«Я тебя люблю»

Очередное июньское утро ворвалось в квартиру Татьяны щебетом птиц, ярким светом и звуком будильника на телефоне, вернув её из мира грёз в привычное трёхмерное пространство. Быстро выключив будильник, женщина потянулась и сладко зевнула. Такой сон прервался! Она помнила только одно - как бежала по полю из ослепительно белых ромашек, а потом незаметно полетела над ними и удивилась, что может летать. Это было так здорово!..

Как неохота вставать… Полежать бы ещё полминуточки, потянуться, но нельзя. На часах – половина седьмого. Через два часа нужно быть на работе. Надо вставать и тащить саму себя умываться. Тёплая кровать по-матерински продолжала держать, обнимая краями одеяла. Муж спал рядом, шумно дыша. В его тяжёлом сне гоняли мяч бразильцы с голландцами, и звенел ключами сменщик на работе.

Позавчера у неё был день рождения, который просто выпил её. Весь день она что-то варила, резала, накрывала, убирала и мыла. Обычная женская доля… Так умотаться в свой же день рождения! Ирония судьбы…

Зайдя на кухню, Татьяна быстро включила чайник и пошла в ванную, чтобы привести себя в порядок – женщина всегда должна быть красивой и свежей. Под освежающим душем она быстро проснулась. Мягкие белые струйки воды шипели, как дождь, и сбегали с её тела, смывая все неприятные воспоминания и ощущения. С каждой секундой ей становилось всё легче.

Татьяна вышла из ванны, быстро вытерлась и накинула халат. Потом посмотрела на себя в зеркало и почему-то вспомнила последнюю неделю, впервые пролетевшую незаметно, хотя на работе был просто завал с делами. Причиной этого был он, ворвавшийся в её размеренную и уже давно устоявшуюся жизнь настоящим ураганом. Сколько лет они не виделись? Она пыталась вспомнить, но никак не могла. Восемь? Десять? Господи, как же давно это было!

Она влюбилась в него сразу и навсегда. В её памяти остались разговоры с ним на кухне, стихи, которые он читал ей, гуляние долгими летними вечерами, чай на кухне, где она неожиданно для самой себя, вдруг, призналась ему в любви. Она до сих пор ощущала его тело и жадные руки. Даже удивительно, что это не забылось за столько лет. Как же тогда ей было хорошо с ним и как же всё это быстро закончилось…

Женщина смотрела на себя и мысли уносили её в то время, когда он был с ней. Какой же он был нежный и ласковый… Ей казалось тогда, что он её любит. Может, и правда, любил? Но почему же тогда ушёл, ничего не сказав, внезапно и навсегда? Он просто исчез, испарился, не отвечая на звонки, избегая встреч с ней, хотя она искала его и каждую неделю писала ему письма, одно из которых сверху донизу было исписано без пробелов двумя словами «Жду тебя».

Она не знала ответа на этот вопрос ни тогда, ни сейчас. Он просто ушёл, оставив её одну с догадками и вполне объяснимой горькой женской обидой, отобрав последнюю надежду на обычное земное счастье.

Их пути разошлись также неожиданно, как и вновь пересеклись спустя целых девять лет. Она была готова столкнуться в метро с кем угодно, но только не с ним. Она много раз видела его в социальной сети, пару раз «подмигивая» ему короткими «привет», которые заканчивались ничем. У неё была своя жизнь, у него своя. Он жил в Екатеринбурге, она за тридевять земель от него – какое уж тут общение по душам, да ещё и по Интернету! Всякий раз ей казалось, что она ему просто неинтересна. Лить слёзы по этому человеку она давно перестала, прекрасно понимая, что им никогда не быть вместе, но что-то оставалось в её душе по отношению к нему, возможно, поэтому она нет-нет, да вспоминала его. Возможно, они никогда бы не встретились вновь, если бы она не зашла на его страничку в Одноклассниках снова и из простого любопытства не написала ему коротенькое сообщение: «Здравствуй!» - К её удивлению, он её не узнал, ответив: «Здравствуйте!»

