Несколько дней августа сорок второго… Сержант Михаил Худяков, 398 стрелковый полк 118 сд
Совсем скоро, 23 августа, исполнится восемьдесят два года с того дня, когда старинный город Зубцов и значительная часть района – ныне, муниципального округа, были окончательно освобождены от долгой и кровавой фашистской оккупации.
Сегодня наш рассказ посвящен одной из малоизвестных страниц истории предшествовавших этому боев.
В годы Великой Отечественной войны боях на Зубцовской земле заслужили почетное звание гвардейских две стрелковых дивизии.
5 октября 1942 года приказом Народного комиссара обороны СССР № 301 за проявленную отвагу в боях за Отечество с немецкими захватчиками, за стойкость, мужество, дисциплину и организованность, за героизм личного состава 5 Краснознаменная стрелковая дивизия была преобразована в 44 гвардейскую стрелковую дивизию.
Спустя полгода, 10 апреля 1943 года, приказом Народного комиссара обороны СССР № 161, за проявленные в боях отвагу, героизм и мужество, за умелое выполнение приказов командования, организованность и дисциплину в борьбе с немецко-фашистскими оккупантами, была преобразована в 85 гвардейскую стрелковую дивизию 118 стрелковая дивизия 2 формирования, боевой путь которой начался 4 августа 1942 года на берегах Держи.
Боевой дебют незадолго до этого сформированной в Горьковской области дивизии, когда в самом начале Ржевско - Сычевской операции была прорвана немецкая оборона, получил широкую известность. Многим знакомы и ее действия по захвату и удержанию плацдармов на левом берегу Волги в районе Колбасино и Гаврилково.
О некоторых эпизодах славного боевого пути 118 сд - сентябрьских боях у Ново-Ожибоково, хорошо знакомого ныне многим поисковикам, как «212-й км», а также обороне и частных наступательных операциях в районе Векшино зимой 1942-1943 годов, уже рассказывали и мы в статьях - «В списках не значится… Боец Редкоусов Григорий Макарович. 212-й км…», https://vk.com/@-212498617-v-spiskah-ne-znachitsya-boec-redkousov-grigorii-makarovich-2, и «Из-за океана – к месту подвига… Возвращение медали красноармейца 118 стрелковой дивизии Желтова», https://vk.com/@-212498617-iz-za-okeana-k-mestu-podviga-vozvraschenie-medali-krasnoarme.
Но, как-то получилось, что всего чуть больше недели – с 15 августа 1942 года, когда дивизия перешла в наступление с «Колбасинского плацдарма», до завершения ликвидации Зубцовской группировки противника 23 августа, остается «белым пятном» в истории дивизии.
О тех событиях знают немногие.
Пожалуй, только краеведом Николаем Мальцевым собран обширный материал о боях, шедших в те дни к северу от Зубцова, и установлен в деревне Колесниково памятный знак освободившим ее воинам 118 и 5 стрелковых дивизий, да посвящено потерям 398 стрелкового полка 118 сд в боях августа 1942 года исследование авторского коллектива во главе с действительным членом Российского географического общества Владимиром Щекотиловым - уроженцем поселка Вахтан, где формировалась эта дивизия. Его результаты изданы отдельным сборником в Твери в 2019 году.
Но самое удивительное для нас, как поисковиков, – за многие годы работы наших коллег, бойцов 118 сд, погибших в те дни, найдено совсем немного…
Начнем рассказ по порядку тех далеких событий…
К вечеру 8 августа 1942 года подразделения 463 стрелкового полка, форсировав Волгу, захватили плацдарм на ее левом берегу в районе деревушки Гаврилково, где ныне раскинулись угодья «элитного комплекса-усадьбы «Верхняя Волга», а рота 527 сп – у Колбасино, там в наши дни – огромный песчаный карьер.
Последующие нескольких дней и ночей противник почти непрерывно предпринимал активные попытки ликвидировать плацдармы, но их удалось удержать. Правда, расширить удалось лишь один - в районе деревни Колбасино, несколько раз переходившей из рук в руки.
Немалая заслуга в том принадлежала поддерживавшему дивизию 1221 гаубичному артполку большой мощности РГК, чьи 203-мм гаубицы, выпуская по полсотни бетонобойных снарядов в день, просто стирали с лица земли огневые точки противника…
Неоднократные попытки подразделений 118 сд захватить еще один плацдарм - напротив деревни Мозгово не увенчались успехом.
Тем не менее, удержание плацдарма в районе Колбасино дало возможность войскам 31-й Армии Западного фронта навести паромную переправу, необходимую для наступления в направлении на север, навстречу 29-й Армии Калининского фронта. Тем самым, создавалась вполне реальная угроза окружения частей 14 мотопехотной и 161 пехотных дивизий Вермахта, оборонявшихся на участке Захарово – Гридино – Мутягино – Карпово - Волыново…
Частным боевым приказом 31-й Армии № 0020/ОП от 13 августа, 5 и 118 сд была поставлена задача форсировать Волгу в районе Боброво, Горбуново, уничтожить противника, противостоящего 29-й А и, наступая в общем направлении Карпово, Старцево, содействовать частям 30-й и 29-й Армий в окружении и уничтожении Заволжской группировки противника в треугольнике: Ржев, Гридино, Троицкое, Зубцов.
