в то место, где появлялись на аэростатах немецкие корректировщики артогня. В считанные дни сразу 34 фашистских аэростата были сбиты. Немцы стали палить в белый свет как в копеечку, а Иван Дмитриев получил от командования орден Красного Знамени.
Победитель шведов и немцев, уралец не зря был награждён орденом Александра Невского. У бившего и немцев, и шведов русского князя в СССР были достойные преемники. Но победить только европейцев – это мало для рождённого на Урале моряка-богатыря. И генерал Дмитриев отправляется на Тихий океан организовать артиллерийскую оборону морских баз флота от налётов японцев. И этих побили. А в родном Верхнем Уфалее в честь Ивана Дмитриева назвали улицу.
Почему ас № 5 СССР летал в тапочках
(ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ РОМАНА ГРИБАНОВА "БОГИ ВОЙНЫ")
Небо манило будущего дважды Героя Советского Союза Кирилла Евстигнеева с детства. 17-летний подросток получал специальность токаря в профтехучилище, трудился на Челябинском тракторном заводе, а по вечерам убегал в аэроклуб – учиться на лётчика. Он начал летать уже во время срочной службы в 1938 году и к началу войны был мастером пилотажа. Поэтому... на фронт Евстигнееву отправляться запретили, потребовав заняться обучением лётному мастерству других пилотов в авиашколе на Дальнем Востоке.
Но не по-уральски это – стоять в стороне, когда твоя страна в опасности. Евстигнеев требует отправки на фронт и добивается своего: в марте 1943 года Кирилла и его товарища Ивана Кожедуба отбирают в 240-й истребительно-авиационный полк. На двоих украинец (ас № 1 СССР) и уралец (ас № 5) в ходе войны уничтожили 120 вражеских самолётов. Боевая дружба и взаимовыручка двух сталинских соколов – Кожедуба и Евстигнеева стала легендой отечественных военно-воздушных сил, Чернигов и Челябинск – сила!
Лётчик от Бога – так называли Евстигнеева его боевые товарищи. Кирилла отличало невероятное желание драться. Свой первый воздушный бой уральский забияка провёл против девяти вражеских бомбардировщиков, поджёг один из них и тут же был в ответ атакован четвёркой немецких истребителей «Мессершмитт». То есть тройкой, пока вы читали эти слова, то есть буквально за секунды, Евстигнеев точной очередью из пулемёта сократил число нападавших на него. А немцы вынуждены были скрыться в облаках и бежать от этого задиристого русского.
И лётчик продолжал искать боя. Не обходилось и без потерь: в одной из схваток под облаками самолёт Кирилла получил пробоину, вражеской очередью уралец был ранен в обе ноги. Но он сумел дотянуть до своих, прыгнул с парашютом... и уже через несколько дней, прямо на костылях (!), удрал из госпиталя в свой полк, не дай бог ребята будут сражаться без него. Сапоги не лезли на забинтованные ноги, поэтому первые полёты после ранения Евстигнеев совершал в тапочках. И быть бы за такую неуставную лихость Кириллу наказанным... Но в момент, когда весь его полк улетел на задание, над нашим беззащитным аэродромом появился фашистский самолёт-разведчик. Один круг, второй, пикирование, немец знал, что русские асы далеко, и будто издевался, демонстрируя, какой он крутой. Уралец такой наглости не утерпел, доковылял на костылях до своего Ла-5, прямо в тапочках поднял его в воздух и с первой же атаки сбил гитлеровца.
А вот наград для лихого парня из Челябинска явно пожалели. Первую Звезду Героя Кирилл получил только когда сбил 49-го фашиста. При том, что все остальные советские лётчики награждались Золотой Звездой, если набирали 15 сбитых противников. Но Евстигнееву было плевать на награды, Звезду он получил, находясь в госпитале, и на следующий день опять сбежал из больницы на фронт!
Дважды Герой Советского Союза Кирилл Евстигнеев – единственный челябинец, награждённый орденом «Крест Британской империи», дающим право на пожизненное имение в Великобритании. А в Челябинске на здании профессионально-технического училища No 1, где учился Кирилл, установлена мемориальная доска. Причём в этом же ПТУ получали знания ещё два Героя Советского Союза – пехотинец Николай Худяков и лётчик-штурмовик Иван Старченков.
Танки есть? А если найду...
(ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ РОМАНА ГРИБАНОВА "БОГИ ВОЙНЫ")
Родившийся в деревне под Троицком (Челябинская область) Илья Качалин уже после окончания 6-го класса пошёл работать на Челябинский тракторный завод. За год до войны призвали в армию, поэтому в бой с немцами он вступил уже солдатом опытным. Качалин сел за рычаги Т-34, и экипаж боготворил своего умелого мехвода. Бывший четэзовский слесарь служил в составе легендарного подразделения – 93-й отдельной танковой бригады. Подразделение было сформировано в огне Сталинградской битвы, в неё входили особенные воины: храбрые, умелые, понюхавшие пороху и желавшие только одного – драться с врагом до последней капли крови. И даже в строю лучших из лучших выделялся механик-водитель с Урала Илья Качалин.
Немцы панически боялись бойцов 93-й танковой, знали: эти русские идут только вперёд, а в обороне стоят железной стеной. Не зря на знамени бригады сверкали боевые ордена Суворова, Кутузова, Хмельницкого и Александра Невского. И именно Илья Качалин немало поспособствовал получению одной из этих наград: орден Александра Суворова подразделению смелых был вручён после того, как бригада беспощадным ударом всадила танковый клин в территорию оккупированной фашистами Польши.