Так произошла их вторая встреча. Она зашла к нему в «гости» первой, совершенно ни на что не надеясь – просто поздороваться: помнит или забыл уже. Оказалось, что не только помнит. С каждым его словом она чувствовала, что он рвётся к ней. Как-то раз она написала ему: «Мне нельзя с тобой часто переписываться – я могу в тебя влюбиться».

Неужели всё-таки влюбилась? Это было странное ощущение, словно какие-то очень явственные и предельно ощутимые нити натягивались между ними, разрушая понятие времени и пространства. Иногда ей казалось, что это сон. В какой-то момент она написала ему: «Ты не сон?» - «Нет», - тут же получила она ответ, дав ему прозвище Несон.
Так продолжилась эта удивительная история, связавшая невидимыми узами двух разделённых судьбою людей…

Вода смывала ночной сон с её лица. Мысли вьюгой кружились в её голове. Она, вдруг, представила, как моет его – уставшего после работы, как он обнимает её. Она трёт его спину, руки, плечи... Он улыбается, притягивает её к себе и жарко целует в губы...

Женщина устыдилась собственных мыслей и плеснула водой в лицо. Это были лишь её мечты. Сбудутся ли они когда-нибудь, она не знала, как не знала, что будет с ней и с ним дальше. Будут ли они вместе? Увидятся ли снова когда-нибудь? Если да, то как будут встречаться и где? В метро или в кафе? На пять минут или на полчаса? Урывками? Раз в неделю или в месяц?

Он работает до семи. Её рабочий день заканчивался примерно в то же самое время. Каждый час расписан по минутам. Выходные – только с семьёй и за эти дни ни позвонить, ни написать ему она не могла. Вот он – близкий, родной, желанный, но абсолютно недостижимый. Господи, ну, почему всё так! Прятаться и стесняться каждого своего шага она не хотела, гоня мысль, что никогда не увидит его. Увидит! Обязательно! И обнимет, и расцелует, и заласкает, пусть хотя бы один только раз. Она захотела выкрасть его у судьбы во что бы то ни стало. Зачем-то же они снова встретились!

Уставшая от работы, стирки и варки, эта молодая и красивая женщина в последнее время слишком редко вспоминала о том, что она привлекательна и женственна, что интересна как личность, что ею тоже можно восхищаться и любить её. Он не просто напомнил её об этом. Он зажёг внутри неё яркий блистающий огонёк, вмиг осветивший всё пространство вокруг. Она уже не могла позволить себе остаться без этого огня.

…Она вытерла лицо любимым махровым полотенцем и внимательно посмотрела на себя в зеркало, подумав:

— Как же хочется нормальной жизни, блин горелый! Ну, почему всё в жизни именно так, а! Ну, зачем он тебе сейчас? А если он тебя снова бросит, как тогда? Ты к этому готова? Может, это просто твоё мимолётное увлечение, а ты и понять, дурочка, не можешь? Кто знает, может, он и другим сейчас стал – годы-то идут, а если нет? Если поиграется с тобой и бросит? Ты уверена, что ты у него одна? В принципе, за ним бабы могут бегать. Не уйдёт же он от своей жены-красотки и детей! И, потом, куда я от своей семьи денусь? Как же всё запутано… Прямо, Санта-Барбара сплошная. Только, как я без него теперь? Не хочу я без него! Ну, не хочу! По крайней мере, пока. Ты меня понимаешь?

Женщина кивнула сама себе в ответ и снова посмотрела на себя в зеркало. С той стороны на неё смотрела карими глазами испуганная женщина.

— Дальше видно будет. Не кисни. Может, ты и дура! А если это любовь?

Задав сама себе этот вопрос, она усмехнулась. Конечно, это была любовь, которую она берегла столько лет, не смея даже подумать о том, что когда-нибудь она снова встретит своего любимого.

— А если снова бросит? – неожиданно вспорола сознание женщины страшная мысль. - Как тогда быть?

