Иерей Игорь Розин: О грехе осуждения
13 мая 2001 года от рук 23-летнего Ибрагима Хапаева в храме Георгия Победоносца принял мученическую кончину иерей Игорь Розин. Вашему вниманию предлагается проповедь о. Игоря, которая станет отличным повод для размышления в начале Великого Поста.
Издавна вся жизнь православного человека освящается спасительными днями церковных постов. И каждый раз, проходя это поприще, мы стараемся трудами покаяния приготовить свою душу и тело, с чистой совестью и светлым радостным лицом встретить великий праздник, ради которого и установлена нашей Матерью-Церковью эта благодатная подготовка.
Покаяние – это такой великий дар, данный Господом согрешающему человеку, что святые отцы назвали его вторым крещением. Но зачастую мы по своему неразумению делаем бесплодным этот величайший дар Божий. Одной из главных причин, препятствующей истинному покаянию, является грех осуждения людей. В наши дни он приобрел особую силу и словно страшная эпидемия, поражает немощные сердца, а мы в безумстве своем почти не обращаем на него должного внимания, считая его чем-то мимолетным и незначительным.
В назидание нам Священное Писание и учение Святых Отцов уверяют нас в обратном, свидетельствуя, что грех осуждения настолько велик, что он один может лишить нас жизни вечной, тогда как неосуждение людей может ходатайствовать о прощении наших грехов.
Человеку не дана власть судить о нравственном или духовном устроении своего ближнего. Мне отмщение, Аз воздам (Рим. 12, 19), – говорит Господь. Внутренний мир наших ближних является величайшей тайной, открытой только единому Богу. Наши заключения о праведности или греховности человека, сделанные по его поступкам или внешности, нередко бывают ошибочными.
В истории Церкви этому есть много примеров из жизни Святых.
Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете (Лк. 6, 37), – говорит Господь. Почему же суд наш всегда бывает неправедным? «Объяснение этому кроется в ограниченности нашего сознания.
Мы не в состоянии обозреть и взвесить полноту всей жизни человека. Нам дано увидеть лишь отрезок его жизни, то есть состояние греховности или добродетели. А возможно ли только по части судить о целом жизненно-духовном устроении? Конечно, нет. Для большей убедительности попытаемся сравнить, как творится суд Божий и суд человеческий.
Когда Господь взирает на человека, Он видит все его положительные и отрицательные качества и способности, как природные, так и приобретенные в течение жизни. Родился ли человек в христианской или языческой вере, каково было его воспитание и религиозность, с какими людьми он общался в течение жизни, а также природные свойства его характера, ибо одни бывают спокойные по естеству, другие – горячие и вспыльчивые. Большое значение имеют и обстоятельства, при которых совершаются грехи или совершается добродетель. Все это известно одному Господу. Он же, взвесив все на весах Своего правосудия, выносит суд или оправдание».
Так ли судим мы? Как правило, увидев какие-то грехи или падения человека, сразу спешим только по ним судить его. Вот пример.
Однажды авва Исаак Фиваидский, увидев брата, впавшего в грех, прогневался и повелел изгнать его. После этого ему явился Ангел Господень и, встав между дверьми кельи, не пускал его. Исаак начал просить, чтобы он объявил вину его. Ангел отвечал: «Бог послал меня, сказав: пойди и спроси у Исаака, куда повелел он поместить согрешившего брата, которого осудил». Исаак немедленно принес покаяние, сказав: «Господи! Прости меня». Ангел сказал ему: «Встань. Бог простил тебя, но впредь не поступай так: не осуждай кого-либо прежде, нежели Господь осудит его».
«Восхитили человеки суд и не предоставляют мне его», – говорит Господь.
Итак, слово Божие и учение Святых Отцов нам еще и еще говорят, что осуждая человека за какой-либо грех, мы не только сами совершаем тяжелый грех, произнося на него ложь, но и похищаем власть Божию, дерзостно становясь на Его место, что нам запрещено заповедью. Это одна сторона, запрещающая нам судить человека.
С другой стороны, святые отцы учат нас, что путь человеческого спасения, направляемый Промыслом Божиим, также составляет величайшую тайну, и мы не можем знать его. Господь спасает каждого человека по-разному, в зависимости от его устроения и полезности для его души.