Начался последний год войны, передовые танки бригады ворвались в польский город Равич с сильным немецким гарнизоном. Качалин первым направил машину на железнодорожную станцию, где в этот момент готовился к отправке немецкий эшелон с техникой и боеприпасами. Точными выстрелами Т-34 Ильи уничтожил паровоз. Стоять! Мехвод высунулся из своего бронелюка. Танки есть? А если найду? В руки наших войск попали богатые трофеи – 46 исправных танков, самоходки и много другой техники. Пригодится. В плен было взято более 150 солдат и офицеров. В Сибирь пора, уроды! Или в Челябинск, строить кинотеатр «Родина» (сегодня органный зал, его здание возведено пленными немцами).
Порадовались военной добыче и вырванным из пасти врага клыкам, а отдыхать рано. Страшно разозлённые на смельчаков-танкистов немцы из последних сил кидаются в контратаку. И 93-я танковая сворачивается в неприступного стального ежа, где каждая игла – метко разящий врага танк. Илья Качалин хорош и в оборонительном поединке. Мехвод отлично маневрирует, не давая противнику целиться в борт, даря своему экипажу драгоценные секунды для подготовки точной стрельбы. Машина Качалина словно призрак ускользает от прямых попаданий, в свою очередь зажигая один за другим атакующие танки со свастикой.
Уже через неделю – новый бой, пора добивать фашистскую гадину в её главной норе. Челябинские танки помчались к Берлину через Одер, рывком форсировав водную преграду и захватив на немецком берегу необходимый плацдарм для наступления. Одним из первых переправился через германскую реку танк Ильи Качалина. Немцы бросили в контратаку танковую элиту Германии – дивизии СС «Герман Геринг» и «Бранденбург». Девиз челябинца – огонь и маневр, Качалину за рычагами «тридцатьчетвёрки» пришлось потрудиться, зато на счету его экипажа – 3 уничтоженных танка, 5 полевых орудий, более 20 автомашин и около 150 солдат и офицеров противника. После того боя за плацдармы на груди у Ильи засветилась Звезда Героя Советского Союза.
Илья Качалин участвовал в Параде Победы в Москве, он нёс знамя своей знаменитой прославленной бригады. А после войны вернулся на родной ЧТЗ, где трудился обычным слесарем.
Техническая интеллигенция Челябинска против Адольфа Гитлера
Последнюю пару лет войны бесноватый фюрер Германии Адольф Гитлер грезил созданием wunderwaffe – «чудо-оружия», с помощью которого фашисты смогли бы одолеть наступающие русские войска. А главные конструкторы и инженеры в уральском Танкограде - Челябинске не грезили, они это чудо-оружие делали, далеко опередив европейскую техническую мысль. Здесь была сконцентрирована советская техническая интеллигенция – лучшие в СССР главные конструкторы, инженеры, начальники цехов. Они в Челябинске образовали удивительный по концентрации талантов плавильный котёл знаний, из которого выплеснулась такая сила, с которой не смогла совладать вся работавшая на Гитлера Европа. На Южном Урале общую промышленную победу над Европой творили инженерные гении из разных регионов: ленинградец Жозеф Котин, челябинец Владимир Гусаров, киевлянин Евгений Патон и харьковчанин Иван Трашутин. Удивительные по уровню производственной фантазии чертежи и идеи выходили из-под рук конструкторов – Николая Духова, Михаила Балжи, Николая Шашмурина.
О том, что танки делались в Челябинске не только на ЧТЗ, но и на заводе «Станкомаш», мир узнал лишь в конце ХХ века, когда с этого предприятия сняли гриф секретности. Тогда на важном для военно-промышленного комплекса страны завода смогли во всеуслышание доложить: «Мы были частью большого Танкограда!». Именно здесь в годы войны располагался бронекорпусный завод № 200. Главным инженером которого служил Владимир Ниценко.
Это была непростая задача – разместить на заводской территории сразу 23 (!) эвакуированных предприятия из Москвы, Ленинграда, Харькова, Донецка, Мариуполя и превратить их в единый рабочий механизм по производству танков. За один только месяц население Ленинского района Челябинска удваивается – людей размещают в помещениях Дворца культуры, в школах, в совершенно не оборудованных для жилья складских помещениях и даже в отцепленных железнодорожных вагонах. И это, считай, повезло, остальным пришлось рыть для жилья ямы в земле и там ночевать. А получив такой мощнейший приток рабочей силы, челябинский «Станкомаш» разделился на танковый завод (№ 200) и завод снарядов (№ 78).
Для корпусов танков и самоходок нужна собственная броневая сталь. И под руководством Владимира Ниценко на заводе строятся две мартеновские и четыре электрические печи, обеспечившие увеличение выплавки стали на 45 процентов. «Это невозможно!» – воскликнули в ставке Гитлера. «С таким инженером возможно», – ответил коллектив завода № 200. Но генеральное испытание Ниценко ждёт впереди, главному инженеру ставят главную задачу – для налаживания танкового производства нужно смонтировать пресс мощностью в три тысячи тонн. В мирное время процесс его установки занял бы три месяца. Ниценко просит для взявшейся за выполнение невыполнимой работы бригады дополнительный продуктовый паёк и... обещание от начальства ни во что не вмешиваться. Парни уложились за 17 дней! Причём окончательный монтаж суперпресса проходил в абсолютной тишине: у рабочих уже не было сил на разговоры, а начальство, сжав кулаки, прикусив языки и скрутив нервы, выполняло обещание молчать и не вмешиваться. Сделали!
Конструкторская мысль у Владимира Ниценко и возглавляемого им коллектива инженеров не останавливалась ни на минуту. Русский Т-34 потому и внушал ужас врагам, что его узлы постоянно совершенствовались. В сентябре 1942-го на заводе № 200 вступает в строй цех крупного стального литья, построенный исключительно для производства башен Т-34. Суть в том, что бронестойкость литых башен была гораздо выше сварных – здесь не было швов, являющихся слабым местом конструкции. Задумка Ниценко и её исполнение челябинцами оценили на ура танкисты, с такой мощной защитой проще было крушить врага. А Ниценко с товарищами уже внедрял идею комбинированной броневой защиты танка, состоящей из литых броневых деталей и деталей из катаной брони, соединённых между собой сваркой.
