Стас Барабанов. Равновесие

Анастасия Мурзич вступила в диалог со Стасом Барабановым по мотивам его сборника стихов «Равновесие»

РАВНОВЕСИЕ

Восходит солнце. Приходит новый день.

Сквозь облака пробился первый луч.

Мелькает в окнах, прогоняя ночи тень,

И я стою средь света, средь проснувшегося лета,

Избавившись от мыслей и от мрачных серых туч.

Гудит как улей город на заре,

Вопят машины, волки воют во дворе.

Чем завершится всё к закату дня,

Как будто не зависит от меня.

Теченье жизни. Мимо нас проносится река.

Мы и плывем по ней и словно смотрим свысока

Со стороны на мельтешение людей,

Мы с интересом наблюдаем за судьбой своей.

Густой туман спустился над рекой,

И свет луны мелькает под водой.

Меж серых стен темнеющих домов

Изгибы нам видны причудливых мостов.

Уже давно погасла здесь заря,

Но все же есть на небе проблеск дня

Меж серых туч, и думается мне,

Что этот день мы прожили не зря.

— Чтобы выйти из мрака, надо перестать мыслить?

— Не обязательно. Можно просто включить свет или дождаться наступления дня. Просто иногда возникает необходимость отключить на время мыслительный процесс и попытаться расслабиться и успокоиться (например, смотреть на деревья, реки, озёра и небо), чтобы набраться сил для дальнейших размышлений, в том числе и мрачных.

ПУТЬ

К горячему солнцу сквозь холод камней

Поднялись наверх и увидели свет.

Внизу наблюдаем движенье теней,

А здесь столкновенья весёлых планет.

Прозрачные листья замёрзли в земле,

И скоро укроет их снегом зима.

Но есть ещё время, я должен успеть

К началу волшебного яркого сна.

Плыву по реке я под вспышками звёзд,

Мне жутко и страшно, и весело вдруг.

Неясные шорохи, шелест шагов

Смешались и спутались звуки вокруг.

Над гладкой водой поднимается пар,

И тучи летят, обгоняя ветра.

Летите быстрее, а вскоре я вслед,

Мне в путь свой бесцельный пуститься пора.

— Можно ли смотреть на солнце?

— Конечно. Всякий здравомыслящий человек должен время от времени это делать (особенно по утрам и вечерам, когда солнце наиболее красиво), равно как и вытягивать себя из болота за косичку парика.

МОЙ ГОРОД

Лишь красное солнце

В Неве растворится,

Пустынные улицы сонной затянутся мглой,

Мой давний знакомый

Ко мне постучится,

Меня напоит он живою и мёртвой водой.

Холодной и ржавой, но дух веселящей,

Она наполняет печалью и светом,

И счастьем безмерным, и тоскою щемящей,

И ранней весною, и красочным летом.

Лишь красное солнце в Неве растворится,

Мой давний знакомый мне в окна стучится.

Утянет под землю,

Мы к центру стремимся,

Кривыми туннелями поезд нас в город несёт.

Там каждый придумает

Сказку по вкусу.

Придумают все, но не каждый в неё попадёт.

Выходим наверх – фонари и веселье,

Мой город сегодня искрится огнями.

На площади сыро, холодные крики

В промозглом дождливом прозрачном тумане.

Задавлено небо, закрыто домами,

Кирпичные трубы змеятся дымами.

Каналы и лужи, сады и помойки,

Дворцы и заводы, колонны и стройки.

Вороны и голуби крыльями машут,

Туристы и гопники весело пляшут.

Разводят мосты. Я стою над рекою.

А ближе к рассвету я встречусь с тобою.

Город бессонный, город прекрасный,

Город безумный, город ужасный.

Светлые ночи, звёзды в колодцах,

Тускло мерцает блёклое солнце.

Огромный сияющий шар, от его положенья,

Размера, и цвета, и формы, и часа его появленья

Зависит так много в твоём настроеньи.

Деревья и стены домов ярко луна освещает.

Сбежав по ветвям и по листьям, в окна твои проникает

Светящийся луч

В ночной темноте.

