Ирина «Искра» Курганова. Главная песня о главном и колядка для агностиков

— Ира, спасибо за служение искусству... Классик утверждал противоречиво, что оно совершенно бесполезно. Ты можешь разделить его точку зрения, хотя бы иногда?

— Классик, как гений, парадоксов друг, имел право и высказываться так ради эпатажа, и считать всерьёз. Правда, жившим в двадцатом веке и дальше, когда не только бездарные функционеры, как их любят изображать, но и лучшие умы и таланты работали, и продолжают, на пропаганду разного качества идеологий, — глупо соглашаться с его дальнейшими словами, что искусство никого ни к чему побуждать не может. Что до меня, воспринимаю это его утверждение скорее не как постулат о практической неприменимости искусства, но как мысль о том, что талантливая вещь в любом жанре в первую очередь просто красива сама по себе, а потом уже отражает и побуждает.

— Имеешь ли ты склонность к спорам с разного рода классиками?

— Имею свою независимую точку зрения на всё, и потому часто вступаю в любые споры, в том числе с классиками. По счастью, немало и тех, с кем соглашаюсь, хотя бы по отдельным вопросам.

— Существуют ли для тебя признанные авторитеты? В музыке, в жизни?

— Когда мне нужны были кумиры, с удовольствием идеализировала разный богемный околомузыкальный народ. Даже в молодости, как неглупый человек, понимала, что аванс чересчур щедр, и, дабы как можно дольше не разочаровываться в человеческих качествах небожителей, предпочитала держаться на расстоянии и по ту сторону рампы. Когда перестала нуждаться в костылях, все колоссы на глиняных ногах от искусства рухнули. Не знаю, события в мире ли тому поспособствовали или моё сорокалетие как окончательное взросление — может быть, и то, и другое. В жизни, наблюдая среди театральной публики и сотрудников образцы настоящей русской интеллигенции, примеры профессионализма, этики, доброты, благородства, хочу быть похожей там, где очевидно не дотягиваю.

— Ты теперь работаешь с лейблом. Он занимается дистрибуцией твоих альбомов. Расскажи подробности.

— В мае 2024 года я приезжала в Санкт-Петербург, где выступила на двух фестивалях. Одним из них стал «Уральский рубеж» в Питере» Гарри Ананасова в поддержку феста в Челябинской области. Гарри послушал мой сет и предложил через Анастасию Мурзич сотрудничество с музыкальным лейблом «Insane Dream Music». Мы не общались вживую, но, пользуясь случаем, передаю Гарри и техническому директору лейбла Сергею Жигала благодарность от всей души!

— 3 ноября на платформах вышел один из лучших твоих альбомов — «Зимний». Расскажи о нём. Когда записывался, с кем?

— Всё началось с того, что мне в 2016 году внезапно пришло сообщение от Константина Арбенина с предложением поучаствовать в новогоднем сборнике. Примерно такой же эффект получился бы, если бы мне вдруг написал настоящий Дед Мороз! Так воодушевилась, что текст «Полюби Новый год», который, по своей традиции, написала с конца, был выдан залпом. Песня вышла на «Акустическом Рождестве», который и сейчас считаю одним из лучших праздничных саундтреков. В следующий сборник я подалась сама, т.к. давно хотела написать о Рождестве, но не было повода. Ту «самоволку» приняли в следующее «Акустическое Рождество»-2017, за что очень признательна. Праздничные песни сформировали концепцию альбома и его название «Зимний». В онлайн-версию вошли четыре песни 2002-2004 годов написания и четыре — 2016-2018-го. Мелодия и гармония к «главной песне о главном» (как её назвал мой самый долгий аранжировщик) «Моя музыка» сочинялись в последний из возможных дней, когда уже вовсю верстался буклет.

