Портреты левых. Левый Фронт (Илья Гетман).
Как вы себя позиционируете по взглядам? Каковы идейные критерии для вступления в Левый Фронт?
По взглядам я критический марксист. Что касается Левого Фронта, то наша организация это политидеологическое объединение левых. Среди нас преобладают коммунисты и социалисты, но есть также некоторое количество левых социал-демократов и анархистов.
Критерии вступления это разделять программу и декларацию
Хорошо. Какие у Левого Фронта методы работы?
Во-первых, мы организуем и проводим публичные мероприятия - митинги, шествия, пикеты, флешмобы - по социальным и политически значимым требованиям - самостоятельно, и с союзниками.
Во-вторых, мы поддерживаем профсоюзное и рабочее движения, ведем юридические консультации по трудовым правам, сотрудничаем с независимыми боевыми профсоюзами, в том числе профобъединением СПР.
В-третьих, участвуем в социальных и гражданских акциях, содействуем организации граждан на уровне местных и районных советов для коллективной самозащиты их прав, координации усилий граждан, различных общественных и политических объединений.
В-четвертых, участвуем в выборных кампаниях и парламентской деятельности как вместе с дружественными партиями, так через самовыдвижение.
Также мы пропагандируем левые, антикапиталистические, прогрессивные идеи в обществе, в том числе агитируем на улице, в Интернете и через СМИ. Сами изготавливаем и распространяем собственные информационные, агитационные и пропагандистские материалов.
Ну и последнее, стараемся делать все возможное для интеграции и объединения левых сил - не только с парламентскими, теми же КПРФ, но и с несистемными (РКРП, ОКП, РРП). Развиваем контакты с зарубежной неофициальной левой, в частности держим контакт с Меланшоном во Франции.
Есть ли у вас какие-либо конкретные успехи в вашей деятельности?
Начнем с того, что была заметная роль в большинстве общественно значимых и массовых протестных кампаний, если взять те же протестные кампании 2011-2012 годов и пенсионной реформы. К сожалению, крупные протестные кампании федерального масштаба у нас в стране пока успеха практически не достигают по объективным причинам, но примеры успехов на более локальных уровнях есть. Скажем, Чувилин в Башкирии и Максим Шевченко во Владимирской Области.
Кроме того, нам удалось организовать постоянно действующие юридические консультации по трудовым правам. И в Москве, например, организацией постоянно действующих и активных объединений социальных активистов стал - Моссовет.
На сегодня заметен рост организации количественно и качественно, стало больше регионов, где мы представлены. Наиболее активны сегодня Рязань, Иваново, Пермь и Новосибирск. В нашей организации мы смогли объединить также представителей ОКП и Рот-Фронта. В ноябре 2017-го мы перезапустили сайт организации в новом современном формате и ежедневно работаем в социальных сетях. В электронных СМИ периодически выходят интервью представителей Левого Фронта (канал Спец, Эхо Москвы, Рабкор, Station Marx). За 2018 год мы развили канал движения в YouTube с 3 до более чем 20 тысяч подписчиков.
В чём выразился успех в Башкирии и Владимирской области? «В нашей организации мы смогли объединить также представителей ОКП и Рот-Фронта» - получается, есть отток людей из тех организаций в Левый Фронт?
Отток из других организаций если и есть, то он крайне незначительный, даже мизерный, но например Денис Зоммер, один из руководителей ОКП, состоит в политсовете Левого Фронта и является одним из активных организаторов митинговых мероприятий в Москве и области. Шевченко и Чувилин соответственно, были избраны по спискам КПРФ, но при этом они не состоят в партии, они члены ЛФ. Похожие примеры есть и на более низких уровнях.
Вообще у нас нет цели оттянуть кого-то из других левых организаций, наша цель — сотрудничество и координация.
Понятно. Тогда такой вопрос - если пришлось бы выбирать из союзников - КПРФ или несистемные левые - какой бы выбор был сделан?
Зависит от того, по какому вопросу, во-первых, и чья точка зрения нам ближе. Но они, эти точки зрения далеко не всегда разные, плюс по каким-то вопросам есть возможность их сблизить.
А какова основная линия Левого Фронта - парламентские партии, несистемные, или что-то третье? Или конкретно в этом вопросе "генеральной линии партии" нет?
Генеральной линии нет. Генеральная линия - польза для дела. Разве что с левыми союзниками всегда работать предпочтительнее, чем с национал-патриотическими и либеральными. Но и с последними двумя по каким-то вопросам точечно взаимодействуем.
К слову, это переводит к следующему вопросу - с кем вы сотрудничаете? Конкретные партии, общественные организации или отдельные лица. Из того, что Вы ещё не называли.