Я словами мечтаю

Сказать о твоей красоте.

— Ваш город — это Петербург? Или вы горожанин Вселенной?

— Мой родной город, без сомнения, Санкт-Петербург. Волшебное место посреди необъятной Вселенной. Посмотреть мир всегда интересно, а вернуться всегда хочется именно в Петербург.

Я ОЩУЩАЮ

Прошу Вас, ответьте,

Всё как-то не так.

Часы мои ходят

Наперекосяк,

И пламя свечи

Мерцает неясно.

Быть может,

В это же самое время

Кто-то себя ощущает

Таким же ужасным,

Таким же несчастным,

А может, счастливым…

В месяце, что отделяет себя

От миллионов беспомощных звёзд,

В каждом из этих мельчайших огней,

Слабых и всё ж одинаково ценных,

В небе, где взгляд одинокий застыл

В робости и непонятной тревоге,

В воздухе, что заключает в себя

Все быстротечные времени года,

В крепких решётках и стенах стальных,

Что в заключении держат любя,

В снах бесконечных и мыслях

Я ощущаю и вижу тебя.

— Ваше мироощущение привязано к установлению связи с кем-то извне?

— Я бы сказал, что я привязан к близким мне людям и хочу поддерживать с ними связь как можно дольше.

МНОГО СТРАННЫХ ЛЮДЕЙ

Слишком много людей не видят ясного дня.

Много странных людей не знают о тайне огня.

Слишком много людей уезжают, не выпив вина,

Погружаясь в глубины далекого вечного сна.

Слишком много людей не увидят взлёта весны.

Час затменья пройдёт, вместе с ним исчезнут и сны.

Слишком много людей потерялись в начале пути,

И вокруг только стены, им друг друга уже не найти.

Много глупых людей смотрят смерти прямо в лицо,

Но не видят её, хоть она уж взошла на крыльцо,

Хоть она уж стоит в полумраке тёмных ветвей,

Хоть она уж глядит сквозь минуты исчезнувших дней.

Вот уходит под землю сегодняшний день,

В тень бегущих протёкших исчезнувших лет.

И я сам ухожу в эту черную тень,

В тень, где кроме дождя, ничего больше нет.

— Мир захватит ИИ?

— Последнее время мне кажется это всё более и более вероятным. А может, сами люди успеют от этого мира избавиться раньше.

ОКЕАН

Город словно превратился в серый каменный мешок.

То ли мир стал меньше,

То ли я стал больше, только

Я уже не помещаюсь, в лёгких пыльный порошок,

Струны стали толще,

Нервов стало много меньше.

Сотни свежих новостей

Пилят, жалят, ноют.

Рой непрошеных гостей

Кровь сосёт, истошно воет ночь.

Я иду к друзьям - у них сегодня те же настроенья.

Одолела скука,

Мы устали от вопросов.

Кто же мы на самом деле? Прочь нелепые сомненья!

Страхи и тревоги

Мы прогоним прочь весельем.

Мы ползём на башню,

Мы хотим достичь забвенья.

Для острот и праздных мыслей

Небо дарит нам предметы -

Орионов и драконов

И хвостатые кометы.

Мы под утро легче пуха, ноги ходят, словно сами,

Искромётный юмор хлещет, как из бочек пиво,

В голове восторг туманный, шум в ушах, в движеньях плавность,

Вдалеке восход мелькает, мы летим под небесами.

Мы подобны исполинам

Над горами, над лесами.

Нам ни до чего нет дела,

Струны звонки, руки прытки.

А потом приходит утро

С углекислою улыбкой.

Если честно мне признаться,

Право, ни к чему спускаться,

Полечу по белу свету,

Поищу себе планету…

В небе океан,

Я иду ко дну.

В небе океан,

В нём я утону.

— Атмосферное давление оказывает влияние на творческий процесс?

— Мне не кажется, как это казалось Остапу Бендеру, что атмосферный столб давит на меня значительно сильнее, чем на других граждан. Существуют некие другие давления, которые оказывают влияние на творческий процесс. Точнее сказать, мешают ему. А вот что способствует творческому процессу — так это наличие необходимого количества времени и ощущение внутренней свободы.