Для некоторых из нас этот путь состоит во многих падениях и восстаниях, иначе мы не сможем осознать своей немощи и смириться. Для одних такие падения могут быть весьма велики, как это можно увидеть из житий некоторых святых. Но это не значит, что человек уже находится на пути погибели, ибо здесь может совершаться Промысл Божий, ведущий человека к очищению от каких-либо глубоко укоренившихся в нем страстей.
В-третьих, кто из нас достоверно знает, какое покаяние о содеянных грехах принес наш ближний, сколько теплейших покаянных молитв он вознес к Богу, сколько пролил горьких слез, перенес терзаний и воздыханий о помиловании, какие понес скорби и какие претерпел болезни, сколько болезновал сердцем от того, что оскорбил Господа своим нерадением?
Все это бывает скрыто от наших взоров. Подтверждая эту истину, Иоанн Лествичник говорит: «Видел я согрешившего явно, но втайне покаявшегося. И тот, которого я осудил как блудника, был уже целомудр у Бога, умилостивив Его чистосердечным обращением».
И в другом месте он говорит: «Некоторые явно впадали в великие согрешения, но большие добродетели совершали втайне; и те, которые любили осмеивать их, обманулись, гоняясь за дымом и не видя солнца».
В-четвертых, мы не имеем права осуждать, потому что нам неизвестен конец жизни человека. Бывают случаи, когда человек погружается в такую бездну греха и беззаконий, что уподобляется самим бесам. Но однажды происходит скорая перемена, и человек за короткое время приносит такое глубокое покаяние, какого мы, может быть, не принесем за всю свою жизнь. И в этом случае можно также усматривать действие Промысла Божия. Вот пример такого покаяния.
Некоторый брат, преуспевающий преимущественно в смирении, проводил уединенную жизнь в Египте. У него в городе была сестра-блудница, погубившая многие души. Старцы часто уговаривали этого брата, чтобы он сходил к сестре для увещевания ее отстать от греха. Когда он уже приближался к ее дому, один из знакомых, увидев его, поспешил войти к ней и предупредить о приходе брата. Услышав это, она, вне себя от радости, оставила любовников своих, которых в то время угощала, и с непокрытой головой выбежала навстречу брату. Когда она увидела его и хотела обнять, он сказал ей: «Сестра моя любезнейшая! Пощади душу свою, потому что многие погибают через тебя. Рассуди, какие муки уготованы тебе, если не прибегнешь немедленно к покаянию». Она содрогнулась и ответила: «А ты точно знаешь, что для меня есть какая-то надежда на спасение?» Он сказал: «Если бы только пожелала, то и доселе есть тебе надежда спастись». Она упала к ногам брата и просила его, чтобы он увел ее с собою в пустыню. «Пойди, – сказал он, – покрой голову свою и следуй за мной». Сестра возразила: «Пойдем скорее! Лучше мне пройти в толпе людей безобразной и с непокрытой головой, чем возвращаться в работный дом греха».
Во время пути брат поучал ее покаянию. Увидев идущих навстречу монахов, он сказал ей: «Сойди с дороги на короткое время, пока монахи пройдут, не все же знают, что ты моя сестра». Она сделала это. Монахи прошли, и он позвал сестру свою, но она не отвечала ему. Брат осторожно подошел к ней и нашел ее уже умершей, ноги ее были все в крови, потому что она была без обуви. Тогда, плача и рыдая, возвестил он старцам о случившемся. Они рассуждали между собой о ее спасении и не могли достигнуть согласия. Но Бог открыл одному из старцев, что покаяние блудницы принято, потому что она отвергла всякое попечение обо всем, принадлежащем миру сему, пренебрегла всем для исцеления язвы своей, тяжко вздыхала о грехах своих и оплакала их (свт. Игнатий (Брянчанинов), «Отечник»).
Видите, какое может быть решительное обращение и сильное покаяние, и таких примеров Церковь знает много. Может, и в этом городе было много людей с фарисейской праведностью, которые осуждали ее как великую блудницу. Но вот блудница уже целомудренна и в Царствии Небесном, а они будут навсегда лишены его за осуждение и лицемерную праведность.
В-пятых, святые отцы учат нас, что здесь, на земле, трудно отличить людей праведных от неправедных, а потому не должно никого осуждать. В истории Церкви есть много примеров, когда некоторых людей признавали большими грешниками, и считавшие так имели для этого все основания и подтверждения. Но по смерти этих людей Бог открывал, что мнимые грешники на самом деле были Его великими угодниками.
