Истории из Потока — Монолит

С низкой орбиты разбившийся звездолет легко можно было принять за огромного зверя, сраженного в пылу битвы. Траектория падения, заканчивающаяся разбитым трупом корабля, оставила выжженную полосу разрушения в густых джунглях, и небольшие участки пламени то тут, то там все еще лизали листву, а дымящаяся почва плавилась от жара, созданного неожиданным крушением. Корпус при ударе практически раскололся надвое, и оборванные провода, воздуховоды, незакрепленные ящики и охлаждающая жидкость пролились наружу, словно механические потроха.

Когда свет дня сменился сумерками, из темноты остова звездолета раздался частый писк спасательной капсулы. Каса резко и болезненно вздохнула, приходя в сознание. Движения все еще были скованными, и в них чувствовалась приглушенная боль того, что могло оказаться серьезной травмой. Спасательная капсула наполнила ее медицинскими стабилизаторами, предназначенными для обеспечения работоспособности в случае аварии. Ментальная защита Касы, пронизанная по краям сверканием побочных эффектов стимуляторов, активировалась, и она каким-то образом поняла, что ситуация хуже некуда.

Некоторое время девушка лежала в уютной словно гроб каспуле, спасшей ей жизнь. Дыхание было громким и отдавало металлом. Слух напрягался изо всех сил, чтобы уловить хоть что-нибудь, помимо тишины заточения. Где бы корабль не приземлился, на данный момент безопаснее всего было именно в капсуле. Мысли Касы метались. Паника овладела алогичной частью мозга, взгляд затуманился, подступили слезы. Она сморгнула их, сделала глубокий вдох и начала медленно пересчитывать предметы в поле зрения. Эти способом Каса уже долгое время пользовалась каждый раз, когда надо было восстановить самообладание при стрессе. В конце концов, в первую очередь она была ученой, а это означало избавление от страха перед неизвестностью путем ее познания.

С кряхтением Каса дотянулась до панели у бедра. Кончики пальцев скользнули по интерфейсу, чтобы открыть магнитные замки. Крышка спасательной капсулы с шипением скользнула в сторону. Ученая осторожно подтянулась к краю и дождалась, пока зрение не привыкнет к темноте камеры жизнеобеспечения. Очертания предметов стали более четкими, тени медленно посветлели до оттенков серого. Каса, проморгавшись, направилась на корму, украдкой бросая взгляды на другие спасательные капсулы. Все они, как с тревогой отметила женщина, были пусты или разбиты.

Она была ученой, и ее присутствие на мостике во время полета не требовалось, а значит она понятия не имела, где они могут... нет, осталась лишь она одна... находиться. Тишина изоляции тянулась и во время ее попыток найти что-нибудь. Так она поняла, что любой, кто мог бы ей помочь, погиб при крушении. Информация о местоположении, которую могли предоставить научные или магические изыскания, пока была ей недоступна. А возможно и никогда не станет доступна.

Потребовался почти час, чтобы обыскать медотсек и собрать там все пакеты со стимуляторами, что можно было найти. Арсенал крушение пережил, как и его дверь, которая так и осталась запертой для всех без необходимого уровня доступа, включая ученую. Каса уставилась на мерцающий интерфейс, высвечивающий предупреждения и отчеты о неполадках различных систем, которые можно было легко свести в одно предложение: без грубой силы или взлома системы авторизации, ей оружия не получить.

Первая ночь под чужими звездами прошла нервно и беспокойно. Она клевала носом, но держалась, пока страх не истощил все ее силы, и глаза закрылись сами собой.

Рассвет наступил внезапно, и Каса вспомнила, что этот мир, его атмосфера, его солнце, а точнее солнца, все это входило в набор переменных развернувшейся перед ней новой проблемы. От чужого воздуха в сухих, измученных глазах защипало, и она устало заморгала. С кряхтением девушка поднялась на ноги, потянулась и закинула рюкзак за плечо. Если отсек для шаттлов остался цел, то там должно было остаться работающее оборудование. Она рассудила, что скорее всего так и есть. В конце концов, никакие обстоятельства не могут быть настолько ужасными. Но к ее несчастью путь к отсеку для шаттлов оказался завален. Каса поняла, что в конце концов ей придется выйти наружу и посмотреть, нет ли другой дороги. Она вернулась назад, но обнаружила, что единственный оставшийся выход наружу — это пробоина в верхней части корабля. В ней был видел лишь полог леса, спокойный и неподвижный, если не считать случайного шелеста листьев и звуков незнакомой фауны.

С мрачным выражением лица Каса начала подъем, используя оголившуюся проводку, чтобы подтянуться и забраться на обшивку. Это потребовало множества усилий, и если бы там был хоть кто-нибудь, чтобы лицезреть ее на вершине, они бы увидели ее распростертой на нагретом солнцем корпусе и переводящей дыхание прежде чем, наконец, сесть и оглядеться.

