«Упорный расчёт только на свои силы». Интервью с Машей Немм

А.: Начну официально. Здравствуй, Маша. (смеётся)

Маша: М, привет. (смеётся)

А.: Большое спасибо, что уделила свои время и внимание, и согласилась поговорить для моего ресурса. Начну с самых основ и истоков: хочется услышать от тебя, как ты начала заниматься фотографией.

Маша: Ну, это моя любимая история, которую я рассказала, по-моему, уже… Раз миллион. Когда мне было лет 11-12, у нас было очень много ларьков. MP3, знаешь, за 90 рублей всякое говно. И в эти MP3 входили фотки, видео. Ну, видео — это как повезёт, насколько я помню, они были на диске, но обычно не работали. И ещё входил весь возможный музыкальный материал, который был у музыканта на тот момент. И… В моём случае это был MP3 Мэрилина Мэнсона. Уточню: интернета у меня тогда ещё не было, вообще ничего не было, был канал MTV. Начало A-One где-то тогда было. И вот этот MP3. Я его посмотрела, и… Там на тот момент были работы Флории Сигизмонди — это фотограф, который тогда занимался всеми вообще фотографиями Мэнсона. А это всякие, если ты помнишь, может быть… С костылями, там, с манекенами, со всеми этими штуками лютых цветов каких-то. Для меня тогда, как и для всех, фотки были — это фотка… «Я трогаю Исаакиевский собор», там...

(А. смеётся)

Маша: Вот типа того. А в MP3 — вот такое. ТАКОЕ — то есть, костыли какие-то, мясо какое-то наложено, какие-то дырки в глазах… Что-то, короче, какое-то… Я так охуела. Просто пиздец! Я это посмотрела, потом ещё раз, ещё раз, и решила: «Ебать. Я тоже хочу. Хочу делать ТАК». Тогда решила я. На самом деле, именно ТАК я никогда не делала, и такого просто не было, но! Именно это положило начало тому, что мне захотелось аппарат какой-то, там, подержать, самой попробовать какие-то творческие съёмки. Вот, и тогда я начала фотографировать на какой-то кусок говна. Который был чем-то средним между какой-то квадратной веб-камерой и чем-то ещё. Разрешение было, кажется, 1,33. Этих фотографий, по-моему, не осталось, но в 12-13 лет они были моими первыми, и были сделаны вот на это.

А.: Таким образом, ты фотографией занимаешься уже больше половины своей жизни, можно так сказать?

Маша: Нуу, можно и так сказать, конечно… Но я бы не стала. Время до 20 лет в расчёт не беру, потому что это игрища вообще. Тогда не было никаких онлайн-курсов, ничего толком не было.

А.: Ну, это пробы себя, я считаю.

Маша: Пробы себя, пробы себя, да, где ты просто… Хоть на что-то, хоть ЧТО-ТО вообще. Тогда про пинхол не знала, да и с плёнкой до сих пор у меня хреновые отношения… Но — хотя бы что-то, да, и это делала моя первая камера. Была какая-то всратая вебка, не как обычная — то есть, она могла отдельно ещё фоткать от компа…

А.: Ну бля… Это прям полный хардкор. (смеётся)

Маша: Ну типа того. Этот полный хардкор ещё много лет был. Я потом работала на складе с контрафакцией, заработала себе, как сейчас помню, на мыльницу A550, Canon. 6000 рублей она мне тогда стоила, и это была половина моей зарплаты за месяц. То есть, получала я, в среднем, 12. И тогда я могла, например, уйти далеко от компа. Потому что предыдущую мыльницу отключишь, она пару фоток сделает и вырубается — видимо, на остаточном токе. Тут же я начала ходить — у меня есть с тех времён фотки. Но они прям смешные, я пацанам иногда показываю, они ржут…

(А. смеётся)

Маша: Потому что я там делала дебильные подписи — знаешь, «Толпа молчит»… (улыбается) Или типа того — сфоткав патронташ на полу при этом.

(А. смеётся)

Маша: То есть, полное говно. (улыбается) Этот альбом — он есть, он закрыт, разумеется, и показываю его только по особым случаям, когда… (смеётся) Мне кого-то развеселить надо, или что-то такое… Типа, «Пацан, смотри, как я снимала 15 лет назад». Вот.

А. (смеётся): Это касается моего следующего, наверное, вопроса, одного из. В общем, у тебя всё началось с музыки, можно так сказать? Тебя именно музыкальная сфера привлекала и дала тебе какой-то толчок?

Маша: Ну видишь, тут сложно судить, на самом деле. Если брать в расчёт вот этот MP3 Мэнсона — то да, получается, меня именно музыка каким-то образом привела в это всё. Ну, это просто случайность, что именно так вышло. Я думаю, если бы у меня появился интернет через какое-то время, я бы, наверное… За что-то другое зацепилась. И всё. Мой первый фотоаппарат, зеркальный именно, появился, когда мне было, кажется, 19 лет. Тогда я жила рядом с «Арктикой» и задружилась с ребятами, которые постоянно туда ходят — то есть, это так или иначе концерты, там, и… Всё такое. И — да, я начала фотографировать гиги именно тогда, то есть, это вообще какой-то лохматый год.

И просто так ВЫШЛО и срослось, что… Музыка подтолкнула меня. Но а в итоге, всё моё окружение — по сей день, наверное — это 80% каких-то музыкантов из разных концов времени… И с разных концов моей жизни, собственно говоря.

Но я не могу сказать при этом, что они меня толкали, понимаешь? То есть, музыка меня толкала, и даже не местная… Например, один из переломных моментов моей жизни — когда я случайно на концерт «Аменры» попала, чтоб просто пофоткать гиг. Не знала, на что иду. Вообще понятия не имела, просто вписон на привоз.

А.: Посчитала просто, что это уже заранее будет что-то крутое, раз зарубежное, да, и пошла?

Маша: Ты видишь, в чём дело: мне тогда просто было интересно ещё гиги фоткать. Интересно знакомиться — вот это всё, то есть, мне эта движуха была интересна.

Сейчас нет такого. Я не пойду на гиг только потому, что… «Может быть, я там с кем-нибудь интересным познакомлюсь», или «Может быть, это крутая группа», я сейчас в состоянии проверить, что это за группа — это раз. А знакомства — ну, у меня уже не горит так по этому поводу, я уже слишком старая, знаешь… Чтобы прям ЖАЖДАТЬ вот этого всего. (улыбается) А тогда было по-другому, тогда мне было интересно, хотелось познакомиться с людьми со всякими разными… Налаживать контакты через фотографию. Это действительно так работает, то есть, очень легко налаживать, когда ты не бездумно туда ходишь...

А.: А когда у тебя есть какая-то роль.

Маша: Условно говоря, да — тебе есть, что предложить, ты не просто, простите, еблом торгуешь. Ты — какой-то правоправный член этой движухи, ты можешь что-то реально предложить.

А.: Занимаешь какую-то нишу, да?

Маша: Да! От тебя есть какая-то отдача, польза — тебе есть, с чем написать. Я терпеть не могу, например, беседы из серии «привет, как дела».

(А. смеётся)

Маша: Мне никогда не нравилось — ни самой так писать... Я изредка, очень мало у кого об этом спрашиваю, и мне не нравится, когда так пишут мне просто ни с хуя… Ну, по крайней мере, незнакомые люди. Когда мне так пишут, велик шанс, что я ВООБЩЕ на это не отвечу, потому что… Ты кто вообще? В общем, тогда мне казалось, что для человека с таким характером, как у меня, который не очень любит вот это всё простейшее взаимодействие, в которое умеют все, но не умею я, это прям — реально ВЫХОД. То есть, если я хочу познакомиться с людьми, я могу их пофоткать на концерте, например, и дать им свои фотографии. Таким образом будет нормально. У нас есть уже и заранее какой-то объект беседы, который не является вот этим «приветом как дела». Ну и, на самом деле, оно много лет так работало. То есть, я действительно много с кем познакомилась только лишь потому, что пришла и пофоткала.

И привозные музыканты всякие тоже, было дело, меня отмечали в фэйсбуке… Я сейчас уже это плохо помню всё. Ну, тот же «Oathbreaker» с одного гига какие-то фотки себе забрал — для меня это тогда прям ВАУ было вообще… (улыбается) Сейчас этого всего нет, мне на это всё равно, я хожу на гиги чаще всего без фотоаппарата… Ну, только лишь если меня попросили, ОЧЕНЬ ХОРОШО попросили — или заплатили. Тогда — да, я приду с фотиком. Остальное время я предпочитаю без фотика ходить… Нормально развлекаться, как все люди.