Для подтверждения этого обратимся к поучению Димитрия Ростовского. «Начиная делать различие между овцами и козлищами, – говорит святитель, – приведу здесь на память нечто из старчества. Некий пустынный старец, убеждаемый мольбами одного христолюбца изгнать беса из его дочери, сотворил молитву к Богу и сказал бесу: «Изойди из создания Божия!» Бес же, возражая ему, задал вопрос: «Если хочешь, чтобы я вышел, то сначала скажи мне, кто суть овцы, а кто – козлища?» Старец отвечал: «Овец знает Бог, козлище же я сам». И бес, не стерпев смирения старца, бежал. Старец этот по смирению своему назвал себя козлищем, оставив овец на усмотрение Божие. Я же, грешный, – восклицает святитель Димитрий, – слова сии по истине скажу: овец знает Бог, а козлище я сам. Трудно распознать в жизни этой овец и козлищ, как во тьме ночной отличить драгоценный бисер от простых камней. Бывает, что кто-нибудь всеми считается козлищем, а на самом деле он – овца Христова, святой и праведный. Недаром где-то сказано: кажущаяся чистота многих в день Судный окажется нечистотой и навеки осуждена будет, и наоборот, видимая нечистота многих окажется чистотой и будет прославлена» (свт. Дмитрий Ростовский. «Поучение на день святителя Алексия, митрополита Московского»).
Далее святитель говорит, что не только трудно отличить праведных от грешных, но весьма многие кажущиеся праведники, предназначенные для Царствия Божия, будут отвержены. Изгонятся многие девственники, сохранившие в непорочности свою чистоту, изгонятся постники, много постившиеся, изгонятся творившие обильные милостыни, изгонятся молитвенники, много молившиеся, изгонятся пророчествующие, имевшие дар предвидеть и предсказывать будущее, изгонятся изгонявшие бесов, изгонятся чудотворцы, творящие чудеса, изгонятся праведники и многие другие.
За что же пострадают эти христиане, подъявшие такие большие труды?
На это святитель, ссылаясь в свою очередь на древних Отцов Церкви, с глубоким вздохом восклицает: «О, суета! О, несчастие! О, вечное рыдание сынов Царствия, изгнанных из наследия своего! За что же изгнаны будут? Не дивно было бы, если б изгонялись за зло и беззаконную жизнь, как те, которых изгоняет Иоанново откровение: А вне – псы и чародеи, и любодеи, и убийцы, и идолослужители, и всякий любящий и делающий неправду (Апок. 22, 15).
Не дивно было бы, говорю, если бы изгонялись за собачью жизнь, за чародейство, за прелюбодейство, за убийство, за идолопоклонничество, и за всякую ложь и неправду; но то дивно, страшно, ужасно и исполнено многих слез и рыданий, что изгонятся за добродетельную жизнь. Почему же? А потому, говорит, что творили свою добродетель или лицемерно, или высокомерно и гордо, или осуждая других».
За лицемерие будут изгнаны те, кто совершает добродетель по-фарисейски, чтобы людям показаться добродетельными, чисто и непорочно живущими, творящими милостыню, богомольными, святыми, праведными и преподобными, овцами, а не козлищами.
За высокоумие будут изгнаны те сыны Царствия, которые хотя и не перед людьми, а втайне совершают свою добродетель, и только Бог один знает о ней, но в уме своем гордятся, считают себя святыми, совершенными, добродетельными и праведными: немощных, то есть грешников, осуждают, а себя считают добрыми, мнят себя сынами Царствия. Итак, за что изгонятся они? За одно только высокое мнение о себе, за гордость, за осуждение ближних.
А кто из нас не поражен этим диавольским недугом, кто из нас не превозносится, кто не осуждает ближних своих? Увы, таковых единицы. Таким образом, спасение наше также находится в великой опасности, ибо зачастую мы сами не в состоянии правильно оценить своего внутреннего устроения, кто мы и где пребываем.
До осуждения ли нам, когда наш мертвец лежит долу поверженный? Как говорят святые отцы, «видящий пред собою лежащего своего мертвеца, о нем и плачет, и не обращает внимания на чужих мертвецов». («Что нам плакать о чужих мертвецах, когда свой мертвец лежит перед нами - умерщвленная грехами душа наша» (Из поучений преподобного Макария Оптинского). По учению святых отцов, само осуждение есть плод гордости, а гордость ослепляет внутреннее наше зрение, так что мы совершенно не видим своего устроения, вперив глаза в ближнего своего.