Вокруг простирались густые джунгли. Деревья тянулись вверх на высоту башен, вокруг их стволов обвивались толстые и непокорные лозы, увенчанные большими яркими цветами. Как бы она ни пыталась опознать флору вокруг, ничего в каталоге ее разума не отзывалось даже малейшим признаком утешающего сходства. Девушка прикрыла глаза от резкого солнечного света, пробивавшегося сквозь листву, и различила едва заметную тропу среди зарослей. Возможно тут давно никого не было, но тропа означала, что когда-то это место было обитаемым, и это уже что-то.

Страх перед неизвестным уступил врожденному любопытству Касы, и та направилась вдоль корпуса корабля к отсеку для шаттлов. Большая часть судна развалилась при крушении, и она довольно быстро добралась до массивного ангара. Разрушенная половина обшивки правого борта унесла с собой два из трех "Исследователей", но оставшийся остался почти невредим, если не считать единственной трещины на лобовом стекле. Каса позволила себе улыбнуться первой хорошей новости с пробуждения.

Каса несколько часов продиралась сквозь джунгли на "Исследователе", следуя по древней заросшей тропе. Она не спешила и по пути искала признаки разумной жизни. Какое-то время ей казалось, что найдет она только джунгли. Но затем тропа вышла на более широкую дорогу. Она не то чтобы была мощеной, но явно несла на себе отпечаток цивилизации. Каса остановила "Исследователь" и вгляделась в окна. Там за стеклом джунгли постепенно уступали место более осмысленной архитектуре. Развалины, хоть и лишенные всякой жизни, были самым верным признаком того, что этот мир был когда-то обитаем. Ученая открыла люк и вылезла из машины, чтобы осмотреться.

Чем бы не было это место, это было открытие. О котором никто, кроме забытых призраков тех, кто когда-то называл это место домом, не узнает. Каса стояла на поляне перед покрытыми мхом куполообразными башнями, похожими на древние грибы, и арочными дверными проемами, напоминающими порталы в другой мир, ожидающими, когда их откроют, и сокрушалась, что не может спасти свое исследовательское оборудование. Хотя руины вокруг разрушились, уступив место джунглям, эти остались и построены они были, судя по всему, для существ гораздо больше размером.

— Великаны? — задумчиво проинесла она. Это было первое ее слово за множество часов. Голос от такого долгого молчания звучал сухо и пронзительно. Девушка медленно повернулась, снова нахмуришись от того, что не может узнать архитектуру. Дизайн был одновременно древним, но все еще слишком чужеродным, чтобы уловить в нем хоть что-то знакомое. Эти джунгли были гораздо спокойнее. Будто некогда царивший тут порядок все еще действовал, не допуская ничего, кроме злополучного мха, ползущего по древним камням. И вскоре она поняла почему.

Монолит... Огромное, торчащее из земли словно копье сооружение настолько выделялось на фоне окружающих развалин, что Каса удивилась, как она не заметила его с самого начала. С первого взгляда было понятно, что он покрыт каким-то металом, излучающим мягкий голубой свет от знаков на поверхности. В отличие от остальных строений, его, казалось, совсем не затронуло течение времени, а лианы едва-едва касались массивного основания, словно сами джунгли не решались претендовать на так нагло вторгнувшееся сооружение. Каса вытянула шею, чтобы посмотреть наверх. Другой конец монолита будто бы исчезал в кронах деревьев, омывая все вокруг своим светом.

Она неуверенно подняла руку и протянула ее вперед. Может быть тут есть интерфейс, пусть и древний. Ничего плохого не случится, если она просто коснется.

Раздался внезапный шорох, и из рощи деревьев за развалинами вылетело несколько птицеподобных существ, синхронно хлопающих крыльями. Улетающих прочь.

Каса еще раз взглянула на монолит, роясь в рюкзаке в поисках спасенного из-под обломков планшета. Устройство замигало жизнерадостными предупреждениями о том, что связь с внешней сетью отсутствует, но локальные функции все еще доступны. Она сделала все возможное, чтобы просканировать и задокументировать представшую перед ней реликвию. Внезапно на шее выступил пот. Каса осознала, что она тут больше не одна. Что-то или кто-то заставило этих существ спасаться бегством. И это что-то или кто-то скоро ее настигнет.

Она повернулась и прижалась спиной к монолиту. Надежность его тверди казалась единственным утешением и защитой, что девушка могла обрести в этом мире. Затылком она почувствовала мерный гул, слабое ритмичное жужжание, исходящее будто откуда-то из под земли, оттуда, где находились корни шпиля, крепко удерживающие его в джунглях. Кроме этого звука Каса ничего не услышала и не увидела. Инопланетные существа сбежали, оставив ее наедине с монолитом.

Но внезапно гудение прекратилось, и вместо него не ушами, а разумом Каса услышала... нет, почувствовала пронзительный крик. В нем были слова... или скорее чувства, смысл за словами.

— Помоги нам, — умоляли они. — Помоги нам, Каса! Освободи нас... пока оно не вернулось.

Hajara Mahmud
https://paizo.com/community/blog/v5748dyo6shqf