«Умереть от счастья»
28 февраля 2017 года свет увидел мини-альбом группы 25/17 «Умереть от Счастья». Традиционно, каждая работа коллектива сопровождается совершенно полярными отзывами и мнениями, и новая, естественно, исключением не стала. Читатели «Записной книжки христианина» поделились своими впечатлениями от прослушивания релиза.
«Записная книжка христианина»: Утонуть может любой
«Процесс переосмысления идёт всегда. Это нормально — анализировать, править себя.
Стараюсь не забывать, где я был, и как оно всё было…По мере возможности посещаю реабилитационные центры. Пытаюсь помочь, рассказываю о том, что есть другая жизнь. Можно жить по-другому. Если даже у меня получилось, то и у вас получится. Каждый свой выбор делает сам.
Я не представлял, что доживу до тридцати. Меня периодически накрывает чувство нереальности происходящего. Без какого-то кокетства говорю. Иногда кажется, что сейчас кто-то придёт и скажет: «Ошибочка вышла. Это всё не вам было, верните, пожалуйста, посылку. Адресом ошиблись, почтальон перепутал» (А.А.Позднухов).
В новой работе 25/17 «Умереть от счастья» переосмысление пережитого занимает ключевое место. Релиз действительно получился тяжелым, после первого прослушивания ряда композиций хотелось немного перевести дух. Что заставляет Андрея вновь и вновь возвращаться к этой теме? Рискну предположить, основываясь исключительно на интуиции слушателя – это отсутствие у автора ответа на вопрос: «Почему именно я остался жив, когда мои друзья умерли? Почему шанс исправить свою жизнь был дан именно мне?» :
“Живи да радуйся, в общем, танцуй вальсами,
Но кто-то трогает моё сердце пальцами” («Чернотроп»);
“Мои родные мертвецы тянут пальцы:
“Ну что ты, братское сердце, мы ж твои пацы…
И ты должен был остаться с нами там, где "Птюч",
ведь мы вместе тут искали этот чёртов ключ.
Ты что-то понял и пропал, гад, предал нас…” («Череп»);
“Враз представил, как сейчас из-за жалюзи
выгляну, сам себя увижу, как тут шарюсь, и
не узнаю свою рожу: “Эй, слышь, постой,
пообщайся с молодёжью, бамбук пустой”.
Но мой город отпустил меня, отвязал –
живи, раз живой, а я не помню зла…” («Череп»).
Конечно же, автор понимает, Кто даст ему ответ на эти вопросы («Думай сам»). Но это случится не сейчас и не по нашему первому требованию. В этом, на мой взгляд, заключается истинная суть христианского смирения – понимать, что есть Тот, кто знает тебя лучше тебя самого. Тот, у Кого ты “не достоин даже развязать ремень сандалии”. Тот, Кто отринет всякую твою слезу, которыми ты сам залил свои глаза. А до тех пор, мы будем продолжать плакать “Адамовым плачем”.
«Умереть от счастья» - это батискаф с прозрачными стенами, сев в который, вы можете погрузиться на морское дно и увидеть плавающих в поисках жертвы акул, человеческие трупы, поросшие илом обломки разрушенных семей. Но эпоха 90-х – только яркий образный фон, утонуть можем и мы с вами. Сейчас, сегодня, завтра. Потому всегда актуален призыв Апостола: «Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить» (1 Пет. 5:8).
“А я бы им сказал, что не все потеряно
Бог есть любовь – это проверено”
Евгений Сергеев, журнал «Rapsodos»: Сказка о потерянном времени
Так уж заведено, что группа 25/17 пишет многослойные песни. Если говорить конкретно про новый мини-альбом «Умереть от счастья», то это выглядит примерно следующим образом.
Слой номер один - это то, что лежит на самой поверхности, т.е. качественные биты, сэмплирование и саунд. До сей поры мы отмечали гений Анта, но на этот релиз прибыл еще и Андрей Кит, а как круто звучали «Ю.Г.'и» мы все помним. Прибавьте при сведении "руку" Богдана, вдохновителями которого являются «King Crimson» и «Porcupine Three», и вы получаете уникальное и исключительное явление в отечественной музыке. Вокал и читка. Тексты для любителей первого слоя даже не важны, есть и есть. Именно поэтому группу будут слушать даже ничего не понимая, даже если в трэках будут жуткие, неприятные темы. Но про первый слой довольно, нам интересны более глубокие слои.