Приказом совершенно четко были определены направления наступления, ближайшие и последующие задачи частей.
118 сд надлежало наступать в направлении Кромзино (ныне - Карамзино), Алексино, в дальнейшем – на Карпово (на р. Олешинка).
Ближайшая задача – захватить плацдарм Боброво, Ржавцево, Колесниково, отм. 183,1.
К исходу дня овладеть районом Алексино, отм. 205,1, отм. 200,4, Куреньево. Отдельными отрядами уничтожить с тыла опорные пункты противника Троицкое, Батюково, Волыново, пропустив части 29-й Армии.
5 стрелковая дивизия должна была в тесном взаимодействии с 118 сд овладеть Пищалино, отм. 191,8, Горбуново и, наступая в общем направлении на Старцево, к исходу дня овладеть районом Карганово, Батино, отм. 196,1, безымянная высота с горизонталью 200.
По восточному берегу р. Драгоча иметь надежное прикрытие от р. Волга до Бисикино. Отдельным отрядом – занять Харино.
Пока шла подготовка к наступлению, 527 стрелковый полк 118 сд к вечеру 13 августа овладел деревнями Боброво и Малое Пищалино, и уже в 5.00 следующего дня на плацдарм начали переправляться части 5 стрелковой дивизии.
Двумя неделями раньше оказалось, что эта дивизия, находясь в обороне более полугода, фактически утратила способность к активным наступательным действиям, всего за несколько дней безуспешных атак понесла серьезные потери и была отведена в тыл, где 7 августа получила пополнение в количестве 1.685 человек.
Утром 14 августа ее 190 и 336 стрелковые полки перешли в наступление, а 142 сп только к 13.00 сосредоточился в районе переправы через Волгу.
К исходу дня 190 сп, заняв Исаково и Пищалино, вышел на подступы к Горбуново, 336 сп во взаимодействии с частями 118 сд овладел Колесниково и вышел к дороге Алексино – Зубцов к востоку от Богуслово.
Части 118 сд после тридцатиминутной артподготовки также перешли в наступление и к исходу дня заняли Троицкое, Ржавцево, подошли к совхозу «Пятилетка» (ныне – Коммуна).
Начавшееся наступление с плацдарма не осталось без внимания авиации противника. Уже в 17 часов девять бомбардировщиков под прикрытием четырех истребителей бомбили переправу у Колбасино…
В апреле 2015 года двоим участникам нашей команды удалось поднять останки троих бойцов неподалеку от Малого Пищалино.
Место показал наш верный друг – Александр Константинович Бубнов. Для него память о Великой Отечественной – не пустые слова, он уже много лет бескорыстно помогает поисковикам возвращать из небытия имена павших воинов.
Однажды он обратил внимание, как в молодом лесу рядом с деревней мальчишки пытаются что-то раскопать в воронке. Подойдя ближе, увидел, что те уже добрались до останков бойцов, юных копателей пришлось прогнать…
Стоило нам выйти из машины в Малом Пищалино, давно превратившемся в дачный поселок, нас весьма нелюбезно встретил вальяжно вышедший с одного из участков дородный мужчина пенсионного возраста, по виду, явно из «успешных». Узнав, что мы поисковики, недовольно буркнул – нет здесь ничего, ходите тут, ездите, копаете…
Но, собственно, «авторитетное» мнение импозантного «землевладельца» нас совершенно не интересовало, и мы направились к той самой воронке.
Александр Константинович не ошибся, и вскоре наши щупы, раз за разом уходя в песчаный грунт, наткнулись на то, что мы искали.
Бойцы лежали на глубине чуть меньше метра, в касках, ботинках. Их явно похоронили боевые товарищи на месте гибели, ни медальонов, ни подписных вещей с ними не было…
Но вернемся вновь в далекий 1942 год…
Уже 14 августа 1942 года командование 31-й Армии довело до сведения командиров 5 и 118 сд, что несмотря на прямые указания и требования, их части продолжают ввязываться в затяжные бои за населенные пункты, чем дают противнику возможность выиграть время и подтянуть резервы, затягивая выполнение своей задачи.
Было приказано не ввязываться в такие бои, обходить населенные пункты с флангов, прикрываясь небольшими группами пехоты…
К этому дню пехота и танки 30-й Армии Калининского фронта расширили образовавшийся накануне прорыв в немецкой обороне в районе Грибеево, что в 6 км к северо-западу от Ржева, рассекли боевые порядки 256 пехотной дивизии, заняли Старцево, и продвигались в долине р. Бойня в направлении Пудово. Противостоявшая им 256 пд, ослабленная предшествовавшими боями, не имела возможности далее сдерживать натиск превосходящих сил наших войск. Поскольку резервы, необходимые для ликвидации прорыва советских частей отсутствовали, командование 9-й Армии Вермахта приняло решение - 14 августа, не дожидаясь темноты, скрытно отвести части 14 мд, 161 и 256 пд на линию р. Драгоча и к утру 15 августа занять оборону по ней.
О том, какое значение придавали немцы, казалось бы, не столь уж значительным событиям, происходившим в это время в лесах и болотах к северу от Зубцова, свидетельствует то, что отвод войск проходил в соответствии с планом «Марушка», накануне утвержденным лично Гитлером…
Практически в это же самое время, в 24.00 14 августа, командованием 31-й Армии было принято решение – изменить направление главного удара 5 и 118 сд и наносить его в направлении Марьино, Пудово.
