Демография. План Б

Споры по вопросу рождаемости не утихают. По официальным данным, население самой стремительно и стабильно развивающейся страны... снижается. Сторонники либеральной теории второго демографического перехода ликуют, сторонники поп-марксизма с его упором в экономику, как драйвера хорошей жизни, срочно скупают этодругин.

Но понимаем ли мы в действительности, что происходит с демографией человечества? Попробуем разобраться.

Отправная точка

В авангарде демографических теорий доминирует два взгляда.

Первый, назовём его левопрогрессистским, говорит, что проблемы с воспроизводством, в первую очередь, связаны с проблемой доступности благ для населения. не слишком далёкие представители говорят о медианном доходе, чуть более грамотные - о доступности жилья, ещё более смышлёные - об инфраструктуре и социальных службах.

На наш взгляд, доля истины в подходе «от экономики» есть, без стабильного развития стабильное возобновление населения не получить. Это необходимое условие, но не достаточное. Что же касается качества жизни - здесь всё уже не так однозначно. Если смотреть на цифры, сложно соотнести, например, число бездомных или людей с низким доходом и коэффициент воспроизводства.

Второй подход, консервативный, говорит о том, что человечество слишком упростило себе жизнь, и для решения демографической проблемы необходимо отойти от современных технологий и идеологий. С точки зрения простой логики, подход выглядит странно, ведь, в сущности, прогресс упростил, а не усложнил выращивание детей. Однако, как и с альтернативой, в их словах тоже есть доля истины, которую мы попробуем подсветить.

Историко-логический подход

Для каждого исторического периода развития характерны свои проблемы. Из этих проблем вытекает и философская основа, позволяющая, в итоге, эти проблемы решить. Те же концепции, что не привели к решению, постепенно стираются из исторической памяти. Проблемы 19-20 века, это, в первую очередь, проблемы индустриализации: как получить нужное количество людей достаточной квалификации в городах и на предприятиях для промышленного развития. Это развитие, в свою очередь, обеспечило резкий рост уровня жизни, и подвело нас к современным проблемам.

Марксизм, кейнсианство (и посткейнсианство), как и многие теории этого периода, в первую очередь, призваны решать проблему индустриализации с экономической стороны. Это не свойство конкретно марксизма, как утверждают его адепты, а свойство эпохи в целом. Иные проблемы общества для мыслителей,считая ещё от Смита и Рикардо, были либо не очевидны, либо чрезвычайно исторически далеки.

Отметим что модернистские идеалы пришли на смену религиозной философии, которая, в свою очередь, решала проблему концентрации и управления населением, установкой правил общежития для больших групп людей. Отсюда её фокус на внутренней этике человека, в противовес внешним проявлениям. Это будет важно позже в повествовании.

К 21 веку, однако, проблема индустриализации в целом не стоит. Да, деиндустриализацию в США, Европе, России неплохо бы победить, но... для этого не нужно придумывать ничего нового, не нужно развивать философию. Достаточно лишь грамотно, диалектически, взять и применить наработки прошлых поколений. Деиндустриализация - проблема не философского, а исключительно практического свойства.

В отличии от депопуляции.

Как мы видим на практике, решение проблемы индустриализации не решает проблему депопуляции автоматически. Скорее, оно её усугубляет через вполне понятный механизм: в индустриальном обществе благосостояния дети не очень-то нужны для выживания, в сравнении с доиндустриальным обществом, где только они могут гарантировать старость. А это уже - вызов философский.

И мы, как диалектические материалисты, вынуждены признать - основная проблема здесь не в экономике и вещном производстве, а в головах. В идеологии, гражданской религии, в создании внутреннего, направляющего людей, смысла к существованию.

Привычный к диалектике человек здесь увидит классическую триаду "тезис-антитезис-синтез". Воинствующий атеизм 19-20 века логичен для развития, ведь религия сдерживала людей от перехода к новому индустриальному укладу, была материальным препятствием к развитию. Сегодня же, воинствующий атеизм, выродившийся в религиозный и культурный нигилизм, сдерживает людей от формирования долгосрочных жизненных ценностей. Человек, ставящий сегодня ценности превыше маркеров и окружения, как минимум, выглядит странно. Чаще всего - вызывает отторжение в обществе и вынужден жить в режиме осаждённой крепости, что формирует его черты характера определённым образом.