ПРО ЖЕВАНИЕ И ПРО ЖИГАНИЕ

Треск трески на сковородке,

А в костре – кривые ветки.

На обед у нас обедки,

Ось миноги и криветки.

На плите пыхтит включайник

И мурлычет котофейник.

Бочка с кофе, чашка с чайкой,

Бутерброкер, марципанцирь.

В час ночной часночный соус

Разливаем по тарелкам.

По летающим гранёным

По стаканам-истуканам.

Соплезубые страданья:

Делим шкуру неубитых

Тигров, львов оканемейских,

Гидр и ланей керинейских.

Кости, лясы моем, точим

Воду в ступе. Всех песочим

И танцуем до рассвета

Мясорумбу, колбасамбу.

P.S.

Нищета ни с чем не cчитается,

С нищетой мы не сводим счёты.

Мы живём и коптим непосредственно

Не по средствам и не по расчету.

— В ваших произведениях есть место сатире?

— Обязательно есть. А ещё бывает недурно добавить к ней юмора. Ибо, как справедливо заметил Григорий Горин: не стоит быть слишком серьёзным, поскольку умное лицо — это ещё не признак ума, и все глупости на свете делаются именно с этим выражением лица. А посему нужно хотя бы время от времени улыбаться.

РОБОТ

Строптивому роботу дали по хоботу.

Сначала он скис, загрустил и завис,

Но вновь разогнулся, развернулся на месте,

Слегка оттолкнулся и взмыл в поднебесье.

Туда, где нет роботов, где люди, летая,

Микросхем поведения не соблюдают.

Летят невесомые замки, скопленья

Созвездий, мерцают во тьме миражи.

Сплетаются ветви, ветвятся сплетенья,

Кружатся летенья, летают кружи.

Летят обдуванчики и хризантенны,

Хлебабочек стаи хлебают нектары.

Легко прикасаются к стеблям касатки,

Струится поток семиструйной ситары.

Варан и варона,

Графин и графиня,

И граф с графоманкой,

И баран с баранессой,

Кабан и кабанка,

Барабан с барабанкой

И гусь с гусиницей

Вылетают из леса.

Высоких и чистых чистот колебанье,

Внизу – колбасовых частот нечастоты

Скользят по ступеням енотного стана,

Хвостами трясут черно-белы еноты.

Витают по воздуху сонмы сомнений,

Виденья парят, испаряются, тают.

Кружится весь мир, лишь свинья не летает,

От тонкости жизни совсем не страдает.

-

Король Ублюдовик вершит кровосудье

И царственным когтем тыкает вниз.

И хлопья холопьев в пыли пресно каются,

И лижет полы лизоблюд-блюдолиз

И Тутохламоны, и Тамохламоны

Из пирамидов выходят гурьбой

И, растопырив дракончики пальцев,

Стадо скотенков ведут на убой.

Сметают сметанки, гудят гаубийцы,

От страха в глазах перекошены лица.

В турне на край ночи комплектуются группы,

Спешат на гастроли арбалетные труппы.

Под шквальным огнем пригибаясь, шквалыга

Ведет прыщелыгу с кольцом ожирелья.

Скрижалюзи стонут, скрипят от натуги,

Вращаются в бездне все адские круги…

-

Но скрипичным ключом скрипят отворюги,

И творят прибаБахи свои центрифуги.

Прилюдьи, толкатты прилюдно толкают,

Ногтюрны ногтями на свет извлекают.

Усталое солнце на землю садится,

Запутавшись в дикорастущих цветеньях.

Все роботы спят, и пусть им приснится

Из звуков и музыки переплетенье.

ДОКТОР ГОРБАТОВ

Люблю я и шелест лесной,

И моря неспешный прибой,

Но нет ничего мне милее,

Чем шелест газеты родной.

Она донесёт до меня

Всю радость грядущего дня,

Весь смысл великих свершений,

От коих трясётся земля.

Не верьте досужим советам,

А верьте правдивым газетам.

Но лучше газет и журналов

Поведают телеканалы,

Кто с кем и когда, и зачем и куда,

Мерцая блестящим экраном.

