Валентина Уцеховская. Омут

Пролог

Весна в том году выдалась холодная, а за ней последовало сырое, промозглое лето. Урожай погиб на корню. Сено превратилось в дурно пахнувшую кашу. Скот полег, едва дотянув до стуженя. К цветеню голод скосил и людей.

– Боги отвернулись от нас, прогневали мы их, – начал совет один из старцев.

– Где оступились, где дали затуманиться разуму? – вопрошал второй.

– Что гадать-судить? – нахмурив седые брови, молвил третий. – Аль запамятовали? Марфа по лесам бродила, опосля в присутственную избу явилась, осквернила свято место предсказаниями гадкими.

– Верно, беда через Марфу пришла. Дело худое пропустили мы, без кары оставили, а оно правежа требует. Принесем жертву, задобрим богов.

– Не дело это падшую душу богам в дар приносить, огонь священный позорить! Ведьме – мрак и темень. В омут ее!

– Так тому и быть, – заключил старейшина.

– Не правое дело задумали, неразумное, – покачал головой молчавший доселе мудрец, и погладил ладонью длинную белую бороду. – Скверна беды не исправит, лишь новую навлечет, ибо что посеешь, то и пожнешь. Души наши праведные зло очернит. Всем нам тогда место в омуте.

Но не поддержал совет. Ушел мудрец из деревни, не желая душу местью губить, только след простыл.

Собрались у лесного озера. На веревке притащили Марфу-травницу. С отчаянием и мольбой взирала она на люд деревенский, но крепки были путы, что стянули запястья тонкие.

Двое богатырей с удалью молодецкою подхватили тело девичье невесомое, бросили в воды омута. Закрутила вода, поглотила, словно зверь ненасытный. Замер протяжный крик и сомкнулась страшная бездна.

А в полночь встало из омута войско черное, понеслось к деревне. Горяча была битва, да могуче во стократ оказалась сила неведомая.

1.

Янза презрительно сплюнула сквозь зубы. Все бесило: и костер, и ребята, сидевшие тесно на бревнах, и то, как внимательно, с неподдельным интересом, слушали они страшные сказки.

Янза расположилась отдельно. Она никого не хотела подпускать к себе. Дикарка, грубо и резко отсекающая все попытки сближения, четко знала, что людям доверять нельзя. Лучше всегда быть одной, рассчитывать только на себя, а душу свою закрыть на сотню замков. Жизнь бывает чудовищнее самых страшных сказок.

И она когда-то была наивной и глупой. В те времена мир казался разноцветным и радостным. Милая добрая девочка Яна любила маму и отчима. Тогда тепло жило в сердце и распространялось на всех окружающих. А потом счастливый мир рухнул в один миг под суетливо дрожащими пальцами отчима, хватающими ее тело, рвущими пуговицы на одежде, и хлесткими пощечинами матери, когда Яна пожаловалась ей.

Яна сбежала из дома, жила в подвалах с такими же беспризорниками, как и она сама. Зло и обида душили, выливаясь в уличных драках звериной ненавистью. Вот тогда, запальчиво обсуждая побоища, вспоминая перекошенное злобой лицо Яны, друзья впервые назвали ее Янзой. А в скором времени эти же приятели, ехидно, подленько посмеиваясь, потребовали расплатиться за представленное убежище. Пришлось делать ноги из ставшего привычным и родным подвала, спасаться от долгов.

Янза бродяжничала, приходилось и воровать. Однажды была поймана за руку и очутилась в полиции. Грозила колония, но её пожалели, проявили сострадание, отправили в исправительный лагерь. Назначили испытательный срок три месяца.

Но разве вылечишь за это время раненую душу, прогонишь из нее мрак и холод? Можно ли вообще вернуть радость жизни? Наверное, можно. Вот ребята вместе, близкие, дружные, а ведь и они из категории трудных. Но нет. Янзе уже не помочь. Это, как говорят взрослые, тяжелый случай. Света нет в жизни, она это давно поняла. Лучше сразу в омут головой.

Янза стояла на большом камне, который врос в илистую землю черного лесного озера. Тьма вокруг не пугала. Мрак был привычен, как свой собственный внутренний мир. Девушка выкурила последнюю сигарету, и решительно бросилась в омут. Закружило в водовороте, затянуло под толщу воды. Резкий, острый, как лезвие ножа страх – и все кончено.

2.

Так ей показалось в ту минуту. Но потом Янза пришла в себя, ощутила холод и боль во всем теле. Поняла, что лежит на чем-то твердом, открыла глаза. Было темно, только слабый свет лучины освещал женщину в ветхой холщовой рубахе до пят. У женщины были черные спутанные волосы и пристальные глаза.

