Путешествие в Зареченские дали, или авантюра в угоду энтузиазма. Часть 5
Следующее утро встретило нас сильным порывистым ветром. Он сдувал все на своем пути, пытался разломать крыши, шатать здания, ронять деревья. Бытует шутливая примета, что если птица летит хвостом вперед – к сильному ветру. Так вот, ветер буквально сдувал птиц с их маршрута. На глазах утка, летящая к озеру, была вынуждена переменить свой маршрут и повернуть обратно, ведь справиться с порывом ветра она не смогла. Самыми приспособленными птицами к такой погоде были свиристели – эти маленькие птички привыкли к сильным ветрам, живя в лесотундрах севера, где это явление не такая редкость. Они умеют ловить потоки воздуха, а для продвижения вперед – складывают крылья и падают вниз. Так, то падая, то расправляя крылья вновь, словно морская волна, они довольно шустро летели вперед, несмотря на все усилия Стрибога (ветреной стихии). А, вот, орлам и орланам было тяжеловато – они пользуются восходящими потоками нагретого от земли воздуха во время полета, но нынешние порывы были столь непредсказуемыми, а земля нагрелась за день так слабо, что даже большой подорлик и орлан-белохвост предпочитали не сопротивляться.
Не желая сидеть еще один день в ожидании хорошей погоды, мы решили сделать небольшую пробную вылазку в поле. Это был совсем легкий треккинг до границы разлива, где раньше всегда сидело много разных птиц – куличков, уточек, гусей.
Собираться пришлось, как в зимний поход – термобелье с шерстью, флис и куртка с утеплением – нифига себе конец апреля! А еще перчатки, снуд и шапку. В какой-то момент задумалась о зимних сапогах, но их при себе не было – пришлось обходиться летними треккинговыми ботинками и двумя парами толстых носок. А про запас с собой брать болотные сапоги для форсирования водных преград. Запаслись горячим чаем, перекусом и пошли.
Порывы ветра были столь сильными, что почти сдували с ног, а руки отмерзали сразу, как только их вынимали из карманов. Телефон очень быстро отказался работать вовсе – замерз, пришлось «прикуривать» к не менее мороженному пауэрбанку. Иначе как делать фото?
Наш путь пролегал по песчаной дороге, на которой периодически попадались полусухие лужи, а такой переувлажненный песок – отличное место для чтения следов различных зверей. Но сначала мы решили заглянуть к одному из дуплонов для сов, установленных уже больше 5 лет назад. Дуплон – это искусственное гнездовье для сов. В том, который мы решили проверить, практически ежегодно селились совы – то серые неясыти, то длиннохвостые. Но из-за суровой снежной зимы этого года, когда фиксировалась массовая гибель сов, у нас были большие сомнения, что кто-то там будет в этом году. Поэтому с мыслями «а вдруг кто есть» мы просто начали шуршать по дереву, будто кто-то лезет в дуплон. И вдруг… из гнездового ящика показывается круглая, пушистая голова – длиннохвостая неясыть, живая! Здоровая! Сидит на гнезде! Мы были очень рады ее увидеть, но у нас не было при себе «совопалки», чтобы узнать, что там в ящике происходит, сколько птенцов и т.д. А, вот, неясыть нам была совсем не рада. Вообще, эта сова отличалась своей «дружелюбностью» – пару лет назад она даже сделала бесплатный «пирсинг» в ухо нашей коллеге. Поэтому мы были рады с ней снова встретиться, но столь же радостно уносили оттуда ноги, пока она не решила атаковать – эти атаки для самих птиц могут быть не менее опасными, чем для людей, потому что в порыве ярости они не особо соображают, что делают, и могут сами насмерть разбиться, кидаясь на человека с высоты. Поэтому по возможности лучше избегать столкновений и не провоцировать их.
От неясыти мы двинулись дальше. В следующие дни мы еще посетим эту сову.
Разлив практически подошел к дороге, которая вела от Ново до Лужков. Такого мы еще не видели ни разу. Лужковские луга были полностью затоплены, поэтому птиц на них было мало.
По дороге нам попадалось очень много следов зверей и птиц – лоси, барсуки, лисы, енотовидные собаки и журавли. Очень интересно читать эти следы, ведь по ним можно понять состав фауны, живущий здесь. Еще по пути мы встречали и птиц – обыкновенных и камышовых овсянок, зябликов, вяхирей.
Наша дорога была частично перелита водой от половодья. Видно даже, что вода кое-где уже даже отступила, оставив от себя небольшие промоины и лужи. Но местами – ее было столько, что для дальнейшего движения пришлось обувать резиновые сапоги, а треккинговые ботинки – убирать в рюкзак. Дальше нам пришлось буквально пешком форсировать бурные воды Клязьмы, разлившейся на несколько километров от своего обычного русла, чтобы дойти до того места, где уже точно не сможем идти. Вода бурлила, течение сносило ноги с прямого пути, идти нужно было очень аккуратно, держась центра дороги, чтобы нечаянно не смыло с нее.
Преодолев несколько переливов, мы дошли до края разлива у северо-восточной оконечности озера Сёмхар. Здесь местные жители оставляют свои машины и пересаживаются на моторные лодки, когда отправляются в город. Мы огляделись вокруг – все луга были затоплены, да так, что птицам даже некуда было сесть, чтобы кормиться. По окраинам воды было крайне мало даже куликов. Так мы поняли, что птицам такой высокий разлив не нравится – им голодно, они не могут добывать корм, поэтому с известных мест уходят на мелководья в болота. За время пути вдоль разлива мы встретили немного птиц по численности, но достаточно по видовому составу: черныши, большие улиты, большие веретенники, травники, бекас, чибисы, озерные и сизые чайки, серый журавль, чирки-свистунки, гоголь, кряквы, коршун, белоспинный дятел.
Постояв буквально 10 минут у воды, стало понятно, что больше выдержать невозможно – холодный ветер пронизывал насквозь, не помогала даже ветрозащитная куртка. Руки промерзали мгновенно, пальцы немели – нужно срочно возвращаться за кусты, чтобы хоть немного спрятаться от этого ветра. Совсем скоро нас накрыла темная, тяжелая туча, а из нее пошел… снег! Мелкая снежная крошка, мокрый снег – это был совсем небольшой намек на то, что нас ждет в ближайшие дни.
Вечером уже в темноте ветер стих, а на небе показались звезды и совсем молодой, только народившийся месяц. Казалось, погода налаживается.
