Юридический аспект внедрения метавселенной в Китае

Взаимодействие людей между собой на протяжении последних десятилетий осуществляется не только в реальном мире, но и в виртуальном пространстве. Сейчас виртуальный мир все больше заполняет все сферы жизни общества, совершенствуется и становится точной копией реальности. Современные технологии неуклонно приближают нас к возможности создания виртуальных миров, где мы сможем жить и взаимодействовать. Повседневная жизнь многих людей нового поколения XXI века немыслима без гаджетов, мессенджеров, социальных сетей. В цифровую реальность перенесены уже следующие возможности: получение образования, бесконтактная доставка товаров, оказание юридических и иных услуг, заключение договора в виде электронного документа без личного контакта и многое другое. Все это стало возможным благодаря прорывному развитию информационно-коммуникационных технологий. Это дало основание говорить о воплощении такой идеи, как «метавселенная» («metaverse») или «вирутальный мир» («virtual world»). Данное явление представляет собой моделируемую виртуальную реальность, где взаимодействие людей осуществляется через их цифровые двойники (аватары) при помощи информационных технологий. В настоящий момент метавселенная – это одна из самых перспективных сегментов в цифровом мире.

Метавселенная (от англ. metaverse) – это виртуальный мир, или параллельная цифровая вселенная, существующая наряду с реальным миром и населенная аватарами реальных людей. С распространением цифровых аватаров возникает вопрос об их правовом режиме. Они «соотносятся с виртуальными мирами как часть и целое, вследствие чего могут рассматриваться как предмет правоотношений в области интеллектуальной собственности», с другой стороны, аватары являются способом самопрезентации пользователей, выражения их идентичности, их «цифровым телом», что позволяет правоведам «соотносить аватаров с категориями персональных данных и немате­риальных благ» (В. В. Архипов, 2022).

Предполагается, что метавселенная должна стать следующим поколением глобальной сети – постоянно действующим виртуальным пространством. «Метавселенная» как термин впервые был использован в 1992 году американским писателем-фантастом Н.Стивенсоном в научно-фантастическом романе «Лавина» (Snow Crash) для обозначения «всеобъемлющего 3D-виртуального мира, который имитирует, дополняет, улучшает и соединяется с физической реальностью. За последние несколько лет метавселенная превратилась из фантастического будущего, представленного в различных произведениях художественной литературы, в формирующуюся реальность.

По словам главного аналитика компании Garthner Т. Нгуена, «переход к зрелой метавселенной будет аналогичен предыдущим технологическим сдвигам, таким как промышленная революция или эра мобильных устройств, в том смысле, что эта эволюция приведет к появле­нию нового набора технологических лидеров, потенциально вытеснив некоторых из предыдущей эпохи». Мир находится на первом (начальном) этапе формирования метавселенной, который продлится минимум до 2024 г., после чего начнется второй этап – «продвинутая» метавселенная.

Первым этапом на пути к формированию метавселенной стали разработки в области интерактивных игр, развлекательные цифровые платформы на основе VR/AR-технологий. Цифровые технологии сделали большие сообщества реальными, теперь эти сооб­щества делают технологии обязательными. Виртуализация общества и перенос растущей части контактов в цифровую среду продолжится, следователь­но острота перечисленных выше социальных проблем будет расти, что вызывает необходимость адаптации права к новым условиям. Не исключено, что создание метавселенной как сложного многоаспектного явления потребует установления экспериментальных правовых режимов. Еще в статье, 2013 г., анализируя влияние игровых виртуальных миров, исследователь из Санкт-Петербургского государственного университета В.В.Архипов приходит к выводам, что виртуальные миры заслуживают особого (пристального) внимания со стороны юриспруденции, так как являются «принципиально новым и социально значимым явлением» и «как пространство для социального эксперимента». Позднее в другой статье он отмечает, что «в условиях цифровой трансформации общества актуализируется круг юридических проблем, связанных с пределами вмешательства реального пра­ва в виртуальное пространство».

Концепция «метавселенной» уже активно применяется и в области права. Так, в действующем законодательстве уже предусмотрено электронное голосование, к примеру, в 2022 г. Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» был дополнен ст. 64.1 о возможности проведе­ния дистанционного электронного голосования. VR/AR-технологии способны сде­лать голосование доступным независимо от места нахождения лица с сохранением эффекта присутствия. Создание метавселенной устраняет недостаток современной кибердемократии – отсутствие места, в котором люди могут собираться для обсуж­дения и принятия коллективного решения, ощущая реальное присутствие друг друга). Так как использование Интернета увеличивает вероятность участия граждан в голосовании, формирование метавселенной сделает воз­можной полноценную реализацию концепции цифрового гражданства, изменив при­вычные способы осуществления политических и иных прав. Это соответствует про­исходящей «платформизации» государственного управления, когда государство все больше становится похожим на цифровую платформу по оказанию государствен­ных услуг. Выборы и референдумы через государственные цифровые суперсервисы – скорее всего, дело ближайшего будущего.