Янза приподнялась со скамьи, на которой лежала.

– Я умерла?

– Пока нет, – ответила женщина.

– Ты Марфа, та самая ведьма? – поняла Янза.

– Да, меня считали ведьмой. Наблюдая за природой, я поняла – нас ждет тяжелый неурожайный год. Рассказала старейшинам, но меня не захотели слушать. Они посчитали верным полагаться на милость богов, а не на мои предсказания. Позже, когда стало совсем плохо, озлобились, объявили ведьмой и утопили в омуте.

– Но ты не погибла?

– Я стала проводником между мирами. Здесь, как и там, на земле, я помогаю людям.

– Как?

– Даю возможность вернуть утраченный свет души.

Янза нахмурилась.

– Это невозможно.

– Все возможно пока человек жив, было бы желание. Ты должна сама избавиться от ненависти и злобы в душе, вновь научиться верить людям.

– И что для этого надо?

–Ты отправишься в мир, где будешь вместе с другими изо дня в день защищать Огонь Жизни, что горит в Белой башне.

– От кого защищать?

– От Черных воинов.

– Как долго это будет продолжаться?

– Это зависит только от тебя.

– Я ничего не понимаю, – резко ответила Янза. – Зачем мне это нужно?

– Раз ты здесь, значит не всё кончено. Тебе дан шанс вернуться, но другим человеком. Для этого надо пройти испытание. Возьми!

В руках Марфы оказались меч и щит. Янза приняла оружие, оно оказалось очень тяжелым. Руки тянуло к земле.

– Я не смогу.

–Ты все сможешь, когда придет время. А нет, значит уйдешь насовсем.

3.

Это был сумрачный неприветливый мир. Здесь никогда не было солнца. Серый день сменялся черной ночью. Лагерь расположился на поляне вблизи омута. За поляной начинался лес. На западе, за полосой низких кустарников, тянулась гряда холмов с пожухлой бурой травой. На дальнем самом высоком холме, словно свеча рвалась ввысь Белая башня. В окне башни, расположенном под самой крышей, и днем, и ночью горел огонь. Это и был Огонь Жизни, который они охраняли.

Люди здесь были разные, но все одинаково хмурые, молчаливые. Никто не пытался завязывать знакомства, не рассказывал о своей прошлой жизни. Их связывало только общее дело. Но в такой обстановке оно казалось безнадежным.

Люди не знали, как выбраться из замкнутого круга, поэтому и продолжали битву изо дня в день. Были те, кто бросал оружие, не принимая бой, пытаясь найти в этом выход, или окончательно отчаявшись. Их накрывала тьма, они исчезали в омуте. Обратно никто не вернулся. Возможно, для них Огонь Жизни погас навсегда. На месте ушедших появлялись новые люди. Их встречали без интереса, едва бросив скользящий взгляд.

Бросить оружие и не вступать в бой – подобное желание посещало и Янзу. Но в такие моменты вспоминались слова Марфы: "Все можно исправить, пока человек жив, было бы желание". Если есть возможность вернуться и жить не так как раньше – за это стоит сражаться.

Черные войны появлялись каждую ночь. И была битва, отчаянная, выматывающая. Десять Стражей Огня, столько и черных воинов. Здесь каждый был сам за себя, сражался со своим врагом, не обращая внимания на остальных. Из ночи в ночь, казалось, враг побежден, но все повторялось вновь.

После сражения бойцы валились спать, а утром каждый отдельно разводил костер, охотился в одиночестве, добывал себе пропитание, готовил еду. Здесь не было командиров, не было подчиненных. Не было ни старших, ни младших. Все сами по себе. Это продолжалось бесконечно, и казалось совершенно бессмысленным.

Янза часто задумывалась, почему опять чувствует пустоту. Ведь именно этого она и хотела, чтобы никто ее не трогал, не лез в душу. Здесь, вроде бы делая важное дело, она получила свободу от других людей сполна. Почему же в душе так уныло и серо? Еще хуже, чем в той, другой жизни.

4.

Янза не могла понять, как это получилось. Сражаясь, она оступилась, и потеряв равновесие, стала падать. Но вдруг чья-то сильная рука подхватила ее, придержала, выровняла. В следующий момент две тени черных воинов метнулись в сторону, скрылись в омуте. Битва продолжалась, кипела в самом разгаре, но для двоих Стражей Огня она закончилась.

Янза недоуменно смотрела на того, кто оказал ей помощь. Это был молодой человек. Черты лица острые, резкие. Взмокшая в пылу сражения прядь длинных темных волос пересекала лоб, как кривой уродливый шрам. Но глаза были красивые: ясные, умные, глубокие. Сейчас они таили удивление.

– Как тебя зовут? – спросила Янза.