Именно по этому «принципу Ниценко» на заводе № 200 выстроится производство нового семейства танков серии ИС и тяжёлых самоходных артиллерийских установок на его основе. Это было самое настоящее «оружие Победы», не знавшее себе равных на поле боя и откованное челябинскими мастерами. А Владимир Ниценко за вклад во внедрение новой техники, механизацию и автоматизацию производства, совершенствование технологических процессов был награждён орденом Ленина. Но не меньшую ценность для инженера по призванию имело и наличие множества авторских свидетельств на изобретения, полученных Владимиром Сергеевичем за годы войны.
Повар пленных не берёт
(ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ РОМАНА ГРИБАНОВА "БОГИ ВОЙНЫ")
1992 году в США был снят фильм «В осаде», где актёр Стивен Сигал изображает повара, который в одиночку расправляется со злыми террористами, захватившими военный корабль. Популярный артист и мастер боевых искусств потом сетовал на слишком уж надуманный сценарий. Эх, товарищ Сигал, если уж хотел ты сыграть повара-героя, то обратил бы лучше внимание на реальную историю уроженца Челябинской области Михаила Кушнова. Повар, служивший в гвардейской воздушно-десантной дивизии, такие впечатляющие и, главное, настоящие подвиги совершил, что, узнав о них, сценаристам Голливуда можно в голос орать: «Зачем же мы всякую фигню выдумываем? Ведь такой сюжет пропадает!».
18-летнего крепко сложенного пар-ня из села Новотагилка (под Миассом) сразу направили в ВДВ. В десантной учебке Кушнова приставили кашеварить к полевой кухне, вот только поучиться боевому мастерству и кулинарии Мише долго не пришлось, парашютисты понадобились в самой горячей точке 1942 года – Сталинградской битве. В исключительно трудных условиях уличных боёв уралец не только стрелял по врагу, но и готовил товарищам горячую пищу, которую затем сам же под обстрелом доставлял на передний край. А сытый десантник – это сила! За «кулинарно-стрелковое» умение Кушнов получил медаль «За боевые заслуги».
Всё повидал под Сталинградом младший сержант Кушнов. Драться приходилось и с немцами, и с итальянцами, и с румынами, и с венграми (на нашу страну напала вся Европа), и последние навсегда запомнились Михаилу своей лютой жестокостью. Кто их звал сюда? Что искал этот народ в приволжских степях? Посеявши ветер, венгры должны были получить в ответ бурю. И получили, когда в наступление через Дунай пошли десантники Михаила Кушнова.
В 44-м году войска 2-го Украинского фронта стремительно ворвались на территорию Венгрии. Фашисты из этой страны творили на русской земле такие неимоверные зверства, что даже интеллигентный штабист, советский генерал Ватутин неофициально объявил по войскам: «Венгров в плен не брать!». Бой предстоял не на жизнь, а на смерть, что ж, как раз задача для лихой русской десантуры.
Михаил Кушнов к тому времени уже отложил поварёшку и командовал десантным разведывательным взводом. Есть крутые, и есть самые крутые, они как раз и служат в разведке ВДВ. Группа Кушнова получила задачу – преодолеть реку Тиса, захватить плацдарм на территории врага и удерживать его до прихода наших основных сил. На форсирующих Тису разведчиков венгры обрушили град прицельного огня. Плохо спалось гадам из-за страха перед неминуемым возмездием за совершенные на территории СССР преступления против мирного населения, вот и высмотрели в ночи плоты и лодки десантников, которые тонули одна за другой под убийственным свинцовым дождём. Враги отрыли траншеи полного профиля прямо на береговой полосе, поэтому кидать гранаты Кушнову пришлось, не чувствуя ногами земли, из положения «вплавь». Карманная артиллерия пошла в ход, и вражеские пулемёты наконец замолчали. Десантники одним рывком преодолели проволочные заграждения, началась страшная рукопашная схватка, в которой уральский лейтенант лично уничтожил до десятка фашистов. Окопы очищены от неприятеля. Теперь надо развернуть трофейные пулемёты и готовиться к отражению контратак. А они вот-вот начнутся, наших разведчиков венгры брать в плен тоже не собирались.
Кушнов с товарищами выдержали 12 ночных контратак, весь берег венгерской реки был усеян телами погибших бойцов. Но наши победили! 2-й Украинский взял Будапешт, принудив Венгрию сдаться и выйти из войны, а Михаил Кушнов получил звание Героя Советского Союза.
Месть за генерала Доватора
Столяр Челябинского железнодорожного депо Алексей Самосюк родом из белорусского города Барановичи. В 1939 году он был призван в армию, стал кавалеристом. Но горячий конь и острая шашка не помогли хлопцу, когда через границу хлынула моторизованная армада немцев.
Пришлось отступать. После тяжёлых и неудачных оборонительных боёв Самосюку повезло, он, как опытный конник и умелый рубака, был отобран в отдельную кавалерийскую группу под командованием генерала Доватора. Этот «человек-атака» отступать просто не умел. В августе 41-го кавалеристы Доватора совершили беспримерный сабельный рейд по растянутым тылам противника, сражаясь под Смоленском в полном окружении. Увы, почти все они погибли под ударами авиации противника.
А контуженный близким разрывом бомбы Алексей Самосюк попал в плен, причём был доставлен в родной город, чему поначалу даже обрадовался. Ненадолго: под Барановичами немцы оборудовали настоящий концлагерь смерти, где было за несколько месяцев расстреляно и замучено более 50 тысяч советских военнопленных и 30 тысяч согнанных в гетто евреев. Каждый день бравый кавалерист ждал, что сейчас его поведут на расстрел. Но часть пленных «пощадили» и отправили в рабство на территорию Германии, среди них был и Самосюк, доставшийся в качестве бесплатного работника немецкому бюргеру.