А.: Чтобы тебя воспринимали, в первую очередь, не как фотографа?

Маша: Ну, дело даже не в том, как меня воспринимают, а в том, что я тоже хочу отдыхать, блин. Люди ходят на гиги отдыхать и ПИТЬ. И общаться. А я очень много лет ходила туда, по сути дела, работать. Неважно, платно, бесплатно — это всё равно работа, всё равно ответственность за себя, за свой фотоаппарат… Чтоб его никто не разбил - вот это всё…

А.: На гигах, куда ты приходила именно как концертный фотограф, была ли ты когда-нибудь близка к какой-нибудь серьёзной травме? Или, может, фотик как-нибудь страдал?

Маша: Слушай… Наверное, 1 раз. Помню такое — это когда в «Убежище» мы работали, было у нас тут такое заведение. Сплыло.

(смеёмся)

А. (смеётся): Если вы понимаете, о чём мы.

Маша: Да. Буквально прям.

Маша: И вот там… (смеётся) Я, честно говоря, не помню, что именно случилось, потому что я ещё и пила ж постоянно на всех этих гигах, которые фоткала — особенно в «Убежище». На самом деле, там лютый ДУБАК, и если не пить… Ну, отъехать можно к утречку.

(А. смеётся)

Маша: Так что… (улыбается) Я пила! И там мне кто-то нормально так всадил, что я со сцены коленом на бетонный пол упала.

А.: Ой, боже!

Маша: Я и джинсы порвала, и с фотиком что-то там, короче… Но такое, не критичное.

А.: С объективом что-то было?

Маша: Нет, нет. С объективом — это Wowod. Единственный случай, когда у меня был повреждён объектив.

А. (смеётся): Ну-ка ну-ка.

Маша (улыбается): Съёмки клипа «Вовода».

А.: Погоди, это «Mor»?

Маша (после некоторого раздумья): Да, вроде.

А.: С альбома «Zemlya» ещё, да? То есть, когда на природе, а не когда…

Маша: На природе, на природе, но упало оно в момент студийной съёмки. Ну, в клипе есть момент, где женщина с мальчиком сидят за столом, и это снималось в студии… В общем, на чей-то камере стоял мой объектив на штативе. И у штатива по каким-то непонятным причинам — я уже не помню, на самом деле, внимания не обращала — подогнулась нога. И всё это дело лицом вниз полетело, собственно, об пол. Помимо того, что погнулся объектив… Он, на самом деле, не с концами, он даже работал потом всё это время. И я его не так давно починила — спасибо Гене… (смеётся) На самом деле, 2 года прошло, а он всё помнил — и я помнила, и мы общими усилиями его починили, всё-таки. И вот он, красавчик, там в комнате стоит… Помимо этого, в фотоаппарат воткнут был, кажется, какой-то там пауэрбэнк или что-то ещё. В общем, всё повылетало, разодрало гнёзда — что-то там вообще страшное случилось, так что, в принципе… (улыбается) То, что случилось с моим объективом, не было самым страшным - со мной было просто договориться. А фотоаппарат, вроде, из аренды был…

Вот, это история про технику, а про мои личные поломки — слушай, скорее, не было. Пару раз мне, может, кулаком каким-то там немного залетало куда-то, но... Без синяков, без ничего — реально Боженька отвёл. С учётом того, сколько я снимала за эту жизнь, ни разу не было такого, чтобы нос разбили, там, упала прям жесточайше.

А.: Или чтобы из слэма что-то прилетело, да?

Маша (после некоторого раздумия): Ну прилетало, но такое, знаешь… Без последствий. Там, скорее, стрёмно. (смеётся) Когда происходит слэм, я снимать вслепую начинаю, смотрю, куда течёт слэм, и снимаю сцену. Ну или же сам слэм, потому что мне этого не нужно, как бы.

(смеёмся)

Маша: Не раз такое было, я реально вот так щёлкаю. (смеётся) Нет, ну страх остаться без камеры — или без глаза! Он настолько велик во мне, что я буду поступать именно так и дальше, потому что ну его нахуй.

А. (смеётся): Слушай, я помню, ты как-то обмолвилась, что в тебя чуть тарелкой не прилетело, было дело. С установки на каком-то гиге.

Маша: Да! А тут особенность моей памяти… Есть ПЛЮС у этой памяти — я, например, могу фильмы пересматривать раз в год как в первый раз. Остальное — это всё минусы, например, я помню историю с тарелкой. Я не помню, что это была за группа, где это было... Возможно, «Убежище», может быть, и нет, возможно, это в IDLER было… Что-то было с тарелкой, да, мне реально прям почти прилетело, но не прилетело, а больше мне тебе сказать нечего, потому что я нихера не помню. (смеётся) Блин, это надо было тебе тогда рассказывать, видимо. Полностью эту историю.

А.: Первый музыкант, с кем ты стала работать — ты можешь сейчас вспомнить, кто это был? Когда тебя стали приглашать на концерты знакомые, чтобы именно их ты сфоткала во время сета?

Маша: На самом деле, в те времена пускали всех, кто с фотиком — а их было немного, кстати, в ТЕ времена, это тебе не сейчас. (смеётся) Каждый, КАЖДЫЙ с фотоаппаратом так или иначе… Тогда были ещё обычные телефоны. И фотоаппараты зеркальные были далеко не у всех. В «Арктике», кстати, моя мама работала — я её туда устроила, когда была вакансия на повара. Она пошла туда и, в принципе, перестало быть вообще настолько сложно туда попасть… Просто через неё проходила. Но а по перваку — да, прям подходишь и говоришь: «Парни, у меня есть фотик, я вас пофоткаю, пустите меня на гиг». И они такие: «Да, да, проходи». Без имени, без ничего… Просто сама зеркалка.

А.: Условно вписка на гиг, да, за фотки?

Маша: Да, и так тоже довольно много времени было. У нас в принципе нет культуры платить вот этим репортажным, гиговским фотографам… Не очень принято — то есть, это такая редкость, и сейчас я зачастую сталкиваюсь с тем, что люди не готовы. Они готовы мне, там, предложить вписку на гиг. Знаешь, как 15 лет назад…

А.: Чистый обмен — без какой-либо налички, просто услуга за услугу, так получается?

Маша: Ну, типа того, только с годами я поняла, что… Это немножко неравноценный обмен, честно говоря. Это я прихожу, работаю. Скорее всего, трачу бабло в баре. То есть, я — как посетитель, только плюс ещё и это. Ещё и фотографирую. И я отдаю потом эти фотографии — это КОНТЕНТ, как бы.

А.: А обработка этих фотографий? Потом же ещё и труд непосредственно после гига…

Маша: Ну да, то есть, я прям нормально так отрабатываю, ещё бабла в баре, скорее всего, оставляю… А парни меня просто пускают на концерт, который стоил, там, 150 рублей на тот момент. То есть, теперь я так рассматриваю это. Но по-другому раньше не было, честно говоря. Это я сейчас, с высоты своего нынешнего положения понимаю, что вообще правила, конечно, были… (улыбается)

(А. смеётся)

Маша (смеётся): Блять, извращение какое-то! Идёшь, пашешь, короче… Но это, в принципе, у ВСЕХ раньше было. Не было такого, что «Вот, её мы просто впустим, а этому парню мы заплатим». То есть, не платили этим людям. Тогда можно заработать было бабок, знаешь, снимая свадьбу… Портреты наверняка — тоже очень стандартная схема. Всё. Какой-то репортажной, особенно в андеграунде, работы просто не было. Ну, я такого не помню, чтобы людей звали, это потом уже появилось… И ты сам вырос до какого-то состояния, где ты не то чтобы известен, а твои работы, по крайней мере, кому-то известны… И где люди могут попросить именно тебя пофотографировать именно так, и могут даже предложить за это денег или согласиться с тем, что просишь ты. Ну, или не согласиться, как сейчас это бывает, или попросить скидку, по крайней мере. (улыбается) Ну не суть, раньше об этом вообще речи не шло, потому что я никого не знаю, меня никто не знает, и вообще никто никого не знает, и никто никому за это не платит, соответственно. Это просто какая-то внутренняя движа, которая… Устроена ни на чём. Есть организатор, которому чаще всего всё равно — он тоже платить не будет. И есть музыканты, которые на те времена, кстати, частенько на свои мероприятия сами ещё и билеты продавали — я эту практику до сих пор иногда встречаю, но это считается, конечно, полной жопой… (улыбается) Когда тебе дают 20 билетов, и ты обязан их ВПАРИТЬ своим же друзьям, чтобы всё норм было. Чтобы была посещаемость. То есть, я вообще не понимаю, что в данном случае орг делает, честно говоря…

(смеёмся)

Маша (смеётся): Я думаю, чисто барыши собирает. Ну… Я не буду врать, возможно, это очень какая-то хитрая схема, в которой я не разбираюсь.