Молодой человек опешил, все происходящие совершенно не соответствовало заведенному здесь порядку.

– Рэй, – ответил он, спустя несколько мгновений, в которые, видимо, обдумывал сложившееся положение.

– Зачем ты сделал это, Рэй? – спросила девушка хмуро.

– Ты падала в мою сторону, и могла помешать.

– Ты понял, что произошло потом?

– Мы неожиданно победили.

– Черные войны испугались.

– Кого? Тебя, или меня?

– Нас. Вдвоем мы сильнее.

Рэй задумался. На его лице были заметны сомнения. Но, преодолев внутреннюю борьбу, он предложил:

– Может, стоит попробовать воевать вместе?

– Согласна. Возможно, это и есть выход. Спасибо, Рэй! Меня зовут Янза, – девушка протянула руку.

Рэй сжал ее пальцы своей крепкой рукой, и Янза почувствовала вдруг, как давно забытое тепло, будто маленький лучик солнца пробрался ей в сердце.

– Кем ты был раньше? – спросила девушка, когда они сидели у костра.

– Я был рыцарем, – ответил Рэй неохотно.

– Что же случилось, почему ты здесь?

– Я убил человека.

– Такое случалось, я знаю. Но в чем твоя вина?

– Убил не в бою, на турнире. Это был дружеский турнир. На нем показывают мастерство, но не ранят, не убивают. У меня был сильный противник. Я не раз сталкивался с ним в схватке и всегда проигрывал. Ненавидел его до скрежета зубов. На турнире злоба обуяла меня, лишая рассудка. Я нарушил правила, обошел обманным маневром и проткнул копьем своего врага.

– И что?

– Он погиб, а меня прогнали вон, лишили рыцарского звания и всех регалий. Была опозорена честь моего рода, поэтому вернуться домой я не мог. Что мне оставалось делать? Только в омут головой. И вот, теперь я здесь.

Они помолчали. Потом Янза опять спросила:

– Ты все еще ненавидишь его?

– Когда очутился здесь, ненавидел. Считал, что по его вине оказался неведомо где. Но у меня было время серьезно подумать над этим. Я многое понял.

– Что?

– Я сам виноват, позволил ненависти и злобе сжигать мою душу, за это и поплатился.

– Когда ты это понял, то поддержал меня.

– Говорю же, это вышло случайно.

– Да, но ты не оттолкнул, не ударил, не переступил, а помог. Значит, ты все еще рыцарь и это взяло верх над другим. Теперь мы сможем победить и выбраться отсюда!

– Думаешь?

– Уверена!

5.

Их враги, два черных воина, слабели с каждой битвой. Уверенность Янзы и Рэя в своих силах росла день ото дня. Настал день, когда черные войны не появились. Не было их и на следующую ночь, и еще через одну. Другие Стражи Огня продолжали войну, а двое наблюдали со стороны.

Казалось бы – вот она победа, можно радоваться и ликовать. Но почему тогда они остаются здесь? Это было непонятно.

– Надо идти к башне, – сказал Рэй. – Там горит Огонь Жизни, он вернет нас.

Рано утром они собрались в путь. Дорога была длинной и непростой. Подымаясь на очередной холм, друзьям казалось, что вот сейчас они окажутся рядом с башней. Но она непостижимым образом отдалялась.

И вдруг, за очередным поворотом, Стражи увидели человека. Он стоял на дороге, словно поджидая их. Путники, забыв про усталость, поспешили навстречу.

Это был старец с внимательными, мудрыми глазами и длинной белой бородой.

– В башню вам рано, – сказал он, как только Рэй и Янза приблизились. – Вы на правильном пути, но он не завершен, не пройден до конца.

– Мы победили своих врагов! – хмуро заметила Янза.

– Своих – да, но человек только тогда по-настоящему человек, когда от чистого сердца помогает другим. И не только в бою. Вот, смотрите!

Старец поднял вверх указующий перст.

– Есть у меня палец. Им одним я не могу сделать ничего важного. Два пальца могут уже что-то держать. А есть пятерня: она сжимается в кулак и даёт отпор врагу, держит меч, а может и приласкать, погладить. Две руки могут выполнять любую сложную работу. На них десять пальцев и каждый из них помогает другому. Стоит один поранить, рука уже не так сильна. Но все остальные оказывают помощь одному – накладывают снадобье, перевязывают, лечат, берут на себя его работу.

– Я понял! – воскликнул Рэй. – Чем больше нас, тем мы сильней.

– Победить по-настоящему мы сможем только все вместе! – уточнила Янза.

Мудрец улыбнулся и кивнул головой.

– Вот тогда я буду рад видеть вас в башне.

6.