К счастью, рождённый в Белоруссии Алексей знал в совершенстве немецкий и польский языки. Он подслушал, что хозяин на ночь уезжает, и, воспользовавшись его отлучкой, совершил побег. Представляясь вооружённым патрулям поляком, который возвращается к себе домой после сезонных работ. На самом деле дорога Алексея Ивановича лежала в родную Белоруссию, где уже вовсю развернулось партизанское движение
Самосюск до Барановичей добрался, партизаны приняли отважного беглеца. Кавалерист? Саблей владеешь? Злость на немцев имеешь? Значит, и с ножом справишься, и с врагами. Алексей стал партизанским разведчиком, именно ему в отряде поручили бесшумно ликвидировать немецких часовых, прежде чем товарищи устроят налёт на деревню с фашистским гарнизоном. Это была и проверка беглецу, пробравшемуся домой через Германию и Польшу (а вдруг стал предателем?), и доверие к крутости и силе духа (убить вооружённого человека ножом очень-очень сложно). Самосюк крови не испугался, ему требовалось отомстить и за погибшего командира конников Доватора, и за замученных в концлагере друзей, и за собственное унижение в рабстве.
А потом грянул «Концерт»! Так называлась крупная диверсионная операция в Белоруссии, когда за одну только ночь 19 сентября 1943 года партизаны подорвали порядка 20 тысяч рельсов. Железнодорожные перевозки немцев к фронту были парализованы, мчащиеся на помощь своим фашистские резервы остановлены в глубоком тылу. Группа Алексея Самосюка получила в «Концерте» наиболее сложную задачу – уничтожение железнодорожных мостов. Они хорошо охранялись, но бывший кавалерист и узник концлагеря не знал пощады. Часовые тихо исчезали (удар холодным оружием у Алексея был поставлен ещё в кавалерии), их места занимали партизанские сапёры, спокойно минируя мост. Взрыв! Всё, поезда здесь не будут ходить минимум неделю, подмоги на фронте фрицы не дождутся. А Самосюк с друзьями, вместо того чтобы скрыться в лесу, устраивали возле разрушенных мостов засады, уничтожая ещё и беспечных немцев из приехавших ремонтных бригад.
Мирный труд залечил душевные раны этого человека. Попавший после войны в Челябинск (влюбился в южноуральскую медсестру и уехал в её родной город), Алексей Самосюк прожил долгую и счастливую жизнь. Только вот ветеран никогда не ходил на встречи со школьниками, боялся напугать ребят рассказом о том, что ему пришлось делать на фронте за линией фронта.
Забытый подвиг тринадцати русских гвардейцев
(ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ РОМАНА ГРИБАНОВА "БОГИ ВОЙНЫ")
«Тот, кто был на фронте, – писал в своих воспоминаниях маршал Советского Союза Родион Малиновский, – знает, что уральцы – самые храбрые, самые упорные, самые ловкие и самые меткие бойцы».
224 уроженца Челябинской области стали во время Великой Отечественной войны Героями Советского Союза. Один из них - пехотинец-гвардеец Иван Тарасенко.
18-летний Ваня едва успел окончить училище южноуральского городка Карталы и поработать токарем в вагонном депо на железнодорожной станции, как грянула война. Призыв, фронт, стрелковая дивизия, вскоре ставшая гвардейской. А это значит, что служили в ней парни непростые. Такие, как Иван Тарасенко, – смелые, упорные в бою, умелые бойцы, на которых в минуту опасности всегда можно положиться. Именно гвардейцам доставались самые сложные участки на фронте, им чаще других приходилось драться с превосходящими силами противника, и они всегда добивались победы.
В январе 1943-го шли жестокие бои на Дону. В Сталинграде уже окружена гитлеровская армия, и нужно было не дать врагу вырваться из «котла». Лучший способ отвлечь войска гитлеровцев, которые бы могли прийти на помощь зажатому в капкане зверю, – это атака. А когда сил для нормального наступления нет, в бой бросают гвардейцев, умеющих добиваться результата любой ценой.
На рассвете 15 января тринадцать (!) гвардейцев-пехотинцев, среди которых был Иван Тарасенко, решительным броском ворвались на железнодорожную станцию Красновка Ростовской области. Выбор был не случаен, обильные снегопады мешали фашистам доставлять в нужную точку резервы – автомобильные дороги замёл помогавший русским дедушка Мороз. Мобильность, основной козырь немецкой армии, снизилась, и это шанс успеть додавить в «котле» уже окружённых гадов. Но оставалась железнодорожная ветка, по ней фрицам могла прийти помощь, её-то и должно было перерезать, не допустив передвижения вагонов с вражеской техникой, отделение гвардейских снеговичков. Главное, требовалось сковать боем имеющийся на станции гарнизон, не дать возможность организовать в Красновке выгрузку фашистской подмоги.
Под сильнейшим пулемётным и миномётным огнём, преодолевая проволочные заграждения и вал изо льда, Тарасенко с товарищами сумели закрепиться в трёх домах, где и заняли круговую оборону. Задача одна – держаться до последнего и не умереть, пока не подойдут основные силы. А если умереть, то по-гвардейски, с честью, нанеся максимальный урон врагу.
Целый день, при поддержке танков и артиллерии, гитлеровцы пытались выбить с позиции этих упорных русских. Немцы на-столько боялись наших героев, что когда у гвардейцев кончились патроны, фашисты не решились зайти в дом для последней атаки. Они предпочли обложить соломой здания, где оборонялись Тарасенко с друзьями, и поджечь их – сдавайтесь, всё кончено, вы всё равно погибнете.