А.: Но такое имело место быть, да…

Маша: Но такое… Скажем так, в некоторых слоях до СИХ ПОР имеет место быть. Но это уже, ну, не наше. Не вот эта наша движа. У нас тут, всё-таки, по-другому уже немножко происходит. Короче, на те времена невозможно было получать за фотографии деньги по факту, и…

(на этом моменте Маша, задумавшись, начинает теребить петличку и не сразу это замечает, а когда замечает, мы смеёмся)

А.: Нормально. (смеётся)

Маша: Можно было бесплатно куда-то входить и где-то появляться — как бы, это всё, это единственные лулзы. Ну, помимо знакомств и всяких там штук. Дальше всё это, конечно, уже обрастает через годы… Можно действительно что-то клёвое за это получить — это тоже будут не деньги, скорее всего, но… (улыбается) Что-то интересное.

А.: Был ли какой-то конкретный жанр музыки, который тебя привлекал тогда, в то раннее время, ходить на концерты, их снимать?

Маша: Я вот сейчас вспоминаю свои музыкальные предпочтения. Того прям, самого первого времени. Это, конечно, жесть.

(А. смеётся)

Маша: Потому что, блять, о таком рассказывать, хвастаться, ты не будешь. (смеётся) Ну, я была здесь не одна такая.

(смеёмся)

Маша (улыбается): Мы все ходили на всякие там фолк-роки непонятные, знаешь… Симфо-блэк — вот это всё. (улыбается) Которое сейчас, если мне попадается, я слушаю и думаю: «Госсподи ты боже мой… Как хорошо, что всё поменялось-то». И первое время я ходила, знаешь, на готические, окологотические, металлические какие-то, с патлачами, концерты… Я по именам группы, понятное дело, называть не буду, вспоминать сейчас… Эти люди всё ещё живы.

(смеёмся)

Маша (смеётся): И всё такое. И могут это прочитать! (улыбается) В общем, куча всякого зашкварного музла в те времена бывала, и на всё мы это дело ходили.

А.: Интересует вот что. Расскажи про концерты, которые, можно сказать, перевернули твою жизнь. На следующий день после которых твоя жизнь как будто началась с чистого листа. Что это были за гиги?

Маша: На самом деле, таких всего парочка была, и вот об одном я сегодня начинала говорить…

А.: «Amenra»?

Маша: Ну, там не конкретно «Amenra» была… Тогда был привоз — по-моему, 2013 или 2014 год… Это «Church of Ra» — то есть, там были «Oathbreaker», «Amenra», «The Black Heart Rebellion», «Hessian» и что-то ещё тоже — штук 5 команд… И я ни одну не знала. Пошла просто так. Потому что могла — ну, как… Я тебе уже не скажу, почему я туда пошла, мне, на самом деле, плохо было. И я помню, что на «Hessian» сидела у мамки там, на кухне, и пила «Терафлю». Потом уже, с «Oathbreaker» начиная, пошла фотографировать. И что-то к концу этого вечера меня так разъебало. В такие щи. Неалкогольные, как бы — алкогольные тоже, но не об этом история. Нет, эмоциональный, абсолютно эмоциональный разъёб.

А. (смеётся): Ты можешь разделять, да, вот эти разъёбы?

Маша: Конечно, я разделяю, между «весело» и «ёб твою мать», как бы, большая разница есть.

(А. смеётся)

Маша: То есть… Там это было даже не «весело» — меня настолько уебало атмосферой, видимо. Я до этого, получается, ничего такого именно не видела. У «Church of Ra» очень сильно на атмосфере выдвигается всё, то есть, они прям… Старались, по крайней мере, ТОЧНО, сделать так, чтоб это было именно атмосферно.

А.: Немного вклинюсь сейчас, извини. Я помню, когда мы с Мишей и Ромой из Vólan делали интервью, Миша рассказывал про «Аменру». В тот раз, про который ты сейчас говоришь, было 2 привоза, наверное — на Питер и Москву...

Маша: Ну наверняка.

А.: И Миша ходил в Москве. Он рассказывал, что был и крайний раз — ну, после 13ого года, и в 13ом году. И сравнивая эти 2 концерта, сказал, что в 2013 его прям разъебало. А уже на следующем гиге были какие-то неадекваты, которые портили всю атмосферу. Тогда так же и в Питере, наверное, было?

Маша: Что-то типа того. Кстати, в комментах тоже недовольные были, типа: «Какого хера что-то там кто-то делал, кто-то выкрикнул что-то, кто-то там хлопал не вовремя?»

(А. смеётся)

Маша: На мой взгляд, не очень приятная движуха. В том плане, что… (улыбается) Ты сходил на гиг, а тебя потом ещё отчихвостил какой-то там чел из толпы за то, что ты похлопал не вовремя, или типа того. Что это вообще такое. Что это, блять. (смеётся) Мне не очень понятно. Я знаю, что это отличительная фишка гигов «Аменры», в принципе. Вот ты нигде не получишь пиздюлей потом от посетителей таких же, как ты, кроме как на «Аменре».

(А. смеётся)

Маша (смеётся): Вот серьёзно, блять. Ну, наверняка в капелле какой-нибудь тоже навалят тебе, если что. Я помню, мы Зализко пытались смешить, когда он с кем-то пошёл на какой-то органный концерт. Ещё кашлял. (смеётся) Мы пытались так пошутить, чтоб он посмеялся.

Маша: Но я не помню, по-моему, не получилось. (смеётся) По-моему, удержался… Возвращаясь, собственно, к самому вопросу, гиг 2013 года... Вообще, если посмотреть моё творчество, я снимала другие вещи до этого гига.

То есть, фактически после него, на следующий же день, у меня реально порвало колпак. Это не прошло, это не тупо «напилась на концерте, и очень понравилось», это… Реально что-то прям поменяло очень сильно, я как будто бы стала по-другому снимать. То есть, у меня в принципе изменилась стилистика съёмки, изменилось то, что я снимаю, кого я снимаю. У меня творчество вообще в другую сторону ушло, в какую-то там не сильно параллельную, на самом-то деле. Вообще довольно долгий период моей жизни, эти чёрно-белые фотки — это было навеяно одним-единственным концертом, вот. Это - «Church of Ra», который был в «Арктике» в 2013 году. И я от этой движухи отошла, я б тебе сказала так, недавно очень. Наверное, пару лет последнюю я уже, ну… (улыбается)

А.: Не по ч/б.

Маша: Не по ч/б, да, это больше не работает! И я тебе скажу так: это работало только с тем концертом. Я была на «Аменре» после. И вообще ничего не это. Я даже была несколько разочарована, если честно. Ну «Amenra», ну играет. Ну стоят вон, шикают друг на друга в толпе - всё как обычно.

(А. смеётся)

Маша: Я не почувствовала ничего.

А.: Нельзя в одну реку войти дважды?

Маша: Да! А второй раз, второй гиг - это…

А.: Я сейчас назову. Можно? (смеётся) Я угадаю.

Маша: Ну попробуй.

А.: «Daughters».

Маша: Блин, про «Daughters» я вообще забыла, кстати. Слушай, «Daughters» — это… Я не могу сказать, что моя жизнь перевернулась — нет, не перевернулась, но… Это очень круто сработало в том плане, что у меня куча-куча целая, огромная куча негативных эмоций, какой-то, знаешь, блять, САМОСВАЛ… (смеётся) Он ВЕСЬ потерялся на концерте «Daughters».

