Видеть сквозь время
Стипендиатом Президента РФ стала аспирантка кафедры «Анатомия человека» Анна Сергиенко. С научным руководителем доктором медицинских наук, профессором Олегом Константиновичем Зениным девушка работает над проектом, который позволяет «видеть сквозь время».
— Анна, поздравляем с присуждением стипендии Президента РФ. Это результат долгого научного пути. Каким он был для вас?
— Мой путь в науку начался со второго курса обучения в Медицинском институте на кафедре «Анатомия человека». Тогда моя работа заключалась в проведении морфометрии — измерения коррозионных препаратов сосудов почки человека. Коррозионные препараты — это удивительные трёхмерные слепки сосудистого русла, тончайшие ветвления артерий и вен, которые невозможно в полной мере оценить на плоских схемах учебников. Я часами сидела со штангенциркулем и измерительной лупой, определяя диаметры артерий, длину сегментов, углы отхождения ветвей. Сравнивая данные разных препаратов, я начала замечать, что вариативность ветвлений — не ошибка природы, а строго организованная адаптация.
Учёба даёт фундамент, а когда база освоена — начинают возникать вопросы, на которые нет готовых ответов в учебниках, тогда появляются любопытство и желание разбираться в вопросе более детально.
Постепенно ко мне пришло понимание, что настоящая научная работа — это не только красивые гипотезы, но и рутинный, часто утомительный труд, где десять измерений из ста могут пойти в корзину из-за погрешности. Однако именно этот опыт дал мне главное — навык внимательного отношения к деталям и умение критически оценивать результат.
— Почему выбор пал именно на медицинские науки?
— Глядя на брата-стоматолога, я с детства хотела стать врачом. Но меня всегда интересовал организм целиком, поэтому я выбрала терапию.
— О чём нужно помнить, поступая в медицинский институт?
— Поступая в медицинский институт, нужно понимать главное: это на всю жизнь. Учиться придётся постоянно: после ординатуры вас ждут курсы повышения квалификации, конференции, разборы клинических случаев. Думайте о том, что каждая дисциплина — от анатомии до фармакологии — это не просто экзамен, а будущий инструмент у постели пациента.
Нужно быть готовым к трём основным вещам. Во-первых, к огромному объёму информации — его невозможно выучить за ночь, важна систематическая работа. Во-вторых, к тому, что теория без практики мертва. Всё, что вы выучили на первом курсе, всплывёт на третьем, а потом в ординатуре, но уже с другой глубиной. И, в-третьих, к тому, что вы будете ошибаться. Важно вовремя это признавать и разбирать ошибки, а не прятать их.
— Кто является для вас ориентиром в научном мире?
— Одним из главных ориентиров является Олег Константинович Зенин — доктор медицинских наук, профессор кафедры «Анатомия человека». Его путь в науке — это пример безостановочного движения вперёд. Начав с изучения количественной анатомии разрушения миокарда, чему была посвящена его кандидатская диссертация, защищённая в 1993 году, он пошёл дальше. В 2005-м защитил докторскую диссертацию «Морфофункциональные принципы организации артериального русла большого круга кровообращения». Именно его глубокие и системные работы по морфометрии, в том числе почечных сосудов, стали для меня важным ориентиром, показывая, как из рутинных измерений рождается большая наука.
Самое ценное, что Олег Константинович не просто генерирует идеи — он щедро делится ими с учениками, делая их полноправными участниками серьёзных проектов. Благодаря ему я вижу, что студенческая наука — это не теория, а практическая помощь людям.
— Что самое главное для вас в медицине?
— Для меня суть медицины — не в тысячах протоколов лечения, а в умении смотреть на человека в целом. Если между врачом и пациентом только диагноз — успех лечения неизбежно снижается.
— Важно ли врачу-практику вести научную деятельность и почему?
— Это важно по ряду причин. Во-первых, наука развивает клиническое мышление. Когда вы читаете свежее исследование или сами собираете данные, вы перестаёте механически следовать протоколам. Вы учитесь видеть нюансы: почему у одного пациента с гипертонией почка работает иначе, нежели у другого. Это напрямую влияет на диагноз и лечение.
Во-вторых, медицина стремительно обновляется. Без научного подхода врач рискует лечить по стандартам десятилетней давности. Следить за научными достижениями, анализировать клинические случаи, работать с базами данных — значит оставаться в актуальном контексте.
В-третьих, практика рождает научные вопросы. Вы сталкиваетесь с нестандартным пациентом, неясной симптоматикой. Если у вас есть навык исследования, вы не пройдёте мимо — вы зафиксируете, проанализируете и, возможно, оформите статью. Так вы лечите одного пациента, а помогаете десяткам.
И главное: научная деятельность формирует ответственность. Вы привыкаете проверять факты, сомневаться, доказывать — и это защищает и вас, и пациента от поспешных решений.
— Совместно с программистами вы разработали проект «3D-CorVasculograph». Расскажите о нём.