Ивану всего 19 лет, рядом с ним его ровесники – молодые парни, которым жить ещё да жить. Но вокруг ребят – кольцо врагов, немцев и румын, пришедших на нашу землю за добычей. И твоя задача проста: чтобы жить и любить, чтобы спокойно трудиться и радоваться семейному счастью, надо этих врагов уничтожить. А они то же самое хотят сделать с тобой. Такое много раз случалось у нас в стране, и мерзкий лай «Рус, сдавайс» слышался на самых разных языках. Что ответят на этот поганый призыв те, кто родился в 20-х годах ХХ века, кому, несмотря на юный возраст, выпало встать навстречу врагам, кто должен дать и этим захватчикам отпор.
Ответом Ивана Тарасенко с друзьями была атака врукопашную, с ножами, штыками и сапёрными лопатками – русская гвардия не сдаётся.
Все 13 парней погибли. А через две недели под Сталинградом в плен сдались 130 тысяч фашистов, за одного убитого нашего гвардейца немцы заплатили десятком тысяч своих.
«Восточный вал» был взломан миномётами
(ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ РОМАНА ГРИБАНОВА "БОГИ ВОЙНЫ")
Со своим 82-мм орудием Владимир Саблин подружился мгновенно, бывшему челябинскому железнодорожнику импонировало то, что миномёты этого калибра в годы войны серийно выпускал Красноярский паровозовагоноремонтный завод. Свой своего не подведёт! Миномёт - машина надёжная, мощная, по всем тактико-техническим характеристикам способная создать врагу массу проблем. Но при одном условии, если командует орудием грамотный и одновременно храбрый расчёт. И ещё артиллеристам требовались хорошая физическая сила и максимальная выносливость. 82-мм махина весила в боевом положении 63 килограмма, плюс боеприпасы к нему - лоток с шестью минами тянул ещё на 26 кило. Пробегись-ка «соточку» с таким добром, да пригибаясь под огнем противника, и, плюхнувшись в грязь, сделай так, чтобы руки не дрожали при наводке, а сердце не бухало бы в груди, мешая положить мину точно в цель с первого выстрела.
А командиру миномётного расчёта Саблину с товарищами именно пришлось и пострелять, и побегать... Осень 1943 года немцы, разбитые на Курской дуге и под Харьковом, смазали пятки так, что при отступлении побросали всю тяжёлую технику. Драпали фрицы неспроста, по уму, а не из-за трусости. Фашистская армия сознательно старалась увеличить скорость отхода, чтобы оторваться от наседавших частей русских и спрятаться на правом берегу Днепра. «Восточный вал», такое пафосное название дал Адольф Гитлер той неприступной глубоко эшелонированной и наглухо забетонированной громадине, которая была возведена гитлеровцами вдоль великой славянской реки. Поэтому отступающие фашисты спешили спрятаться за ней, чтобы ощетинившись тысячами орудий из-за неприступных непробиваемых никакими авиационными бомбами долговременных огневых точек, дать Красной Армии решительный бой.
Гитлер не учёл одного – челябинец Владимир Саблин умел бегать не хуже даже с миномётом на спине, и удирающих немцев отпускать от себя для их же передышки не собирался. И командиры у Саблина были не дураки, они прекрасно понимали, что нельзя медлить ни дня, и к «Восточному валу» шли, буквально, на плечах противника. Атаковать, форсируя Днепр, решили сходу, пусть малыми силами, пусть без поддержки отставшей, увязшей в осенней грязи крупнокалиберной артиллерии. Есть артиллерия малая – 82-мм батальонные миномёты, одним из которых командовал Владимир Саблин.
В ночь с 30 сентября на 1 октября 1943 года расчёт Саблина одним из первых переправился через Днепр и высадился на крохотном пятачке правого берега. Температура воды в это время не превышала 5-6 градусов, а воздуха - около 10 градусов тепла. В небе непрерывно висели немецкие самолёты и волнами свободно бомбили захваченный плацдарм. От русских пехотных дивизий, в лоб атаковавших «Восточный вал» отстала не только артиллерия, авиация тоже нормально не смогла принять участие в штурме Днепра – для неё вокруг не было подходящих аэродромов. Отстали средства противовоздушной обороны. Отстали громоздкие понтоны, переправляться пришлось на плотах и вплавь. С собой у Саблина были только мужество, ненависть к врагу и верный миномёт.
Бывший стрелочник Южно-Уральской железной дороги гвоздил из него по врагам точно и уверенно, раз за разом помогая пехоте отражать бесконечные контратаки удивлённого и разозлённого врага. Что за взрывы? Откуда у русских артиллерия? А вот не надо злить железнодорожников из Челябинска. «Восточный вал» развалился, Владимир Саблин получил звание Героя Советского Союза, его именем названа улица. Конечно же, возле родного ему железнодорожного вокзала.
Наталья Ковшова. Антиснайпер в юбке
(ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ РОМАНА ГРИБАНОВА "БОГИ ВОЙНЫ")
По мнению известных военных историков Артёма Драбкина и Алексея Исаева, первых массовых успехов русские снайперы добились на Ленинградском фронте. Когда противоборствующие войска вступили в фазу позиционной войны. Танковая движуха со стремительными прорывами и контратаками улеглась. Наступило время для метких стрелков. И одной из первых среди отечественных снайперов была уральская девушка Наталья Ковшова.
Снайпер – одна из самых опасных военных профессий. Задача человека, вооружённого винтовкой с оптическим прицелом, проста и страшна одновременно – снайперы должны сократить личный состав противника. Сделать так, чтобы враг лишился офицеров, пулемётчиков, связистов, чтобы остался с одной только мыслью – с русской земли надо поскорее убираться, здесь любого захватчика ждёт лишь пуля между глаз.