Она посмотрела себе в глаза и, вдруг, увидела в них тревогу.

— Ты чего это? Испугалась? Ну-ка перестань! Может, он там за эти выходные тебе уже в любви признался! Давай-ка ты на электричку беги, а то опоздаешь.

Наработанный за многие годы ритм делал своё привычное дело. Уже через несколько минут она была готова к новой рабочей неделе. Собрав в сумочку всё самое необходимое и на ходу проглотив бутерброд с чаем, она уже мчалась к метро, глядя на часы.

…Полтора часа до работы пролетели незаметно. Для огромной Москвы – это норма. Самым неприятным была духота в вагонах, бороться с которой временами было практически невозможно – спасали только кондиционеры.

Ну, вот и её станция. Через десять минут женщина была уже на работе. Войдя в кабинет, она сразу включила компьютер. Ожидания не обманули её – в почте она обнаружила огромное письмо, которое начиналось с нежных слов:

«Нежность моя, дорогой мой человек, доброе утро! Моя, понимаешь, а не его. Ты, наверное, сердишься на меня за эти слова? Прости, меня, но я так чувствую. Моё сердце рвётся к тебе, и я не могу запретить ему. Тянет меня к тебе… Сильно тянет. Не могу ни забыть тебя, ни отключиться от мыслей о тебе – никак не получается. У меня жена есть, дети, а я думаю только о тебе. Я хочу к тебе. Хочу быть с тобой. Темно в комнате и тихо. Лежу и вижу твои волосы, глаза твои голубые, руки нежные, губы жаркие и всё остальное – самое нежное и женственное. Хочется обнять тебя, как много лет назад, прижаться к тебе всем телом – сильно-сильно…Будет ли это когда-нибудь? Не знаю. Даже думать боюсь, что этого не будет. Это как ожог. Может, и не будет – это ведь Жизнь. Всякое бывает…»

Читая письмо, она понимала, что всё это – огромный риск. Ради чего всё это? Ради новых ощущений и игры адреналина? Ну, любит, и что? Перетерпит и пройдёт – выхода другого не будет. Она же перетерпела тогда. Ещё неделю назад его не было в её жизни. Может, это просто искушение, которое пройдёт, как горячка?

Женщина почувствовала, как её сердце начинает колотиться. Дышать стало немного труднее, но это было приятно. Как давно она не чувствовала этого! Она ощутила, как её щёки предательски запылали. Быстро метнув на коллег взгляд, она убедилась в том, что никто на неё не смотрит, и продолжила читать письмо.

«…Ты даже не знаешь, как мне плохо было, когда я проводил тебя до вокзала, а потом двое суток не мог себе места найти только потому, что не смог тебе устроить нормальную человеческую встречу после стольких лет разлуки. Да, ты и сама, как я заметил, не была от этого в восторге, просто не показала виду. Я, как последний эгоист, решил бегом всё ускорить, а ведь мне хотелось сделать нашу встречу красивой, незабываемой, а не такой, о которой потом и вспоминать-то не захочется. Какую-то ромашку дрипаную тебе принёс вместо красивых цветов! Заплатить за тебя в кафешке не сумел. Кто я после этого? Я очень хочу быть с тобой и только с тобой, но я прекрасно понимаю, что ничего тебе не дам. По крайней мере, сейчас. И это убийственнее всего – найти тебя и снова бояться потерять, потому что быть рядом с любимой женщиной - это быть для неё настоящей стеной, опорой, надёжным плечом, а не бегунком и не временным гостем в её судьбе.

Это не просто страсть юношеская. Это… Я боюсь произносить это слово. Но, по-моему, это… Любовь. Поздняя или нет, не знаю, но точно знаю, что это она. Весь день ходил с этим чувством и спрашивал себя очень честно: «Ты правда её любишь?» - И мне не оставалось ничего, кроме как признаться себе: «Очень!»

