Родом из Пензы: к 100-летию со дня рождения Почётного профессора ПГПУ им. В.Г. Белинского Олега Александровича Барсукова

… может собственных Платонов
И быстрых разумом Невтонов
Российская земля рождать.
М. В. Ломоносов

В мае исполнилось 100 лет со дня рождения Почётного профессора ПГПУ им. В.Г. Белинского, доктора физико-математических наук, профессора кафедры «Общая физика и методика обучения физике» Пензенского государственного университета Олега Барсукова. Олег Александрович ушёл из жизни пять лет назад, 20 марта 2021-го. Публикуем архивный материал о профессоре «Университетской газеты», подготовленный в 2013 году Людмилой Милославской и Натальей Толкачёвой.

Лермонтов и Белинский, Ключевский и Столыпин, Куприн и Мейерхольд… Эти и десятки других великих, выдающихся, знаменитых имён известны не одной только России — всему миру. И весь мир знает о том, что все эти славные сыновья Отечества связаны с одной и той же «точкой на карте» — землёй в самом сердце страны. Листая страницы истории Пензы и Пензенской области, всякий раз поражаешься её богатству. Кажется, не существует на свете отрасли, в развитие которой не внесли бы свою лепту уроженцы Сурского края. Мы знаем их имена, мы помним их славные победы. Однако порой любителей краеведения ждут настоящие открытия. Знаете ли вы, например, о том, что к созданию знаменитого ядерного щита СССР тоже ведёт «пензенский след»?

Потомок славного рода

В Пензенском государственном университете Олег Александрович Барсуков по праву считается человеком-легендой. Один из старейших и авторитетнейших профессоров вуза, он более чем заслужил этого почётного «титула».

Олег Александрович родился 10 мая 1926 года в Пензе. Барсуковы — род старинный, состоящий в близком родстве с легендарными семьями: Воронцовы-Дашковы, Араповы, Бибиковы. Отец нашего героя был военным врачом. Возвратившись в родную Пензу героем Первой мировой, с орденом Станислава с мечами, полученным им за храбрость, Барсуков-старший быстро освоил самую, пожалуй, мирную медицинскую специальность — стал «женским доктором». Да не просто доктором, а самым лучшим: когда в 50-х доктор Барсуков умер, в последний путь его провожала половина женского населения города — до самого кладбища пензячки несли гроб на руках.

Если отец оставался истинной основой, фундаментом семьи, то мать, несомненно, была её душой. Вера Введенская славилась как натура артистическая: талантливая балерина, в юности она танцевала в знаменитой студии «босоножек» Айседоры Дункан, лично знала возлюбленного своей учительницы, великого поэта Есенина. В Пензе Введенская была известна как балетмейстер: ставила в театре спектакли, которые пользовались большим успехом у местной элиты.

Окна напротив

Как известно, в то тревожное время причастность к дворянскому сословию зачастую становилась не поводом для гордости, а, напротив, почти приговором. Вот и в роду Барсуковых были люди, пострадавшие от репрессий и даже сгинувшие в чекистских застенках. Почему же судьба пощадила семью Олега Александровича? Сам он считает это каким-то чудом. Может быть, сыграла свою роль известность семьи, а ещё вероятнее, что её защитницами оказались жены советских партийных бонз — им ведь тоже приходилось прибегать к помощи доктора Барсукова.

В суровые тридцатые семья уцелела. И всё же детство юного Олега было омрачено постоянным «вниманием» со стороны ЧК. «Мы жили на улице Московской в собственном доме, и прямо напротив нас располагалось здание ОГПУ, — вспоминал Олег Александрович. — Это было весьма хлопотное и неприятное соседство. Едва ли не каждое утро, часов в пять, нас будил громкий стук. Опять «гости»! Детство запомнилось мне бесконечными обысками. Что, ломая пол и разворачивая стены, они у нас искали? Какие сокровища? Не было тогда в семье никаких драгоценностей, времена-то пережиты голодные… Не найдя желаемого, уносили вещи и мебель — видно, не желали уходить с пустыми руками. Мне, ребёнку, было жалко не столько вещей, сколько нашей библиотеки, необыкновенно ценной, насчитывающей тысячи томов мировой литературы, — спрятать её было невозможно. «Кожаные куртки» приходили с огромными ножницами и начинали ревизию книг. Если книга признавалась годной для советской власти, её реквизировали, если нет — безжалостно кромсали ножницами. Изрезанных книг было так много, что их «останки» заполнили целый чулан… Оглядываясь назад, изумляюсь терпению своих родителей — какие стальные нервы надо было иметь, чтобы изо дня в день выносить подобные провокации и не сломаться!»