У гитлеровской армии были свои крутые снайперы, в основном бывшие спортсмены, мастера по пулевой стрельбе. Но наши превосходили их в умении маскироваться, в терпении и силе воли, а главное – в желании победить, пускай даже ценой собственной жизни. И пусть не было у советских стрелков за плечами громких спортивных побед, зато им не было равных на реальном поле боя, врагам (кого ещё не добили) пришлось бежать.
Три самых знаменитых южноуральских снайпера – это бывшая студентка Ковшова, бывший бухгалтер Зайцев и бывший грузчик Медведев. Абсолютно мирные в прошлом люди, но явившие всему миру свои воинские таланты, когда на нашу землю пришла беда. На троих они уничтожили 770 немецких солдат и офицеров. Хороший победный счёт.
Стрелковую элиту в Красной Армии составляли те воины, которые не просто сокращали личный состав врага, а старались в первую очередь выбить у гитлеровцев пулемётчиков и снайперов. У девушки с южноуральскими корнями Наташи Ковшовой первые награды появились именно за такие подвиги: уничтожила пулемётный расчёт, застрелила фашистского офицера, и атака врага захлебнулась, победила в снайперской дуэли. А ведь лихому «антиснайперу» в юбке шёл всего-то 22-й год.
В действующую армию вчерашняя студентка московского вуза Ковшова попала из ополчения, рвалась на войну добровольцем. И просилась именно в снайперы, Наташа имела значок «Ворошиловский стрелок первой степени» – училась метко стрелять с детства, кроме того, уралочка увлекалась лыжами и плаванием. Огонь-девчонка! Она мечтала стать инженером и лётчиком, но ушла из института добровольно в военную школу снайперов.
В феврале 1942 года батальон Ковшовой прибыл на Северо-Западный фронт. Уральская огонь-девчонка устроила настоящую «охоту на кукушек» – вражеских снайперов, обезопасив от их огня личный состав своего подразделения. В поиске цели Наташа могла бесконечно долго лежать в шинели и маскхалате на снегу или в грязи, днями и ночами находиться под дождём на болоте, в перелеске. Её направляли на самые опасные участки передовой, и девушка сеяла смерть, спасая жизнь. Причём Ковшовой довелось это сделать буквально: в одном бою грозный антиснайпер дрогнула и покинула укрытие, чтобы вытащить с поля сражения тяжёлораненого комбата. Всё-таки она была обыкновенной молодой девчонкой, так и не привыкшей к постоянной смерти вокруг.
В одном из своих писем к матери Наташа писала: «Любимая моя мама! Ты подумай только: я, обыкновенная девушка, удостоена чести быть воином нашей Красной Армии, да ещё вдобавок защищаю нашу Москву, нашу родную, горячо любимую, вечно молодую столицу. И знай, что во имя нашего счастья, во имя нашей большой и радостной победы я оправдаю это доверие Родины и отдам всё, что могу, – свои силы, уменье и жизнь, чтобы не пустить коричневую гадину к Москве, чтобы стереть её с лица земли».
Когда снайперский счёт Наташи перевалил за 200 убитых врагов, Ковшова была ранена миномётными осколками в обе руки и обе ноги. Но едва раны зажили, уралочка вновь отправилась на «охоту». Шли встречные яростные бои, атаковали друг друга то русские, то немцы. И в какой-то момент лучшая снайперская пара полка – Наталья Ковшова и Мария Поливанова – оказалась окружённой противником. Мужчины из пехоты, дрогнув, отступили, а девушки решили драться насмерть. Меткий огонь косил фашистов, но их было слишком много. Кончились патроны, и в ненавистных солдат со свастикой полетели гранаты. Точные броски, взрывы, летят осколки, но спасения нет – фашисты наваливаются просто толпой, не помня себя от ненависти к русским. Их подпустили поближе, даже израненные, девушки-снайперы действовали хладнокровно. Подорвав себя последней гранатой, Наташа и Мария лишили жизни ещё двух десятков фашистов.
Забытый подвиг тринадцати русских гвардейцев
«Тот, кто был на фронте, – писал в своих воспоминаниях маршал Советского Союза Родион Малиновский, – знает, что уральцы – самые храбрые, самые упорные, самые ловкие и самые меткие бойцы».
224 уроженца Челябинской области стали во время Великой Отечественной войны Героями Советского Союза. Один из них - пехотинец-гвардеец Иван Тарасенко.
18-летний Ваня едва успел окончить училище южноуральского городка Карталы и поработать токарем в вагонном депо на железнодорожной станции, как грянула война. Призыв, фронт, стрелковая дивизия, вскоре ставшая гвардейской. А это значит, что служили в ней парни непростые. Такие, как Иван Тарасенко, – смелые, упорные в бою, умелые бойцы, на которых в минуту опасности всегда можно положиться. Именно гвардейцам доставались самые сложные участки на фронте, им чаще других приходилось драться с превосходящими силами противника, и они всегда добивались победы.
В январе 1943-го шли жестокие бои на Дону. В Сталинграде уже окружена гитлеровская армия, и нужно было не дать врагу вырваться из «котла». Лучший способ отвлечь войска гитлеровцев, которые бы могли прийти на помощь зажатому в капкане зверю, – это атака. А когда сил для нормального наступления нет, в бой бросают гвардейцев, умеющих добиваться результата любой ценой.
На рассвете 15 января тринадцать (!) гвардейцев-пехотинцев, среди которых был Иван Тарасенко, решительным броском ворвались на железнодорожную станцию Красновка Ростовской области. Выбор был не случаен, обильные снегопады мешали фашистам доставлять в нужную точку резервы – автомобильные дороги замёл помогавший русским дедушка Мороз. Мобильность, основной козырь немецкой армии, снизилась, и это шанс успеть додавить в «котле» уже окружённых гадов. Но оставалась железнодорожная ветка, по ней фрицам могла прийти помощь, её-то и должно было перерезать, не допустив передвижения вагонов с вражеской техникой, отделение гвардейских снеговичков. Главное, требовалось сковать боем имеющийся на станции гарнизон, не дать возможность организовать в Красновке выгрузку фашистской подмоги.