В соответствии с боевым распоряжением № 0065/ОП, 118 сд должна была, прикрывшись одним батальоном на рубеже Ржавцево, Альфимово, наступать в общем направлении Коптево, Безгачево, Марьино.
5 стрелковой дивизии был придан переброшенный на плацдарм отдельный особый танковый батальон литер «Б» (трофейных танков), изначально предназначавшийся для поддержки 118 сд.
Прикрывшись слева на рубеже Горбуново – Харино, 5 сд с танками должна была наступать в направлении Большое Бисикино, Харино, Анино, Юшнево, Пудово
К исходу 15 августа надлежало завершить окружение и уничтожение Заволжской группы противника и соединиться с войсками 30-й Армии, однако к этому времени части 5 стрелковой дивизии, вопреки приказу командования 31-й Армии, увязли в ожесточенных боях за Богуслово и Горбуново.
Возможно, исполнявший обязанности командира дивизии в связи с ранением полковника Куприянова его заместитель – полковник Михеенко излишне рассчитывал на поддержку танков.
Однако в батальоне литер «Б» было всего 5 средних танков Pz.Kpfw. III и 2 штурмовых орудия StuG III, остальные его танки были легкими и малыми - 12 чешских Pz.Kpfw.38(t), получивших в Красной Армии название «Прага», 7 Pz.Kpfw. II, 7 Т-60 и даже 1 редкостный Т-50.
Для уничтожения опорных пунктов противника, оборудованных в достаточно крупных – по 56 и 63 двора, соответственно, деревнях, поддерживаемых огнем артиллерии, противотанковых пушек и, пусть немногих, но имевшихся здесь у противника штурмовых орудий, легкие танки были малопригодны, и сразу же понесли потери. Уже через пару дней в строю батальона осталось 19 танков из 34-х, имевшихся до этого.
По словам краеведа Валентины Николаевны Селезневой, в первые послевоенные годы, будучи ребенком, она не раз видела стоявший неподалеку от Горбуново немецкий танк с красной звездой на башне…
Этим боям 5 стрелковой дивизии в районе Богуслово суждено было затянуться еще на несколько дней. Они заслуживают отдельного рассказа, а пока речь пойдет о 118 сд.
В те дни она действовала гораздо успешнее соседа слева, наступая в северо-западном направлении, преодолела обширный лесной массив, пересекла дорогу Зубцов – Алексино и к вечеру 15 августа вышла в район Альфимово.
Туда к утру 16 августа вышли и наступавшие из района Волыново подразделения 29 отдельного кавалерийского полка 29-й армии. Его 3-й эскадрон подвергся обстрелу со стороны 118 сд. По чистой случайности, обошлось без жертв.
Два полка 118 стрелковой дивизии – 398 и 463 сп вышли в район Карганово, а 527 сп выдвинулся вперед в направлении Безгачево. Из-за повреждения радиостанции связь с ним была прервана. Для восстановления связи командованием 31-й Армии к полку был выслан взвод танков оотб литер «Б» с пехотой и штабными командирами. В 7.45 эти танки - 4 легких и 3 малых вошли в Карганово…
Однако овладеть этой деревней подразделения 527 и 463 сп, а также 908 сп 246 стрелковой дивизии 29-й Армии смогли только к 15.30, когда ударная группа 29 отдельного кавполка во главе с начальником штаба полка капитаном Сучковым, выйдя в тыл оборонявшегося в Карганово противника, выбила его, уничтожив до 40 солдат и офицеров.
На этом двухдневный успех 118 сд завершился. Войдя в соприкосновение с войсками 29-й Армии, она вместе с 29 окп была повернута на восток, в направлении Коптево…
Среди участников нашей команды нет выпускников военных академий, которые могли бы дать квалифицированную оценку действиям 29-й Армии в тот период. Однако знание местности и наличие большого объема архивных документов и аэрофотоснимков Люфтваффе позволяют нам оценить немецкую оборону на промежуточном рубеже, вставшую на пути ее наступления.
На северном фланге этого рубежа, в долине речки Городня, имелся мощный узел обороны в деревнях Марьино, Бурцево и Воробьево.
Следующий опорный пункт был оборудован противником в стоявшей в 2 км к юго-востоку на возвышенности посреди обширных полей деревне Безгачево.
В этих населенных пунктах для обороны были приспособлены многочисленные строения, полевые инженерные сооружения практически отсутствовали.
Далее оборона частей 14 мотопехотной дивизии проходила по северной опушке лесного массива, что к югу от Безгачево и Батино, с использованием имеющихся там мелиоративных канав, и по восточной опушке этого леса, вдоль западного берега Драгочи.
Южнее находился самый мощный на этом рубеже узел обороны, располагавший многочисленными окопами, ходами сообщениями,пулеметными и минометными позициями на подступах к деревням Коптево, Малое и Большое Бисикино, Богуслово.
Наиболее укрепленным среди них был опорный пункт в Коптево – деревне из 58-и дворов, стоявшей на левом берегу Драгочи, где она под прямым углом поворачивает на юг.