Именно этот прессинг и заставил Олега Александровича покинуть родной город. Однако Пенза навсегда осталась в его воспоминаниях светлым и безмятежным патриархальным местечком: студёная речка, куда в детстве бегал купаться с приятелями, тихие улочки, где примостилась скромная рябина, палисадник с вечными «золотыми шарами»... Это Пенза его детства — город, о котором он будет помнить всегда, куда будет стремиться и куда однажды вернётся. Вернётся сложившимся, мудрым человеком, видным учёным, сумевшим принести родному городу немалую пользу.
Становление Личности

Как ни странно, но путь в науку начался для юного Олега Барсукова с… кружка «Союз воинствующих безбожников». Атеизм, конечно, был полной противоположностью взглядам, которые исповедовались семьёй Барсуковых, однако именно здесь юноша впервые столкнулся с незнакомыми идеями, новой философией и твёрдо решил, что всю жизнь будет служить науке. От увлечения трудами Маркса и Энгельса — к высшему образованию: Олег Барсуков поступил в Московский инженерно-физический институт, который окончил в 1949 году.

В 50-х годах молодой инженер-физик работал в специальной лаборатории при Московском нефтяном институте им. Губкина. А затем судьба забросила его в Калужскую область, и этот период стал особенно значимым в жизни Олега Александровича. Дело в том, что на калужской земле, в городе Обнинске, располагался секретный научный объект под кодовым названием «Лаборатория № 13», который находился в особом ведении Первого Главного Управления СССР. Уже тот факт, что куратором этого проекта был небезызвестный Берия, говорит о многом: именно здесь разрабатывался сверхсекретный проект по созданию ядерного щита страны.

Конечно, об атомном оружии можно говорить по-разному. Но невозможно отрицать того, что в то время это было крайней необходимостью из-за существования реальной военной угрозы со стороны США. Советское правительство торопилось с созданием атомной бомбы, стремясь не допустить перерастания холодной войны в третью мировую. Работы велись в обстановке строжайшей секретности и, как известно, привели к положительному результату. А для Барсукова взаимодействие с крупными физиками-ядерщиками в Обнинске обернулось иной, неожиданной стороной: именно так он нашёл свою научную нишу.

На пользу людям

Молодой учёный понял, что радиация может применяться не только для создания ядерного оружия — она может приносить людям и практическую, повседневную пользу. Например, с её помощью можно определять различные свойства горных пород — пористость, содержание нефти и т.д. Реализацией идеи мирного использования радиации в геофизике и занялся Олег Александрович. В 50–60-е годы он разработал и внедрил в практику нефтеразведки метод нейтронного каротана, который позволял выявлять нефтяные залежи. Этот труд учёного был награждён Ломоносовской премией. А в 1958 году в МИФИ Барсуков защитил кандидатскую диссертацию по теме выполненных работ.

Первые несколько лет после защиты диссертации он жил в Уфе, где в Башкирском государственном университете организовал кафедру теоретической и экспериментальной физики, а также научно-исследовательскую лабораторию, выполняющую научные и прикладные работы по ядерной геофизике, подготовил ряд специалистов по ядерной физике.

В начале 60-х учёный вновь вернулся на работу в Обнинск, где занимался разработкой защиты от нейтронного излучения, испускаемого малогабаритными реакторами. В научных кругах по достоинству оценили заслуги Барсукова: в 1970 году он получил приглашение работать в Институте прикладной геофизики им. академика Е. К. Фёдорова на должности начальника физико-технического отдела и лаборатории ускорительной техники.

После Апокалипсиса

Работа в столь уважаемом научном учреждении открыла перед Барсуковым новые горизонты: Олег Александрович занялся космическими исследованиями.
Он стал руководителем проекта по созданию глобальной системы защиты аэрокосмических аппаратов от космического излучения; под его руководством была также создана система контроля и прогноза радиационной обстановки на трассах полёта сверхзвуковых самолётов в условиях повышенного радиационного фона.