Неожиданно зазвонивший телефон заставил Татьяну вздрогнуть. Она почувствовала, как её пальцы задрожали, как будто муж неожиданно подошёл сзади и посмотрел через плечо, прочитав это письмо. Её бросило в холодный пот…

Быстро переговорив по телефону с заказчиками, она продолжила читать, чувствуя, как ещё сильнее колотится её сердце. Ей хотелось прижать его голову к своей груди, погладить его короткие волосы и поцеловать в глаза.

«Всё не так, любимый мой, всё совсем не так», - думала она, с трудом сдерживая комок, подкативший к горлу. – «Дурак ты! Какой же ты дурак! Я же с тобой! Пусть пока всё идёт так, как идёт, но я с тобой! Не нужны мне твои букеты и звёзды с небес. Мне ты нужен! Я сама-то запуталась в своей жизни, как рыба в сетях. Ты ведь совсем ничего не знаешь. Как мне тебе рассказать о том, что было за эти годы? Вот встретимся где-нибудь, я тебе обязательно всё расскажу. Ну, что я могу сделать, нежный мой! Ты же знаешь - у меня семья, муж! У тебя тоже своя семья. Мы не можем всё это разом сломать, ты же понимаешь это сам. Ну, так вышло всё и у тебя, и у меня… Кто же знал, что так получится! Придётся нам с тобой пока так - просто дружить».

Ей хотелось бить посуду. Впервые в жизни. Со всей силы, с размаху и от всей души. О стену! Об пол! Чтоб осколки со звоном разлетелись во все стороны света, долетая до её любимого. Как же она хотела сейчас к нему! Как ей хотелось хоть кому-нибудь об этом рассказать, чтобы услышать совет, но кому? Подруг, таких, чтобы душу им излить, у неё не было. Это только в фильмах лучшие подруги слёзы платочком просушивают, а в жизни всё куда прозаичнее.

Оказавшись в такой же ситуации, как он, она сейчас прекрасно его понимала – семья, дети… И никого не бросить. Хоть вены себе перегрызи! Ситуация – врагу не пожелаешь. Но и без него она сейчас тоже не могла. Он принёс ей что-то новое, светлое, как будто перестановку в душе сделал. Её мир неожиданно стал другим. Это был тот же узнаваемый мир, но уже с другими красками. Сколько они ещё будут играть своим светом? Сколько по судьбе положено, только пусть не гаснут как можно дольше!

Она вздохнула, быстро ответила на письмо коллеги, пришедшее по электронной почте, и посмотрела на часы. Они показывали половину двенадцатого.

— Пока ещё можно, - подумала она и снова продолжила читать.

«…Вчера стоял у окна, смотрел на облака, которые плыли ниже моих окон на 30-м этаже, над городом шёл дождь, а я всматривался вдаль, словно хотел разглядеть тебя в этой белёсой мути. Где ты? Как ты там? Наверное, тебя обнимает твой муж. Вот ты готовишь ему завтрак, потом обед и ужин. Вот стираешь ему одежду, садишься с ним за стол, а потом ложишься с ним в постель, целуешь его, ласкаешь… И стало мне так скверно, что передать тебе обычными человеческими словами своего состояния я, наверное, и не смогу. На его месте много лет назад мог быть я. И ты была бы счастлива со мной – я это твёрдо знаю, потому что я умею любить и быть нужным. Я смог бы дать тебе это счастье. Но жизнь распорядилась нами по-своему, потому что у Бога в отношении нас свои планы. Тогда я не мог бы любить тебя так, как сейчас. Чувствую себя половинкой прекрасной картины, которую много лет назад кто-то беспощадно разорвал, и обе половинки под названием «ты» и «я» разбросал по свету. У тебя есть хотя бы подруги, а я совсем один. Люди вокруг дружат, у них есть какие-то дела, их кто-то ждёт, звонит им, беспокоит, тормошит даже ночью, а мне звонит только мама и ещё жена. Но, как это ни печально, я не считаю её другом. Мы просто живём вместе…»

Она читала и не верила своим глазам. Ей всегда казалось, что у него замечательная семья. Кто бы мог подумать! В каждой строчке письма была невыразимая боль и тоска по обычному человеческому семейному счастью, которого этот молодой мужчина был лишён. Возможно, это была плата за то, что когда-то он ушёл от той, которая любила его по-настоящему.