Из значимого, это пожалуй все. Или имеется ввиду, кого мы считаем наиболее близкими союзниками? или что-то еще надо конкретизировать?
Во-первых, какие ещё, кроме движения Меланшона, есть контакты с зарубежными левыми? Во-вторых, какие организации входят в национал-патриотических и в либеральных союзников, о которых Вы говорили?
Насколько я помню, еще с левыми в Германии, там где Сара Вагенкнехт состоит. Но чтобы мне не тыкать пальцем в небо и не вводить в заблуждение, скажу так, полный список европейской левой - у нашего товарища в шведской эмиграции Алексея Сахнина, у него там сейчас больше возможностей для прямой связи.
Что до национал-патриотов, то это в первую очередь ПДС НПСР, поскольку среди них, как ни странно много людей левых взглядов. Также есть сотрудничество с Другой Россией, Партией Дела, РОС, "Новороссией" по тому же оргкомитету митинга 17 марта.
Но от региона к региону ситуация разнится. Где-то КПРФ идет на контакт, где-то нет. Где-то несистемные левые договороспособны, где-то нет. Где-то те же национал-патриоты, где-то представители либеральных организаций. К примеру, в Москве договороспособные либералы есть в "Яблоке", в Новосибирске среди местных навальнистов, ну и так далее.
Что вы думаете об СССР? Какие причины распада СССР вы можете назвать?
Мы как организация или лично я?
И то, и другое.
Мы не идеализируем советское прошлое, и его ошибки нам известны. Но мы не хотим смириться с тем, что достижения, оплаченные потом и кровью предыдущих поколений, сейчас разрушаются или уже разрушены.
Мы считаем необходимым сохранить и возродить то лучшее, что было достигнуто в советское время, продолжить великое дело, начатое в 1917 году. То есть относимся положительно, как к первому и самому масштабному проекту построения социализма. Который не был завершен и разрушился под грузом собственных ошибок. По поводу того, какие именно ошибки сыграли самую большую роль единого мнения нет, но можно назвать те, которые часто упоминаются.
СССР - государственный социализм, или как его называл социолог Александр Тарасов, суперэтатизм, хотя полностью суть этого определения выражается только Северной Кореей в середине эпохи Ким Ир Сена. Но чтоб нам не отвлекаться на частности, просто государственный социализм. Причин распада несколько - это и попытка вводить элементы хозрасчета по мере выработки экстенсивного развития, когда в угоду сиюминутной конъюктуре при Хрущеве и Брежневе объявлялось о "построении коммунизма к 1980 году" и "окончательной победе социализма", что сначала вводило в заблуждение и мешало найти верную дорогу, а впоследствии привело к массовому разочарованию и падению доверия к власти. Социализм попытались развивать капиталистическими методами хозрасчета, рынка и товара, что неизбежно повлекло деформацию и нарастание буржуазных тенденций. Не был правильно решен и вопрос политический. Вместо того, чтобы по мере решения экономических проблем после окончания ВОВ начать вовлекать пролетариат в дело управления пролетарским государством, партаппарат стремился сосредоточить все рычаги управления в своих руках, а впоследствии стал срастаться с паразитными прослойками вроде спекулянтов. Это и неудача в информатизации Госплана (я говорю об ОГАС), и в каком-то смысле закон Паркинсона - партийно-государственный аппарат развивался по нисходящей, все же, поколения менялись, на смену революционерам пришли управленцы, их сменили серые аппаратчики, а последними были уже просто беспринципные чиновники. Можно сказать, что общество было к концу 80-х заражено мещанством, но, я думаю, что это можно было сломать силой государства, политической волей. Но некому было это сделать. К тому времени в аппарате принимали решения люди, которые считали - мы сейчас откажемся от коммунизма, вот этого изнурительного соревнования с Западом больше не будет, мы приватизируем предприятия и все будет хорошо. У них будет хорошо. То, что было в 91-м, было хорошо спланированной верхушечной интригой, направленной в конечном итоге на номенклатурную приватизацию.
Что именно Левый Фронт считает лучшим в советской системе?
Перечислять можно долго. Это и советская демократия, и достижения советской плановой экономики, и бесплатные, а главное - массовые образование, здравоохранение и жилье, всеобщая грамотность, наука, культура, и даже "мягкая сила", помогавшая прогрессу чуть ли не половины планеты.
Хорошо. Продолжая тему исторических вопросов - что вы думаете о Троцком и Сталине?