Под сильнейшим пулемётным и миномётным огнём, преодолевая проволочные заграждения и вал изо льда, Тарасенко с товарищами сумели закрепиться в трёх домах, где и заняли круговую оборону. Задача одна – держаться до последнего и не умереть, пока не подойдут основные силы. А если умереть, то по-гвардейски, с честью, нанеся максимальный урон врагу.
Целый день, при поддержке танков и артиллерии, гитлеровцы пытались выбить с позиции этих упорных русских. Немцы на-столько боялись наших героев, что когда у гвардейцев кончились патроны, фашисты не решились зайти в дом для последней атаки. Они предпочли обложить соломой здания, где оборонялись Тарасенко с друзьями, и поджечь их – сдавайтесь, всё кончено, вы всё равно погибнете.
Ивану всего 19 лет, рядом с ним его ровесники – молодые парни, которым жить ещё да жить. Но вокруг ребят – кольцо врагов, немцев и румын, пришедших на нашу землю за добычей. И твоя задача проста: чтобы жить и любить, чтобы спокойно трудиться и радоваться семейному счастью, надо этих врагов уничтожить. А они то же самое хотят сделать с тобой. Такое много раз случалось у нас в стране, и мерзкий лай «Рус, сдавайс» слышался на самых разных языках. Что ответят на этот поганый призыв те, кто родился в 20-х годах ХХ века, кому, несмотря на юный возраст, выпало встать навстречу врагам, кто должен дать и этим захватчикам отпор.
Ответом Ивана Тарасенко с друзьями была атака врукопашную, с ножами, штыками и сапёрными лопатками – русская гвардия не сдаётся.
Все 13 парней погибли. А через две недели под Сталинградом в плен сдались 130 тысяч фашистов, за одного убитого нашего гвардейца немцы заплатили десятком тысяч своих.
Уральский Panzer König против третьего рейха
(ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ РОМАНА ГРИБАНОВА "БОГИ ВОЙНЫ")
Директора сотен предприятий были эвакуированы в Челябинскую область с территории, временно оккупированной немцами в начале войны. Армия отступала, теряя города и взрывая находящиеся в них заводы. «От границы мы землю вертели назад, было дело – сначала. Но обратно её закрутил наш комбат, оттолкнувшись ногой от Урала...». От Урала, где случилось то, что потом все ведущие бизнес-специалисты мира назовут «русским экономическим чудом». Когда за считанные месяцы в Челябинской области заработали 315 заводов, давшие фронту гранаты и патроны, легендарную «Катюшу» и грозный Т-34, броневое стекло для боевых самолётов и броневую сталь для танков. Был создан невиданный промышленный щит, с которым русский воин вышел один против всей Европы. И победил!
Чуда не было, просто люди умели работать. Иосиф Сталин и Лаврентий Берия в Москве знали, что Исаак Зальцман в Челябинске, Григорий Носов в Магнитогорске, Пётр Карпенко в Чебаркуле и другие директора уральских предприятий их не подведут. Именно на директорах лежал самый тяжёлый груз колоссальной ответственности за беспрерывную поставку на фронт столь необходимого армии оружия.
Это были не те директора, что имеют роскошные кабинеты, лощёных секретарш и «золотой парашют» к зарплате в случае увольнения. В случае увольнения их ждал расстрел за невыполнение боевого приказа Родины. Всё как на фронте. И совещания эти директора собирали не в кабинетах, а прямо в цехах, проводя на производственных площадках дни и ночи.
Возглавившего в годы Отечественной войны в Челябинске производство танков Исаака Зальцмана в фашистской Германии называли Panzer König – «королём танков». Уважали! Некоторые историки вообще считают, что если бы не Зальцман, то ещё неизвестно, устоял бы СССР в «войне моторов». И доля правды в этом утверждении есть. Если бы не Зальцман и не челябинцы, поверившие в своего железного директора...
За считанные месяцы 41-го года фашисты захватили значительную территорию нашей страны. Враги рассчитывали, что без превращённых в руины заводов русская армия останется без оружия, некому и негде будет производить столь нужные фронту танки. Из окружённого Ленинграда на Урал успели эвакуировать оборудование Кировского завода, на котором производили тяжёлые танки КВ. Спешно выгруженные из поездов станки устанавливали прямо на земле. И на пронизывающем ветру, в дождь и снег, днём и ночью рабочие во главе с директором Исааком Зальцманом собирали бронированные корпуса, ладили траки и пристреливали орудия танковых пушек. Зальцман успел, машины с Урала пришли на подмогу вовремя, немецкую армию удалось остановить буквально в шаге от Кремля.
В Челябинске до этого момента выпускали сугубо мирную продукцию – трактора. Но приехал Зальцман, и всего через месяц с заводского конвейера стали сходить танки. Мировая история промышленности не знала ничего подобного. И союзники, и враги просто ахнули от того, как буквально в одно мгновение уездный Челябинск стал мировым центром танкостроения – грозным Танкоградом, где всем управлял всесильный Panzer König. А немцы от такого аханья вскоре стали реально задыхаться, ведь «король танков» добился ещё одной невиданной задачи: на ЧТЗ стали делать по 15 машин в день, а всего на заводах страны производилось в сутки по 100 танков. Это заслуга именно Исаака Зальцмана, ставшего в 1942 году народным комиссаром (министром) танковой промышленности СССР.