— Проект «3D-CorVasculograph» — это, по сути, цифровой двойник здоровых сосудов сердца, который помогает врачам «видеть сквозь время». Как аспирант кафедры анатомии я особенно хорошо понимаю его ценность. Это решение родилось из задачи, которая напрямую связана с операциями на сосудах: ошибка хирурга всего в 0,5 мм при подборе стента может привести к тяжёлым осложнениям — повторному сужению или даже разрыву артерии. Программа с помощью нейросети восстанавливает изначальную, здоровую структуру венечных артерий ещё до того, как в них развилась патология. И всё это — на основе всего лишь одного введенного параметра, например диаметра здорового участка сосуда.
— В чём основная ценность проекта?
— Здесь необходимо отметить клиническую точность: графовые нейронные сети прогнозируют диаметры сосудов с точностью до 97%. Для сравнения: человеческий фактор может давать погрешность в микрометрах. И программа как раз призвана минимизировать эту вариабельность. Инновационный подход: в отличие от стандартных нейросетей, графовые сети идеально подходят для моделирования сосудистого русла. Они воспринимают артерию не как набор пикселей, а как математический граф, где узлы — это бифуркации, то есть места деления сосуда, что гораздо ближе к анатомической реальности. И, конечно, персонализация и обучение: проект открывает путь к персонализированной кардиохирургии — подбору стента под уникальную анатомию конкретного пациента.
Кроме того, программа может стать частью учебного процесса, позволяя студентам-медикам изучать анатомию на интерактивных 3D-моделях, чего я как аспирант не могу не приветствовать.
— Каким видится будущее этого проекта, его развитие?
— Его результаты в перспективе могут быть интегрированы в клиническую практику. Сейчас разработка существует в лабораторной среде, следующий этап — её масштабное тестирование в реальных клиниках и интеграция в стандартный протокол предоперационной подготовки кардиохирургических пациентов.
Понимая ценность такого подхода, я считаю, что аналогичные технологии могут быть адаптированы для моделирования любых сосудистых бассейнов, например мозга, почек, конечностей. Это превратит программу из узкого хирургического инструмента в универсальную платформу для фундаментальной анатомии и васкулярной хирургии.
— Какие ещё темы в сфере ваших научных интересов?
— Исследования не ограничиваются только моделированием сосудов. Так, например, мы активно занимаемся тензиометрией — работой с устройствами, которые с помощью нейросетей анализируют свойства жидкостей. У нас уже есть некоторые результаты. Первое — это выявление контрафакта за 10 минут: тензиометр оценивает форму капли лекарства и с точностью до 98% за 10 минут определяет, не просроченный ли это препарат или подделка. Устройство уже обучили на 10 самых востребованных лекарствах, включая анальгин и но-шпу. Второе — диагностика по капле крови: прибор способен выявлять серьёзные заболевания (сердечную недостаточность, гепатит, тип инфаркта), анализируя мазок крови пациента. Третье — контроль состава любых жидкостей: мы видим потенциал в использовании метода для контроля состава и качества пищевых или технических жидкостей. Это направление показывает, как фундаментальная анатомия интегрируется с современными технологиями для решения прикладных медицинских задач.
— Сейчас вы работаете над кандидатской диссертацией. Чему она посвящена?
— Моя кандидатская диссертация посвящена сравнительному анализу строения сосудов сердца в разных его отделах. С помощью морфометрии коррозионных препаратов и 3D-моделирования я выявляю, чем отличаются типы ветвления, геометрия бифуркаций и плотность капилляров. Ценность работы — уточнение нормы и создание базы для персонализированных прогнозов при ишемии и стентировании.
— Как удаётся жонглировать временем: учёба, наука, практическая деятельность?
— Сейчас график моего дня охватывает три направления: приём пациентов, подготовка к аккредитации в ординатуре и работа над диссертацией.
Как врач отделения медицинской профилактики я стараюсь не лечить осложнения, а предотвращать их — убеждать людей менять привычки, даже когда они чувствуют себя здоровыми. Помимо всего прочего, я обязательно выделяю время на семью, отдых и спорт: без восстановления сил невозможно сохранять профессиональное долголетие и искренне заботиться о пациентах.
— Имея за плечами опыт студентки и аспирантки, что посоветуете студентам-первокурсникам Медицинского института?
— С самого начала выстраивайте системный подход к учёбе, практика показывает, что регулярность важнее интенсивности. Не заучивайте — старайтесь понимать анатомию и патофизиологию как единый механизм. Освойте навык работы с научной литературой и доказательной базой — это определит ваш профессиональный уровень через 5–10 лет. Помните: врач учится всегда, но без заботы о собственном здоровье и восстановления ресурса вы долго не продержитесь. Удачи на пути в профессию — она того стоит!
Кристина ЗЛЫДНЕВА,
фото из архива Анны Сергиенко,
«Университетская газета», №5 от 18 июня 2026