Общество ощущает это противоречие, в связи с чем растёт интерес к религиозной философии прошлого, всё больше политических групп декларируют себя религизно-консервативными, завоёвывают этим умы и сердца. Однако, эта исторически изжившая себя философия для индустриального общества неприменима, она несовместима с государством благосостояния, основанном на индустриальной мощи, она родом из предшествующей эпохи. Потому и призывает к отказу от технологий и городской жизни, на что, очевидно, современный человек не пойдёт.

Решением проблемы может быть новый идеологический подход, подход гражданской религии, не отрицающей ценность технологий и индустрий как внешнего расширения и дополнения человека, но, в стиле классических религий, способный выстраивать долгосрочные ценности и пути к ним.

Держа в памяти этот философский вызов, переходим к более конкретным вопросам.

Формируем план

Итак, рассмотрим современное демографическое положение во всём его комплексе. Начнём с очевидного и перейдём к более глубоким проблемам.

Итак, в первую очередь нужно отметить принципиальную разницу между явлениями первого ребёнка и последующих детей. Это - два разных вопроса, ответы на которые тоже будут разными. Вопрос качества жизни играет роль именно при принятии решения о рождении второго и следующих детей, в отношении первого ребёнка принципы принятия решения иные.

Нужно заметить, что, с точки зрения условий для многодетных, независимый взгляд (там же можно найти и иные похожие высказывания) показывает, что в России созданы более чем достойные условия для многодетных семей. То есть, сейчас нужно решать другой вопрос. Конкретно - вопрос о рождении первого ребёнка.

Вопрос о рождении первого ребёнка в первую очередь связан с планированием будущего у отдельного человека. Если это благоприятный и долгосрочный план - вероятность, что он решит завести постоянную семью и детей, выше. В первую очередь, нужно быть уверенным, что после рождения ребёнка семья не останется без жилья и средств у существованию. Во многом, но далеко не во всём, это решённая проблема для государства. Однако же, молодое поколение, как замечают многие, создавать семьи и делать детей не очень-то стремиться. Здесь сложно не согласиться с консервативными чиновниками и РПЦ. Наблюдение верное, выводы и анализ… такие себе.

Если для рождения первого ребёнка важен жизненный план, то именно его государство и должно обеспечить. В первую очередь, через создание предприятий, которые точно никуда не денутся (это общественная травма ещё с 90-х). Вокруг таких предприятий будет создаваться такое же стабильное окружение: логистика, больницы, школы и так далее. Но..

Наблюдение показывает, что люди просто не идут на такие предприятия. Они не готовы выезжать из дорогой столицы с высокой стоимостью жилья к месту строительства и работы такого предприятия. И, как оценивают европейские специалисты (которые ощущают проблему сильно дольше нас), ключевым фактором здесь оказывается состояние общества.

Европейские аналитики отмечают три фактора, мешающие современному поколению работать на предприятиях:

• Нормированное рабочее время на предприятиях вступает в противоречие с чрезмерным свободолюбием, что усугубляется неумением планировать свою жизнь
• Новое поколение не считает трудовой коллектив на предприятиях удобным для бытия в нём
• По местам работы предприятия нет привычной для больших городов инфраструктуры. Речь о доставках, кофейная и барбершопах, а не об образовании и медицине.

То есть, проблему составляет неготовность людей создавать коллективы, вливаться в коллективы, общаться внутри коллектива, менять привычную обстановку на новый коллектив. Это же касается и межполовых отношений, необходимых для рождения детей: ещё со школы девочки отдельно, мальчики отдельно. Всё это связано со строго индивидуалистичным подходом, навязываемым ещё в школе. Строго индивидуальные достижения и оценки, ценность твоей личности и ничьей больше. Однако, в реальной жизни все достижения - коллективные. Даже борьба - коллективный вид спорта, ведь ты силён настолько, насколько сильны соперники (в родной секции и на соревнованиях). Именно к коллективной жизни школа должна готовить людей. Только подготовленные к такой жизни люди будут выстраивать долгосрочные планы, имея опору в виде этого самого коллектива.