У нас есть сторонники и противники и первого, и второго. Единой позиции нет. Лично я считаю, что сталинизм это термидор социалистической революции, как его охарактеризовал тот же Тарасов, тем более я читал некоторые материалы, связанные с именем Мартемьяна Рютина и вообще с тем, как партия подошла к процессам 1937-1938 годов, я вообще начинал изучать коммунистические идеи с чисто троцкистских позиций. Но в то же время Сталин оказался достаточно компетентен во многом другом. Сегодня его уважают. Тут довольно причудливое сочетание "плюсов" и "минусов", что политически замерять сегодня градус уклона сегодня нет никакого смысла. Реконструкторство, связанное с этими именами, я считаю, оно не нужно, это пустая трата времени. Нужно заниматься практикой, во-первых, и во-вторых, уж если обсуждать партийный аппарат, то например, спорить о Вьетнаме, о Китае - является ли сегодня аппарат Коммунистической Партии Китае выражением, воплощением диктатуры пролетариата?..
Собственно, один из следующих вопросов в этом и состоит. Как вы относитесь к КНР?
Сейчас мы в Левом Фронте пытаемся отследить ситуацию в социалистических странах Азии, но единой позиции на уровне организации у нас пока нет, как и политических связей с китайскими политическими силами. Впрочем, совершенно понятно, что эти связи в ближайшее время и не появятся, и дальше станет понятно, почему; если говорить с точки зрения личной позиции, то вообще, сегодня левые так увлеклись чтением классиков, что ситуация в странах формального социализма им если и знакома, то крайне поверхностно. Далее, думаю будет лучше, если мы отложим в сторону такие "шедевры" пропаганды, как известный ролик "Политштурма" на тему. Чтобы сделать что-то более-менее осмысленное об этом, ролик должен быть минимум полчаса. Да и не поедет Политштурм в Китай устанавливать истинно правильный социализм, будем честными. Они и здесь от мало-мальски конструктивных контактов уклоняются. Но мы отвлеклись, так что вернемся к Китаю. Там была интересная предыстория, когда в 1970-е тогда еще Мао встречался с Киссинджером и Ричардом Никсоном. Тогда за счет дипломатии удалось закрепить раскол между КНР и СССР (а до 1970-х в ООН был представлен Тайвань, а не материковый Китай), а позже, уже в 1980-е, при Дэн Сяо Пине в страну пошли инвестиции в рамках политики "реформ и открытости". То есть Китай как бы через дипломатию втянули в мировую капиталистическую торговлю. Не так давно экономика Китая стала слишком конкурировать с американской, и это вылилось в акты торговой войны. Какое-то время Китай действительно был государством, где коммунистическая партия изо всех сил выжимает соки из подведомственного народа, но сейчас начинают сказываться положительные плоды этой модернизации. В Китае заметно растет качество жизни и роль технического прогресса в повседневном быту, и по последней информации, партийное руководство наконец озаботилось вопросами распределения и социального обеспечения в должной степени. То есть сейчас начинают четко ставится задачи по повышению качества жизни. Но я убежден, что нельзя признавать и провозглашать китайский опыт успешным только на основании одного этого. Китай, по завета Дэна, повторял путь Сингапура (Ли Кван Ю) и Южной Кореи ("диктатура развития" Пак Чон Хи), с 1986-го тем же путем, но вроде бы с менее авторитарным уклоном, двинулся Вьетнам (политика "Doi Moi" - обновление), у меня об этом есть статья на "Рабкоре"; сейчас к китайскому и вьетнамскому опыту присматриваются в Северной Корее, хотя это тоже мало нам дает здесь и сейчас - место социалистических стран в пропаганде российских левых и коммунистов еще предстоит определить, причем, как мне видится, это придется делать с опорой в том числе на концепции таких неортодоксальных авторов, как Михаил Восленский, Зак Коуп, Тома Пикетти, Валлерстайн, Самир Амин. Потому что понять экономическую логику и оправданность "диктатуры развития" только с точки зрения оригинального марксизма-ленинизма затруднительно. Но экономика во всех трех странах сейчас действительно не только государственная, а смешанная. Во внешней политике китайцы ведут себя крайне прагматично, рассматривая другие страны как точки приложения капитала, строительства инфраструктуры своих экспортных путей, как источники новых технологий, реже с учетом контекста международной политики. Государственный аппарат Китая выстроен под обслуживание огромной экспортной экономики. Хоть немного продуктивные контакты с Китаем возможны только на государственном уровне - с председателями КПК, министрами и так далее. Причем на вопрос "признают ли китайцы социалистическую революцию" я могу ответить положительно - признают, особенно когда поймут, что новый режим потенциально антиамериканский, но при этом будут договариваться о какой-то доле рынка для своих товаров. Если умело провести переговоры, теоретически Китай может стать донором капитала для восстановления разрушенной инфраструктуры, в том числе промышленности, и в конечном итоге, новой модернизации. Тогда же, когда в Пекине осознают, что новая власть стабилизировалась, решится и проблема китайских браконьеров в Сибири. Поясню, что это и правда довольно оптимистичное ожидание от некой новой неосоветско-китайской дипломатии, но я этим лишь хочу продемонстрировать,
как правильнее на мой взгляд, относится к Китаю. Только прагматизм в ответ. Мы никто туда не поедем делать социалистическую революцию, будем честными. Но мы можем попытаться использовать их прагматизм себе во благо. Это не касается сегодняшнего буржуазного режима. Но здесь мы вернулись туда, откуда пришли - чтобы вести переговоры, нужная новая власть, чтобы появилась новая власть, нужна партия, коммунистическая партия, осуществляющая власть, а ее нет. Круг замкнулся. Добавлю еще, что при всем прагматизме необходима формальная солидарность с китайской неомаоистской оппозицией слева, которая там изредка всплывает. А то прагматизм может демобилизующе действовать на интернациональную солидарность - точно также как нам противны прагматичные контакты соцстран с режимом Путина.