Татьяна продолжила читать:

«Мы просто совсем чужие люди, которые вынуждены жить вместе, потому что у нас дети. Мы просто терпим друг друга и временами срываем друг на друге злость, понимая, что уже ничего не можем изменить. Ты всего этого не знаешь, да и не нужно тебе это знать. Это моя война, которую я должен пройти сам…
Ладно, Солнце моё. Всё это ерунда. До завтра. Завтра напишу тебе что-нибудь ещё».

Женщина читала письмо и, вдруг, поймала себя на мысли, что совсем его не знает. Его жизнь открывалась для неё с неожиданной стороны. Всё оказалось гораздо хуже, чем она думала. Теперь ей стало понятно, почему у него были такие напряжённые глаза, почему он был какой-то растерянный и раздёрганный.

«Как же так получилось-то, хороший ты мой?» – думала она, читая эту неожиданную исповедь. – «Зачем же ты тогда стал с ней жить? Почему не развёлся? Хотя, о чём я - дети… Позже она спросит его: «Ну, почему ты не уйдёшь от неё?» - и услышит грустный ответ: «Куда? Как всё вмиг разломать? Был бы я один – вопросов не было бы, собрал чемодан и до свидания. Но как быть с детьми?.. Позже я это сделаю, но сейчас я должен к этому подготовиться».

Он всегда казался ей и многим её землякам вполне состоявшимся, реализованным и удачливым человеком. К тому времени, когда она познакомилась с ним, он был уже известным в Екатеринбурге доктором, как говорится, с именем. Внешне всегда весёлый и очень живой, он производил впечатление успешного человека. И, вдруг, такое откровение. Это было полной неожиданностью для неё. К этому она совершенно не была готова.

Татьяна почувствовала, как по её телу побежали неприятные мурашки, и ей стало холодно. Она нервно поёжилась. Впервые за много дней она крепко задумалась. Ей стало жалко его по-русски, по-бабьи. Накатило незнакомое, странное и очень сильное чувство. Она словно смотрела какой-то странный фильм. Сейчас ей захотелось бросить работу и поехать к нему. Нет, уже не из бабьей жалости – она почувствовала, что он какой-то родной и близкий. Она увидела в нём и его жизни что-то своё, что-то до боли знакомое и поняла, что именно этот человек и сможет её понять до конца, по-настоящему, потому что он знает, что такое терпеть и быть одному…

Ну, вот и конец рабочего дня. Странного дня и очень необычного. Она выключила компьютер и вместе со всеми вышла из кабинета.
…На часах было 18. 40, когда из проходной вышла среднего роста молодая симпатичная женщина в очках с чёрными волосами, собранными в «хвостик». На ней были тёмные брюки и светлый пиджак, а в руках сумочка. Думая о недочитанном письме, женщина прошла несколько шагов по направлению к дороге и, вдруг, увидела… его. Если бы прошло даже сто лет, она всё равно бы его узнала.

Он появился перед ней также неожиданно, как и исчез много лет назад, вычислив по какому-то одному ему ведомому алгоритму её телефонный номер и место работы по электронной почте, которую она скинула ему после обеда. Вместо сухощавого молодого человека перед ней был взрослый мужчина, но с теми же самыми глазами из её далёкого и, казалось, навсегда забытого прошлого, с которым она рассталась против своей воли.

Он немного не то, что постарел - повзрослел. Но, совсем чуть-чуть. Обычно в таких случаях говорят «возмужал». Почти такой же, только чуть плотнее – грудь шире, руки и шея крепче. На высоком лбу появились тонкие длинные морщины, а на висках и подбородке, заросшем щетиной - несколько сединок. Возле по-прежнему внимательных серо-зелёных глаз – едва заметные лучики. Под глазами «мешочки» - вечные спутники докторов и их круглосуточной работы. На губах та же добрая и приветливая улыбка. Те же усы, губы, глаза…Удивительно!

