Драконий захват
Залураак лежал на жалкой груде серебра в своей тесной пещере и лениво перебирал монеты когтем. Дракон богатства по горло пресытился подобным убогим существованием. Унылый грот с трудом можно было назвать логовом, маленькую кучку монет — грудой сокровищ, ну а вожделенной мистической сущности в этих землях не было и в помине: никаких волшебных предметов, торговых путей, неисследованных гробниц... ничего. Крошечная пещера у северной границы Гор Пяти Королей была недостойна Залураака, уверенного, что ему уготовано немыслимое величие. Но чтобы достичь высот, несомненно заслуженных, ему нужна была власть.
Земли к северу от его крошечного клочка территории таили в себе потенциал для получения такой власти. Раньше они были недосягаемы из-за влияния демона Древотеса, однако недавние вылазки Залураака в те края показали, что некогда могучие силы зарождающегося демонического владыки теперь находятся в состоянии полнейшего разброда. Видимо, от эльфов все-таки есть какой-то толк. Если силы Древотеса на севере — больше не помеха, значит, Залураак волен расширять свои владения. Волен найти лучшее логово. Волен манипулировать остатками демонических войск, использовать их отчаяние и нужду в могущественном предводителе. Таким предводителем мог стать он сам.
Контроль над армией принесет ему богатство и власть, подобающие его драконьему величию. У эльфов полно волшебных артефактов, и когда торговля с югом возобновится, он сможет требовать часть всего, проходящего через его земли, в качестве дани. Эльфы, несомненно, истощены после войны с демоном и не смогут бросить вызов могуществу Залураака. Хоть он и был молод, но считал себя весьма грозным противником. «Драконы не боятся эльфов», — убеждал он себя, пока план обретал всё более чёткие очертания. Да. Такова его судьба. Не эта сырая пещера, не эта жалкая подделка грядущего богатства и величия.
Драконы богатств вожделели, что неудивительно, богатств. Все драконы славятся страстью к накопительству, но по сравнению с драконами богатств, их можно считать щедрыми бессребренниками. Драконов богатств неудержимо влечёт к самоцветам, монетам и волшебным предметам, а те, в свою очередь, словно сами тянутся к могучим ящерам, вживляясь в их чешую и превращая тело дракона богатств в ослепительное воплощение изобилия. В этом отношении Залураак был истинным представителем своего рода. Хотя его коллекция по драконьим меркам была довольно скромной, он уже успел украсить брюшную чешую вплавленными в шкуру серебряными монетами. Скоро, думал он, серебро уступит место золоту и самоцветам. Наконец-то он станет хранителем волшебных сокровищ, и его богатства будут вызывать не меньше восхищения, чем он сам.
Эльфы Кионина, быть может, и одолели демона, но дракон — совсем другое дело, особенно такой благородный мистический дракон, как Залураак. Он с восхищением разглядывал свою зелёную чешую и брюхо, покрытое наплывами расплавленного серебра в отражении в подносе, любимой безделушке, утащенной когда-то из материнского гнезда. Залураак хотел не просто богатства. Ему нужны были знания, понимание, власть... Всё это было совсем рядом, стоит только протянуть лапу. Но больше всего он жаждал уважения и почитания. Более того, он этого заслуживал. Он соберёт под своим началом остатки демонического культа, привлечёт в свои ряды разумных чудовищ, потребует дани с эльфов и, наконец-то, наконец-то получит от мира то, что ему причитается по праву. «Да, — думал Залураак, — сначала эльфы, потом, пожалуй, Друма, и даже дварфы Гор Пяти Королей. Все эти торговцы однажды будут платить мне дань, и их богатства станут моими».
Он почти не задумывался о том, как Кионин отреагирует на подобные поползновения, и о том, как будет удерживать свою воображаемую империю. Он был драконом и, к сожалению, был слишком молод, чтобы осознавать, что даже принадлежность к роду могучих волшебных ящеров не освобождает от всех ограничений.
Josh Foster
https://paizo.com/blog/a-draconic-takeover