В современной юридической литературе немало работ, посвященных анализу перспектив правового регулировании метавселенных. К их числу стоит отнести публикации, в которых предлагается признать важность исследования правовой и политической природы феномена цифрового прогресса. Внедрение метавселенной в Китае вызывает интерес не только у технологических гигантов (Facebook, Amazon, Apple, Microsoft, Google), но и у юристов, которые задаются вопросом о том, какие правовые аспекты будут сопровождать это новое явление. Например, владельцам платформ, связанных с метавселенной, в Китае необходимо будет рассмотреть юридические вопросы в области, среди прочего, кибербезопасности и конфиденциальности, антимонопольного законодательства, интеллектуальной собственности и финансового регулирования. Правительство Китая планирует контролировать метавселенную вплоть до развития собственной парадигмы – так называемой «метавселенной Китая» («metaverse of China») или Chinaverse. Китайская Народая Республика относится к концепции метавселенной с осторожностью – она имеет свои представления о том, какой должна быть эта сфера, поэтому на территории КНР планируется создание собственных платформ с виртуальными мирами. В эпоху после COVID-19 метавселенная стала преобразующим «явлением», революционизирующим то, как люди общаются, ведут бизнес и занимаются торговлей, и все это без ограничений физических границ. Будь то создание параллельной, компьютеризированной версии реальности или улучшение сенсорного восприятия человеческого опыта в реальном мире, как технология виртуальной реальности (VR), так и технологии дополненной реальности (AR) представляют собой предпосылки, на которых Китай укрепляет свою версию метавселенной, что является естественным следующим шагом для бизнеса и стартапов. План действий является лишь сигналом о том, что китайское правительство очень серьезно относится к метавселенной и связанным с ним технологиям, признавая их в качестве ключевых секторов для будущего прогресса Китая и их потенциал глубоко повлиять как на производственные процессы, так и на повседневную жизнь людей.

Согласно недавно опубликованному отчету Morgan Stanley, китайские интернет-пользователи, особенно заинтересованы метавселенной и ведущие китайские технологические фирмы уже начали инвестировать в рынок. Ки­тай­ские технологиче­ские ги­ган­ты, такие как Alibaba, Tencent, Baidu и ByteDance, ак­тив­но стро­ят свои стра­те­гии в ме­та­все­лен­ной, ис­поль­зуя свои пре­иму­ще­ства в об­ла­сти ин­фра­струк­ту­ры, ин­тер­фей­сов и плат­форм. Они также инвестиру­ют в стар­та­пы и ин­но­ва­ци­он­ные про­ек­ты в об­ла­сти кон­тен­та.

«Baidu» была первой компанией, которая запустила приложение «Metaverse» в декабре 2021 года под названием «Земли надежды», что ознаменовало вступление китайского технологического гиганта в глобальное соперничество метавселенной. Благодаря созданию аватаров программное обеспечение позволяет пользователям участвовать в виртуальной среде.

«Tencent», ведущая китайская мировая интернет- и технологическая компания-создатель «WeChat», предприняла несколько действий, чтобы сделать свои социальные предложения более виртуальными. Метавселенная продолжает пробуждать воображение китайских потребителей. По данным Newzoo (крупный Американский рынок видеоигр), 78 процентов из них заинтересованы во взаимодействии в игровых мирах - в отличие от 57 процентов в Соединенных Штатах и 47 процентов в Соединенном Королевстве.

Ме­та­все­лен­ная Китая может пред­ло­жить богатый и раз­но­об­раз­ный «кон­тент», ко­то­рый отра­жа­ет ки­тай­скую куль­ту­ру и на­сле­дие, а также удо­вле­тво­ря­ет по­треб­но­сти и предпочте­ния ки­тай­ских поль­зо­ва­те­лей. Метавселенная поль­зу­ет­ся под­держ­кой китайских тех­но­ло­ги­че­ских ги­ган­тов, таких как Alibaba, Tencent, Baidu и ByteDance, которые имеют огром­ную ауди­то­рию и ресурсы для ее раз­ви­тия. Также, ме­та­все­лен­ная способствует циф­ро­вой транс­фор­ма­ции различ­ных секторов эко­но­ми­ки и об­ще­ства в Китае, по­вы­шая их эф­фек­тив­ность и безопасность. Кроме того, Китай имеет возможность возглавить «революцию метавселенной» в будущем. Благодаря государственной поддержке, инвестициям и четкому видению, Китай находится на правильном пути, чтобы использовать весь потенциал метавселенной для определенных интересов и реализации поставленных целей.