Двигаясь дальше, можно однозначно сказать: "М-м, да тут про лихие 90-е, секс и наркотики". Вообще, тема ностальгических жутких 90-х в текстах Бледного неистово вырывалась и до этого, иногда сопротивляясь и брыкаясь, словно пытаясь взлететь над другими темами. Но вот, наконец, с появлением главы «УОС» все раскладывается по полкам. Были куплеты в «Чернотропе»: “Это просто мои 90-е”, из «Следопыта», и даже в новой версии «На городской карте» появился куплет, где, казалось бы, он совершенно не к месту ни в смысловом, ни в музыкальном плане. И, кстати говоря, в этом куплете Бледный задает вопрос, ответить на который после прослушивания и осмысления «УОС» становится еще сложнее: "Внимание вопрос: Как я живой остался?"
Трогательная «Вернись» близка каждому. Поэтому «УОС» из глубоко личной истории становится общенациональной, если хотите средненациональной. Это наша история о потерянном поколении, это касается всех нас…Сегодня это для нас может служить инструкцией "как не нужно делать".
Альбом с самого начала окрестили мрачными. Мрак на самом деле имеет место, ну а как иначе описать весь этот "лихой" ад? Группа не задает простых вопросов и не дает простые ответы. Но идущие дальше первого слоя знают ответ и видят выход из этого мрака. Он тот же, что и в «Хлебе» от сайд-проекта Лёд 9.
Начинается альбом с предисловия, в котором есть отсылка к Евангелию от Матфея. "Пусть мертвецы сами хоронят своих мертвецов" (Мф.8:21-22). Это, как известно, призыв не ждать и не откладывать. Позволить хоронить ходячим мертвецам себе подобных. "Своих мертвецов", то есть мертвецы больше не его и не с ним. И тут вырисовывается противоречие христианства, которое автору удается преодолеть. С одной стороны, он решительно оставил прошлое и тех, кто там остался. С другой стороны, он прощает, "не помнит зла", видя разницу между грехом и человеком. Контраст между жесткой и мягкой манерой исполнения припевов в «Черепе» являются лучшей иллюстрацией к этому. Но прошлое просто так не оставит, и даже когда закатываешь глаза, как было у Сани Смоки Мо: там "все соблазны прошлого", там "демоны, и их улыбки злы". Поэтому Бледный уже не может говорить об этом в пол силы. Личная его история уводит нас в экскурсию в прошлое, как ретроспектива, но это взгляд очевидца изнутри.
Несмотря на то, что группа дает четко понять, что альбом не для всех, многие увидели там себя, начали рассказывать о тех временах. Я этого делать не буду. Я тогда еще не ходил в школу. Мои родители и родные не употребляли ничего запрещенного, читали мне сказки на ночь и листали вместе со мной иллюстрированную детскую Библию. Но даже мне есть что рассказать. И каждому есть что рассказать. Трогательная «Вернись» близка каждому. Поэтому «УОС» из глубоко личной истории становится общенациональной, если хотите средненациональной. Это наша история о потерянном поколении, это касается всех нас. В песне «Дурачок» потерянность и оголтелость эпохи показана наиболее достоверно, вокал Глеба Самойлова и фри-джаз Сергея Летова довели этот бессмысленно-смысловой поток до апогея. Сегодня это для нас может служить инструкцией "как не нужно делать". Ну вот так закручивала людей воронка дикой свободы, такова наша история. В музыке точно не было ничего похожего про оголтелую эпоху 90-х в такой форме. Всё про лихую эпоху 90-х. Конечно, это слушать сложно, где-то неприятно, непонятные термины; по воздействию как достоевщина, вскрывающая тебя полностью, потому что это вроде бы далеко, но в конечном счете слишком про тебя. "Птюч", 646-й, космонавты в лыжах, грязь, от которой не отмыться. Скажу парадоксальную вещь, но сегодня это должны знать и осмыслять люди культурные. Так же как и про "фраеров и нары" из «В круге первом» Солженицына или про "то ли ОПГ, то ли бизнесменов" из «Ненастья» А. Иванова. Короче, предстоящие театральные постановки по мотивам УОС просто не могут быть не интересными.
Немного про форму. Язык Бледного, для которого характерны большое количество отсылок, своеобразные метафоры, аутентичность лексикона, некая недосказанность, навел меня на одну интересную мысль. В. Катаев писал это про Мандельштама, но это отчасти характерно и для Бледного: «Он боялся извлечь из своего тростника богатство целой ноты. Он часто ограничивался обертоном слова-психеи, неполным его звучанием, неясностью созревавшей мысли. Однако именно эта незрелость покоряла, заставляла додумывать, догадываться...Что это такое? Догадайтесь сами!» Особенно последнее. "Межгалактический судья", "свинья, петух и змея", "тост за тех, кто прямо сейчас убит". Что это? Кто это? Друзья-товарищи, догадайтесь сами.
Рефрены "значит, вышло так", "значит, быть беде" проходят не только в песне "Меломан", но и через весь альбом. Через весь альбом проходит вопрос "Почему именно я?", отголоски прошлого и дыхание смерти. И уж как это больно и страшно каждый раз пережить все заново.