(А. смеётся)

Маша: Весь — я его раскидала или что там, я не знаю. Нажралась, как не в себя. Короче, из меня просто демоны повыходили. (смеётся) Я не могу сказать, что у меня жизнь перевернулась после — я стала просто на следующее же утро гораздо счастливее, чем была. Меня отпустили многие эти зажимы из тех, что были, какие-то неприятные ситуации, там, какие-то обиды. Они просто взяли да куда-то делись - у меня такое чувство, что мне сеанс экзорцизма провели. (улыбается) Моё творчество не изменилось, моё мировоззрение не изменилось, но я как будто, знаешь, на чистку сходила. Такую, КОНКРЕТНУЮ. И - да, тогда, получается, таких гига 3.

(А. смеётся)

Маша: Третий — это был… «The Body» & «The Bug», вот. Ну, я в принципе хорошо отношусь к тому творчеству, которое двигает лейбл «Ninja Tune». А «The Bug» — это «Ninja Tune», собственно говоря. И в таком тандеме очень круто для МЕНЯ именно получилось — это, на самом деле, нечастое мнение. Насколько я помню отзывы об этом гиге, они довольно плавающие: кому-то норм, кому-то не норм было. Гиг сам по себе, видимо, не был каким-то суперособенным, но именно меня вообще нормально вставило… Уже, наверное, нет момента, где что-то случится, и у меня творчество поменяется — оно уже живёт отдельно от музыки. Нет такого, что вот мне сейчас бабахнет, и я третье что-то снимать начну - видимо, это просто не может больше сработать. Но… Славно, что может до сих пор сработать штука с чисткой с какой-то, знаешь… Это привносит новые идеи какие-то, удаляет старые ненужные эти все шлаки, всю эту срань… Она как будто бы уходит после некоторых гигов. Но слушай, Наташ, это происходит, блин, раз в несколько лет! Все остальные гиги — ну ок, нормально.

А.: И очень неожиданно, да, как правило?

Маша: Очень неожиданно! Я абсолютно не думала об этом, мне просто нравился альбом, где они вместе. Нравятся некоторые треки «The Body» и нравятся некоторые треки «The Bug». (улыбается) Ну и в целом, я действительно лояльно к самой движухе «Ninja Tune» отношусь — начиная от названия. Для меня это — некий атмосферный клубок, знаешь. Я из этих долбанутых, которые могут повестись на рекламу, если реклама хорошо сделана — то есть, на оболочку, на обёртку. Я могу, реально, на любую хуйню повестись, если она клёво сделана. И «Ninja Tune» для меня - вот эта клёво сделанная хуйня. Я рада, что до сих пор, хотя бы иногда — это действительно очень редко, раз в пару лет, наверное — может случиться гиг, который просто меня почистит. Прям вот разъебёт, в общем, до самого нутра. И я как будто бы, знаешь, не с чистого листа, но… Как бы, с новеньким, короче! Потёртым, но не исписанным — типа того. (смеётся)

А.: Как в баню сходить словно, наверное? (смеётся)

Маша: Типа да, как в баню сходил. Но… Всё же, конечно, это редко случается, и чаще это просто «норм сходили», бывает даже, что и «не очень норм сходили», бывает, что вообще непонятно, нахрена пришла.

(А. смеётся)

Маша: Ну, по настроению. Так что я, наверное, выделю 3: «Amenra» 2013 года, «Daughters», собственно говоря, и «The Body» & «The Bug».

А.: И… Всё, что ты перечислила — это только привозы. (улыбается) А на местных вообще ничего такого не происходит?

Маша (смеётся): Слушай, ну… Когда был Будет гиг, мне там TÕLL очень понравились.

Ну прям нормально было. Я, в принципе, на слух часто определяю, что наше, а что — не наше. Я не знаю, как это работает. То есть, мне с закрытыми глазами поставь музыку, и я тебе скажу, Россия это или нет. Возможно, именно у меня с музыкой отношения такие — то есть, меня удивить уже только эксперименталом можно. Я сама немножко страдаю от этого, потому что многое музло мне кажется примитивным — притом что я не музыкант, да? На слух мне кажется примитивным и неинтересным. То есть, того же рока мне уже просто не хватает. Я лажу уже куда угодно, во что угодно, чтобы услышать что-то, что мне нравится. Поскольку очень деликатное восприятие у меня... Я даже не знаю. В большом количестве музыки — даже из той, которая мне нравится — я чувствую: а вот здесь я бы нахер вокал убрала, меня бесит.

(А. смеётся)

Маша: «Здесь бы я убрала вот этот «дзынь» какой-то сзади… Раздражает». Он тут ЛИШНИЙ, понимаешь! (улыбается) Я не имею никакого музыкального, как бы…

А.: Опыта сочинения, в общем, да?

Маша: Сочинения, да, опыта. Вообще как это делается, я не понимаю, но я понимаю, как мне не нравится, и что бы я там убрала/изменила. В целом, то есть, мне тяжело в этом плане угодить. И, видимо, у наших ребят — я уж не знаю… (улыбается) Вот сейчас, наверное, ОПАСНОЕ заявление будет, но, возможно, именно для меня чего-то не хватает в нашей местной музыке, для того, чтобы я, как бы... Реально…

А. (улыбается): Нет, это интересно!

(Маша смеётся)

А.: Давай, давай! (смеётся)

Маша: Ну, это моё личное мнение — видимо, именно МНЕ именно чего-то не хватает. Может быть, сложности какой-то. Потому что, на самом деле ведь, те гиги, что я тебе сейчас назвала — у нас нет таких групп. Возможно, есть что-то похожее на «Аменру», но «Amenra» — это даже для меня уже давно пройденный этап. И я уже говорила, я была пару раз ещё на их гигах, и совершенно ничего не зацепило там. Ну прикольно, звук хороший, свет прикольно выстроен — а в остальном… Ну, сходила и сходила. Ушла — забыла. Остальные 2 — это вообще, скорее, электроника. За жизнь я кучу всего переслушала, и были разные периоды. Было дело, что я 2 года вообще только дарк эмбиент слушала — как-то так… Была на всяких «Lustmord», «raison d’etre» и всё такое, и прям 2 года я гоняла только эмбиент, и всё! Вообще ничего больше! Но это как-то мне надоело в конечном итоге, эмбиент до сих пор почти не слушаю. (смеётся) Ну, по крайней мере, дарковый — это вообще не моё больше. Потому, что наслушалась, мне кажется, на всю жизнь вперёд. Не музыка плохая, а я, типа, подустала... То есть, у меня большой музыкальный бэкграунд и своё представление о том, как мне нравится и не нравится. И вот наше — то, что, по крайней мере, есть сейчас… Многие из наших ребят весёлые. Под них прикольно пить, там, затусить… Даже, может быть, как-то проникнуться. Но чтобы выйти, как с чистым или каким-то там листом — у меня такого не было с нашими группами ни-ког-да, так что…

А.: Это напрямую связано с тем, что ты последнее время перестала ходить на гиги?

Маша: Это не связано с тем, что они русские, если что. (смеётся)

А.: Не, я поняла.

Маша (улыбается): Я не расист.

(смеёмся)

Маша (улыбается): Честно, я тебе не могу объяснить, и дело не в гигах. На гиги я не хожу по той же самой причине — ну, помимо того, что мне лень и далеко ехать… И всё такое. (улыбается) Как будто бы желание отпало. На самом деле, мне почти 32 года — то есть, это уже не 15, и даже не 20. Чтобы реально прям собраться, побежать на гиг и всё такое, и тусить на нём… У меня, бля, спина больная. (смеётся) Ну реально уже проще, как бы, НЕ СХОДИТЬ на гиг, чем сходить на него…

(А. смеётся)

Маша: И я не чувствую каких-то угрызений… Мы с тобой за кадром говорили, что я на ОЧЕНЬ большом количестве гигов за свою жизнь была… На очень многих из них я работала, и мне кажется, у меня что-то типа профессионального выгорания. То есть… У меня уже нет надобности. Но я, при этом, всегда по возможности готова поддержать своих дорогих и любимых «ohm collective» и «Soft Edge». (улыбается)

На привоз пойду, на что-то местное — ну… По настроению, на самом деле. И я думаю, что это вообще никак не повлияет… (улыбается) Не повлияет ни на что. Как-то так. Но я думаю, что это ещё возраст, ко всему прочему.

(А. смеётся)

Маша: Да… Мне бы… В этот, в санаторий.