Без здоровых коллективов и здорового межличностного общения не будет долгосрочных планов и обязательств. Без долгосрочных планов и обязательств не будет устойчивых семей. Без устойчивых семей не будет детей. Без господдержки всей этой системы не будет ничего.

Наш тезисный план таков:

1. Внедрение коллективных подходов на всём протяжении школьного образования. В том числе, заданий с оценками коллективу. Коллектив должен составляться учителями из учеников разных полов и разных способностей к предмету.
2. Создание, пропаганда и агитация трудоустройства на места с длительным горизонтом планирования. В первую очередь, это большие промышленные предприятия. Также, создание соответствующей системы высшего и среднеспециального образования.
3. Внедрение социальных гарантий семьям с момента беременности. В первую очередь это касается жилья и медицинского обслуживания.
4. Контроль и улучшение уровня жизни семей с детьми, как в экономическом, так и в психологическом разрезе.

План необходимо выполнять поэтапно. Из приведённого выше анализа следует, что выполнение следующего этапа до исполнения предыдущего не приведёт к результатам, и именно в это состоит проблема «экономического» подхода к решению. Ведь первые два пункта направлены на формирование идеологии.

Для контроля исполнения плана необходимо выделить из состава системы образования, здравоохранения и правоохраны отдельную институциональную единицу, назовём её Комиссариат по делам семьи (мы же УПМ совки всё-таки). Эта единица должна встать на одном институциональном уровне с остальными тремя и решать вопросы, связанные с проблемами семей на уровнях от индивидуального до коллективного, а именно:

- Индивидуальная психологическая подготовка молодых людей к семейной жизни с детьми
- Индивидуальные решения в отношении абортов, нетрадиционных ориентаций, расстройств полового характера и других общественно спорных вопросов
- Контроль за подготовкой к семейной и половой жизни в школах
- Контроль за решением семейных вопросов в контексте правоохраны (семейное насилие, разводы с детьми, неблагополучные семьи)
- Контроль за вопросами здравоохранения, связанными с семьёй (семейные врачи и психологи)
- Государственный заказ в сфере культуры на агитацию и пропаганду связанных с семейными вопросами элементов

Выделение такой службы необходимо, чтобы объединить все ключевые задачи, связанные с воспроизводством человека, в одном ведомстве. Это исключит размывание ответственности. Ряд служб, в частности, службу опеки, будет необходимо переподчинить новому ведомству.

А теперь снова вернёмся на философский уровень

Комиссариате по делам семьи, историко-логическое обоснование

Росстат зафиксировал исторический минимум рождаемости с дефолта 1998 года. Зададимся вопросом, неужели сегодня люди живут хуже, чем в 1998 году? Или, всё-таки, здесь есть другие причины, помимо материальных?

И, очевидный ответ, они есть.

Естественный процесс развития общества предполагает сперва появление некоей формы родовых институций, которые поддерживают воспроизводство общества, а, затем, их отмирание и передачу их функций государству. Через несколько этапов трансформации, но для краткости опустим.

Так происходило с правоохраной, прошедшей путь от принципа "око за око" и кровной мести до выделенных полицейских органов и кодифицированного права.

Так происходило с медициной, от шамана до медицинских клиник с регламентами и положениями о том, как эффективно оказывать помощь.

Так было и с образованием, от мудрого старца в роду до современных университетов.

А что происходит с семейной институцией? Большая патриархальная семья решает множество задач, она сразу же готовит детей к организации собственной семьи и выстраиванию собственных семейных отношений, готовит мальчиков и девочек к их половой роли, служит регулятором, как и с кем детям создавать семьи. Однако, эта семья в современном обществе отмирает в пользу нуклеарной (атомизированной) семьи, которая, по очевидным причинам, такие функции исполнять не может.
Если не очевидно: те, кто исполняет эти функции в патриархальной семье, в нуклеарную семью не входят.
Значит, по общей логике развития, такие функции должно принять на себя государство или, шире, система общественного устройства в целом.