От Богуслово до берега Волги основным препятствием на пути наступавших был рельеф местности. Там, в своем нижнем течении, Драгоча, протекая в глубоком овраге с крутыми, местами обрывистыми, берегами, напоминает настоящую горную речку. Подступы к ней простреливалась из опорного пункта в ныне несуществующей деревушке Кисляково, что стояла на возвышенном западном берегу.
Обороняющуюся пехоту 14 мд и боевых групп 161 пд поддерживали огнем артиллерия и минометы из глубины обороны.
Об интенсивности этого огня можно судить хотя бы по тому, что однажды мы обнаружили в районе позиций немецких 105-мм гаубиц участок размером, примерно, 200х200 метров, сплошь усеянный укупорками от боеприпасов к ним…
В оперативной сводке 31-й Армии к 18.00 16 августа было указано, что 118 сд, «оставив заслон вост. Безгачево фронтом на запад, двумя полками /527 и 398/ продолжает наступление на Харино».
Действительно, на участке к юго-востоку от Батино, куда вышли два полка 118 стрелковой дивизии, оборона противника была наименее прочной и, преодолев ее, они могли через лес, по кратчайшему пути выйти в район Харино.
В нашем распоряжении нет архивных документов 118 стрелковой дивизии за период с 14 по 17 августа, поэтому приходится использовать сведения о ее действиях из документов 31-й и 29-й Армий и противостоявших им частей Вермахта...
По донесениям 14 мотопехотной дивизии, 16 августа, уже в 12.45 части 118 сд нанесли сильный удар в 1,5 км северо-западнее Коптево, прорвав оборону на фронте до двух километров. Его немцам с трудом удалось ликвидировать, задействовав резервы.
Однако, вместо развития достигнутого успеха, 118 сд была поставлена задача – овладеть самым мощным опорным пунктом противника – Коптево.
В дальнейшем, она должна была выйти в район деревни Борки (на картах военного времени – Горки), что на левом берегу Волги – в 7 км к юго-западу от Коптево…
Возможно, причиной такого решения послужили неудачные действия 5 стрелковой дивизии и активная оборона противника в ее полосе...
Так, утром 16 августа 190 сп вел наступление на участке южнее Богуслово в направлении Харино, оставив в занятом накануне Горбуново стрелковую роту. После интенсивного артиллерийско-минометного обстрела противник контратаковал ее и вынудил отойти на западную окраину Исаково. Предпринятой силами 190 сп, разведроты и заградотряда дивизии контратакой при поддержке танков Горбуново было очищено от противника. Полк понес большие потери, в строю оставалось чуть больше ста человек…
Выбитый противником из Богуслово 336 сп, в котором на тот момент было 110 активных штыков, пытался вновь овладеть им. Именно тогда на северо-восточной окраине деревни в бою погиб младший политрук Данил Воробьев, о котором мы рассказывали в августе 2022 года, https://vk.com/@-212498617-pogib-v-boyah-za-boguslovo-mladshii-politruk-vorobev-danil-i.
Совсем недавно нам в руки попала книга «Тверская область Зубцовский район «Время, события, люди, судьбы», изданная в 2001 году тиражом всего 1000 экземпляров.
На ее страницах наше внимание привлекло описание боев за Богуслово, явно на основе архивных политдонесений, ныне недоступных исследователям, - яркое свидетельство ожесточенности тех боев и героической гибели младшего политрука Воробьева.
«…среди погибших много коммунистов и комсомольцев, которые шли в наступление в первых рядах. Все они проявляли мужество и отвагу, воодушевляя на подвиг своих бойцов и командиров. Так, младшие политруки Холин и Воробьев трижды водили в атаку свои роты, всегда находясь впереди, а Токаев и Сухарев несколько раз участвовали в рукопашной схватке в д. Богуслово…»
Так или иначе, пехота 118 сд, оставив в покое участок образовавшегося было прорыва, едва прикрытый «малыми силами», как говорится в немецких документах, с 18.00 до 19.30 при поддержке танков вела наступление на позиции 11 мотопехотного полка севернее и восточнее Коптево, которые утром уже безуспешно атаковал 142 стрелковый полк 5 сд...
Вместе с 527 стрелковым полком 118 сд с севера наступал на Коптево 29 отдельный кавалерийский полк.
Выполняя некое «устное распоряжение», он пересек полосу 118 сд и оказался ее соседом слева…
С 5.00 17 августа 5 и 118 стрелковые дивизии, действовавшие в полосе наступления 29-й Армии, были переданы в ее подчинение, и в18.00, после двадцатиминутной артподготовки, части 118 сд атаковали Коптево, заняли окраину деревни, но контратакой противника были оттеснены на исходные позиции.
В оперативных сводках и боевых донесениях 29-й Армии, однако, сообщалось, что к исходу дня 16 августа дивизия одним полком вела бой за Коптево и двумя полками наступала в общем направлении на Харино, а спустя сутки – «вела бой за очищение от противника Коптево и в лесах в. Харино», что, мягко говоря, не особо соответствовало действительности…
В течение ночи на 18 августа полки 118 сд трижды атаковали Коптево – 463 сп с северо-западного, 527 сп – с восточного направления и 398 сп - с юго-востока, но успеха не имели и отошли на исходное положение на опушках леса северо-восточнее и восточнее, для приведения себя в порядок и дальнейших действий по окружению и уничтожению противника в Коптево.