А что вы думаете о Венесуэле?
Левый Фронт выступает однозначно против вмешательства во внутренние дела Венесуэлы. Что касается "боливарианского социализма" как долгосрочной программы, то все же ее в итоге нельзя признать успешной. Слишком большой упор был сделан на перераспределение доходов от экспорта, но при этом не было создано, что называется, "машины роста". Они свое социальное государство слишком поставили в зависимость от монопродукта, от его экспорта.
Против любого вмешательства - как на стороннее чавистов, так и оппозиции?
Против вмешательства на стороне оппозиции.
И последний вопрос на внешнеполитическую тему - ДНР/ЛНР или Украина? И почему?
В организации представлены две позиции: 1) Ни то, ни другое. Потому что и там, и там у власти правые, только на Украине они под влиянием западного империализма, а в ДНР/ЛНР российского. 2) За ДНР/ЛНР, потому что меньшее зло и в его рядах сражались и сражаются прогрессивно настроенные группы и активисты (в том числе левые).
Можно ли сказать, какая из точек зрения преобладает?
Нет, это не измерялось. Организационных решений по этой теме в последние пару лет тоже не было.
А какова была оф. позиция в 2014? Если была.
Активисты, выступившие в поддержку украинского Майдана, покинули тогда организацию. Активисты, выступившие в поддержку ДНР/ЛНР, частично покинули организацию (меньшинство), но их большая часть осталась в организации, оставшись в оппозиции по этому вопросу. Однако баланс между двумя точками зрения за 5 лет скорее всего сдвинулся.
Что Вы думаете о широких и узких левых структурах? Поскольку ЛФ является широкой левой, то хотелось бы услышать о возможных проблемах широких левых вообще, как их можно преодолеть.
Широкая левая будет банально распадаться, если объединяется вокруг слов и личностей, а не вокруг дел. Соответственно, нужно объединяться тем, чьи политические тактики и стратегии либо одинаковые, либо близкие, либо разные, но взаимно дополняющие друг друга и не вызывающие непримиримых противоречий.
Есть ли такие проблемы в Левом Фронте, к примеру, выстраивание вокруг личности?
Вряд ли в России есть такие политические организации, в которых бы этой проблемы в том или ином масштабе не было. Даже среди формально безлидерных (анархистских, например). Но можно с уверенностью сказать, что административный арест Сергея Удальцова в августе-сентябре прошлого года показал правильность действий тех отделений и по тем направлениям, которые были к этому готовы и смогли продолжать самостоятельную работу, не ожидая указаний сверху. Этот опыт был очень важен и он был учтен.
Хорошо, а что насчёт узких левых структур?
Основная проблема узких левых в России - малочисленность. И чем более жесткая эта самая узость в идеологии, тем сильнее проблема. Не хватает кадров для того, чтобы обеспечить хотя бы основные направления политической работы, в результате чего все время что-то проседает. Плюс неполитизированная публика довольно плохо относится к внутрилевым разборкам, она не будет разбираться в споре, когда в СССР начался ревизионистский поворот или одобрял ли Ленин построение социализма в отдельно взятой стране, она покрутит пальцем у виска и разойдется. А у узких левых есть склонность ударяться в принципиальные споры в самый неподходящий для этого момент, потому что "плевать, что мы нанесем сейчас своими нападками ущерб не только конкуренту по левой поляне, но и себе, нельзя обманывать народ!".