Уже традиционно много отсылок. Тут и фильм «На игле», «The Doors», «Depeche Mode», «Нау», Кинчев, Егор Летов, Смоки Мо, даже боевики дискотек, вроде "Танцуй пока молодой". И в результате этой интеллектуальной игры начинаешь находить отсылки везде. "...как-то уже не торкает", Андрей Александрович, неужели это из Кости Кулясова?
И пару слов про совместные треки. Выбор совместных исполнителей поначалу удивлял, но после прослушивания ты уже не удивляешься. Ну во-первых, все приглашенные на релиз артисты понимают тему как никто другой. Потом, в альбоме такие трэки, как будто бы написаны под конкретного исполнителя. Еще примечателен тот факт, что все артисты согласились спеть текст Бледного. Ну, на минуточку, Василий Вакуленко исполняет песни на чужой текст только в том случае, если материал заранее беспроигрышный. Из последних работ можно вспомнить кавер на «Родную» группы «Калинов мост». Среди тех, чьи песни исполнял Василий, например, Высоцкий, Михей, советский поэт-песенник Агатов ("Темная ночь"). И Вася, то есть Ноггано, не прогадал. Получилась легкая, в сравнении с другими трэками из «УОС», композиция с понятным и правильным посылом, без романтизации криминально-лихой тематики (даже несмотря на цитаты из веселых фильмов), исполненная с ироничным оттенком как бы разгружая слушателя. Это подтверждает и то, что припев "Голубей над зоной" я запомнил наизусть после первого же прослушивания. Многие услышали в партиях Ноггано ноты русского шансона, в частности Розенбаума. Не знаю, мне например совершенно очевидно, что так же могут звучать Ник Кейв, Том Уэйтс или Леонард Коэн.
Я до последнего не верил в то, что припев из «Дурачка» написал именно Бледный, а не Самойлов-младший. Это совсем другой метр, другая рифма и ритм, отличные от остальных текстов Бледного. И это если не «Агата Кристи», то вполне «The Matrixx». Вспомнил, как когда-то так же слушал песню «Секрет», ловил эмоции от вокального потока Глеба, а потом вдруг понял, что я знаю только припев из четырех слов. Эмоции и погружение в суть в случае с Глебом даже важнее текста. Зарифмовать фамилию Константина Евгеньевича вовсе не признак бесталанности, скорее личные дружеские дела.
Итог. Слушать и разбирать всем. Культурным и не очень.
В завершении альбома, нам предлагается эпилог «Монстры». И кто же они такие есть? А догадайтесь сами!
Аттила Козак: Приближаясь к единому, истинному Слову. Новый альбом группы 25/17 глазами слушателя из Венгрии
Я никогда не забуду тот день, когда впервые услышал музыку к кинофильмам «Брат» и «Брат-2». Две эти работы Алексея Балабанова открыли мне путь как к пониманию русской музыки, так и русского кинематографа. На новый уровень восприятия я перешел тогда, когда по рекомендации своего друга из России познакомился с творчеством группы 25/17. Он сказал мне, что если бы был снят «Брат-3», то музыка этого коллектива непременно стала бы для него саундтреком. Я пришел домой и после первого прослушивания новой для себя группы как-то сразу понял, что в моем знакомстве с загадочной русской душой наступает новый этап.
В чем заключается феномен 25/17, что делает их музыку столь свежей и энергичной от альбома к альбому? Что заставляет жителя Венгрии, который не жил в России и не знает всех тонкостей русского языка, с интересом и вдумчивостью цепляться за темы и смыслы, поднимаемые группой в ее работах?
Андрей, который является центральной фигурой нового альбома, на мой взгляд, мог бы идеально подойти на роль героя одного из романов Достоевского. Он страдает, но страдание не бывает бесплодным. Оно закаляет человека и помогает ему лучше понимать жизнь…Даже на самом дне агонии вы можете найти путь к искуплению.
Я много думал над этими вопросами и нашел ответ на них: 25/17 обладают собственным голосом. Их посыл четок и прям. Они могут использовать различные формы подачи материала, но себе не изменяют. В своей последней работе Андрей Арсеньевич Тарковский использовал цитату: «В начале было Слово» (От Иоанна 1:1). Именно «слово» является самым важным в творчестве коллектива, оно – прежде всего остального. Если у вас есть что-то значимое, что вы бы могли сказать миру, то неважно, в какую форму вы это облачите. То же самое и в музыке – вы можете использовать рэп, рок, электронное звучание – все существующие виды жанров, пока «слово» стоит превыше всего.