В первой оперативной сводке, направленной в штаб 29-й Армии, 118 стрелковая дивизия сообщала, что дороги, размытые дождями, для автотранспорта непроходимы, боеприпасы доставляются вручную. Связи с соседом справа – 246 сд нет.
Изучая архивные документы тех дней, мы обратили внимание на странную «чехарду» частей на участке фронта от Коптево до Батино.
Так, 29 отдельный кавполк произвел «обратную рокировку» и 18 августа оказался уже справа от 118 сд, занимая оборону на западной опушке леса, что 1 км к востоку от Карганово, между нею и 246 стрелковой дивизией.
В то время, как части 118 и 246 стрелковых дивизий, неся серьезные потери, практически непрерывно атаковали опорные пункты Коптево,Безгачево и опушку леса южнее Батино, 29 кавалерийский полк, находясь на участке, где оборона противника была наименее прочной, активных действий не предпринимал, ограничиваясь ведением разведки.
Забегая вперед, скажем, что подобная обстановка на участке полка сохранялась и в последующие два дня.
Лучше всего ее характеризует то, что в течение дня 20 августа, до 17.30, когда 29 окп был сосредоточен для наступления, его личным составом было беспрепятственно «вытащено с поля боя два немецких 49 м/м миномета, один станковый пулемет и 1 РП»…
Тем временем, 18 августа, с 7.00, полки 118 стрелковой дивизии вновь безуспешно атаковали опорный пункт в Коптево при поддержке танков и огня минометов.
В течение дня этого танковый батальон литер «Б» возвратился в полосу действий 31-й Армии, 5 и 118 стрелковые дивизии лишились пусть и слабой танковой поддержки…
В 18.00, части 118 сд очередной раз перешли в наступление на Коптево и вытеснили противника с позиций на полях на подступах к деревне, превращенной в опорный пункт, вынудив его перейти к активной обороне непосредственно в Коптево. Наступающие подразделения под сильным ружейно-пулеметным огнем залегли на окраинах деревни…
Утром 19 августа 118 сд внезапно была сменена частями 5 сд, и к 16.00 сосредоточилась в лесу южнее Житинки, для приведения в порядок и последующего наступления внаправлении Анино, Дубакино, на правом фланге 29-й Армии...
Судя по всему, сложившаяся ситуация с застопорившимся наступлением 29-й Армии «переполнила чашу терпения» командования Калининского фронта.
В этот день командующий войсками Калининского фронта генерал-полковник Конев и член Военного Совета фронта корпусной комиссар Леонов прибыли на командный пункт 246 стрелковой дивизии, наиболее отличившейся в попытках «пробить лбом стенку» немецкой обороны в бесплодных атаках, и отстранили от занимаемых должностей ее командира и комиссара, а также приняли решение о перегруппировке сил и средств в полосе Армии.
К этому моменту, группировка немецких войск, оборонявшаяся на промежуточном рубеже, из-за потерь, понесенных в ходе продолжавшихся непрерывно в течение шести дней боев, уже во многом утратила возможность далее удерживать его.
К тому же, соединения 30-й Армии разгромили и отбросили к Волге части 256 пд, что создавало существенную угрозу левому флангу этого рубежа.
Как же развивались дальнейшие события в районе Коптево?
5 стрелковая дивизия, 142 сп которой сменил части 118 сд, 19 и 20 августа продолжали вести безуспешное наступление в направлении Юркино, Богуслово и Коптево, подвергаясь бомбежке авиации противника, и неся серьезные потери в живой силе и материальной части.
Противостоявшие войскам 29-й Армии части Вермахта были измотаны непрерывными боями и вечером 20 августа начался их отвод на рубеж: южнее Богуслово – Харино – Дубакино - Вороново – р. Бойня.
Пополненная меньше двух недель 5 сд вновь получила пополнение в количестве 1.280 человек, едва восполнившее понесенные за последние дни потери.
Утром 21 августа она с подчиненным ей 29 отдельным кавполком возобновила наступление и овладела Коптево, Бисикино и Богуслово…
К этому времени в 427 отдельном минометном дивизионе и 27 артиллерийском полку дивизии были полностью израсходованы боеприпасы к 120-мм минометам и 122-мм гаубицам, 76-мм снарядов оставалось 0,5 боекомплекта.
Спустя еще двое суток, 23 августа, части 29-й Армии, преодолев сопротивление арьергардов противника, полностью очистили северный берег Волги и завершили освобождение Зубцова.
118 стрелковая дивизия также принимала участие в тех боях, но об этом – отдельный рассказ…
После боев в Коптево уцелела едва половина домов, его юго-восточная часть, как и Малое Бисикино были полностью уничтожены. Пострадали и другие окрестные деревни – сгорели Батино и Карганово, считанные дома сохранились в Горбуново, сильным разрушениям подверглись Большое Бисикино и Богуслово…
Многим нашим землякам война оставила от родных домов только обгорелые печи на пепелищах. Даже те дома, что вроде бы и уцелели, были мало пригодны для жилья.
Большинству наших современников, пожалуй, трудно себе представить, как оно могло выглядеть в действительности.
