«Каждая скважина – это азарт: будет фонтан или нет»
В суровых условиях Западной Сибири, среди бескрайней тайги и болот, рождалась легендарная советская нефтяная эпоха. Её главными героями были не только буровики, но и геологи-испытатели – те, кто первыми встречали мощные нефтяные фонтаны, доказывая ценность новых месторождений. Один из таких первооткрывателей с улыбкой вспоминает свой путь, начавшийся далеко не с учебников по геологии.
Путь в профессию: от «железа» к недрам
История Александра Устименко – классический пример того, как судьба человека переплетается с судьбой целой страны. После армии и лесотехнического техникума он работал механиком. Но в 1973 году все изменил звонок знакомых.
«Знакомые поехали и я с ними. Самотлор только начинался. Разведку провели. Многие сюда ехали работать: разведывать, осваивать, добывать. Я не знал, куда ехать, и из Сургута отправился на Ан-2 в Нефтеюганск. Помню, «кукурузник» только взлетел и тут же сел. Уже на месте выясняли, как добраться до Новоаганска. Здесь началась моя новая жизнь. Специального образования не было, но была смекалка и желание учиться. Меня взяли в бригаду испытателей», – вспоминает Александр Иванович.
Первые фонтаны: азарт и романтика
Первый рабочий день Александра Устименко на промысле пришелся на суровую сибирскую зиму 1973 года. Но тяжелый быт – вагончики, морозы, отсутствие бань – компенсировался невероятным чувством причастности к великому. Главным был азарт открытия. Работа испытателя – это всегда лотерея.
«Каждая скважина, как лотерея. Вот ты буришь и думаешь, а будет фонтан или нет. Такой азарт получается. А фонтаны бывали разные. Одни запомнились на всю жизнь. Очень мощные. Много газа. На Вынгапуре мощный гул стоял такой, что трещали балки», – добавляет геолог.
Геология: эпоха больших открытий
Александр Устименко застал золотую эпоху чистой геологии, когда главной целью были не метры проходки, а запасы нефти. Молодой геолог был в числе тех, кто открывал и обустраивал легендарные месторождения, которые функционируют до сих пор: Ёганское, Южно-Покачевское, Валюнинское, Южно-Вынгапуровское и другие.
Люди и атмосфера: дух взаимовыручки
Самое теплое, что осталось в памяти геолога, – это люди и неповторимая атмосфера общего дела.
«Вечером, особенно летом, у нас всегда костер был. Чайники и на чурочках едят люди и обо всем разговаривают. Все друг друга выручали, поддерживали. Многие стали товарищами и друзьями на всю жизнь».
Александр Устименко уверен, что в первопроходцах есть что-то большее, чем нефть и метры проходки. В сердце каждого навсегда остались запах тайги, смешанный с дымом костра и мазутом, низкий гул могучего фонтана и бескрайнее море огней факелов. Ведь именно в этом трепете и рождались великие открытия.