Они нам расскажут, они нам покажут,

Как нужно работать и жить,

Во что одеваться и чем умываться,

Как правильно есть и как правильно пить,

Чего опасаться и чем восхищаться,

Как мозг отключив, не тужить.

Расскажут о монстрах, живущих в клоаке,

О мерзких вампирах, снующих во мраке.

О мыслях людей не со всеми согласных,

И в этой связи, несомненно, опасных.

И вмиг развенчают заморские враки.

Покажут нам новые видеофильмы

С блистательным звёздным актерским составом,

Задами вращающих певцов замечательных

И пусто вещающих министров влиятельных,

Певцов и актёров, министров и фильмы.

Да здравствует телик – души исцелитель,

Гламурно прекрасной мечты воплотитель,

Наш мудрый учитель и искусный лечитель!

Приветствую, люди! Я доктор Горбатов!

Лечу от запоев я дегенератов.

Сеансы веду замечательно,

Болезни уйдут окончательно.

Я маг, я волшебник, я доктор Горбатов.

Кислотный баланс, нездоровие клеток

Мы лечим посредством чудесных таблеток.

Пахучее мыло, шоколадные плитки,

Диваны, кроссовки, шампуни, напитки

Спешите купить – ведь закончатся скидки!

Вчера над Землёй пролетала тарелка

И вилка, и ложка, и Белка, и Стрелка.

Ребёнок на месте упавшей кометы

Был найден, он двигает взглядом предметы,

Дома и животных, людей и машины.

Известный политик налево гуляет,

Известный писатель жену избивает.

Кудесники духов плохих изгоняют,

По воздуху старцы с крестами шагают,

Шагают, стращают, глазами вращают.

Изыди!

Похоже, с орбиты собьётся планета,

Погаснут светила, придёт конец света.

Нас клятвенно в том заверяли индейцы.

Быть может, мы видим последнее лето,

И лопнет пузырь, не дождавшись рассвета.

Ликуйте и радуйтесь, эпикурейцы!

Пока есть возможность, покамест не поздно,

Пока ещё в небе сияют все звёзды –

Кусайте, хватайте, от жизни берите,

Глотайте и жуйте, ломайте и рвите,

Чтоб жизнь показалась жирнее и слаще,

Чтоб мир не являлся таким уж пропащим.

Диагноз у нас примечательный,

Сомнения нет – окончательный.

И вылечить сможет лишь доктор Горбатов.

— Каждое ваше стихотворение должно стать музыкой?

— Нет. Далеко не все тексты подходят для музыкального воплощения. Мелодия, гармония и аранжировки у меня зачастую сочиняются раньше слов. Иногда вообще лучше оставить музыку музыкой и не мешать ей. Но если уж взялся за написание текста песни, то тут хочется, чтобы слова сочетались с музыкальным смыслом, с интонациями, с оттенками аккордов и мелодией.

БЕСКОНЕЧНОСТЬ БЫСТРОТЕЧНОСТИ

В многообразии зеркал смешались сотни ярких красок,

Но, превратившись в серый цвет, померкли разом в темноте.

Всё, что пленяло и манило и что казалось так прекрасно,

Вдруг стало призрачно неясным и растворилось в пустоте.

Как стая черных птиц средь черноты ночной,

Как тысячи чертей под черною землёй...

Под утро пели купола, колокола звонили громко

И призывали приобщиться, стать частью благости вселенской,

И говорили мудрых слов, но лишь умолкли песнопенья,

Ввысь унеслись и затерялись средь невесомых облаков.

Над небесами без опоры не улыбается болтаться

И в душных мрачных подземельях совсем не хочется гореть.

Похоже, идеальным будет, оставшись где-то посредине,

Перемещаясь, удивляться и вверх смотреть и вниз глядеть.

Как стая черных птиц средь белых облаков,

Как стая белых птиц средь черноты ночной,

Средь синевы морской,

Средь зелени лесной…

— Вселенная бесконечна?

— Не знаю, не проверял, но похоже, что довольно-таки внушительных размеров. Достаточно взглянуть на звёздное небо.