Три аранжировки сделал Вячеслав Горлов, у которого мой голос даже без курсов по вокалу звучал достаточно убедительно, чему не могу не быть благодарной даже после расставания в 2023 году. Две вещи в акустике оформил Андрей Бессонов. Вызывающий моё восхищение Дмитрий Баулин («Полюби Новый год», «Моя музыка») и Сергей Панин («Самара, 1918») сотворили уж слишком роскошные для моего тогдашнего исполнения вещи. Шесть лет меня угнетало, что вокал в них торчит бревном в глазу, и хотелось его перезаписать, предварительно подтянув не спецэффектами, а физически. С помощью самарских школ вокала «Bel canto» и «Family Music Hall», где есть ещё и студия звукозаписи, как могла, экспресс-методом, осуществила желаемое перед выпуском на платформах.

— Какие песни из него сейчас наиболее для тебя актуальны?

— Лично для меня — те, к которым перезаписала вокал («Полюби Новый год», «Самара, 1918» и, конечно, программная «Моя музыка»). Плюс «Рождественская», этакая колядка агностиков. Песни живут жизнью не только по воле автора, но и собственной. В недавнем сообщении одного музыканта с юга по поводу этого альбома говорится, например, что «Рабкласс» и «Страна идиотов» — хиты, а им обеим больше 20 лет. Ещё совпадение: на лейбле релиз опубликован третьего ноября, как в тексте Маргариты Пушкиной к песне «День рождения», кавер на которую выходил на CD-версии «Зимнего». То есть, в случае с моими песнями и даже, как ни странно, каверами, актуальность может вдруг подняться в любой момент, как для меня, так и для других людей.

— На обложке золотая осень и ты яркая, весёлая. Почему именно такая картинка?

— Фотосессию мы с институтской приятельницей Ольгой Ройтман (сейчас Оверьяновой) в октябре 2018-го подгадывали под погоду, и я не планировала её куда-то выпускать, кроме авы да иллюстраций к постам в сообществе ВК. Когда задумывала оформление, в буклете обыгрывалось название альбома: Зимний дворец (фото петербургского поэта Анны Островской), «зимний» салат (который любезно приготовила и сфоткала моя родственница Александра Медведева)... На обложку хотелось поставить какую-нибудь иллюстрацию несвоевременности, вроде зимы в оранжерее (позже аналогичная идея будет реализована на обложке сингла «Как твоё лето?» 2024 года). Но, поскольку тогда начала работать в театре оперы и балета, ни времени, ни сил организовывать и воплощать ещё одну фотосессию не оставалось. Надо было выбирать из того, что уже отснято. Внезапно задачка сошлась с ответом. Что может быть несвоевременнее, чем осенняя фотография в альбоме «Зимний»?

— Дух противоречия — это о тебе?

— Да, но здесь романтический образ, а обо мне больше подходит материалистическая диалектика: «единство и борьба противоположностей» в одном флаконе. С одной стороны, цельная личность, достаточно бескомпромиссная, не поддающаяся дрессировке и заметно меняющаяся только за долгие отрезки времени. С другой, внутри куча субличностей, между которыми доходит часто до драки. Зато не скучно!

— Есть ли смысл плыть против течения?

— Есть, если имеются силы плыть вдвое быстрее, иначе застынешь на месте или будешь медленно, но пятиться, активно колотя лапками и отдуваясь от напряжения.

— Что ценнее для творчества — покой или беспокойство?

— Мне кажется, неврастеникам (меланхоликам и холерикам) ценнее покой и уверенность, непрошибаемым (флегматикам и сангвиникам) — беспокойство и сомнения.

— Детские идеалы остались таковыми во взрослости?

— Я нарушила все детские принципы, кроме наркотиков, планка задрана до стратосферы. Но идеалы, как ни странно, остались неизменными. Может, они на то и идеалы, чтобы быть горизонтом — недостижимым, но тем, к чему надо стремиться.

— Мечта — это руководство к действию или бегство от действительности?

— Считаю, что бегство от реальности — это фантазии, иллюзии и зависимости, а мечта — именно руководство к действию

— Что тебя поднимает над землёй, над самой собой?

— Над землёй меня поднимает ощущение любви, счастья, вдохновения. А над самой собой… любой выход из зоны комфорта, которая у меня экстремально узка. Сделать всё, что запланировано на день, — уже подвиг раздолбая. Реализовать хотя бы один альбом есть совершить невозможное для такой, как я, а уж если их четыре…

Анастасия Мурзич