(смеёмся)

А. (улыбается): «Мне бы в горы, Гэндальф», да?

Маша (смеётся): Типа того, да...

А. (смеётся): Как там у Гоблина было… «А то геморрой размером с кулак».

Маша: Слава богу, без геморроя, ХОТЯ БЫ…

(А. смеётся)

Маша: Но в остальном - да...

А. (смеётся): Это включать не будем, это я так…

Маша (улыбается): Ну если будешь про геморрой включать, включи про то, что его нет, как бы.

(смеёмся)

Маша: А так — да, как-то сложилось, что привозы меня больше шевелят, видимо. Может быть, иностранцы лучше знают, что мне надо, или что там…

(А. смеётся)

Маша: Бля, я не знаю, как это работает... (улыбается) Может быть, это, кстати, в силу моего недостатка какого-то музыкального образования — в том плане, что мало знаю групп…

А.: Я хочу заметить, что, например, недостаток музыкального образования не мешает некоторым нашим с тобой — в том числе, общим — знакомым личностям быть крутыми музыкантами. Так что не надо, не надо! (улыбается)

Маша: Не-не, не в смысле сольфеджио и все дела — я не об этом, как бы. (улыбается)

(А. смеётся)

Маша: А о том, что я, например, начала слушать сладж-дум с группы «Bongzilla»! А это — БАТИ, грубо говоря, самого этого сладжа… (улыбается) И после «Бонгзиллы» многие музыканты — и европейские в том числе, кстати — кажутся какими-то ДУШНЫМИ. Типа, такое чувство, что для меня «Bongzilla» уже всё, что надо было, сделали. Потому что у них получилось ровно так, как мне это нравится, а всё остальное — уже с какими-то там изъянами, недостатками… Как будто бы. На самом деле, многие группы уже так отвалились — я их сейчас переслушиваю и не очень понимаю, за что их раньше слушала. Ну, любые — не русские, вообще.

А. (улыбается): Да, да, да. Акцент на том, что ты не то чтобы не любишь чисто русские, я поняла.

(смеёмся)

Маша (смеётся): Да. Да, это не расизм. Или как это там называется, когда ты…

А.: Национализм?

Маша: Да! (улыбается) Я не националистка.

А.: Давай на тему визуала поговорим, мне вот что интересно. Видя первый раз какой-то релиз, ты часто клюёшь на обложку? Как часто именно таким образом открываешь для себя какие-то группы?

Маша: Ну, как я уже упоминала выше, я из тех задротов, да, которых можно купить рекламой хорошей. И я тебе больше скажу: я, скорее всего, не включу релиз с говённой обложкой. «Говённая» — понятие субъективное, конечно, но… Тем не менее, я посчитаю, что за той обложкой, которая мне вообще никак не понравилась, наверняка стоят люди, продукт деятельности которых тоже, скорее всего, мне не понравится. Я почти уверена, что ошибаюсь, и наверняка под говёнными обложками дохрена хороших релизов. По крайней мере, старых. Ну реально старых — там, знаешь, 15 лет назад, 20 лет назад. Сейчас я считаю, что это вообще просто непозволительная роскошь — сделать себе говённую обложку при условии, что мы, блин, в 21 веке.

Весь мир соединён между собой, ты можешь заказать себе любого художника, фотографа, у тебя, блин, миллиарды инструментов — даже на телефоне — для создания всего этого. Как бы, любой мало-мальски нормальный телефон в состоянии нормально вымутить. И ты, при определённых знаниях или, хотя бы, определённых знакомствах, в состоянии сделать так, чтобы это было КРУТО — слушая не только себя при этом… Понятное дело, чувство вкуса — это тоже приобретаемое качество. (улыбается) С переменным успехом у многих. На данный момент, если из новых релизов обложка будет какой-то шлак, ну… Именно технически — не ИДЕЯ странная, мне непонятна, а именно технически это будет шлак — я не буду включать этот релиз. Потому что это просто… Блин, а зачем?

(А. смеётся)

Маша (смеётся): Я причём допускаю, что, может быть, материал-то крутой, просто пацаны не шарят в картинках, не развивались в этом направлении. Но а лично мне уже будет просто неинтересно. Возможен вариант, что я это когда-нибудь услышу в каком-нибудь шафле, в предложке, и, может быть, мне это понравится, но… Чисто видя глазами в ленте, я, скорее всего, мимо пройду просто и всё. Но я — да, я картиночный задрот. Кстати, под хорошими картинками тоже часто говно! Но я об этом знаю, потому что включаю.

(смеёмся)

Маша: Ну, для меня это всё равно какой-то значимый момент. То же самое и про афиши всякие, и про всё такое…

А.: Ты как человек, который, собственно, занимался созданием и того, и другого, уже можешь в этом разбираться, считаю. Кстати… А первая обложка, которую ты сделала, была какая?

Маша: Из тех, что сделала я сама, и в которую по сей день вложено, наверное, больше всего работы — это первая обложка Ypres. Где мы буклет ещё делали…

А.: 2014 года?

Маша: Да, да, кажется… Вот этот год. (смеётся)

(А. смеётся)

Маша: Да, мы тогда, на самом деле, достаточно много времени на неё потратили, специально ездили и на Ладожскую — что-то там фоткали, баллонами красили. То есть, обложка полностью сфотканная, на ней нету никаких фотошопов, ничего. Мы поехали на Ладожскую, в засратый угол какой-то, и… В нём через трафарет баллоном жахнули и фоткали вот это сидели, пока Ване не понравится… (улыбается)

(А. смеётся)

Маша: Дальше точно так же мы и на «Красном треугольнике» ошивались, фотографировали для буклета… Да, на неё действительно было нормально времени потрачено. Её пробные печати до сих пор у меня на Приморской дома висят... Та обложка, о которой говорю, это самое первое — из известных мне, по крайней мере — печатных изданий «Ипра». Она чёрно-белая. Это первый диск. А та, которая Гене в подарок пошла… Это другое немножко, это уже была вот эта горелая птица…

Это немецкие горы с моей поездки, собственно, в Альпы… С птицей тоже ничего не фотошоплено, я просто её распечатала и подожгла. Cобственно говоря, всё, что с ней случилось. (улыбается) Потом отсканировала обратно, и уже дальше Мордор пришлёпал к ней название.

А. (смеётся): А идея сразу была поджечь? Изначально идея обложки была не чисто в картинке?

Маша: Слушай, насколько помню… Мне Ваня Токарев написал и скинул какие-то фотки из моих же, что, ему показалось, будет прикольно поджечь. Я сейчас не буду врать — не вспомню уже, но, по-моему, изначально шла речь о том, чтобы даже не именно поджечь. Я, было дело, увлекалась порчей фотографий. Знаешь, вот это — абразивом залить каким-нибудь, всё такое… И с таким подходом он написал — чтобы мы её попортили. Он не уточнял, поджигать или нет. Но, в конечном итоге, я её просто подожгла, и вышло, в принципе, нормально. То есть, достаточно, больше не надо. И, в общем, было у них какое-то издание, где уже другой дизайнер что-то сделал, сделал всё это розовым. Это уже не моя работа, моя работа там только фотография. Вот та, первая, о которой я говорила — она и в инстаграме у меня есть. Вообще весь диск из моих фотографий, там буклетик ещё внутри… И всё это по тематике посвящено, собственно, названию группы. Околовоенная тематика.

А.: Давай поговорим про наших общих знакомых — ohm collective. С кого всё началось и когда? Мы, конечно, уже делали с ними интервью ранее, где история появления изложена. (смеётся) Но сейчас меня интересует твой частный случай: если брать всю эту тусовку, кто был первым, с кем ты познакомилась, после чего вы все вместе стали что-то делать?

Маша (улыбается): Ой… Когда… Нашла что спросить.