Наиболее хорошо дают понять это фотографии тех дней, сделанные фронтовыми фотокорреспондентами Совинформбюро, газет «Красная Звезда» и «Фронтовая иллюстрация» Семена Фридлянда, Олега Кнорринга и Анатолия Гаранина.
Эти фото мы использовали в качестве иллюстраций. Сделаны они в наших краях, но установить, в каких именно населенных пунктах, сейчас уже не всегда возможно, да и наверное и не нужно, картина была везде примерно одинакова…
Теперь война грохотала канонадой на юго-западе и западе, где в небо поднимался густой дым от горящего в пламени пожаров Ржева и многочисленных деревень на подступах к нему…
В освобожденных деревнях оставались немногие местные жители, да обосновались бойцы тыловых подразделений частей, ушедших южнее, за Волгу, - медико-санитарных, ремонтно-технических и других …
Тела погибших бойцов и командиров 118 и 5 сд, 29 отдельного кавполка так и оставались там, где их застала смерть. Лишь немногих павших успели похоронить боевые товарищи, поставив на их могилах, пусть недолговечные, но все же памятники.
Уже в сентябре 1942 года все местные жители были организованно эвакуированы из прифронтовой полосы, а территория «Волжской дуги» к северо-востоку от Зубцова надолго стала тыловым районом 274 стрелковой дивизии.
Надо отдать должное кому-то из ее командиров или политработников, благодаря которому, тут, на местах былых боев августа 1942 года, были собраны и захоронены останки практически всех погибших.
За многие годы участникам нашей команды ниразу не удалось обнаружить здесь «верховые» останки бойцов, да и случаи обнаружения санитарных захоронений нашими коллегами в этих краях можно пересчитать по пальцам. Нет упоминаний о таких захоронениях и в архивных документах…
Так и на подступах к Коптево, где 118 стрелковая дивизия сражалась совсем недолго - чуть больше двух суток, стоивших ее частям серьезных потерь, еще до недавнего времени не было ни одного случая подъема ее бойцов.
По официальным данным, в 1950-х годах останки всех погибших там воинов были перенесены на Мемориал «Московская гора» в Зубцове.
Только вот, по рассказам старожилов, в те годы многие деревни в этой части района едва стали оправляться от разрушительных последствий боев, их жители совсем недавно переселились из землянок в построенные на пепелищах дома. Да что там говорить, тогда даже на улицах заволжской стороны Зубцова по ночам нередкими гостями были волки, расплодившиеся за годы военного лихолетья…
Так что в организованное перезахоронение останков сотен погибших в те годы верится с трудом.
Шло время, страна постепенно залечивала раны, нанесенные войной, и на поля вокруг Коптево, изрытые окопами, испещренные воронками и засыпанные боевым мусором вышли первые колхозные бульдозеры, не оставив видимых следов войны.
Потом, десятки лет эти поля пахались, засевались, убирались, и лишь с началом «святых» 90-х пришли в запустенье.
Рассказывает наш товарищ – поисковик Григорий Кузнецов. В мае этого года, благодаря его упорству, там впервые удалось найти останки павших бойцов 118 сд и вернуть имя одного из них, числившегося пропавшим без вести...
…Однажды, несколько лет назад, от коллег по поисковому объединению «Тризна» я услышал о деревне Бисикино, где есть госпитальное захоронение.
В 2022 году, приехав туда, от немногих оставшихся там жителей узнал, что еще в 2004 году эту могилу эксгумировали поисковики АПГ «Броня» из Саранска. Общаясь с ее командиром – Алексеем Кузнецовым, я обратил внимание, что в боях августа 1942 года в районе Коптево, по данным ОБД «Мемориал», наши войска понесли большие потери, но сведений о подъемах бойцов там ни у кого из коллег-поисковиков почему-то не оказалось…
На одном из аэрофотоснимков Люфтваффе на полях вокруг деревни были различимы стрелковые ячейки имногочисленные воронки от минометных мин - явные следы ожесточенных боев.
И вот, в сентябре 2022 года, мы вместе с Анастасией Карагодиной и ее мужем - Владимиром предприняли первую вылазку под Коптево.
Деревня оказалась совсем заброшенной, последние несколько домов постепенно разрушаются. Протянувшийся к Драгоче овраг, некогда разделявший северную часть Коптево надвое, перегорожен плотиной, образовавшей огромный пруд…
На зарастающих полях к северу от деревни, где на аэрофотоснимке были видны ячейки, никаких признаков наших бойцов не оказалось...
В мае 2023 года мы возобновили разведку, теперь уже к востоку от Коптево. Буквально через пять минут глубинный металлоискатель обнаружил в земле огромную груду стрелянных немецких гильз, пустые ящики для пулеметных лент. Там же попались обрывки камуфлированной плащ-палатки и упаковка с надписью «мыло» по-немецки.
Проверив другие расположенные рядом отдельные стрелковые ячейки, мы с удивлением обнаружили, что все они тоже немецкие.
Лишь спустя еще год, 19 мая 2024 года, я с коллегами-поисковиками, неожиданно для себя, решил еще раз заскочить туда.
Через несколько часов, один из нас, всего лишь в 30-и метрах от найденного годом раньше пулеметного гнезда обнаружил давно запаханный окопчик, в котором лежали останки четверых бойцов.