И оно пытается. Создаются различные осколки подобной формы институции, всевозможные клиники планирования семьи и семейные консультанты. Но, в рамках той же логики истории, эти функции доступны в полной мере только состоятельным гражданам. Чего, очевидно, недостаточно для воспроизводства общества.

Выживет то государство, что, в долгосрочной исторической перспективе, сможет обеспечить воспроизводство населения. В книге Кристалл Роста, Александра Галушки и товарищей, представлена «Стратегия народосбережения в Российской Федерации», по направленности совпадающая с идеями нашего коллектива, однако, авторы смотрят недостаточно глубоко в тему и не учитывают общемировой контекст. Конкретный недостаток предложений состоит, как минимум, в том, что не очевидно, какой государственный орган будет отвечать за выполнение стратегии с подобным целеполаганием. Кто будет отвечать за учёт и контроль. В итоге, как и множество других подобных предложений (см. Путин 2020 для примера), оно так и останется благопожеланием.

Оба этих фактора, логика исторического развития и требования к ответственности, подводят нас к логичному решению: семейное воспроизводство в рамках государства необходимо институционализировать. Проще говоря, создать ведомство, которое будет контролировать и отвечать за процесс семейного воспроизводства, как полиция отвечает за правоохрану, больницы - за здравоохранение, а школы с университетами - за образование. Тем более, что этот процесс уже запущен самим обществом.

Почему у институции не получается вырасти самой? В первую очередь, ей мешает сложившаяся форма общественно-экономических отношений, препятствующая различным формам коллективизма ради роста нормы прибыли. Этот же процесс приводит к упадку медицины, образования и правоохраны - других коллективных институций со схожим механизмом. То есть, создать комиссариат по делам семьи в рамках государства будет необходимо вопреки рыночному подходу к развитию. Постепенно (а может, и революционно, как получится) выдавливать рынок из этих отраслей, оставляя для него лишь ограниченное место в жизни, по образцу Китая и КНДР с учётом русской специфики.

Мы наглядно видим, как рыночные отношения эффективно уничтожают семейное воспроизводство. Процесс комплексный, и простые решения: «залить» деньгами или жильём - могут привести к усугублению ситуации, если не понимать всей совокупности проблем. Даже авторы, копающие глубже примитивных мер, чаще всего, не способны увидеть картины в целом. Мы не гарантируем, что наше видение идеально, но, как минимум, оно глубже и более комплексное, чем найденные в других источниках.

Напомним:

1. Проблема начинается в школах, где не учат коллективному и межполовому общению. Скорее, учат обратному.

2. Продолжается на рабочих местах, когда бывшие школьники не идут на работы с долгосрочным планированием, что необходимо для здоровой семьи.

3. И только после этого возникают проблемы с деньгами и жилплощадью.

Кроме того мы подсветили:

1. Институциональную семейную проблему - в нуклеарной семье некому готовить детей к семейной жизни

2. Проблему ответственности в рамках государства - нет ответственного за семейное воспроизводство органа.

В связи с чем, мы предлагаем нашим самоходным товарищам по возможности разъяснять всю эту систему окружающим, в особенности, в рамках публичной дискуссии. А, также, настаивать на создании новой государственной институции - комиссариата по делам семьи, которая примет на себя выпадающие функции большой патриархальной семьи для современного общества.

А теперь вернёмся к конкретике.

Комиссариат по делам семьи. Задачи.

Начнём с самого заметного. В мире бушует бесконечный и неразрешимый срач на тему абортов, геев, усыновлений и института брака. Неразрешим он по одной причине: в этих вопросах не может быть общего решения для всех. Тотально разрешать аборты - глупо и ведёт, как минимум, к крайне неразумному поведению девушек в этом отношении. Тотально запрещать - тоже лишено смысла, ведёт к расцвету подпольщины и проблемам у будущих детей в семье незадачливой матери. У всех сторон здесь можно найти здравые аргументы. Но в этих аргументах можно найти общую истину - они касаются индивидуальной ситуации. Значит, разрешить сей срач можно только индивидуальным подходом.

Более того, проблема абортов, в том числе, в том, что мы будем делать с этими детьми после их рождения. Ведь невозможно любить жизнь внутри матки, но наплевать на неё снаружи, однако, именно такого деления придерживаются многие активисты по абортам с обеих сторон.