(А. смеётся)

Маша: Ну как сказать. Я познакомилась с этими людьми лет за 8-9 до «ohm collective»... В 2014 году мы уже с Ваней работали над обложкой. До «Дома» ещё как до Пекина раком — вообще до понятия «дohm», вот это всё… И сначала я познакомилась, получается, с Ваней и Денисом - ну, «Ипр». Дальше там уже потихонечку со всеми… Только потом появился «дohm», где, на самом деле, большую часть резидентов на тот момент я уже знала — просто они соединились в 1 реп. точку… Ну и началось вот такое житьё-бытьё у них. И уже после этого времени где-то там зародилась идея «ohm collective». (смеётся) Что они будут что-то делать вместе. И будет это букинг — то есть, это будет таким образом работать. Самому «ohm»у как понятию, на самом деле, немного времени. Мне кажется, года 3. В принципе, и всё, я всё это знаю гораздо дольше, чем «ohm». (улыбается)

А.: У тебя уже накопилось немало обложек, что ты делала. Хочется спросить вот что: в большинстве случаев как вообще происходит — кто-то обращается и просит поработать с тем, что у тебя уже сфоткано когда-то? Или изначально заказывает что-то конкретное сделать? Или, допустим, кидают музыку и — на твоё полное усмотрение? Помню, например, у тебя где-то фигурировало, что для би-сайдов «Zemlya» Гена тебя попросил по дружбе сделать обложку, и… По-моему, 100%но доверился.

Маша: Да, он просто сказал: «Делай как знаешь, я верю, что ты справишься». Ну да, я где-то упоминала, что это был приятный подход, что, как бы… Не висел над душой, знаешь… (улыбается)

(А. смеётся)

Маша: Как-то да, он просто взял да доверился. Ну и сделали, и… Вроде, всем понравилось. То есть, по некоторым отзывам — по крайней мере, что я помню — считают, что на данный момент это какая-то моя лучшая работа… Я сама судить не берусь, честно говоря — не очень в этом понимаю. В суждении именно. (улыбается) Что лучше, что не лучше, но… Вот так вот.

А.: На мой взгляд, она действительно крутая.

Маша: Ну, я помню, что мы много времени на неё потратили, на самом-то деле…

А.: Давай про это подробнее поговорим. Расскажи, как она создавалась, из чего.

Маша: Ну, вообще это всё происходило на кухне… Старого теперь уже «дohm»а. Мы с Ваней заперлись на кухне.

А.: Зализко?

Маша: Да, заперлись на кухне в темноте. И на выдержку фотографировали, собственно говоря, это всё дело. Какой-то букет, в который мы засунули браслетики — знаешь, эти неоновые бывают.

А. (улыбается): Ага.

Маша: Один! По-моему, один. И, кажется, чем-то подсветили... Возможно, это даже свет от самих браслетиков, потому что они светят этим…

А.: Да-да-да! Я помню, если их поломать, они начинают светиться.

Маша: Вот, кажется, это оно и было. И мы там часа 3, короче, просидели на этой кухне… В темноте, притом что к нам постоянно кто-то заходил. Камера стояла на диване, а эта штука стояла на столе — вся эта композиция… И кто-нибудь заходит: «Пацаны, чё делаете?» (улыбается).

(А. смеётся)

Маша (улыбается): И давай трясти, короче, этот диван, где стоит фотик. Мы такие: «Ну чувак! Ну чё ты вот… Выйди!»

(А. смеётся)

Маша: Потом кто-то пришёл полежал там с нами на полу — в общем, как-то так было… И в темноте в полной, разумеется, всё это время… Несколько часов у нас на это ушло. И мы с Ваней там смотрели, что вообще будет, что выйдет. (смеётся) Вот как-то так мы её и сфоткали, дальше — это уже печать и… По-моему, я её просто отсканировала после этого обратно. Напечатала, отсканировала, и у неё уже сразу объём появился такой, ну… Как у любой отсканированной фотографии есть какая-то душа, что ли… Поэтому при возможности, всё-таки, если что-то такое делаю, я стараюсь это сканировать потом. Это будет немножко другая история уже, не такая плоская, как если просто фотку сделать… Эти 2 фотки у меня до сих пор есть на компе, и между ними огромная разница. Та, что обработанная, которая отправилась в печать, и та, что уже отсканированная — ну, как небо и земля, честно говоря.

А.: Круто. А если вернуться к изначальному вопросу: как, в большинстве случаев, у тебя заказывают обложки?

Маша: Слушай, нету какого-то правила, не знаю… Иногда пишут, по поводу какой-то конкретной фотки спрашивают: «Можно ли её, можно что-то с ней мы сделаем?». Наверное, это самый частый случай. Сейчас, по большей части, меня уже спрашивают, что можно — не лазия по моим работам, короче.

А.: Помнится мне, есть группа из Америки под названием «Holy Fawn», обложка альбома которых «Death Spells» — твоих рук дело. Мне кажется, где-то здесь кроется интересная история.

Маша: «Holy Fawn» у меня, кстати, в инстаграме нашла фотку эту… Просто в ЖОПЕ причём инстаграма, я сама туда не мотаю, блин.

(А. смеётся)

Маша: ОЧЕНЬ давно. Фотка с пьянки.

А. (смеётся): Так. Интересно.

Маша: Просто... Пьянка была вне кадра, как бы. (улыбается) И там, типа, на речке пенка забурлила...

(А. ржёт)

Маша: И… Всё. (улыбается) Я это сфоткала, выложила в инстаграм. Прошло несколько лет, пишет мне вокалист «Holy Fawn». А у них тогда не было, кстати, ипихи, я неизвестно кому отдавала, просто решила: «Да блин… Ну господи, это фотка с пьянки. А это — американцы. По крайней мере, просто интересно будет отдать им фотографию с пьянки с русской речки, чтоб они там её разруливали».

(А. смеётся)

Маша: Мы с ним и по почте переписывались, всё такое. Он рассказывал, что для них такие пейзажи — это что-то прям из ряда вон выходящее, потому что они живут в пустыне в какой-то, там перекати-поле кругом и везде. И такой типичный, казалось бы, для нас пейзаж — у нас таких пейзажов… ЖОПОЙ жри, на самом-то деле.

(А. смеётся)

Маша: Речка да кусты — по сути-то дела, как бы… Но для них это было что-то особенное — вот такой взгляд со стороны. Я тогда даже задумалась немного, насколько иногда привычные вещи для нас могут быть чем-то вообще суперособенным для других. Но я тогда ещё не знала, что в Америке нет центрального отопления, например, и всё такое…

(смеёмся)

Маша (смеётся): Многие вещи, которые есть у нас, для них в новинку. Вот. В общем, была некоторая переписка, именно по ящику почтовому, где он делился впечатлениями и сказал мне, что эта фотография отражает полностью всё, что они хотят сказать этим альбомом… Которого нет. Ну, то есть, он мне его не прислал, потому что его на тот момент не было в записи. И я решила: «Ну ладно, нормально стелет парень. Можно, в принципе, подарить им эту фотографию» (улыбается). Тем более, что это просто фотография — ну действительно, в неё не было вложено вообще ничего, просто камера повернулась в тот момент. А потом уже, через какое-то время — полгода, наверное, прошло — он мне отписал, что у них всё готово, и он готов мне отправлять. Потом ещё сколько-то времени это мне всё дело шло, и только летом, наверное… Какого же года-то…

А.: 2019.

Маша: Ну скорей всего, 2019, да — уже после релиза, мне это всё дело пришло…

А.: С винилом, я помню…

Маша: С винилом, да, и внутри был вкладыш на прослушивание электронное.

Не на покупку, по-моему, а на шанс полностью нормально послушать всё. И вот тогда я, честно говоря, послушала и охуела. Мне, наверное, прям действительно гордо стало, потому что это… (смеётся) Это ВЫШЕ было того, чего я ждала, ждала я ВСЯКОГО, честно говоря.

(А. смеётся)

Маша: Мне просто было интересно посотрудничать с чуваками, которые даже по-русски не разговаривают. То есть, языковой барьер, все дела. А оказалось, что альбом действительно хороший — то есть, прям ХОРОШИЙ, то есть, мне действительно понравилось. А я уже, кажется, дала сегодня понять: чтобы мне понравился альбом — ну, это должно нормальное количество звёзд на небе сойтись. И мне так за себя ГОРДО стало прям… Настолько, что: «Ну наконец-то!»

А. (смеётся): Стрельнуло?

Маша (смеётся): Стрельнуло, да!

А. (улыбается): Причём, опять же, неожиданно.

Маша: Ну, как-то да… Никаких денег с этого я не заработала — на тот момент. После них просто парочка музыкантов ещё ко мне обратилась из Америки, которые — да, мне уже заплатили, в среднем, по 120 евро за фотки. Ну, и те, и другие. А первые, «Holy Fawn», мне ничего не заплатили, просто в дар я им фотку отдала эту… Но они зато мне сыграли на этом, как его… (улыбается)

А.: На самолюбии?