Случается, мы говорим, что не считаем себя лучше того, кого осуждаем, но это есть настоящий самообман, так как если позволяем себе судить, значит, признаем себя лучше.
Есть еще один важный вопрос: почему же мы видим людей плохими, злыми, коварными и т. д.?
Святые отцы говорят, что дело совсем не в людях, а в нас самих. Через это раскрывается наше порочное устроение, а вовсе не наших ближних.
Именно через свой внутренний мир мы воспринимаем и мир, окружающий нас. Для чистых все кажутся чистыми и добрыми, а для злых и исполненных страстей все бывают злыми и плохими. Один из древних отцов, преподобный Исайя, говорит: «У кого сердце чисто, тот всех людей почитает чистыми, но у кого сердце осквернено страстями, тот никого не почитает чистыми, но думает, что все ему подобны».
И другой отец говорит: «Чистотою мысли нашей мы можем всех видеть святыми и добрыми. Когда же видим их дурными, то это происходит от нашего устроения».
Итак, когда мы видим людей плохими и осуждаем их, то это – наша смертельная болезнь и нам самим необходимо лечиться.
Бывает и так, что мы не только сами кого-либо осуждаем, но вводим в соблазн и своих ближних. Поступая так, мы подпадаем сугубому (двойному) осуждению по слову Христа: … горе тому человеку, чрез которого соблазн приходит. … А кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской (Мф. 18, 7. 6).
А мы вводим в соблазн нашего ближнего, который может оказаться немощнее нас, передав нашу ложь другим. И вот от одного источника потечет целый поток зла на человека, возможно, совершенно невиновного, как это, впрочем, чаще всего и бывает.
За такое неразумие постигает нас гнев Божий, когда попускает нам самим впадать в те грехи и немощи, за которые мы судим ближних. Иногда мы можем быть подвергнуты тяжелым искушениям и скорбям для осознания своей вины, а также исправления.
Порой мы жалуемся, что у нас каменное сердце, и нет искреннего сокрушения и слезного покаяния. Часто это является наказующим последствием нашего нерадения в борьбе со страстью осуждения ближних: святые отцы говорят, что когда мы страждем этим недугом, Господь отнимает от нас дар благодати истинного покаяния.
По словам преподобного Исаака Сирина, человек, который дал волю языку своему говорить о людях и доброе, и худое, недостоин благодати покаяния. То же говорит и преподобный Исайя: «Кто осуждает грешников, тот изгоняет из себя покаяние».
Более того, по словам святых отцов, осуждение может совершенно погубить нашу душу. Преподобный Иоанн Лествичник пишет: «Как гордость и без другой страсти сильна погубить человека, так и осуждение одно само по себе может погубить нас совершенно, ибо и фарисей оный за сие осужден был».
Случается, мы осуждаем начальство и духовенство, будучи хорошими мастерами в этом деле. Знали бы мы, какой ответ предстоит нам дать за эту дерзость, то и мысли такой боялись бы допустить. Этому имеется достаточно законоположений как в Ветхом и Новом Заветах, так и в учениях святых отцов. Живой пример апостола Павла, представшего на суд перед Синедрионом, учит нас, как следует поступать, когда немощь наша побуждает осудить пастыря. Когда первосвященник Анания прика зал бить его по устам, Павел сказал ему: Бог будет бить тебя, стена подбеленная! Ты сидишь, чтобы судить по закону, и, вопреки закону, велишь бить меня. Но узнав, что перед ним первосвященник, ответил: Я не знал, братия, что он первосвященник; ибо написано: начальствующего в народе твоем не злословь (Деян. 23, 3. 5). А ведь как первоверховный апостол, он имел право обличить его как нарушителя закона и как врага Христова, но, исполняя заповедь, не дерзает, предоставляя место суду Божию. Так будем и мы стараться поступать в подобных случаях.
Надо признать, что мы являемся настолько немощными, что не в состоянии видеть всех людей лучшими себя. В таком случае будем стремиться понуждать себя никоим образом не судить о людях. Апостол Павел учит: … не судите никак прежде времени, пока не приидет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения… (1 Кор. 4, 5). Ибо все мы предстанем на суд Христов.И каждый из нас за себя даст отчет.
Итак, когда наступят святые дни покаяния, вместе с преподобным отцом нашим Ефремом Сириным будем умом и сердцем взывать ко Господу: «Господи, даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего». Аминь.