Сделав несколько шагов навстречу, он осторожно, с едва ощутимой неуверенностью и трепетом обнял её, в какой-то миг чуть сильнее прижав её к себе. И в этом мимолётном порыве, который женщине, вдруг, захотелось продлить, чувствовалось многое, что нельзя было объяснить одними словами. Это было больше, чем слова. Женщина почувствовала на своих плечах его руки, соскучившиеся по ней за время долгой и жестокой разлуки. Как давно она не обнимала чужого мужчину. Если бы она только могла, то вцепилась бы в него, повиснув на нём и никуда уже не отпускала от себя. Она почувствовала, как её сердце стало выпрыгивать из груди.

Татьяна почувствовала, как предательский румянец пополз по её щекам до самых ушей. Как горячо! И приятно! Она хотела посмотреть на него, но не могла – какая-то смешная девчоночья робость овладела ею. А, казалось бы, взрослая женщина. Столько было мыслей за неделю, образов, и вот она идёт с ним бок о бок и не знает, с чего начать разговор, прерванный много лет назад и оказавшийся невероятно трудным. Как глупо! Словно десятиклассница…

Их встреча была такой же недолгой, как их июль, в котором они познакомились и расстались на долгие годы. Всю ночь она будет думать о нём, а на следующий день, придя на работу раньше обычного, откроет почту и обнаружит его новое письмо:

«…Милая моя! Дорогая моя, солнечная, удивительная и любимая женщина! Снова пришёл вечер. Вечер без моей любимой... Тучи... Холод... Дождь... Ветер... Тоска... Плохо... Одиноко... Больно... Страшно... Где же ты? Ты со своей семьёй. А я могу быть твоей семьёй? Хоть иногда? Хоть чуть-чуть? Твоей? Сердце плачет без моей любимой. Солнце не даёт света. Всё страдает, и сама Природа, потому что она понимает и чувствует меня. Я улыбаюсь и заставляю себя смеяться при моей любимой, а потом, когда она уходит, даря мне свою улыбку, мне хочется выть волком.

Что же я наделал! Как же я опоздал к тебе! Как мне теперь жить без тебя? Ничего не хочу... Всё скверно... Люблю, люблю, люблю... Всё бы отдал, чтобы быть с тобой. Но ты уходишь. Снова и всегда. Почему не я ложусь в постель с тобой? Почему не меня ты греешь и ласкаешь? Почему не ко мне ты спешишь, глядя на часы? Поздно, поздно, поздно! Убил! Своими собственными руками убил своё счастье! Руки в крови по локоть! Прости! Прости! Прости! Как мне вернуть тебя? Как мне воскресить моё счастье? Что мне сделать для моей любимой? Уйти? Да - так ей станет лучше. Она забудет меня и снова всё пойдёт по-прежнему - работа, дом, муж, дети... Её сердце будет спокойным, и она не будет мучиться и терпеть меня. Но я не могу. Только не сейчас. Сейчас нельзя! Не могу - больно! Знаю, что нужно. Знаю, что лишний! Знаю, что не я - её семья! Но как? Где найти силы уйти навсегда?

Вечер без моей любимой. И снова ночь без моей любимой. Как только в комнате становится темно, в сердце становится светло, словно кто-то входит в него с лампой. Это входит моя Любовь. И становится не так страшно. Я буду засыпать, и на моих губах будет только твоё имя... Я представлю тебя, мысленно обниму, заберу все твои дневные печали и тревоги, прогоню прочь все мрачные мысли, и всем сердцем попытаюсь прорваться сквозь время и пространство, мысленно позвав тебя.