Маша: Ну, да, да — то есть, очень много добрых слов. Это, кстати, тоже очень не по-русски, но это действительно ОЧЕНЬ много, не раз…

Много приятных добрых слов, которые через переводчика, неважно — даже без переводчика, в принципе, понятно, что имелось в виду… У нас, по-моему, так не принято общаться. Я не жалуюсь на то, как, там, местные пацаны реагируют и говорят «спасибо» — нет, вообще не об этом. Просто я так поняла, что у американцев культура по-другому устроена… (смеётся) И они прям пока не заебут, короче, тебя добрыми словами, они НЕ ОТСТАНУТ!

А. (смеётся): Чтобы ты уже ПОНЯЛ, да, наконец-то?

Маша: Чтобы ты уже, да, всё понял, и у тебя даже СОМНЕНИЯ не оставалось в том, как ты им помог… И как ты качественно это сделал вообще - как хорошо, что мы все тут собрались…

(А. смеётся)

Маша: У нас вообще язык по-другому выстроен, по-моему… Все эти общения, манеры…

А. (улыбается): Абсолютно… Винил, кстати, потрясающе красив. И вообще с оформлением твоим смотрится просто бомбезно.

Маша: На удивление — да, прикольно получилось, атмосферно. То есть, я даже не ожидала — просто какая-то там фотка с пьянки… Ведь это группа, у которой, оказывается, что-то есть, какое-то ИМЯ, это только я решила про них, что это какие-то лошпеды американские мне написали…

(А. смеётся)

Маша: Молодые. Которым интересно дёрнуть облогу вообще с другого конца света… Ну, я могу понять это желание — это ж вообще другой мир для тебя, и, наверное, вот это круто… Но оказалось, что никакие они не лошпеды, и вообще всё нормально, и всё у них на мази… Вокалист мне, кстати, Гену напоминает — что-то есть, мне кажется, у них общее… (улыбается)

(А. смеётся)

Маша: Короче, прикольный опыт, реально. Он меня в какое-то время дёрнул даже вот этим, что НАДО этим заниматься, надо двигаться в этом направлении и всё такое. (на данный момент у Маши есть аккаунт в инстаграме для продажи текстур — прим. Neo Acropolis)

А вопрос-то был в том, что… Как оно бывает? Да по-всякому бывает — вот так я тебе кратко отвечу.

(А. смеётся)

Маша: Честно говоря, нету какой-то у меня статистики, что чаще поступают так или иначе. Бывают те, кто доверяет, бывают те, кто приходит с чётким райдером — вот в случае с группой Kursha были вполне себе чёткие тз, и мы работали с ними тогда… Фактически в режиме онлайн.

А.: В условиях пандемии как раз уже? Я помню, что релиз 100% был в пандемию, но, возможно, вы заранее сделали обложку.

Маша: Сделали мы чуть-чуть заранее, да. Я вот и помню, что, вроде бы, не совсем там пандемия вовсю была…

А.: Но релиз апрельский точно.

Маша: А, значит, да — мы полюбас это делали где-то в феврале/марте, не позже. Потому что не было ещё пандемии… Говно уже крутилось на тему коронавируса, а конкретных локдаунов не было — хотя бы потому, что Тошный ко мне приехал, для начала.

(А. смеётся)

Маша: С Лизой вместе смогли они выбраться… Вот, и там мы довольно чётко — то есть, мы фотографируем, фотографируем экран моего фотоаппарата, отправляем Диме, чтобы он посмотрел, как там - вправо/влево… То есть, бывает и прям чётенько по тз, ни шагу в сторону. И, в общем-то, всю дорогу это под аккомпанемент Димы… Я считаю, что делить подобный подход надо именно исходя из характера человека, который с тобой работает. Которому от тебя нужно результат получить. Есть такие люди, как Гена, допустим — готовы взять да довериться, и не париться вообще по этому поводу… А есть как Дима, или ещё несколько примеров людей, которым, всё же, ВАЖНО следить за процессом… Дело не в недоверии, а просто они хотят быть уверены в том, что получат именно то, что они там у себя в голове представляют примерно. Вот.

А.: Интересно, а тебе кто-нибудь демки присылает? Спрашивает твоего мнения?

Маша: Эм… Да!

(А. смеётся)

Маша (смеётся): Но обычно это какие-то, знаешь… Непонятные челы из ниоткуда, которых я не знаю. Никто не знает, на самом деле. Ну, по крайней мере, если… (смеётся) Если посмотреть, там, по общим друзьям - их чаще всего или нет, или это какие-то странные челы, которые непонятно, что у МЕНЯ даже делают в друзьях. Я, типа, хуй знает, кто это…

(А. смеётся)

Маша: Присылают демки какие-то настолько начинающие, короче, что даже я не знаю. Они просто, видимо, не понимают, кому шлют. У меня, на самом деле, какое-то время было написано «играю lo-fi» в профиле ВК, и многие это понимали...

А. (улыбается): Буквально.

Маша: Буквально, да, что… Я ИГРАЮ.

(А. смеётся)

Маша: Приходилось не раз пояснять этот момент. Но тогда — да, мне действительно что-то присылали, и… И никого, знаешь, не волновало, что у меня нету вот этой моей игры на странице, которая, как бы, имелась в виду. То есть, они почитали, что я играла lo-fi, и решили, что нужно мне демку прислать, хотя… (улыбается) Блин, да в смысле.

(смеёмся)

Маша (улыбается): А у меня игра слов просто была, как будто бы я играючи всё это там фоткаю. Так и было, это очень легко тогда делалось. Это сейчас я вечно запаренная какая-то, а тогда — щёлк! О, готово! (улыбается) ШЕДЕВР чёрно-белой фотографии!

(А. смеётся)

Маша: Тогда я и решила: «Я так легко всё фоткаю, напишу, что я играю lo-fi». Знаешь, там, не фотографирую, не стараюсь - ИГРАЮ.

(А. смеётся)

Маша: Ну и ясен хер, начались проблемы с пониманием с народом. И — да, тогда были какие-то демки. Ещё из-за того, на самом деле, что у меня был период в жизни, когда админила паблик Sludge Dude. И какие-то суперлевые чуваки супер непонятно откуда тоже мне какие-то демки присылали, чтоб я послушала, что-нибудь там сказала... А ещё, если очень клёво и мне понравилось, чтоб я это выложила в общий доступ у себя — у меня тогда с другом был музыкальный паблик на двоих, и мы музло постили. Плюс был «Sludge Dude», где я как админ выступала и тоже постила какое-то музло. (улыбается) Короче, именно из-за двух этих факторов — потому что я «играю lo-fi» и я админ «Sludge Dude» — да, мне прилетали какие-то, блин, непонятные песни из ниоткуда… Чтоб я их послушала и начала продвижение по этому поводу.

(смеёмся)

Маша: Так что бывало, бывало, не раз, на самом деле.

А. (улыбается): А припоминается какая-нибудь забавная история на эту тему?

Маша: Слушай… Нет, ничего забавного — ну, кроме того факта, что ничего клёвого мне так и не прислали, как бы…

(смеёмся)

Маша (улыбается): Просто говна покидали в личку какого-то — ну, не в обиду всем тем людям. Я, на самом деле, не помню, кто это был. Если они себя узнают, отстойно получится, как-то неудобно — но, блять, как есть. По крайней мере, это было давно, и надеюсь, все они выросли уже и делают хорошую музыку.

А.: Хочу спросить про самый странный формат фото, который у тебя заказывали для съёмок. Было что-нибудь такое, припоминается?

Маша: Повспоминать надо… (после некоторого раздумия) Ну, однажды — очень давно, когда я только начинала, наверное — была одна из первых моих платных съёмок. Мне нужно было сфоткать женщину лет 60. Для сайта знакомств… Причём так, чтобы не было видно её лица…

(смеёмся)

Маша (смеётся): Я, на самом деле, от такой задачи и сейчас подзависла — ну как бы…

(А. смеётся)

Маша: Я даже не помню, как тогда из положения вышла. Мы на неё шляпу какую-то нацепили и, типа, фоткали её силуэт… (улыбается) И получилось, знаешь, как вывеска деревенского кафе «Незнакомка»…

(А. смеётся)

Маша: Наверное, одно из такого, да… Мне кажется, меня никогда не просили что-то такое, знаешь, чтобы пиздец. Понятное дело, писали какие-то странные мужики, типа: «Ммм… А ты снимаешь мужское ню? Ммм?»