Задача нового органа - ведать таким подходом. И, одновременно с этим, решать поставленные государством задачи. Конкретно, вести каждую беременность, и особое внимание уделять проблемным семьям или матерям-одиночкам. Нет смысла запрещать аборты, но комиссар может и обязан сделать всё, что в его силах, чтобы будущая мать не приняла такого решения на индивидуальном уровне.У нас появляется конкретный ответственный со стороны государственного аппарата, а не только «безответственные женщины», как ныне декларирует власть.

В полной мере, это касается гомосексуалистов и вопросов усыновления (в том числе, гомосексуалистами). Мы не можем избавиться от этой проблемы запретами - геи всё равно будут. Но мы можем контролировать и направлять их участие в семейных вопросах силами государства, не вынося эти вопросы за границы закона, в теневое поле.

Следующий принципиальный момент связан с порывами отдельных чинуш ввести налог на бездетность. Мы опять видим схожую ситуацию: ответственность за восполнение населения ложится на конкретного человека, а государство ответственного лица не имеет. Власть пытается создать «морковку сзади», почему-то считая, что это как-то повлияет на рождаемость. На деле, в этом моменте нужно разбираться более глубоко и индивидуально. Сложности добавляет и то, что люди не смогут напрямую ответить, почему они не стремятся создать семью и завести детей (как завещал ещё Вебер в основных принципах социологии).

Вместо бессмысленной «морковки сзади», комиссар должен у себя на месте разбираться, что конкретно приводит людей к созданию семей с детьми, и что им мешает: то есть, разбирать вопрос в комплексе. Эти ответы будут различными для сельских регионов, для промышленных моногородов, для торговых региональных центров, для федеральных столиц. Различными по профессии, квалификации и типу занятости людей. Различными по уровню доходов. Вероятно даже, различными по политическим взглядам и принадлежности к субкультуре. Практика многих попыток решения проблемы в мире показывает, что простого общего решения здесь нет - ни стимулирующие выплаты, ни угрожающие налоги тут не срабатывают сами по себе, для них нужны сопутствющие меры и обоснование. Значит, нужна институция, которая сможет исследовать проблему на местах и предлагать частные решения.

Наиболее сложный в понимании аспект работы комиссариата связан с культурой. В России много говорят о пропаганде семейных и традиционных ценностей, но, несмотря на то, что мы - страна Лотмана и Проппа, у нас так и не выстроено системной линии такой пропаганды.

Сам подход к пропаганде здесь распадается на множество частей, неразрывно связанных с общим планом выхода из демографического кризиса. Очевидно, начинать нужно прямо со школы, и введение уроков семьеведения - шаг в правильном направлении. Ломает его два момента: кто будет эти уроки вести, и как это стыкуется с современной культурой, которая, если сказать прямо, навязывает разумным людям целый комплекс страхов, связанных с рождением, воспитанием, образованием и прокармливанием детей. Одновременно с этим, есть интернет, который предлагает детям тысячи порочных практик межполового и семейного взаимодействия, что мы из-за технических ограничений не можем изъять из общего доступа, как бы того ни хотелось Мизулиным.

Поясним, запретительные меры в отношении общедоступной в интернете информации попросту не будут работать из-за структуры интернета. Даже в Китае не удаётся полностью блокировать что-либо общедоступное для других. Единственным сопосбом борьбы остаётся удержание людей в нужном информационном поле, где они смогут удовлетворять свои интересы и потребности в информации, не выходя за его пределы. Это предполагает, в том числе, качество контента не хуже, чем у иных источников.

То есть, в первую очередь, комиссариат должен выработать системный подход, касающийся того самого семьеведения в школе, где учитывалась бы среда, в которой растут дети (в том числе, например, наличие в каждом кармане устройство с камерой, на которую могут и, неизбежно, будут снимать непотребства и создавать проблемы). Также, сразу, со школы, отмечать и помогать людям, у которых намечаются проблемы с межполовыми отношениями. Вполне вероятно им, впоследствии, оказывать психологическую помощь. На основе знания ситуации на местах, комиссар может мягко направить таких людей в нужное русло и к нужным интересам.