Двое, в касках, лежали головами на север, два других бойца, один в каске, другой без нее - головами на юг, на глубине немногим больше полуметра. Обуви, оружия и боеприпасов при них не было, но в земле то и дело попадались пуговицы и люверсы от плащ-палатки. Останки были сильно посечены осколками и частично стянуты немецким ремнем.
Похоже, что тела погибших пролежали на поле боя долгое время, и их стаскивали в окоп при помощи этого ремня и плащ-палатки...
Что бы поднять их археологическим методом из сочившегося водой суглинка, пришлось сделать два дренажных колодца.
В районе таза одного из бойцов нас ждала самая главная находка – странный сверток истлевшей ткани или тонкой кожи, а в нем – проржавевший перочинный нож и плотно заткнутая гильза от винтовки «маузер».
Уже вечером я аккуратно распилил ее и извлек отлично сохранившийся стандартный двойной бланк медальона на имя сержанта Худякова Михаила Васильевича, 1907 года рождения, уроженца деревни Андрониха Ивановского района Горьковской области!
Он числился в составленном в 1946 году РВК Ивановского района Костромской области списке разыскиваемых военнослужащих, с которыми семьи не имели связи.
Последнее письмо от сержанта 3 роты ППС 1710 ст п Михаила Худякова, в мирной жизни – бухгалтера Ивановского райфо, члена ВКП(б), его родные – жена Александра Васильевна и четверо детей, получили 24 августа 1942 года. Он был признан пропавшим без вести в ноябре 1942 года…
Предпринятые «по горячим следам» поиски на просторах Интернета сразу же дали результат – полевая почтовая станция 1710 принадлежала 118 стрелковой дивизии, а по данным исследования Владимира Щекотилова и его коллег, Михаил Васильевич Худяков фигурирует в алфавитном списке личного состава 398 стрелкового полка, как пропавший без вести 18 августа 1942 года.
То, что сержант Худяков был членом ВКП(б), давало надежду получить дополнительные сведения о нем и его фото в Российском государственном архиве социально-политической истории, но для этого нужно было знать номер его партийного билета.
Пришлось обратиться в государственный архив Костромской области, работники которого живо откликнулись на наше письмо и предоставили сведения о кандидатской карточке, выданной 14 сентября 1939 года Ивановским районным комитетом ВКП(б) Михаилу Худякову.
Сотрудники РГАСПИ также с пониманием отнеслись к просьбе поисковиков, и в кратчайший срок смогли разыскать отчетную карточку Михаила Васильевича с его фото и регистрационный бланк члена ВКП(б)…
К поиску потомков сержанта Худякова подключились коллеги - Анна Востокова и Константин Плотников, которые смогли отыскать его внука в Луганске и правнучку в Муроме…
Останки четверых бойцов, поднятых нами под Коптево, неразделимы, и совсем скоро сержант Михаил Худяков вместе со своими боевыми товарищами будет торжественно перезахоронен на Воинском мемориале в Веригино…
Предпринятые участниками нашей команды попытки по имеющимся архивным документам оценить масштаб понесенных 118 сд потерь в районе Коптево не дали полноценного результата.
По неизвестным причинам учет потерь в полках дивизии велся по-разному.
Если по 527 стрелковому полку есть сведения о том, что за период этих боев учтено убитыми 54 человека, то в 398 сп именные списки потерь отсутствуют и значительная часть его погибших учтена по извещениям в военкоматах по местам их жительства.
В 463 сп большинство потерь - пропавшие без вести, а сведения о гибели некоторых бойцов противоречивы.
Так, один из них, согласно извещению, убит 16 августа в районе Гаврилково, а по данным военкомата – в деревнях Безгачево либо Лужки…
Одним словом, достоверные сведения о бойцах 398 и 463 стрелковых полков, погибших в боях под Коптево, фактически отсутствуют.
Мы попытались также разобраться, что стало причиной сложившейся в те далекие дни августа 1942 года в полосе 29-й Армии ситуации, стоившей больших потерь ее частям?
В разведсводках 29-й Армии совершенно адекватно оценивался характер действий противника – оборона на промежуточном рубеже Марьино - Воробьево – Безгачево – лес южнее Батино – Коптево – Бисикино – Богуслово – Горбуново – Юркино, и его численность.
Командующий Армией - генерал-майор Швецов 17 августа 1942 года обвинял командиров дивизий в нерешительности действий, переоценке противника, его сил и возможностей, что давало ему возможность малыми силами сдерживать наступление наших частей, и требовал «жесточайшими мерами заставить части наступать»…
В соответствии с изданным в этот же день боевым приказом № 0031/ОП, вошедшая в состав 29-й Армии 5 стрелковая дивизия продолжала выполнять задачу, поставленную ей ранее командованием 31-й Армии, - наступать в направлении Зубцова с целью овладеть его северной частью.
Одновременно, 183 и 246 стрелковым дивизиям, вместе с другой вновь прибывшей в состав Армии - 118 сд, была поставлена задача наступать в ином направлении - на Варюшино – Матюково с целью овладеть переправами через Волгу и в дальнейшем – южной и юго-западной окраинами Ржева.