Начать решили с малого. На охоте удалось подстрелить кабанчика. Когда мясо было готово, Янза поднялась в полный рост и пригласила:

– Друзья! Охота сегодня была удачной для нас! Мы хотим разделить наш ужин с вами! От чистого сердца приглашаем к нашему костру!

В их сторону смотрели неодобрительно, насуплено, с недоверием. Люди были удивлены, но старались не показывать этого. Зато явно читалось ожидание подвоха, каверзы.

В тот день никто не присоединился к ним. Первая попытка потерпела неудачу. Это вызвало досаду и обиду. Но бойцы не могли не заметить, что двое освободились от своих врагов, от изматывающей битвы. Люди устали, всем хотелось закончить войну, ощутить свободу, скинуть тяжелое, как стальные латы, напряжение.

Одна из битв была особенно горячей. Стражи Огня с трудом отбивались от черных воинов, которые стали еще могущественнее. Рэй и Янза, схватив оружие, бросились в бой, на помощь товарищам. Их грубо отпихивали, толкали. Но чем больше сопротивлялись Стражи Огня единству, тем злее становился враг. И тогда битва стала общей, бойцы размахивали мечами, не разбирая в пылу сражения, где свой враг, где чужой, дрались плечо к плечу против сливающейся черной массы. Враг сдался под таким натиском, сжался, теряя мощь. Сила покидала его, будто черная вода злой омут.

И тогда с Белой башни ударил огненный луч. Он впился пронзительной стрелой в бурлящий поток черных воинов, закружил их вихрем и бросил с силой в сторону омута. Испепелил, иссушил проклятый, не оставив следа.

Настал долгожданный мир. Общими усилиями враг был побежден. Но победа, настоящая, полная, далась нескоро, добывалась она нелегко. Много сил пришлось потратить на то, чтобы объединить людей, убедить их отказаться от недоверия, скрытности, подозрительности.

Но теперь и в этом мире сияло солнце. Оно дарило тепло, растапливая остатки льда в душах людей. И костер был один на всех. Войны узнали имена друг друга, и горькую историю каждого, приведшую их в этот суровый мир. Теперь эти люди вновь научились улыбаться, смеяться, дарить радость и помогать друг другу.

7.

Дорога к Белой башне в этот раз оказалась намного короче. Мудрец встретил их на полпути.

– Я рад, что вы вместе, – мягко сказал он. – Теперь можете пройти в башню. Ваше испытание заканчивается.

Поднявшись по крутой винтовой лестнице, Стражи увидели близко Огонь Жизни. Частичка этого огня была теперь в душе каждого из них.

Огонь горел под высоким потолком в большой хрустальной чаше, и освещал ярким светом прозрачные воды колодца.

– Смотрите на водную гладь, – приказал мудрец, – и вы увидите врага, с которым сражались. Пора вам узнать его имя.

В водах колодца Стражи увидели, как десять человек с мечами в руках ведут отчаянную битву... с пустотой.

– Что это значит?! Выходит, не было никакого врага?! – воскликнул один из Стражей.

– Враг был. Самый страшный враг любого человека – он сам. Враг был внутри вас, когда вы это поняли – победили.

– Но как мы вернемся?

– Каждый из вас, когда зло полноправно захватило душу, погрузился во мрак – черные воды омута. Теперь, когда ваши души чисты, вы должны погрузиться в свет – прозрачные воды этого колодца.

– Скажите, как быть мне? – пожал плечами Рэй. – Я не могу вернуться в свое время, потому что там я отверженный, мне никто не будет рад. Я не смогу объяснить людям, что стал другим.

– Рэй! Ты вернешься к началу турнира и завершишь дружескую битву, как подобает рыцарю.

Взгляды Рэя и Янзы встретились. Долгую минуту они смотрели друг на друга.

– Мы больше не увидимся, – сказал Рэй грустно. – Я буду вспоминать тебя.

– Я тоже, – ответила Янза, подошла ближе, прикоснулась губами к щеке друга и тут же отпрянула, встала на каменный парапет колодца.

– Нет! Подожди! – остановил ее Рэй. – Так нельзя! Мы должны вместе... все вместе!

Стражи встали вкруг, взялись за руки, и дружно, все разом, сделали шаг.

Эпилог

– Смотрите! Омут исчез! Вода в озере стала прозрачной, даже камешки видны на дне! – воскликнула Яна.

Рядом с ней были ребята. Они удивлялись, разглядывая кристально чистую, прозрачную воду лесного озера.

Лишь только юноша с внимательными умными глазами ничему не удивлялся. Он пожал плечами и сказал:

– Это значит, что теперь мы все вместе, даже Яна с нами.

Ребята рассмеялась. Так весело и звонко могут смеяться только люди с открытой для мира душой.