На совещания с начальниками цехов Зальцман брал с собой пистолет. И демонстративно клал его на стол при обсуждении сроков выпуска новых танков. Всем показывая, мы – в тылу, но мы – на войне, за невыполнение приказа, за нарушение дисциплины и халатное отношение к делу могут последовать самые крайние меры. Да, требовал он жёстко, порой даже жестоко, но Зальцман и о людях заботился, понимая, что всё зависит только от человека. Он ввёл на заводе специальные продуктовые пайки для молодых рабочих, они назывались УДП (усиленное дополнительное питание). Ну как «усиленное»? Кусок ржавой селёдки и ломоть хлеба. Танкоградцы с усмешкой прозвали их «Умрёшь днём позже». Узнав пророждённый в цехах мем, директор был доволен: «Шутят? Значит, настроение хорошее. Будем работать!».В 43-м году Исааку Моисеевичу пришлось из министерского кресла вернуться на ставшие родными цеха ЧТЗ. Перед челябинцами и Зальцманом опять стояла задача одним рывком удивить мир. Уж очень крутые танки появились у фашистов: «Тигры» и «Пантеры» расстреливали наших издалека и сами были настолько защищены броней, что для русских снарядов становились неуязвимыми. То есть были неуязвимыми, пока Зальцман и четэзовцы не представили свою новинку. Сделанная рабочими Танкограда самоходная артиллерийская установка Су-152 «Зверобой» стала для немцев сущим кошмаром. Её почти 50-килограммовые снаряды проламывали броню фашистских «зверей».
Как киевлянин на Урале Гитлеру подарок "сварил»
Чтобы добить врага, Танкоград прислал на фронт ещё один ужас для Гитлера – тяжёлый танк прорыва ИС, по своим тактико-техническим характеристикам превосходящий все аналогичные танки в мире. Германия была разгромлена.
Во время войны в Челябинскую область было эвакуировано более 300 промышленных предприятий и почти 360 тысяч человек. Здесь был создан настоящий промышленный щит России. Особенную роль играли переехавшие на Урал парни из Украины.
Квалифицированные рабочие из Харькова, Мариуполя, Днепродзержинска влились в трудовые коллективы предприятий Челябинска и Магнитогорска и показали классный темп работы. Имена харьковчанина Егора Агаркова и днепродзержинца Болеслава Буйвида навечно вписаны в скрижали трудовой славы ЧТЗ и ММК. Нашли себя на Урале и продемонстрировали свои лучшие качества украинские инженеры и конструкторы Владимир Ниценко («Станкомаш») и Иван Трашутин (ЧТЗ). Но особенно круто блеснул на Урале киевлянин Евгений Патон.
Уже первые строки биографии этого человека впечатляют. Евгений Патон родился в Ницце, его отец служил русским консулом во Франции, а дед, генерал от инфантерии, был сенатором Российской империи. Крёстными маленького Жени были представители императорского дома Романовых – великий князь Вячеслав Константинович и княгиня Александра Иосифовна. По семейному преданию род Patton перебрался из Голландии в Россию при Петре І – строить корабли. Поэтому Евгений с детства знал: его главная по жизни задача – служить Отечеству.
Патон многое делал для своей страны – строил мосты, основал институт электросварки, Евгений Оскарович впервые в мире разработал комплексную программу развития сварочного производства. Но генеральная проверка продолжателю дел знатного дворянского рода случилась в 1941 году, когда на страну обрушилась главная беда – война с фашистской Германией. И реализовать свои уникальные идеи главному электросварщику СССР помогли мастера из уральского города Челябинск.
Немецкие армады наступали лихо и воевали умело. Русская армия несла потери не только в людях, но и в технике. К началу войны СССР имел 22 600 танков, но уже в 41-м около 20 тысяч бронемашин остались чадящими кострами на полях сражений. И когда гитлеровцы набросились на Сталинград, на участке грядущего германского наступления соотношение в количестве танков было 1:10 в пользу немцев. Вся надежда была на Челябинск, где на базе местного тракторного завода заработали эвакуированные производства из Ленинграда и Харькова. Танков нужно было много! А значит, и делать их придётся по-новому, гораздо быстрее, чем в мирное время. Но как этого добиться, если специалисты-мужчины ушли на фронт, а их места в цехах заняли женщины и дети? На помощь пришёл Патон.
Евгений Оскарович разрабатывает принципиально новый способ сварки специальных сталей и в принципе создаёт новый класс сварных конструкций. Придуманная Патоном уникальная для того времени технология автоматической сварки специальных сталей позволила значительно увеличить выпуск танков Т-34. Его автоматы скоростной сварки (АСС) снизили уровень трудоёмкости в изготовлении корпуса танка Т-34 в восемь раз. Главный эффект при работе на АСС – автоматы Патона не требовали от рабочих высокой квалификации, глубоких специальных знаний и больших физических усилий, поэтому автосварщиками могли трудиться подростки и женщины-разнорабочие.
Это была революция в промышленности. Если сварщик раньше варил пять метров шва в час, то с новой установкой – 30 метров. Сварочные автоматы Евгения Оскаровича получили название «патоны», они работали безотказно, и пробить снарядом сваренную с помощью АСС броню можно было только с близкого расстояния. В Челябинске а испытательный «расстрел» выкатили на танкодром «тридцатьчетвёрку» со сшитым новым методом корпусом – 12 попаданий подряд прямой наводкой в швы автоматической сварки не нанесли сварному танку ни малейшего ущерба. Патон вам, фрицы!
Евгений Патон щедро делился своим опытом и научными идеями с южно-уральскими коллегами, он не только был постоянным консультантом по внедрению автоматической сварки на ЧТЗ, но и входил в состав Дома учёных Челябинска. Инновационный метод челябинцев и Патона стал объектом изучения для промышленников всего мира, ещё бы, ведь после внедрения «патонов» производительность труда возросла в пять раз, а потребность в рабочей силе уменьшилась на 84%.
Длина швов, сваренных в Танкограде автоматами Евгения Патона за время войны и вытянутых в линию, составила бы шесть тысяч километров. Это как раз расстояние от Челябинска до Берлина и обратно.