Сказания Утраченных пророчеств — Дипломатический эскорт
— Обычно когда дипломату предоставляют отряд эскорта, бойцы сами справляются!
Амирция поморщилась, воспользовалась возможностью перезарядить пистолет и прицелилась в... глаза?.. руки?.. глазоруки ближайшего кровавого художника.
— Обычно, наш отряд эскорта не оказывается в окружении аберраций, — меткий выстрел, пробивший конечность, и она уже бросилась вперед с мачете наголо, чтобы отсечь раненый отросток.
Рахаксенве фыркнула, перехватывая паучью пушку. Глубокий вздох в такт пульсации оружия и выстрел, накрывший еще одного кровавого художника паутиной. Воспользовавшись обездвиженностью визжащего существа, она подошла вплотную, наступила на туловище и выстрелила ядовитым зарядом прямо ему в лицо.
— Просто интересно, что тебе не понадобилось сопровождение до порта Вален, зато ты решила, что мне нужен эскорт до Холиcпана. Слева!
— И я была права, как можно заметить! — Амирция успела обернуться и среагировать, чтобы зубы подстреленной аберрации сомкнулись на клинке, а не на плече. Бормоча под нос молитву, она положила на мачете пистолет и уложила выстрелом в лицо еще одного кровавого художника до того, как он попытался сделать произведение искусства из нее самой. Затем она развернулась, целясь в еще одну тварь, устремившуюся к Рахаксенве и выругалась, услышав щелчок заклинившего оружия. — Еще один!
— Поняла! — Рахаксенве слегка отступила, снова перехватывая паучью пушку, чтобы выстрелом опутать паутиной ноги кровавого художника. Тот зашатался и, споткнувшись о корни деревьев, рухнул на землю.
Амирция воспользовалась этим и добила его ударом мачете, после чего смогла немного перевести дух и осмотреться.
— Это... все? Кончились?
— Похоже на то. Хотя мне не впервой будет ошибиться, — Рахаксенве прислонилась к дереву и сползла на землю. Наконец-то можно было выдохнуть и повесить паучью пушку на ее законное место на спине.
— Ты прекрасно справился, спасибо, — мягко произнесла женщина, чувствуя связь с существом, из которого сделали оружие.
— Ты ранена? — Амирция оглядела спутницу, беспокоясь о ее самочувствии. Ей хотелось как можно скорее отправиться дальше.
Рахаксенве покачала головой и поднялась.
— Хвала Дезне, нет. Эти твари застали ваш патруль врасплох, но к тому времени, как они выдали свое присутствие, я уже была с оружием в руках. Далеко до города?
— Чуть меньше суток. Странно, что они напали так близко к поселению и не погнались за тобой, когда ты оказалась одна, — Амирция пнула труп кровавого художника и нахмурилась, покачав головой. — Странно, что они вообще тут объявились.
— Может их привлек красивый вид? — Рахаксенве жестом указала на небольшой просвет между деревьями. — Отсюда можно полюбоваться очертаниями города на фоне гор. Дух захватывает. Может они тоже хотели посмотреть.
Амирция прошла вслед за спутницей на поляну и улыбнулась, глядя на очертания Холиcпана.
— Возможно, — она бросила взгляд на побоище позади и помрачнела. — Нам надо идти дальше. Не хочу привлечь еще каких-нибудь тварей, и нужно будет собрать патруль побольше и поопытней, чтобы вернуться за солдатами.
Рахаксенве печально кивнула, поправила рюкзак и жестом показала Амирции показывать дорогу.
— Только не забывай, я не столь быстронога, за тобой не угонюсь. Так что держи такой темп, чтобы старуха не отставала, — она тихо усмехнулась, услышав фырканье Амирции и двинулась вслед за ней.
— Твое оружие, — подала голос Амирция, спустя какое-то время. — Это зверь-пушка, — она искоса взглянула на Рахаксенве. Ее слова одновременно выражали вопрос и констатировали факт.
— Верно. Досталась мне от бабушки, — Рахаксенве вытащила свою паучью пушку и почувствовала, как просыпающаяся в ней магия отзывается теплом на касание. — Она провожала меня на охоту на паука-людоеда и встречала с целебными травами и супом, когда я вернулась с необходимыми компонентами, — женщина слегка улыбнулась воспоминанию, после чего спрятала оружие обратно.
— Значит она тоже сначала оценивала поле боя, а только потом делала первый выстрел? — спросила Амирция, поправляя съехавший от качающейся ветки головной убор.
Рахаксенве кивнула и вытерла пот со лба. — Да. Она научила меня смотреть и слушать, прежде чем стрелять, и всегда занимать выгодную позицию. Не то что мой племянник, что носится с визгострелом, изготовленным из снежного медвесыча. Он заявляется в город, словно никогда не видел сердитую тетушку!
— Твоя бабушка и за его ритуалом наблюдала? — с любопытством спросила Амирция, расчищая путь с помощью мачете. Солнце клонилось к горизонту, и ей не нравилась подозрительная тишина, опустившаяся на джунгли вместе с появлением над головой грозовых туч. Казалось, что живность, обычно такая шумная и занятая в мгновения перед бурей, готовилась к чему-то крупному.
— Нет, — вздохнула Рахаксенве, качая головой. — К тому времени, как он стал достаточно взрослым для самостоятельной охоты, она нас уже покинула. Я наблюдала за ритуалом. И я горжусь им, пусть он даже порой излишне самоуверен. Не удивительно, что его выбрало именно это оружие.
Амирция усмехнулась, после чего остановилась и склонила голову. Она вытянула руку, останавливая Рахаксенве.
— Ты слышала?
— Гром?
Амирция покачала головой, тихонько звякнув серьгами.
— Крик. Похоже на какого-то дрейка.
Рахаксенве потребовалось мгновение, чтобы прислушаться. Она нахмурилась и вытащила свою паучью пушку.
— Патроны еще есть?
— Патроны у меня есть всегда. А у тебя энергия осталась?
Рахаксенве улыбнулась, сбросила рюкзак и встала рядом с Амирцией. Кто-то грохочущими шагами ломился сквозь растительность, стремительно приближаясь к ним.
— Для славной охоты энергия всегда найдется. Веди, подруга.