И вдруг — резкий поворот не только в судьбе учёного, но и в жизни всей страны. 1986 год, трагические события в Чернобыле. Барсукову вместе с другими физиками-ядерщиками было поручено определить ущерб, нанесённый этой аварией стране. «Я попал в группу, обследовавшую Пензенскую область, — вспоминал Олег Александрович. — Мы определяли радиационную обстановку во всех районах, границы заражённых зон. Последствия катастрофы ведь сказываются даже по сей день: период полураспада основ компонентов цезия и стронция — тридцать лет, и только сейчас многие из тёмных пятен постепенно исчезают с карты области».

Следом — новое потрясение: перестройка. Именно в ту пору Олег Александрович работал над защитой от радиации пилотов гиперзвукового самолёта, который мог бы выходить в открытый космос подобно знаменитому «Бурану». Этот проект мог продвинуть нашу космонавтику далеко вперёд, но сенсацией XX века самолёт-ракета, увы, не стал. Интереснейшую перспективную научную разработку закрыли по банальной причине: в связи с нехваткой денежных средств. Это было горько и больно — отдав отечественной науке три десятилетия, вдруг оказаться не у дел, почувствовать себя едва ли не лишним.

Но, как оказалось, о замечательном учёном на родине помнили. Помнили и ждали.

Возвращаясь к истокам

Олег Александрович вернулся в Пензу в начале 90-х по приглашению тогдашнего главы губернии Анатолия Фёдоровича Ковлягина. Трудиться начал в ПГПУ, на кафедре теоретической физики. Стал профессором, защитил докторскую диссертацию в институте прикладной геофизики. На родине научный талант Барсукова расцвёл с новой силой: семь официально признанных изобретений, пять монографий, два учебных пособия для вузов — «Радиационная экология» и «Основы атомной физики», более 120 статей и докладов в отечественных и зарубежных изданиях — всё это создано уже на пензенской земле. В 1997 году Олег Александрович был избран действительным членом Международной академии экологии и безопасности жизнедеятельности.

Однако почивать на лаврах — не в характере учёного. Несмотря на возраст, он до последнего был в строю. Готовил научные кадры на кафедре, и более чем успешно: под его руководством защитились многие начинающие учёные. С гордостью говорил Олег Александрович о своих любимых учениках, нашедших себя в науке: Светлане Кирпичной — доценте МИФИ, Михаиле Плотникове — талантливом инженере-физике, многих других молодых дарованиях. С помощью Барсукова в университете была создана лаборатория экологического мониторинга для определения радиации. Правда, сам Олег Александрович не ставил это себе в заслугу — дескать, ему здорово помогли преподаватели родного университета. Да-да, родного: хотя Барсуков учился физике не в Пензе, именно пензенский вуз он считал своей alma mater — они ведь оба «родом из Пензы».

Немало полезного было сделано Олегом Александровичем и для всего города. Привлекая студентов-добровольцев и коллег по университету, Барсуков исследовал радиационную обстановку в области: делал пробы воды, почвы, растений, проводил проверку продуктов в магазинах, стройматериалов на базах… При обнаружении повышенного уровня радиации немедленно ставил в известность городские власти. Стал, можно сказать, главным защитником пензенцев от угрозы радиации, ибо с этой «дамой» действительно лучше быть настороже! Вот, например, советовал Барсуков, нужно особенно внимательно и с осторожностью… собирать грибы: вместе с профессором ПГСХА А.И. Ивановым Олег Александрович выяснил, что эти с виду безобидные лесные лакомства являются «прямыми поставщиками» в организм человека опаснейшего трансуран-америция-241. «Именно его, а не всем известного цезия, следует опасаться горожанам, — объяснял своим землякам Барсуков. — И если уж собирать грибы, так только белые, подберёзовики, маслята и опята: они меньше других вбирают в себя опасные химикаты».

Душа не стареет

Профессор и на склоне лет был полон планов: намеревался привлечь к сотрудничеству врачей, химиков, биологов и других специалистов, чтобы изучить цепочки переходов трансуранов из почвы в растения, из растений — в клетки травоядных животных и далее в организм человека. Тогда, был уверен Олег Александрович, можно будет определить точное место, где аккумулируются вредные вещества, которые в итоге приводят к онкологическим заболеваниям и туберкулёзу. И таким образом — снизить риск возникновения болезней, вызванных воздействием радиации.

В свои без малого девяносто (!) он писал очередной научный труд — книгу «Строение вещества». И твёрдо был убеждён, что возраст вовсе не помеха для людей, искренне преданных своей стране, своему делу, той земле, откуда он родом. Душа и ум ведь не стареют… Очевидно, именно поэтому таких людей, как профессор Барсуков, и называют высоким и прекрасным словом «патриот».