Андрей Филиппов: человек-экскаватор!
Новокузнечане давно привыкли к ежегодно присваиваемым званиям почётного жителя города его лучшим представителям. Однако далеко не все вспомнят, кто стал первым в списке, насчитывающем уже 80 человек, – ведь это было уже более полувека назад.
24 октября 1967 года решением исполкома городского Совета депутатов трудящихся №344 впервые было присуждено звание «Почётный гражданин города Новокузнецка».
Первым горожанином, получившим это почётное звание, стал Андрей Севастьянович Филиппов (1892–1969) – знаменитый кузнецкстроевец, бригадир землекопов, кавалер двух орденов Трудового Красного Знамени.
Родился в Кузнецке в семье золотоискателя. Работать начал с детства – вместе с отцом искал золото на Мальцевских приисках, в горах Кузнецкого Алатау. После окончания гражданской войны, в 1924 году, участвовал в строительстве железной дороги от станции Кузнецк до берега Томи, в 1926 году отправился на строительство Тельбесской железной дороги.
Весной 1929 года устроился грабарём-землекопом на Тельбесстрой (будущий Кузнецкстрой) и довольно скоро стал бригадиром. К работе относился очень добросовестно, работал с большим желанием, часто перевыполняя норму не на десятки даже, а на сотни процентов, а однажды даже более чем на тысячу процентов – на обратной засыпке траншеи главного водовода, идущего от водозабора на реке Томи до КМК, А.С. Филиппов вместе с бригадой установил мировой рекорд по перемещению земляного грунта вручную: 1126% плана. Это по 74 кубометра вынутой земли на человека.
Андрей Филиппов лично давал за восьмичасовой рабочий день до 22 кубометров по выемке грунта и до 74 кубометров по обратной засыпке. И это при нормах: копка грунта – 7,5 кубометров, обратная засыпка – 15 кубометров. Многочисленные иностранные специалисты, присутствовавшие на Кузнецкстрое, не верили в эту статистику и лично приходили посмотреть на чудо. От них Андрей Филиппов и заслужил прозвище «человек-экскаватор», которое быстро разошлось за пределы стройки.
Бригада Филиппова не раз выходила победителем в различных соцсоревнованиях, зажигая знаменитую Звезду на площади перед заводоуправлением, а сам он носил звание ударника, которое давало ему право на особое питание в столовой, бесплатное посещение бани и другие преимущества, которые в то время доступны были далеко не всем.
Помимо личной работоспособности, успех бригады Филиппова объяснялся хорошей организацией труда. Бригадир смог так рационально организовать работу, что его землекопы не делали ни одного лишнего движения, не тратили силы зря. Режим труда и отдыха был таким выверенным, что работоспособность сохранялась максимально долго. Возившие землю тачками из котлована возчики очень не любили получать наряды в бригаду Филиппова – тачки мимо него проезжали без остановки и заполнялись на ходу – не постоишь, не отдохнешь, как у других землекопов.
Лопату Филиппова (полметра длиной и треть шириной), кстати, позже забрали в музей революции в Москве (сегодня – Государственный центральный музей современной истории России) как свидетельство трудового героизма.
За большие заслуги в строительстве КМК в декабре 1934 года Андрей Севастьянович Филиппов был награждён орденом Трудового Красного Знамени, став, таким образом, одним из первых кузнецкстроевцев, получивших эту государственную награду. Позже, в 1952 году будет ещё одно Трудовое Красное Знамя – за высокопроизводительный труд и передачу передовых методов молодым рабочим.
Это Филиппов, даже став знаменитым, оставался очень скромным человеком. В вышедшей в 1934 году и ставшей довольно быстро библиографической редкостью книге «Кузнецкстрой в воспоминаниях» он не рассказывает о трудовых подвигах, наградах и признании, а говорит о будничных повседневных вещах, которые, на самом деле, и помогают понять, как и чем жили простые кузнецкстроевцы: «В 1929 году я оформился на Кузнецкстрое. Первая моя работа была на песочно-галечном карьере. Тогда мы бригадами и артелями не работали, а так: подберётся 2–3 человека, и работаешь. Заданий не было никаких: сколько заработаешь – всё твое. Я работал с отцом и женой. Начинали с солнцем и кончали поздно, потому что хотелось больше заработать. Каждый землекоп старается так, чтобы зимой зубами не скрипеть. Летом работаешь, а зимой как попало околачиваешься. Приходилось за лето накапливать деньги, а осенью покупать сено, хлеба и мясо до мая. Зимой с нетерпением ждёшь весны, потому что за зиму всё проешь. Было трудно, потому что семья у меня была из восьми человек. В 1929 году тоже почти не работали зимой.
Эту местность осенью обыкновенно затапливало. На Нижней колонии было озеро. Когда я приезжал с работы, я брал невод и ловил карасей. Между озёрами были островки. Иной раз идёшь вечером, а караси прямо по поверхности ходят.
Когда стали переселять крестьян деревни Бессоново, избушку мою снесли. Тогда была комиссия от завода. Она ходила, переписывала крестьян, избушки которых сносили. Им за это хорошо заплатили. А такие, как я, пострадали. Мне говорят, ты не хлебопашец, а рабочий. Отстроим барак – дадим тебе место. Всё же завод мне уплатил за перевоз избушки в Сад-город. […]
В 1930 году я продал лошадь и перешёл в артель. Через четыре месяца артели превратились в бригады, и меня выбрали в бригадиры. Cначала было так, что вся бригада получала поровну. На первом же собрании я начал протестовать против этого, так как один рабочий способен и желает заработать, а другой неспособен и не желает. Но мне предложили замолчать, потому что мы, дескать, проводим коллективизацию в деревне, а ты в рабочем районе вздумал разлагать. Я прикусил язык, хотя видел, что я прав. Проработали мы месяца два, и сама жизнь показала мою правоту: заработок с 150 рублей упал до 40–60. Это объясняется тем, что не каждый способен от души работать. Многое зависит ещё от расстановки рабочих. Свалишь их всех в кучу и смотришь, все как будто копошатся, а толку мало. А как их расставить, когда все одинаково получают? Когда зарплата снизилась, стало ясно, что надо что-то делать. А тут из центра подошло относительно звеньевой сдельщины. Всё изменилось и пошло как следует.
Я был совершенно неграмотный, но когда сынишка стал учиться, я к нему начал прислушиваться. Кое-как научился. Меня много раз премировали. Имею почётную грамоту ЦИК, часы и т.д. Вступил в партию». Это было записано буквально по горячим следам – завод совсем недавно полностью вступил в строй.
Во второй половине 1930-х Филиппов перейдёт на руководящую работу. В 1937 году он стал заместителем начальника Земжелдорстроя, в 1939 был переведён на должность заместителя директора завода стройматериалов. В годы Великой Отечественной войны обучал молодёжь – был инструктором стахановских методов труда. Параллельно работал на строительстве сортопрокатного и копрового цехов КМК, коксовых батарей, завода ферросплавов. С 1953 по 1955 год работал в тресте «Кузнецкпромстрой». Был депутатом городского Совета, членом горкома КПСС.
На пенсию ушёл в 1955 году, оставаясь при этом активным общественником. В 1967 году, за два года до смерти, стал первым почётным гражданином города Новокузнецка. Ещё через 12 лет, в 1979-м в связи с 50-летием Кузнецкстроя именем знаменитого «человека-экскаватора» назовут одну из улиц Центрального района Новокузнецка. Символично, что совсем недалеко в этом же году на карте города появился и проспект Кузнецкстроевский – новое имя получила часть улицы Орджоникидзе.