Бесконечные свары с оппортунистами и ревизионистами, как реальными, так и мнимыми, весьма раздражают потенциальных сторонников.
Как вы относитесь к Навальному и его протестам (быть может, дополнения к ролику на канале, если они есть)? Каковы ваши методы работы с ним (при наличии?)
Движение Навального - это жестко выстроенная вождистская структура, где все решения принимают исключительно сам Навальный и узкая группа его ближайших соратников (состоящая в основном из его подчиненных из ФБК). Навальный избегает любых коалиционных соглашений, причем не только с другими частями оппозиции, но и с большинством своих коллег по либеральному лагерю. Выступать в роли массовки на его уличных несанкционированных акциях нам не очень интересно. Какое-то сотрудничество иногда бывает на региональном уровне, есть регионы, где местные штабы более договороспособны и согласны на равноправное сотрудничество. На федеральном уровне и в двух столицах какого-либо взаимодействия скорее всего не будет. Можно обратить внимание на его недавнее интервью (интервью бралось в феврале 2019), где на прямой вопрос о сотрудничестве с левыми силами, он уходит от ответа, а на вопрос "Есть ли в России хоть один политик, про которого ты можешь сказать что-то доброе, хорошее и конструктивное?" отвечает, называя имена только своих подчиненных и сторонников.
Очень настораживают попытки Навального перехватить левую повестку, мы считаем это попыткой набрать популярность обманным путем. Тут можно вспомнить его выступления против повышения пенсионного возраста, имея это самое повышение в программе собственной партии. Такой популизм роднит его с Макроном, который обещал французам сохранить социальные институты, а в итоге принялся их урезать, чем и вызвал широкие протесты. Отдельная история - антикоррупционная повестка, причем прецедент с провалом уже имел место во вполне себе развитой стране. И не в Латинской Америке, не в какой-нибудь Аргентине, а в Южной Корее. Там с 1992-го президенты избирались с лозунгами борьбы с коррупцией, и в итоге все пятеро так или иначе оказались в ней замешаны. И Ким Ен Сам, и Ким Тэ Чжун - а они были по тем меркам вполне себе левыми, все кстати успели отсидеть при диктатуре, а последний даже приговаривался к смертной казни и чудом ее избежал. Короче, оба были диссидентами, с репутацией и так далее. В итоге оба оказались замешаны в скандалах. Сейчас при шестом (граждански избранным если считать)президенте Мун Чже Ине прошли процессы по двум предыдущим (Ли Мен Бак, Пак Кын Хэ). Ни один из президентов не избирался на второй срок. Обвинения в коррупции стали дежурным методом политической борьбы, которая идет, а коррупция никуда не девается, а политические партии как раз формируются во многом вокруг личности руководителя. Авторитаризм есть, хоть и хорошо завуалирован, тот же закон национальной безопасности; левосоциалистическую профсоюзную партию лет 5-6 назад запретили решением Верховного суда, профсоюзная деятельность совсем не приветствуется. Такая вот демократизация и борьба с коррупцией. Причем это удачный пример, мне кажется, для обращения к его аудитории - все равно они хотят, чтобы качество жизни, чтобы в развитых странах как у всех. Я недавно на канале Левого Фронта выпустил ролик на эту тему - это конечно не официальная позиция всей организации, но это вполне содержательные аргументы, от них можно оттолкнуться. И программа Навального тоже противоречива, если хорошо подумать. Социальный блок прописывал Гаскаров, а экономический - Милов. Там есть свое противоречие - как финансировать общественный сектор, если налоги на бизнес снижаются? Навальному удалось создать иллюзию, что сразу после его прихода к власти будет одним махом побеждена коррупция, появится сразу же прозрачность бюджетных расходов и за счет усиления контроля за госкорпорациями бюджет еще вырастет, и можно будет сделать все остальное. Такое вроде бы легкое решение, но в ядре его сторонников реально в это верят. Это выглядит очень убедительно и для неподготовленного человека, но мы, в смысле вообще левое движение, пока не можем ни противопоставить этому что-то настолько же привлекательное, ни более конструктивное.
Спасибо. И последний вопрос - считаете ли вы, что отстаивание прав ЛГБТ, экоактивизм, феминизм и т.д. такими же приоритетными, как и защиту прав трудящихся?
Какие-то отдельные инициативы в рамках широкого движения имеют право на существование, но ставить это в один ряд с защитой прав трудящихся совершенно излишне.
Огромное спасибо за очень содержательные ответы!
Не за что! это был интересный опыт, можно сказать.
Гарри Азарян