Тем самым, еще более разобщались усилия частей 29-й Армии, и без того «размазанных тонким слоем» на всем протяжении обороняемого немцами промежуточного рубежа.
Получив в свое распоряжение еще практически свежую 118 сд, командование Армии не нашло ей лучшего применения, чем попытаться лобовыми атаками с трех сторон срезать «угловой столб» немецкой обороны – опорный пункт в Коптево.
Каких-либо попыток концентрации сил для прорыва обороны противника на отдельном участке не предпринималось.
Управление войсками 29-й Армии было потеряно, ее части из-за продолжительных дождей оставшиеся с минимальной артиллерийской поддержкой, разрозненно - «растопыренными пальцами», вели на своих участках безрезультатное наступление, а некоторые в тоже время фактически бездействовали, как 29 кавполк…
Очевидно, над командующим 29-й Армии довлела боязнь возможного окружения при прорыве вглубь боевых порядков противника, вызванная еще свежими воспоминаниями о событиях февраля 1942 года к западу от Ржева.
О его действиях в то время исполняющий обязанности начальника Генерального штаба А.М. Василевский отзывался в том духе, что «Швецов растерялся и едва ли способен на что-либо активное…», а командующий Калининским фронтом И.С. Конев вообще оценивал их, как «панические»…
Последствия такой боязни не замедлили сказаться, в боях первых дней после выхода на занятый немцами промежуточный рубеж все соединения 29-й Армии понесли тяжелые потери, не добившись результатов
При этом, наступающим частям противостояли не столь уж значительные силы противника.
Так, численность подразделений 11 мотопехотного полка 14 мд, оборонявшихся в районе Коптево, составляла до 350 человек.
Был и еще один нюанс…
Наша команда уже не далеко не первый год работает по местам боев частей 29-й Армии летом 1942 года и за это время у нас сложилось устойчивое впечатление, что работники оперативного отдела ее штаба, планируя наступательные действия войск, были не состоянии определить рельеф местности по карте, а проводить рекогносцировочные мероприятия не считали нужным.
В результате, порой, наступление, как нарочно, велось на участках, наиболее укрепленных противником, либо там, где местность была наименее удобной для этого.
Имели место случаи, когда части, наступая, вполне предсказуемо попадали в огневые мешки, заранее подготовленные противником с учетом особенностей местности. Имея представление о ее характере, не учесть такой угрозы было просто невозможно…
Ситуацию в полосе наступления 29-й Армии изменило непосредственное вмешательство командования Калининского фронта 19 августа 1942 года, но к тому времени предпринимать попытки обхода узлов сопротивления противника можно было уже только силами отдельных ослабленных полков, и такие попытки без особо труда отражались немцами…
В итоге, когда после недели ожесточенных боев измотанные части 14 мд, 161 и 256 пд были отведены на южный берег Волги, к подготовленному противником новому рубежу обороны к западу от Зубцова соединения 29-й Армии вышли, во многом, утратившими боеспособность из-за понесенных потерь, да и там они иногда действовали в том же ключе, что и раньше…
Это стало одной из основных причин того, что кровопролитные бои за опорные пункты Уварово и Юшнево длились по две недели и более, а оборона противника в районе Ново-Ожибоково, получившая у солдат Вермахта название «немецкий угол», так и не была преодолена нашими войсками, противник оставил ее в марте 1943 года.
Об этих боях мы уже рассказывали в статье «В списках не значится… Боец Редкоусов Григорий Макарович. 212-й км…», https://vk.com/@-212498617-v-spiskah-ne-znachitsya-boec-redkousov-grigorii-makarovich-2.
Более того, неудачные действия 29-й Армии способствовали тому, что наступление Западного фронта на Ржев в августе-сентябре 1942 года не увенчалось успехом…
Недаром, 26 августа 1942 года за допущенные просчеты и неспособность руководить войсками, выразившуюся в потере управления ими, генерал-майор Швецов был отстранен от командования 29-й Армией, назначен с понижением и уже не сделал карьеры, закончив войну в 1944 году на Карельском перешейке в должности командующего 23-й Армией…
Потери советских войск в боях под Коптево, несомненно, были чрезмерно высокими, но, отнюдь, не напрасными.
Противник также понес серьезные потери. Только 11 мотопехотный полк, включая его батальон, участвовавший в это время в боях к югу от Зубцова, в полосе наступления 31-й Армии, потерял убитыми, ранеными и пропавшими без вести 863 человека.
«Запаса прочности» 14 мотопехотной дивизии, как и других соединений 9-й полевой армии Вермахта еще хватило, что бы сдержать натиск советских войск в боях августа-сентября и удары операции «Марс», а также организованно покинуть Ржевско-Вяземский выступ в марте 1943 года. Но в полной мере оправиться от понесенных потерь, основную массу которых составили обладавшие серьезным боевым опытом солдаты и офицеры, ее пехота уже не смогла и, спустя еще несколько месяцев 9-я армия потерпела фиаско в сражении на северном фасе Курской дуги, ставшем частью битвы, окончательно переломившей ход войны.
Сержант Михаил Худяков и другие бойцы 118 стрелковой дивизии, павшие на раскисших от дождей полях на подступах к Коптево в августе 1942 года, успели провоевать совсем недолго, каких-то две недели, но ценой жизни обеспечили этот перелом…