И будет уже не так больно и одиноко. Уже не так... В кроватях будут спать дети и жена, а я буду думать только о тебе. Всю ночь. И только твой образ даст мне отдохнуть. И снова я проснусь с твоим именем.
Неправда, что мы встретились случайно! Не верю! Так не может быть! Но тогда зачем? Чтобы снова расстаться? Чтобы разделить мою жизнь на "до" и "после"? Чтобы уже не иметь покоя ни днём, ни ночью? Чтобы бояться самой мысли о том, что я никогда не смогу стать твоим мужем? Чтобы делить тебя с тем, кто называет тебя своей женой и тоже боится тебя потерять? Но нужно жить. Жить!!! Хотя бы для того, чтобы однажды, пусть в это не поверит никто, ты всё же вошла в мой дом полноправной хозяйкой, чтобы ты налила мне подогретый на плите суп и чай с молоком. Чтобы я смог сделать твою жизнь ярче и счастливее.
Нужно жить! Чтобы пришёл тот миг, когда я смогу обнять тебя, посмотреть в твои глаза и сказать: «Я дождался тебя! Слышишь! Дождался!» - Смешно? Глупо? Наивно? Нелепо? Невозможно? Может быть. Но я готов быть посмешищем и глупцом ради самой светлой мечты на свете. Ветер за окном... Сыро... Темно... Холодно... Сегодня я согрею своим теплом только моих детей. Живи, моя любимая! Живи! Всегда! Вечно! Просто живи! Просто радуй мир собой и своим светом! Дари любовь своему мужу и детям! И улыбайся. Прошу, только почаще улыбайся - у тебя самая красивая улыбка и самые удивительные на земле глаза.

Живи! Пусть без меня - я уже почти готов к этому. Лишь бы ты жила. Живи и учи меня любить - чисто, ничего не желая, взамен. Это и есть Любовь. Живи и вспоминай обо мне. Хоть иногда. Хотя бы на несколько секунд. Этого достаточно, чтобы моё сердце, готовое остановиться, снова начало биться. Живи! И, может быть, настанет день, когда моя мечта станет реальностью. Но даже если он и не настанет, прошу - ЖИВИ! Я люблю тебя... Я... Тебя... Люблю...

Я бы хотел, чтобы у меня была такая жена, как ты. Знаешь, а мне никто и никогда не говорит: «Я тебя люблю!» - только дети и мама. Оказывается, мало, когда просто сварена еда и постирано бельё. Еду можно приготовить самому, как и самому постирать бельё или вынести мусор, но самого себя ни понять и пожалеть, ни выслушать и простить невозможно. Верю в то, что мы ещё не раз встретимся с тобой, посидим где-нибудь в обнимку и поговорим без спешки. Как бы там дальше у нас с тобой ни было, я хочу, чтобы ты знала – ты для меня теперь самый близкий человек. Больше мне нечего тебе сказать. Дальше все слова становятся лишними и бесполезными…

Целую тебя нежно и крепко-крепко обнимаю. Мы всё равно будем вместе».

…Татьяна дочитала письмо, и её сердце на миг замерло, словно сделало глубокий вдох, а потом снова пошло. Ей было спокойно и хорошо. Может, потому, что узнала его чуть ближе и лучше, а может, потому, что получила ответы на некоторые вопросы, которые последнюю неделю мучили её и не давали ей покоя.

Через несколько часов она будет дома, потом придёт ночь, и она долго не сможет заснуть: она будет думать, думать, думать... Перед её глазами будет только он - его руки, глаза и губы, с которыми она уснёт и проснётся уже другой женщиной. Она не узнает о том, что он ещё долго будет бродить по вечерней Москве, перелопачивая всю свою жизнь и ставя себя перед самыми сложными вопросами, на которые он честно будет отвечать самому себе.

…Маленькая птаха, резко пискнув, села на ветку дерева. Жизнь продолжалась, но теперь это была уже другая жизнь, наполненная новым смыслом и светом. Татьяна шла домой и улыбалась. Только что от него ей на телефон пришло сообщение:

— Я тебя очень люблю!

Женщина остановилась и быстро набрала:

— Я всегда буду с тобой!

Максим Стефанович
Москва, 2014 г.