Ещё более сложный вопрос - сопровождение медийной пропаганды, фильмов, книг, сериалов, игр. В традиционном русском фестивальном кино, в семейных отношениях показана исключительно мрачнуха и тлен. Это же пролезает в массовые продукты, что создаёт тот самый комплекс страхов (из относительнонедавнего - распиаренное «Слово пацана»). При этом, продукты, которые могли бы быть некоторым противовесом этим страхам, существуют где-то далеко на бумаге и не имеют сотой доли того успеха, что имеет мрачнуха. Комиссариат должен иметь голос в принятии решения о прокате и пиаре определённых продуктов, чтобы балансировать эту ситуацию. Не должно быть категорий зрителей, которых в медиа достигает только негатив в отношении семейной жизни, а сейчас таких категорий - масса.

Вместе с этим, должны быть сформулированы принципы государственного заказа на пропаганду семейных ценностей, и делаться это должно не топорно и для галочки, а по всем правилам драматического искусства. Благо, на сегодня, они описаны и формализованы настолько, что для создания крепких продуктов нужно только залить денег и пригласить толковых ремесленников - таланта и творчества требуется минимум. Правда, сперва для этого необходимо разогнать бомонд из уже занимающих нишу «творцов», но это отдельная история.

И, в конце, наиболее простой и понятный аспект работы комиссариата - административная поддержка семей и консультации по бюрократическим вопросам. Как вполне благополучных, так и неблагополучных. Комиссар должен разъяснять, какие бывают меры поддержки, как их получить. При необходимости, помогать в подаче материалов и запросов (а в наше цифровое время, можно и вовсе автоматизировать эти процессы). Это же касается семейной психологической помощи и семейного здравоохранения в целом (чтобы, как минимум, у беременных женщин не было проблем с прохождением плановых осмотров и сбором анализов).

Очевидно, вся эта система будет работать лишь как часть общего плана, но мы считаем ключевой для понимания саму идею институционализации системы воспроизводства граждан. Сейчас эта система брошена на самотёк, государство всё время чего-то требует от людей. При этом, не несёт никакой ответственности - вся она оказывается свешана на самих же людей. «Они просто не хотят рожать!» - А что вы, в лице своего аппарата, сделали, чтобы разобраться, кто именно не хочет рожать, почему не хочет, что нужно сделать, чтобы захотели?

Сейчас ситуация в государственной демографии напоминает старую притчу о слепцах, пытающихся описать слона. Мы объективно не знаем и не понимаем, что конкретно происходит. Значит, необходим инструмент, институция, которая будет способна разобраться, и целенаправленно вести людей туда, куда необходимо стране.

Итак, общие выводы Плана Б по проблеме демографии таковы:

• Депопуляция - философский историко-логический вызов новой эпохи, и потому простых решений для него нет, их невозможно легко позаимствовать или синтезировать из прошлого.
• Концепции гражданской религии, скорее всего, являются ключевыми в разработке решения.
• Логика истории подталкивает нас к подходу создания государственной институции, основной задачей которой будет решение проблем демографии. Такая институция должна встать в один ряз с правоохраной, зравоохранением и образованием.
• При конкретном рассмотрении, проблема воспроизводства представлена большим иерархическим комплексом малых проблем, начиная от школы и заканчивая трудовым коллективом. Основная часть этих проблем лежит за пределом возможностей экономических «вещных» решений.
• Естественный процесс формирования государственной институции на замену патриархальной семьи прерывается, в первую очередь, общественно-экономическим укладом. Этот же уклад препятствует развитию коллективных практик, способных смягчить демографическую проблему.
• Однако, помимо проблем, создаваемых общественно-экономическим укладом непосредственно, существует проблема недостаточно глубокого анализа, и недооценка идеологической составляющей вопроса со стороны сторонников «вещных» решений.
• Мы предлагаем принять на вооружение опорный план и концепцию Комиссариата по делам семьи в качестве новой объяснительной модели и подхода к проблеме демографии, поскольку они наиболее цельно отражают явление и возможных подход к работе с ним.