25/17 говорят о вопросах веры и делают это так, что многие, кто ощущает в себе ее нехватку, приобретают надежду. Именно об этом последний альбом коллектива «Умереть от счастья»: вне зависимости от того, насколько тяжелые времена ты пережил или переживаешь – у тебя всегда есть шанс на искупление. Эта тема красной нитью проходит через все творчество Федора Михайловича Достоевского. Андрей, который является центральной фигурой нового альбома, на мой взгляд, мог бы идеально подойти на роль героя одного из романов Достоевского. Он страдает, но страдание не бывает бесплодным. Оно закаляет человека и помогает ему лучше понимать жизнь.
Даже на самом дне агонии вы можете найти путь к искуплению. 25/17 вновь удалось создать альбом, в котором композиции являются, своего рода, тропинками к истинному Слову.
Евгений Андреев (сообщество «Семейный блокнот»): А в космосе не страшно?
Что говорить, безотцовщина в 90-лохматых сопровождала нас даже при живых отцах, которые были вроде бы как в семье, но дома которых, по факту не бывало. В космосе были действительно многие взрослые, и там, куда они летали, видимо, было очень притягательно. Одни космонавты целиком и полностью пропадали на заработках, другие - в тюрьмах, другие спивались, а некоторые искали иные планеты и уходили в чужие семьи, навсегда. От пьянства страдали и до сих пор страдают многие у нас в стране, а порядочный семьянин - это что-то совсем заоблачное.
Мы, будучи детьми, спрашивали как в этой песне: "Пап, а в космосе не страшно?" и смотрели вслед из окна, мечтая о его скором возвращении. Но возвращались, оставив скафандр, единицы. С возрастом костюм космонавта стал заинтересовывать и нас, ведь следы и пример отцов манили тайной, и вскоре мы тоже начали выходить в открытый космос. Да... летали мы не кисло, а запах свободы и удовольствия способствовали космосу переформироваться в более изощренные и яркие виды пространства. Вещества космического изменения сознания, имели более необычные формы, нежели простая прозрачная бутылка самогона или водки, но также имели более жесткую зависимость и отходы. Притоны молодых, но уже опытных пилотов выглядели мертво, о жизни напоминала лишь постоянно горящая конфорка и алюминиевая ложка с зажигалкой, шторы всегда занавешены, вены под кожей исчезали, зрачки сужались, и тяга к жизни медленно исчезала.
Полеты зачастую заканчивались плачевно - кто-то погибал в глупых драках, кого-то снимали с ремней свои же родители, так и не успев попрощаться. Трое моих одноклассников не дожили и до 30, про пилотов-одногодок лучше умолчу.. Матери причитали "вернись и не улетай никогда, я так прошу - будь рядом...", но было уже поздно. Космонавты сгнивали заживо, ведь "того кто космос повидал" не так-то просто выдернуть из тисков мощной системы, и это правда. Несмотря на подобные жизненные развороты, чувства ностальгии иногда всплывают и резонируют, особенно при просмотре старых поларойдных фото.
Скафандр каким-то чудом был все же снят и убран, уже несколько лет, НО иногда виднеется в шкафу, напоминает, ведь подрастают новые маленькие космонавтики, и только Богу известно, как они будут знакомиться с этим....космосом, и на сколько он увлечет их...
Монах Агафангел (Луковский): Возвращение боли
«Прошлое не может быть оставлено и брошено» - эти слова могли бы послужить эпиграфом к альбому «Умереть от счастья» группы 25/17. Работа получилась мрачной и ностальгичной одновременно, что придаёт ей особый шарм. Андрей Бледный буквально бомбардирует слушателя названиями групп - "маркеров" 90- х, в текстах песен непрерывно мелькают всевозможные ныне позабытые «Gorillaz», «Fatboy Slim», «The Crystal Method» и прочие, имже несть числа.
Астафьевское "Печаль моя светла" - не про эту юность, и легко вспоминается, что "ностальгия" дословно переводится как "возвращение боли".
Такая "перенасыщенность" знаками времени достигает своего результата: память проваливается куда-то в юность, доставая со дна цепочки полузабытых ассоциаций и воспоминаний. Впрочем, «Умереть от счастья» - это совсем не про музыку, и даже песня с якобы "говорящим" названием "Меломан" - тоже.
Весь альбом - "Это сказка о потерянном времени", песни о юности, про которую есть что вспомнить, но нечего рассказать детям, и о заставшей врасплох грустной необходимости взрослеть. Очень понятные и во многом узнаваемые размышления о жизни сорокалетнего мужчины.
Повторюсь - здесь все мрачно. Астафьевское "Печаль моя светла" - не про эту юность, и легко вспоминается, что "ностальгия" дословно переводится как "возвращение боли".
"Эти куплеты в основном для тех, кто чудом выжил, и догадался, почему он летом в лыжах" - так заканчивает Бледный одну из песен («Дурачок»). И, наверное, так оно и есть: всё- таки этот альбом уж слишком "для своих". Для меня он вряд ли станет любимым.