(А. ржёт)

Маша (улыбается): «Я можно со своим стволом пофоткаюсь?». Я думаю, что это не заказ на съёмку был, честно говоря, а какая-то, бля, странная хуйня. Возможно, с продолжением.

А. (улыбается): Много ходов очка?

Маша: Да, типа того. Ну, порево предлагали снимать. Я отказалась. Моё чувство прекрасного, знаешь... Можно не думать обо мне такого, но оно ВЫШЕ, всё-таки… (улыбается) Можно не сразу догадаться, что снимать порево для меня — это зашквар какой-то. Так оно и есть, на самом деле — я даже ню не снимаю. Для меня ню — это такой лёгкий способ, знаешь, добиться популярности. В принципе, если я сейчас начну снимать сиськи... Я уверена, у меня число подписчиков просто как на дрожжах начнёт расти.

А.: Да-да-да, я самые разные профили в инсте видела, и это вызывает просто огромный интерес.

Маша: Хотя казалось бы, да?

А.: Ага.

Маша: Уже всё фоткано-перефоткано, уже дети знают, как везде всё устроено, там, у женщин. (смеётся) Всё равно… Сиськами можно нарастить себе подписчиков — как ты ни крути. Но это не моё немножко. Меня больше психология в фотографии притягивает.

А отвечая на твой вопрос — вот слушай… Наверное, не было ничего такого прям супер-странного, супер-комичного, кроме этой несчастной бабки…

(смеёмся)

Маша (смеётся): Из чего я, реально, подвисла… Хотя, наверное, я просто не помню. У меня эмоции вспоминаются — типа «Чёёё?» (улыбается).

(А. смеётся)

Маша (смеётся): А почему — я не могу вспомнить, почему у меня были такие эмоции, что за хуйню мне предложили… (улыбается)

А.: На данный момент у тебя скопилась основательная коллекция потрясающих снимков с разными людьми. Если представить это как коллекцию людей — бывало ли у тебя такое, что ты видела какого-то человека и хотела пополнить свою коллекцию снимками с ним? Даже если бы он не заплатил.

Маша (после некоторого раздумия): Ну… Не в такой сильной тяге, как ты говоришь об этом — то есть, прям ХОТЕЛА бы, но... На самом деле, так тфп примерно устроен. То есть, я вижу симпатичный для себя типаж и могу, допустим, предложить пофотографироваться.

А.: Вне зависимости от пола, абсолютно?

Маша: Скорее, всё-таки, больше девочки — потому что мне с ними работать проще. С ними работают дольше и больше. Хотя я на следующей неделе себе запланировала съёмку с парнем. Для того, чтобы тренировать это всё дело. Потому что забывается потихонечку, как с ними работать, и всё такое. Если постоянно это не делать, немножечко приходишь в прострацию. А в остальном… Ну да, наверное, так тфп работает. Раньше, может быть, было что-то в стиле: «Боже, я так хочу её пофооткать, бооже! Она, наверное, не согласится!». А сейчас мне, как бы, всё равно…

И я просто спрашиваю. Ну, и по ответу я вижу результат — на самом деле, говорят «нет»... Почти никогда. Но «да» мне отвечают по-разному, и… На некоторое «да» я не согласна.

(А. смеётся)

Маша: То есть, по вовлечённости сужу, по тому, как идёт разговор. И иногда в середине разговора я понимаю, что нет, мы так не поработаем. Ну, я это не озвучила, я просто чувствую, что немножко не то. И будет как-то… (улыбается) Сложно с этим всем совладать. С тем, что я там почувствовала и прочитала… Это, на самом деле, стандартная фотографская рутина — найти кого-то симпатичного для себя, предложить ему пофоткаться и, в теории, пофоткать его после этого, не взяв с него денег. Пополнение портфолио так работает и какие-то идеи определённые. Я не очень глубоко в мире этого тфп, я просто проверяю свои какие-то фишки на людях и что-то новое пробую — всё.

У меня нет каких-то богатых планов, знаешь, с 5 визажистами… С декораторами. И чтоб мы все, 40 человек, работали — мне это вообще не интересно. Мне чем меньше людей, тем лучше. Я до сих пор пытаюсь приучиться хотя бы звать людей в ассистенты, потому что это ОЧЕНЬ разгружает — ну, я думаю, ты сегодня заметила, что мне НЕ ХВАТАЛО там парочки рук. Да, хотя бы одного человека ещё… Элементарно подержать фонарик. Потому что я, блин… Я одна. (смеётся) И руки у меня всего 2, как бы!

А.: Ещё и температура окружающей среды в холодное время года играет свою роль…

Маша: Ну типа того — у меня всего 2 руки, и я чувствую надобность в ТРЕТЬЕЙ иногда. Взять ситуацию, где я держу фонарь, я держу фотоаппарат, и мне надо тыкнуть в фокус.

А.: Ещё сделать так, чтобы, блять, ветер дул в определённую сторону! (смеётся)

Маша: Или мне надо вот эту штуку поднять, да! (имеется в виду “дождик”, который Маша повесила в тот день на дерево - прим. Neo Acropolis) То есть, буквально мне рук не хватает… И к этому мне сложно привыкнуть, хотя у меня есть, там, парочка людей — помимо Вани Зализко, которому спасибо большое. Когда я его прошу, он по максимуму мне помогает… Есть парочка людей, которые, в принципе, в состоянии помогать — но мне до них не добраться. Просто потому что у меня всегда… Упорный расчёт только на свои силы. Не дёргать никого, не напрягать, знаешь — самой справиться. Из-за этого напрямую, кстати, и страдает частенько качество моих фотографий… Я делаю исходя из того, что у меня есть — хотя могло бы быть больше, если б я просто попросила… Но где-то здесь проблемы, короче… (смеётся)

А.: Так… Сейчас, может, будет очень внезапный вопрос. За что бы ты никогда не простила человека?

Маша (после некоторого раздумия): Хм!.. Я даже не знаю, на самом деле, я в своей жизни за всё уже успела попрощать — по большому счёту. Из стандартных ситуаций, понятное дело. Убивцев всяких я, наверное, не прощала бы… Пожалуй, не простила бы за какое-то патологическое использование — по крайней мере, у меня в жизни есть такие истории, где я не то чтобы в обиде… Я просто перестала общаться. Где патологически происходит одна и та же хуйня, которая меня раздражает, и которую не воспринимаю всерьёз. Просто одно и то же происходит каждый раз, из раза в раз, где меня это расстраивает, а конкретный индивид это видит… Отмахивается и продолжает в том же духе. Не хочу я прощать систематические топтания по моим чувствам. А чтоб прям кого-то, там, за такое нахуй послать — ну нет. Я иногда бешусь — и всё. То есть, я побесилась, через полчаса успокоилась — и дальше живём.

А. (смеётся): Окей. Давай, наверное, последний вопрос.

Маша: Ну давай.

А.: Как думаешь, в чём смысл?

Маша (после некоторого раздумия): Да… Ни в чём. Нет, ну серьёзно — смысла нет. Ну, только какой-то там ситуативный. Я никогда не думаю, что в жизни есть смысл, например, или… Я не очень понимаю науку философию, что это такое… Не камень в огород Саши Львова, как бы - но тем не менее! (смеётся) Не очень понимаю, чему он студентов учит…

(А. ржёт)

Маша (улыбается): Я, на самом деле, нуб вообще в этом всём… Я не читаю этих книжек. Но, опять же, по определённой причине мне никогда не было понятно, как она выставлена, вся эта философия… В СМИ, там, или где угодно, в кино — ты думаешь: «Господи, да это какое-то мазанье соплей по тарелке круглосуточное»...

(А. смеётся)

Маша (улыбается): «Ты думаешь над вопросами, которые вообще не стоят того, чтоб над ними думать». И вот вопрос про смысл — он для меня где-то там же… Смысла НЕТ, смысл тот, который сам себе придумаешь. Я не вижу смысла ни в чём, по сути своей… Глобального. И так всегда было, честно говоря, поэтому я не философ нифига вообще — то есть, я не могу найти того, чего нет. (смеётся) Как-то так. Смысла нет.

Все использованные фотоматериалы в этом интервью, кроме последнего, носят авторство Маши.