«Старомодная комедия». Ленком.
Вот так заходишь в «Ленком», и попадаешь на дискотеку «кому за 40» в парке Сокольники. Нарядные интеллигенты женского и мужского пола доказывают зрителям, что есть порох в пороховнице, на Марсе - жизнь, а в театре, который долго потрясал потрясающим скандалом даже нетеатральную общественность, - социалистический реализм. Эстетический принцип пятидесятилетней давности достал из сундука режиссер Роман Самгин, стряхнул пыль в зал на 750 мест и постарался освежить новой идеологической повесткой.
2022 год, «Ленком», Арбузов, «Старомодная комедия», Советская Прибалтика, Рижский залив, санаторий. Здесь, в декорациях дома отдыха, сотворенных «под СССР» (которые, впрочем, больше напоминают не СССР, а СССР сорок лет спустя) встречаются двое. Он – главный врач. Она – циркачка. Он интеллигент. Она – яркий пример современного психоанализа – «женщина должна быть такой, которую хотелось бы сдать в сумасшедший дом». Между ними возникает сердечный интерес, который за несколько санаторных дней перерастает в зрелую любовь. Прекрасную, непошлую, возвышенную - с прогулками, шампанским, танцами и душевными разговорами. Такую, какая могла быть только в середине прошлого века, когда тема возвышенной межгендерной любви лицами пенсионного возраста и тема возрождения этими лицами любви к жизни воспевалась советским театром и кинематографом. Спектакль, конечно, освежает воспоминания у тех, кто во младенческом возрасте застал этот период страны. И воспоминания эти даже придают дополнительный флер спектаклю.
Чем объяснить тягу молодого режиссера к классике советской драматургии, пьесе Арбузова «Старомодная комедия», написанной в 1975 году? С одной стороны – курортный роман, любовь. А со стороны другой - парткомы, профкомы, художественные советы - типичная советская пьеса, «сказки старого арбуза». Еще два года назад подобный выбор постановки вызвал бы недоумение даже у начинающего маркетолога в условном тикетленде: дискотеку «кому за 40» нужно ведь как-то продавать, желательно молодой платежеспособной публике, которая не то, что войны, пороху не нюхала. И тем более не способна понять тонкие душевные переживания двух влюбленных героев почти семидесятилетнего возраста. Если бы не одно «но», которое перевешивает и выбор пьесы, и сценографию, и разное, и прочее – артисты. На это «но» пойдут зрители самого разного возраста.
Он – Игорь Бочкин. Она – Олеся Железняк. Бочкин, сложившийся в женских головах архетипом героя мужественного, доминантного, альфа, бета и омега, героем с несгибаемой волей, железным характером и крепкими тестикулами, предстал в арбузовской пьесе мягким, скромным, стеснительным доктором, который не может забыть войну и не хочет ее забыть, «чтобы она не повторилась». Да и не получится: здесь, на Рижском взморье, в 1944 году погибла его жена-военный хирург, к могиле которой он приходит ежедневно со свежими цветами. Об этот трагический нюанс спотыкается любовь героини. Впрочем, у героини тоже непростая судьба. Эту непростую судьбу и раскрывает через сбалмошный характер своей героини Железняк. Железняк гениальна. Женщина, на которой и платье Диор, и рубище смотрятся одинаково – рубищем. Актриса, которая может играть тургеневскую девушку хоть в костюме инопланетянина, и все равно ей веришь. В новой постановке «Ленкома» Олеся явила себя фактически молодой Раневской.
И вот эти двое сделали с «дискотекой кому за 40» то, что могут сделать только два прекрасных артиста. Они сделали спектакль, который при других вводных зритель назвал бы конъюнктурой, но который теперь язык не поворачивается так назвать.
Автор - Анастасия Пушкина